Помоги проекту - поделись книгой:
Брат оборачивается и внимательно смотрит на меня.
— Не волнуйся, это временно. Сейчас мы тебя скроем, я нашел тебе прекрасный домик, на днях будут готовы документы. — Он приобнимает меня, успокаивая и разрешая мои внутренние конфликты.
Ник выходит из комнаты, а потом возвращается с небольшой плетеной сеточкой из золота. Он достает свой амулет, кратко касается его и переносит на сеточку, потом сеточку надевает на мой амулет. Тут же чувствую, как в тело будто вторгается чужеродная магия.
Становится страшно, потому что очень похоже на то, что я чувствовала у лекаря. Только там было намного жестче.
Этот ритуал откопали в каких-то древних фолиантах. Он должен был раскрыть глубинные слои моей магии, чтобы обеспечить зачатие. Каждый раз меня погружали в полубессознательное состояние, а выныривала я оттуда с трудом и болью. И с надеждой, что вот теперь-то точно получится. И ничего не получалось…
— Потерпи чуть-чуть. — Брат кладет мне на щеки ладони и вглядывается в глаза. — Сейчас пройдет, и ты перестанешь ее чувствовать. Моей магии там мало, через неделю-две развеется.
Я киваю и глубоко дышу, пока все ощущения не сменяются легким покалыванием и онемением.
— И что? Я теперь для него невидимка? — спрашиваю я.
— Да, — усмехается Ник. — Но, судя по тому, как быстро он тебя нашел, очень желанная невидимка. Ты должна понимать, что он не остановится.
— Он тебя видел, — говорю я, вспоминая, как золотой дракон смог унести меня. — У тебя проблем не будет?
Николас расплывается в хитрой улыбке.
— Он умный глава клана, Лин, — Ник смотрит на камин. — Свои семейные проблемы он не будет выносить на всеобщее обозрение. Поэтому не переживай. А при личной встрече мы найдем о чем поболтать.
Я провожу остаток вечера в кресле у камина, накручивая на палец непривычно темные волосы, и прямо там же и засыпаю.
А просыпаюсь от того, что мне зябко и тоскливо. За окном сереет начало нового дождливого дня, в камине догорели остатки поленьев, а спина затекла от неудачной позы для сна.
— Лин, — слышится стук в дверь и голос брата. — Нам лучше пораньше покинуть город. Документы мне принесли. Жду тебя внизу.
Я наскоро умываюсь, снова пугаясь своего отражения. Нужно привыкать. Собираю дорожную сумку, накидываю плащ. Хозяйки нет, но это и к лучшему: не нужно объяснять, как одну девушку мой брат заменил на другую.
Мы доезжаем на экипаже до крепостной стены, выходим из города, потом он превращается в дракона, и мы отправляемся в сторону границы со страной оборотней.
Картинки меняются одна за другой, пейзаж под брюхом дракона мелькает невеликим разнообразием: пашни, луга, тонкие ленты речушек, перелески. Один сменяет другой, пока, наконец, не начинается огромное лесное море, простирающееся до самого горизонта, куда ни взгляни.
Кладу руку на спину брата. Давно не практиковалась, вдруг получится.
«Почему мы летим сюда?» — спрашиваю я.
Услышит ли?
«Слышу, — с довольным рыком отвечает дракон. — Там, рядом с границей, есть необычное место. Там невозможно найти ни человека, ни животное. Они будто исчезают для всех окружающих. Идеальное место, чтобы спрятаться».
Мне становится немного страшно. А что, если там прячутся преступники?
«Не бойся, я уже проверил окрестности. Там на несколько миль только лес и ни единой разумной души», — успокаивает меня Ник.
«Надолго?»
«Пока не найду другой способ», — фыркает дракон и начинает снижаться.
Мы приземляемся у небольшого домика на поляне в тени густых елей. Что ж, здравствуй, милый дом.
Одноэтажный деревянный сруб с несколькими небольшими окошками, высоким крыльцом и плотно уложенной, надежной соломенной крышей. Небольшие сени переходят в просторную столовую с кухонькой в уголке и дверью в уютную комнатку-спальню. Вот и все богатство.
— Обживайся. — Ник помогает растопить очаг. — В подвале запасы еды на пару недель. Неподалеку есть родник и озерцо. Я вернусь завтра.
Он обнимает меня, выходит из дома и с прыжка превращается в золотого дракона, резко взмывающего в небо.
Я остаюсь одна. В чужом доме. Под чужой личиной. С чужими документами и чужой судьбой. Зато со своей магией и надеждой, что будущее будет светлым.
До темноты кручусь по дому, обустраивая быт. Делаю все что угодно, чтобы не думать о том, где мой муж и с кем. Зачем искал меня?
Поэтому от усталости просто валюсь на кровать и отключаюсь.
Глава 10
В лесу
Просыпаюсь от веселого щебета птиц и запаха лесных трав, которые врываются через открытое окно. А в теле ощущение такое, что меня на самом деле только что обнимал Рэгвальд. Нежно, так, как это было перед свадьбой. Когда чувства настолько яркие и большие, что кажется, тебя просто не хватит, чтобы их вместить.
Вытираю ладонями влажные щеки и какое-то время лежу, рассматриваю деревянный потолок. Надо будет побелить, пространства сразу станет больше. А еще подумать, где бы взять ткани, чтобы сделать хотя бы простенькие занавески на окнах.
Конечно, все эти мысли служат только для того, чтобы отвлечь себя от того, что больше всего ранит, что заставляет сердце болезненно сжиматься. Точнее, кто…
Привожу себя в порядок, все еще привыкая к новому облику. Брат предупредил, что артефакт работает постоянно, даже ночью. Никто не сможет застать врасплох. Но все же нужно раз в две недели снимать браслет на сутки и возвращать себе настоящий облик, чтобы восстановить мельчайшие магические потоки, завязанные на внешности.
Не очень часто и ненадолго. Тут, в лесном домике, с этим вообще проблем не будет.
Платья, которые мне купил Ник, как нельзя лучше подходят сейчас. Закрытые, под самую шею и с длинным рукавом, но из тонкой хлопковой материи. Такие, чтобы закрывать браслет, обеспечивающий меня иллюзией, и амулет, но чтобы было не жарко.
Еще раз перечитываю документы человека, которым теперь стала я.
По легенде я вслед за мужем-оборотнем поехала в приграничные леса. Муж погиб во время урагана, и с тех пор я тихо и мирно живу в лесном домике, никого не трогаю, мужчинами не интересуюсь, зарабатываю на жизнь травничеством и лечением животных.
Знаний и умений мне на это вполне должно хватить, поэтому я даже не переживаю.
Ник сказал, что недели на две мой кулон скрыт для Рэгвальда, поэтому в ближайшее время я надеялась сделать несколько заговоренных сборов трав и отнести в деревеньку на границе. Заодно немного узнать, что в мире происходит.
Но все мои планы нарушает несколько дождливых дней подряд. Мне приходится сидеть в домике, потому что сыро и непролазно в лесу.
Зато ко мне частенько стали заглядывать сойки и белки. У большинства я просто чувствовала эмоции, лишь с магическими животными и вторыми ипостасями двуликих я могла общаться.
После свадьбы с Рэгвальдом я совсем стала забывать, как это, понимать животных. Грустнее всего становилось, когда я осознала, что я перестала слышать дракона мужа.
Пару последних раз, когда мы летали с Рэгвальдом, дракон мне пытался что-то сказать, но я чувствовала только его эмоции в виде запредельной тоски и ощущение опасности. Но уже никак не могла понять, что он хочет. Видимо, заранее прощался, потому что знал, что у меня не получится родить наследника для его драконьей души.
Неловко дергаю ножом и режусь. Больно! Сегодня вечером я особенно рассеянна. На душе совсем неспокойно. Ник обещал прилететь, но его все нет. Могло ли его что-то задержать? Или это из-за того, что он все же своей силой мой амулет замаскировал?
Лес шумит и как будто стонет, даже ночные птицы притаились в ветвях деревьев и молчат. Я закрываю на ночь створки окна, но все равно не комфортно.
Когда я засыпаю, до меня доносится истошный вой, полный боли и бессилия. Он пробирает меня до самых костей. Я еще раз мысленно проверяю, закрыла ли я на ночь дверь, и проваливаюсь в тяжелый сон, в котором я убегаю от чего-то серого и безумно опасного, что может разорвать в клочки просто ради своего удовольствия.
Просыпаюсь на рассвете, когда первые лучи солнца едва-едва начинают проникать сквозь плотные ряды деревьев. Сердце бешено колотится, а я не могу понять почему. Как будто я на самом деле бежала.
За окном впервые за несколько дней нет ни одного намека на дождь. Лес оживает и наполняется звуками. Мне бы успокоиться, но душа не на месте. Отвлекаю себя обычными утренними делами, но тревога только усиливается.
Перебираю в голове, отчего это может быть? Рэгвальд выследил меня? Нет, тогда бы он уже выломал эту дверь. С Ником беда? Возможно, но куда бежать, чтобы помочь?
Ответ приходит со стайкой соек. Они возбужденно кружат у моего дома и намекают, что нужно пойти за ними.
Накидываю шаль и выхожу. Птицы уводят меня вглубь леса по едва заметным тропкам, мимо непролазных буреломов. Наверняка сама не смогу вернуться, все так быстро мелькает мимо. Придется просить о помощи.
Наконец, щебет птиц становится особенно громким. Я подхожу к тому месту, над которым они кружат, — там лежит раненый песец. На его белоснежной шкурке растекается ярко-красное пятно. Кидаюсь к нему. Жив. Сойки тут же рассаживаются по веткам и наблюдают за тем, что я буду делать.
А что мне делать-то? Не брошу же я его тут.
В голову сразу приходят воспоминания, как однажды, летая, мы с Рэгвальдом нашли раненого лисенка. Мы забрали его с собой, вылечили и выпустили. А потом Рэгвальд неделю возил меня в то самое место, и мы играли с лисенком, как старые добрые знакомые.
От этих мыслей на душе становится тепло, а сердце наполняется уверенностью, что песца надо спасать. И что я смогу это сделать.
Кое-как сооружаю из веток настил, затаскиваю туда зверя и следую за птицами, которые показывают дорогу обратно. Она кажется в разы дольше. Я устаю, пока доволакиваю животное до домика и устало опускаюсь на траву у крыльца.
— Ну и что мне с тобой делать? — рассматриваю несчастного песца.
Он как будто слышит меня и тяжело вздыхает. Но ни глаз не открывает, ни ухом не ведет. Жалко.
Я поднимаюсь в дом, достаю из закромов травы для обработки ран. Заливаю их кипятком и тщательно растираю, чтобы как можно больше веществ перешло в жидкость.
Пока обрабатываю раны, зверь тихонечко рычит, дергается, но сил на что-то большее у него не хватает.
— Ну потерпи, малыш, — глажу его по белоснежной шерсти. Кровь я уже смыла, поэтому на боку была видна только некрасивая рваная рана. — Мне придется немного подштопать тебя. Но у тебя же быстро все заживет. Да, малыш?
В ответ чувствую недоверие и возмущение, которые перекрываются бессилием. Была бы у него возможность, он бы сбежал отсюда, не лежал вот так послушно. Но деваться-то некуда.
Слегка, насколько мне это позволяла магия, обезболиваю края раны и туго их стягиваю.
Пока вожусь со зверем, незаметно проходит весь день. В траве начинают стрекотать сверчки, а по лесу покрывалом растягивается прохладный вечерний воздух. Ловлю себя на мысли, что тревога, которая съедала меня с утра, незаметно растаяла. Теперь, наоборот, было спокойно, словно произошло что-то очень хорошее. Чудо.
Сначала решаю укрыть животное пледом и оставить на улице. И даже уже ложусь спать, но потом меня начинает сильно мучить совесть. Я встаю и с ворчанием и выступившим на лбу потом затаскиваю его в дом, устраивая в углу кухни.
— Ну, надеюсь, ты будешь хорошим лисом и не захочешь напасть на меня ночью? — я почесываю его за ухом и слышу благодарный рык. — О, я погляжу, ты уже выздоравливаешь?
Сны в эту ночь решили дать мне отдохнуть. Поэтому, когда я просыпаюсь утром, я от радости не сразу замечаю очевидную вещь. С кухни доносится грохот кастрюль и стук ложек о них.
Глава 11
Слеп
Я трое суток летел практически без остановки и по зову амулета. Приземлялся, только когда дракон совсем был готов отключиться. Я даже не разбирал, куда лечу, потому что знал: мне туда.
Как только за Айлин и ее золотым драконом захлопнулся вход в портал, думал, разорву всех на мелкие клочки. Совет разогнал, всю стражу грозился под трибунал отправить. Но они-то тут при чем?
Дракон в голове ревел так, что я едва слышал свои слова. Его сокровище украли. Нет, не так. Сокровище сбежало!
За этой пеленой ярости я напрочь забыл, что еще утром хотел объявить, что брак с Айлин будет аннулирован, а она станет наложницей. Это все в голове не укладывалось. Откуда вообще эти мысли взялись? У нас еще больше половины месяца.
Распорядился по всей территории клана искать Айлин, но уже тогда знал, что нет ее рядом. Она далеко. Так, чтобы я не мог сразу ее достать, вернуть, запереть в замке.
Демоны бы побрали этого ее братца. Делирия и некоторые члены совета клана не раз намекали мне, что между ними не только братские чувства, но и что-то большее. Но я их не раз видел вместе, видел, как Лин смотрит на меня, а как на Николаса.
Я все это знал, но, когда она не пошла к лекарю, чтобы пойти к брату, да еще и уединилась с ним, червяк сомнений превратился в огромного удава и готов был меня удушить. Но дракон с ним справился.
Или нет?
Сейчас, стоя на булыжной мостовой, покрытой лужами, чувствуя, как по мне стекают потоки воды, я чувствую подвох. Я смотрю на тонкую, хрупкую фигуру в капюшоне, боязливо оглядывающуюся вокруг, и кажется, будто я не видел ее очень-очень давно. Я скучал, как будто и не она вовсе была со мной рядом все эти полгода. Дракон согласно рычит.
Девушка вскидывает голову, встречается со мной взглядом и тут же устремляется по улице. Кидаюсь за ней, но словно сами боги против того, чтобы я ее догнал. На моем пути постоянно возникают препятствия: то экипаж, то компания пьянчуг, то… я вообще теряю, куда она делась.
Ведет амулет. Он отзывается, печет грудь. Если бы не был прикрыт, уверен, что видел бы его ослепительное сияние. Практически идеальный отклик магии, благословение богов.
Ар! Горгулья задница, куда же она делась? В толпе народа на экипажной станции вижу тот самый плащ с капюшоном, легко добираюсь до нее, потому что люди, видя дракона, расступаются. Ловлю ее за руку, сдергиваю капюшон… Не она!
Поделиться книгой: