Эльфийский бык 2

А что ему понятно, не сказал. Император и уточнять не стал. Не его это дело.

— Спасибо, что отозвался.

— Да ладно, — Леший сбросил капюшон и головой потряс. — На чем засыпались?

— Ни на чем. Просто предположение. Поржавский скорее прибил бы меня, чем без охраны выпустил.

— Ну… — Леший потряс головой. — Так-то… в общем… мы тут.

— Пятерка?

— Ага.

— И как тут вам?

— Да… нормально. Воздух свежий. Комары дикие.

— Тех, кто на оборотней охотился, вы взяли?

— Взяли, — повинился Леший. — Помяли чутка… но отдали уже. В разработке они.

— Это хорошо…

— Ладно, — Бер перевел взгляд с Лешего на Императора и обратно. — Я пойду, пожалуй… прогуляюсь… коров вон помогу перегнать, пока вы тут… слушай, а это выходит, что наша конопля под охраною будет? Императорской…

И заржал.

Вот же ж…

— Сообразительный парнишка, — нарушил молчание Леший, дождавшись, когда Бер удалиться. — Так понимаю, ситуация… накаляется?

— Именно, — Император сел на пенек и велел. — Рассказывай.

— Что?

— А что знаешь. В Осляпкино бывал?

Осторожный кивок. И уточнение.

— Заглядывал только.

— Вот и потихоньку… сверимся… что-то мне происходящее тут не нравится, но гвардию вводить пока рановато.

— Зачем гвардия? — Леший даже обиделся. — Сами справимся.

— Верю… в общем, садись. Будем информацией обмениваться, — из кармана появилась хорошо знакомая Лешему записная книжечка. — Связь с центром имеется?

— Вчера сбоила, — признался Леший.

— Энергетический выброс был, — Император книжечку открыл и призадумался, с чего начинать. — В общем, давай сперва ты…

— Ну с мужиками просто, — к концу доклада Леший слегка вспотел. Хотя, может, дело было не в дотошности его императорского величества, который и бумаги отобрал, сказавши, что сам с ними разберется, и вопросами замучил уточняющими, а в том, что солнышко поднялось высоко.

И день обещал быть жарким.

От этого и волосы взмокли, и пот потек под маскировку, хотя обычно-то справлялась с погодою.

— Черноморенко надо. Он только порадуется. Сам-то женатый, но из ребят там мало кто пристроился, — Леший тоже сел, ибо объект страсть до чего не любил, когда над ним нависали.

— Почему? — удивился Император.

— Ну так… старый проект… давешний еще. Набирали одаренных, выискивали сирот, у которых дар более-менее с перспективой развития. Определяли в спецуху, аккурат для службы. Он и растил, и учил… племянничков. Вот. Не, они нормальные ребята. Толковые. И силой не обделены. Только… — Леший даже смутился, потому что прежде он с объектом об этаких вещах не разговаривал. — В род им хода нет с имперской службы. Личное дворянство у всех имеется, но наследное — мало у кого. Деньги получают немалые, если по сравнению с простыми, но не такие, чтоб совсем уж. На частных подрядах, пожалуй, и больше поиметь могут. Но…

Леший вздохнул и признался.

— Характер у нас такой, что… не привыкшие прогибаться. И они тоже. Вот и выходит, что ни туда, ни сюда…

Император слушал превнимательно.

— … да и большую часть они то в море, то еще где… и какая нормальная баба в это «где» попрется? Особенно если там секретность и из развлечений всех — чаек над морем считать.

— Это ты по собственному опыту?

— Дядька Черномор жаловался как-то, что вроде и срок выслуги подходит, что там уже можно и на пенсию куда. А куда, когда сами-то жить неприученные? Он же ж к ним, как родным прикипел… там и женить пытался, да все заканчивалось разводом. Ну у нас это вовсе дело такое, частое…

— Черноморенко, значит, — произнес Император презадумчиво.

— Только… — Леший смутился. Как-то не получалось у него никогда просить. Не умел и все тут. Хотя мог бы, наверное. Император не жадный и заслуг у Лешего хватает, и… все равно не получалось.

Раньше.

А тут вроде ж не за себя.

— Как я понял, им землица нужна. Водяничкам. Чтоб своя… чтоб семья…

— Вот чего-чего, — Император усмехнулся. — А земли в России хватает… наделю. Только ты своему Черноморенко передай, что все по доброму согласию, иначе…

— Да он сам не позволит, чтоб иначе… — отмахнулся Леший.

— А ты его откуда знаешь?

— Так… я ж с той самой спецшколы, — Леший пожал плечами. — Он меня в интернате подобрал. В спецшколу вывез. Учиться заставил. Да и так, мозги на место вернул. Это уже после, при вашем батюшке, школу эту закрыли.

— Почему?

— Ну…

Леший замялся. Вот как сказать самодержцу, что батюшка его, тот же самодержец, великим умом не отличался?

— Вроде как нужды особой нету… раздувание штатов и все такое… наоборот… ни с кем же ж не воюем, и на кой оно? Сейчас, знаю, что там половина задач гражданского толку, по согласованности. А если без нее, то и вовсе закрыли бы.

— Да уж… а с Чесменовым не ошибся?

Леший головой мотнул:

— Чесменова я знаю. И у Софьи Никитичны бывать доводилось. С Кошкиным… очень гостеприимная дама… а остальное — не буду врать, что точно. Гуляли под ручку. Цветы дарил. Данька говорит, что женились и приехали, но… она ж дитё. Может, поняла чего не так.

Хотя что тут можно не так понять-то?

— С Кошкиным Чесменов игры играть не станет, — произнес Император задумчиво. — Но и ко мне за разрешением на брак не приходил. Может, через секретариат подал, он порой слишком уж принципиален, а там все зависло в мое отсутствие. Нехорошо, если так… если без разрешения, то брак выйдет недействителен.

Ну да… и Чесменов дураком себя покажет.

И Кошкин скандала с матушкой не простит. Он к Софье Никитичне очень даже привязанный.

Император задумался и думал долго, пока мысли не прервал телефонный звонок.

— Слушаю, — Император на звонок ответил. И слушал даже. А потом как рявкнет: — Какие, на хрен, суслики⁈

Леший вскочил и вытянулся, на всякий случай.

— Завод… да вы там что, белены объелись? Сусликов… да в жопу ваших сусликов… не буквально. Образно говоря… да, просто не трогайте сусликов! Пусть себе живут, как живется… лучше мне пловцов организуй.

Император глянул на Лешего.

— Группу Черноморенко. Да, в полном составе, даже расширенном… чтоб человек тридцать, а лучше — больше. И сам пусть едет… задание? Лешему обрисую, он скажет. Ну, секретно, само собой… очень секретно. Переведи под мое личное командование… А! Еще надо, чтоб это… как бы выразиться… разрешение. На культивацию конопли. Вельяминовым. И срочно… да. Нет, немного. Гектара два-три…

— Больше, — заметил Леший.

— Пять-семь… а, давай все десять, мало ли, вдруг еще разрастется. Что? Случайно получилось, а теперь жалко и вообще… да, для технических нужд. Коров кормить будем… ах да, и передайте там матушке, чтоб поздравила Кошкина за матушку. Нет, не юбилей, со свадьбой. Там проследи, похоже в секретариате опять бардак. Пусть все сделают чин по чину, а то еще обидится… за кого вышла? За Чесменова. Вот-вот, говорю, он гордый, потом притомимся выяснять, кто это прошение о браке потерял. Так что сделай, чтоб красиво и по правилам. Вот… да, его тоже можешь поздравить, если найдешь. Хотя, конечно… в общем, чтоб никто дурного не подумал, пусть матушка как-нибудь одобрение выразит. Высочайшее. Подарок там выберет. Цветы и что еще положено…

И трубку положил.

И на Лешего посмотрел. А Леший взгляд выдержал и поинтересовался.

— А при чем там суслики?

— Суслики? Понятия не имею… с чего-то решили суслячью тушенку выпускать. Может, оно, конечно и неплохо на вкус, но уж больно своеобразно. Народ не поймет… в общем так, с Черноморенко сам свяжешься? Лучше бы напрямую, а то там перепоручат, перенаправят, пока цели поставят, задачи… в итоге переврут и пришлют, хорошо если к осени. А нам тут надо, чтоб вчера. И желательно, чтоб они там доить научились. Ну… сам понимаешь…

— А легенда? Нужна будет?

— Нужна, пожалуй… — Император опять задумался и вздохнул. — Вот как можно объяснить появление тридцати трех боевых пловцов с умением доить коров? Чтоб правдоподобно?

— Понятия не имею. Это к аналитикам надо…

— Нет уж… сами разберемся. Без всяких там… будет моим родственником. Дальним, но любимым дядюшкой… с племянниками.

Легенда была так себе, но Леший спорить не стал. Император же поднялся.

— А мне чего делать? — уточнил Леший.

— А чего ты делал?

— Безопасность блюл.

— Молодец. Блюди дальше.

— Может… прогуляться? Пообщаться… скажем, женихом там назовусь… на работу попрошусь… свободные вакансии мы им организовали.

Император чуть задумался, но после покачал головой:

— Нет, Леший. Ты всем хорош, но… прямой больно.

Прозвучало обидно.

— Новеньких или будут держать подальше от основного дерьма, а потому ничего толком ты не узнаешь. Или постараются втянуть поглубже. Так что лучше тут посиди… поле вон постереги и в целом.

— А если…

— А если кто решит проявить свою неприязнь действием, то по обычной схеме. Ну и вообще, ты умный, сам разберешься, что да как. Считай, полномочия я тебе выдал.

— А документы?

— А документы, — Император скатал бумаги трубочкой. — Я почитаю. Давно столь занимательного в своей извращенной противозаконности договора не читал… иди уже. Ах да… за Чесменовым тоже пригляди. Нет, я знал, конечно, что ему некромант нужен, но чтобы вот настолько…

Глава 5

Где речь идет о ребрендинге и имидже сусликов в глазах народа

«Чем старше я становлюсь, тем лучше понимаю сказочных ведьм, которые селились в глухом лесу и убивали всех, кто их побеспокоит»

Откровения одной весьма занятой и деловой дамы

Князь Поржавский обвел собравшихся взглядом. Не покидало некоторое ощущение неправильности происходящего. И слегка растерянные взгляды старых знакомых лишь усиливали его.

— Уверен? — поинтересовался Прохор Кудрявцев, покосившись на группу экспертов, возглавляемую невысоким, но с виду очень стильным юношей в стального цвета костюме. Выбеленные волосы юноши торчали мелкими иголочками. А в левом ухе поблескивало сразу три серьги. Сам Прохор, заведовавший особым отделом службы безопасности, к таким вот, стильным, испытывал глубокую личную неприязнь неясного происхождения.

— Нет, — честно ответил Поржавский.

— А твой человек больше ничего не говорил?

— Говорил. Но ясности не прибавилось. В общем, как я понял, Волотовы купили завод по производству тушенки.

— Факт, — согласился Прохор и добавил. — Я себе тоже прикупил парочку. На всякий случай…

Поржавский поморщился. Вот… вечно вперед лезут.