Помоги проекту - поделись книгой:
Ровендер отхлебнул из бутылки и поднял глаза на девочку:
– Я всегда буду рядом, Зиа. Даю слово.
Она улыбнулась в ответ, но только чтобы скрыть беспокойство. Ровендер пообещал быть с ней и при этом явно чего-то недоговаривал. Но сейчас не время докапываться до истины: совсем скоро они прилетят в Новую Аттику.
И девочка сменила тему:
– Да, а знаешь, я сегодня проверила свой омнипод – и он, кстати, работает идеально. Представляешь? После всего, через что ему пришлось пройти!
Ровендер слегка улыбнулся, чуть взбодрившись:
– Ничего себе.
– Ага, – кивнула Зиа. – Так вот, он мне напомнил, что завтра у меня день рождения!
– День рождения? – Ровендер в замешательстве склонил свою узкую голову набок.
– Ну, знаешь, когда я родилась. День, когда я появилась.
– А, твое вылупление.
– Вроде того! – хихикнула Зиа. – Я совсем забыла о нем – наверное, из-за того, что слишком много всего происходило в последнее время. Так что надо отпраздновать и повеселиться как следует. Может, Хейли захочет присоединиться.
Ровендер продолжал жевать.
– Да. Вылупление важно, пока ты маленькая нимфа. Но когда ты вырастаешь, оно теряется за другими важными событиями твоего жизненного пути.
– Ну, как по мне, прибытие в Новую Аттику тянет на лучшее событие и на лучший подарок ко дню рождения. Тебе так не кажется?
– Увидим, Зиа Девять. Увидим, – сказал Ровендер и закончил ужин.
Зиа Девять ворочалась на койке в каюте. Перевозбуждение мешало ей уснуть – перевозбуждение, а еще храп Ровендера, доносившийся снизу. Девочка перегнулась через край постели: оказалось, ее сирулианский друг вырубился прямо на полу. Она спрыгнула со своей койки и укрыла его толстым тканым одеялом. Ровендер во сне пробормотал что-то невнятное, перевернулся на другой бок и спрятал голову под подушку. Зиа улыбнулась в темноте и ласково погладила друга.
Судно слегка кренилось, а вместе с ним и каюта. Бутылка Ровендера выскользнула у него из руки и укатилась под нижнюю койку. Там полупустая склянка брякнулась обо что-то и выкатилась обратно, когда корабль выровнялся. Девочка поймала ее и засунула в рюкзак, а затем полезла посмотреть, обо что такое она ударилась. Луч омнипода, работающего в режиме фонарика, выхватил из темноты небольшой ящик. Девочка вытащила его из-под койки и стерла толстый слой пыли. На крышке виднелся такой же штамп, какой встречался Зии в Убежище: некая эмблема с буквами ПВЧ в центре.
Зиа окинула взглядом комнату. Теперь она чувствовала себя немного виноватой. «Интересно, Хейли не будет возражать, если я загляну внутрь? Может, спросить?» Зиа пригляделась – нет ли камер? Не увидев ни одной, она взяла ящик, залезла к себе наверх, сдвинула крышку и посветила внутрь. В коробке хранились старые носители с голографическими передачами.
Все они выглядели одинаково: маленькие прозрачные диски, сложенные ровными рядами на ветхой вспененной подложке. Зиа аккуратно, как ее учили, взяла диск за кромку и вставила его в центральный глаз омнипода. Чтобы не разбудить Ровендера, она шепотом скомандовала:
– Пожалуйста, запусти передачу.
Подстроив свою громкость под уровень, обозначенный хозяйкой, омнипод так же тихо ответил:
– Запускаю.
– Добро пожаловать в «Исторический голографический проект». – Над омниподом появилась голограмма, изображающая коренастого человека с кустистыми седыми бровями и бородой. – Меня зовут Леонардо Прайд, я ведущий программист этого монументального проекта. Здесь вы можете взаимодействовать со знаменитыми историческими персонажами, ожившими благодаря магии голо…
Зиа вытащила диск и запустила другой – «Производство собственной синтетической пищи». Какой-то фермер поздоровался со зрителями и начал объяснять, как встроить вкус натуральных фруктов и овощей в легко производимые таблетки и гранулы, которых хватит, чтобы накормить массы. «Массы чего? – не поняла Зиа. – Зачем вообще есть это, когда можно найти настоящий фрукт и получить удовольствие?» Она вставила следующий диск, потом еще и еще, не теряя надежды отыскать хоть какую-то информацию о Новой Аттике.
Последний активированный диск спроецировал над омниподом голограмму человека в очках и с козлиной бородкой. Он немного походил на первого, только был гораздо стройнее и мог похвастаться орлиным профилем. Говорил этот человек дружелюбным и немного панибратским тоном, как будто собирался травить байки у костра.
– Привет, я Кадм Прайд. Добро пожаловать в мое видение будущего всех людей. Это будущее имеет название «Проект возрождения человечества», коротко ПВЧ, и подарит его вам корпорация «Династ».
Глава 6
ПВЧ
– Если говорить о рентабельных лабораториях-инкубаторах, предназначенных для полетов вокруг орбиты или в далекий космос, то количество возможных вариантов развития событий для будущего этих лабораторий слишком велико, что существенно снижает шансы на успех предприятия.
Кадм обращался к небольшой аудитории, стоя за кафедрой на невысокой сцене. Позади него переливался и вспыхивал логотип корпорации.
Зиа поставила трансляцию в режим «триста шестьдесят градусов», и голограмма с оратором и сценой заполнила все помещение: теперь омнипод передавал изображение в натуральную величину. Ровендер негромко всхрапнул прямо под световым шоу. «Ну наконец-то, – подумала Зиа, подавшись вперед на своей полке. – Ответы».
Кадм продолжал свою презентацию:
– Все вы были свидетелями трагедии, постигшей колонии на Луне, и нам нужно признать, что нет никаких шансов «переждать все это» где-то неподалеку от нашей планеты. Поэтому я предлагаю создать сеть автономных подземных лабораторий, которые будут пребывать в спящем режиме, пока условия на поверхности вновь не станут пригодными для жизни.
Зиа с трудом понимала, о чем толкует Кадм. Его речь напоминала речь Дзина, куратора Королевского музея в Соласе. Однако девочка слушала с предельным вниманием, надеясь разобраться, как же она все-таки появилась на свет. За спиной Кадма возник подробный архитектурный план Убежища со всеми помещениями. Кто-то в зале поднял руку. Кадм заметил ее:
– Да?
Встал представительный мужчина с короткими седыми волосами:
– Брэдли Тофилд, «Синдикат виртуальной прессы». Хочу убедиться, что правильно понимаю ваш замысел, мистер Прайд. Вы предлагаете построить подземные лаборатории…
– Мы называем их Убежища, – вставил Кадм.
– Убежища, хорошо, – подхватил Брэдли, – и там будут расти младенцы из пробирок?
– Совершенно верно.
В течение нескольких долгих неловких мгновений слушатели шушукались друг с другом. Кадм, очевидно нервничая, переступал с ноги на ногу за кафедрой.
– Но, – продолжал расспросы репортер, – если ваша теория терминальной гибернации Земли верна и всем нам предстоит исчезнуть, то кто тогда вырастит этих детей?
– Отличный вопрос, Брэдли. – Кадм дотронулся до экрана на кафедре, и вокруг него появился следующий набор изображений. – Это похоже на дилемму про курицу и яйцо, но, полагаю, я нашел решение. С момента одобрения закона об интеграции органов наши исследования в области робототехники продвигаются вперед семимильными шагами. Мы смогли вживить в клонированную ткань человеческого мозга передовые технологии. Если быть более конкретным, то мы создали роботов, которые не просто имитируют человеческие эмоции, основываясь на образцах и примерах, заранее вписанных в их код, а способны реагировать по-настоящему эмоционально и соответствующим образом взаимодействовать с человеком в реальной жизни. – Зиа наблюдала, как технические схемы, спроецированные за спиной Кадма, складываются в знакомый силуэт Матр.
– Роботы будут растить детей из пробирки? – недоверчиво резюмировал кто-то из зала.
А Брэдли добавил:
– Вы же не можете искренне полагать, что робот в состоянии обеспечить ребенку надлежащую заботу? Детям нужны родители.
– Согласен, – ответил Кадм. – Однако первенцам нового поколения придется обойтись без этой роскоши, поскольку в живых не останется никого, кто был бы способен позаботиться о них.
В аудитории явно нарастало беспокойство и осуждение.
Кадм попытался успокоить журналистов, но никто его не слушал. В конце концов он крепко схватился за боковые стенки кафедры и громким голосом, перекрывающим гул в зале, провозгласил:
– Послушайте! Я понимаю ваши чувства и догадываюсь, о чем вы думаете. Без сомнения, это радикальные идеи, однако в нашем катастрофическом положении требуются идеи именно что радикальные. Вы же видите: в океанах исчезло восемьдесят процентов жизни, лесов и полей больше не существует, атмосфера истончается, несмотря на безостановочную работу фабрик по производству углекислого газа. Вам прекрасно известно, что мы пытались восстановить баланс, клонировав и выпустив в природу миллионы форм жизни из наших коллекций, но все тщетно. Экосистемы схлопываются, и Земля входит в состояние планетарной спячки. Эта проблема далеко за пределами нашего контроля.
Слушатели начали вставать и выходить из зала. Некоторые грозили Кадму кулаком и даже швыряли в него стаканчики и листы электробумаги. Кадм в последний раз воззвал к ним:
– Если человечество хочет сделать ставку на будущее, действовать надо сейчас! Времени почти не осталось!
Историческая передача закончилась. Зиа осторожно вынула диск, выключила омнипод и откинулась на подушку. «Ровендер говорил, что у семьи Охо есть способность пробуждать мертвые планеты». Она ведь сообразила еще тогда, на руинах, что Земля, вероятно, прекратила свое существование, а на ее месте возникла Орбона. «А что же люди из Новой Аттики? Они жили здесь все это время?» Очевидно, когда-то в прошлом план Кадма все-таки реализовали. «Вот она я, – размышляла Зиа. – И меня вырастил робот в подземном Убежище, как Кадм и задумывал». Вот уж кто оказался настоящим провидцем.
Треск в интеркоме и голос Хейли, раздавшийся по всему кораблю, выдернул Зию из потока мыслей.
Внизу заворочался и громко зевнул Ровендер.
– Что такое? Что он сказал?
– Готовимся к посадке.
Зиа положила диск с передачей в коробку и задвинула крышку. Затем спрыгнула вниз и помогла Ровендеру собрать вещи.
Глава 7
Ребут
Вдалеке на горизонте показались очертания круглого по форме города. Его свечение озаряло темное ночное небо. Пока «Бижу» мчался под облаками, все ближе подбираясь к пункту назначения, городские огни пульсировали и мерцали, словно все поселение было каким-то одним большим электрическим организмом.
– Вот она, Новая Аттика, – сказал Хейли, снижаясь и заводя корабль на посадку.
Поселение со всех сторон окружали зазубренные темные горы, которые Хейли играючи миновал. Когда они влетели в обширную долину, Зиа увидела, что Новая Аттика расположена на дне гигантской каменоломни, гораздо ниже уровня земли. Над городом нависало зеркальное изображение колец Орбоны.
– Она что, под водой? – спросила девочка. – Я вижу отражение.
– Ха, – усмехнулся Хейли и включил посадочные двигатели. – Не, не под водой. Над городом натянута атмосферная мембрана. Помогает регулировать температуру внутри и защищает от осадков.
Хейли притушил свет фар и, огибая Новую Аттику по периметру, подлетел к низко расположенному ровному каньону, над которым нависали гидрационные вышки.
Зиа оторвала взгляд от зрелища, открывшегося ей через лобовое стекло рубки, и посмотрела на Ровендера. Сердце у нее в груди колотилось от предвкушения, а ее товарищ, наблюдающий картину из дверного проема, выглядел совершенно бесстрастным. Девочка подошла к нему.
– Ну, что думаешь?
Стоя со скрещенными на груди руками, Ровендер ответил:
– Ничего такой вид. И по размерам примерно как Солас.
Зиа, вспомнив свой жуткий опыт пребывания в том чужом городе, прильнула к другу:
– Я надеюсь, здесь мы придемся ко двору. Надеюсь, эти люди нас примут.
– Зиа Девять, но ведь и
– Посадка через несколько секунд, – объявил Хейли. Он ввел корабль в узкое ущелье, примыкающее к каньону прямо за границами города. На дне каньона виднелись разбросанные тут и там костры.
Зиа и Ровендер озадаченно переглянулись.
– Мы разве не в городе приземлимся? – спросила девочка.
– Не-а. Сядем здесь, – ответил Хейли, как раз когда опоры «Бижу» коснулись каменистой плоской поверхности.
Судно прокатилось до зияющего прохода в стене каньона. И Зиа увидела через окно, что к ним навстречу бежит группа темных фигур. Даже сквозь толстое лобовое стекло были слышны их вопли и крики вперемешку с пальбой.
Волоски на затылке у девочки встали дыбом, и она покрепче прижалась к Ровендеру.
– А почему здесь? – Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, глядя, как вокруг судна скачут какие-то темные фигуры в лохмотьях. – Это… люди? Куда ты нас привез?
– Да, люди. Не бери в голову, они просто радуются. Ты всегда задаешь так много вопросов? Я же сказал, что везу тебя домой. Вот мы и приехали. Но ночь проведем тут. – Судно остановилось в обшарпанном ангаре, расположенном в глубокой пещере с широким входом. Хейли заглушил двигатели, встал с кресла и потянулся. – Чего ждем? – спросил молодой пилот. – Собирайте вещи. Прибыли.
Из грузового отсека корабля до Зии доносились звуки человеческих голосов, эхом гуляющих по ангару. Она чуть-чуть высунулась наружу сквозь входной люк – посмотреть, что делает Хейли. Тот разговаривал с небольшой группой людей, собравшихся у входа в пещеру.
Прежде всего Зии в глаза бросилась грязь. Все эти люди с головы до ног были покрыты толстым слоем копоти и пыли – начиная от сальных волос и заканчивая нелепыми одеяниями. Большинство, включая нескольких подбежавших к кораблю детей, держало в руках какое-то оружие. Разобрать слова Хейли Зиа не могла, но постепенно отряд распался на небольшие группки, и люди потихоньку вышли из пещеры и растворились в царящем снаружи сумраке. Теперь, когда в ангаре стало пусто и тихо, девочка осмелилась сделать несколько шагов из «Бижу».
Вдоль выщербленных стен пещеры стояли ящики с какими-то припасами. Лампы верхнего света громко жужжали под действием тока, поступающего от нескольких массивных генераторов. В глубине пещеры, неподалеку от «Бижу», лежал голый остов другого воздушного судна. Стальную обшивку и другие ценные запчасти с него давно сняли. Хейли со стремянкой на колесах обогнул свой корабль и плотно прижал лестницу к носу судна. Зиа, любопытствуя, подошла ближе.
Из потертой кожаной сумки пилот вытащил два значка – в виде человеческих силуэтов. Он аккуратно приклеил их на корпус в ряд с остальными. Потом открыл маленький пузырек с краской и раскрасил одну из фигурок синим. Спрыгнув со стремянки, Хейли оценил свою работу и произнес:
– Ты не представляешь, как давно я мечтал это сделать. Синий – для твоего приятеля. – Внутри «Бижу» послышался лязг, и на трапе появился Ровендер, тянущий за собой глайдер. – Нет-нет, это пока не разгружайте, – поспешно сказал Хейли, заталкивая глайдер обратно. – Можете оставить его на борту. – Он оглянулся, словно проверяя, пусто ли в ангаре. – Давайте-ка зайдем внутрь.
Ровендер вопросительно посмотрел на Зию и пожал плечами. Сирулианец по-прежнему не понимал речь юноши. «Интересно, почему Хейли до сих пор не использовал перекодировщик», – гадала девочка.
– Рови, он говорит, глайдер пока можно оставить на судне, – перевела она.
Ее долговязый друг затолкал глайдер обратно в грузовой отсек, затем взял свой рюкзак и присоединился к Хейли и Зии, стоявшим под брюхом «Бижу».
– Сюда, за мной идите, – сказал пилот и повел их в дальний конец пещеры.
– Не нравится мне это, – прошептала Зиа Ровендеру, крепко вцепившись в его руку.
– Не суетись, Зиа Девять. Давай сначала посмотрим, куда он нас приведет, а там уж решим, – ответил Ровендер, зажигая фонарь.
Поделиться книгой: