Без памяти

— Сколько ты заплатил Фишеру? — немного подумав, требовательно спрашивает Алатея.

— Зачем тебе знать?

— Чтобы удостовериться, что ты не врешь.

— Каким образом? — я снова ухожу от прямого ответа.

— Расценки мне известны, Дэмиан, — мое имя она произносит с нескрываемым пренебрежением.

— Откуда?

— Глупый вопрос, — фыркает девушка.

— То есть это не в первый раз? — Сдавливаю руль до хруста в костяшках, ощущая, как внутри вспыхивает концентрированная ярость, поражая своей мощью.

— Со мной у него раньше не прокатывало, — выдыхает Тея, словно не заметив угрожающе сгустившегося между нами напряжения. Еще не много и рвануло бы… Она только что нас спасла. — Но ты как-то его убедил. Значит, предложил больше, чем остальные.

— Если так, то что это меняет? — успокоившись, сдержанно интересуюсь я.

— Не верю, что тебя удовлетворит обычное свидание без продолжения, — поглаживая пальцами пышный розовый бутон, задумчиво произносит Тея.

— Поверь, оно будет необычным, а насчет продолжения ты решишь сама, — самоуверенно бросаю я. — Не бойся, принуждать не буду. Для удовлетворения у меня имеется длинный список согласных переспать со мной абсолютно бесплатно.

— Не сомневаюсь в этом, — наши взгляды снова пересекаются. В ее горит вызов и непонимание. В моем — не знаю, но свой Тея отводит первой. — Почему ты прицепился именно ко мне?

— Ты очень красива…

— Пф-ф. Красивых много, — отмахивает она.

— Ты уникальна, — позволяю себе теплую улыбку, воссоздавая в памяти совершенно другую девушку, но с ее лицом. Губы мгновенно стынут, и я презираю себя за минутную слабость. Не обольщайся, Голденштерн, она не Эмилия и никогда ею не станет.

— Попробуй еще, — осмелев, насмехается Тея.

— Я видел тебя во сне, — и это чистая правда. Ее лицо снится мне почти каждую ночь. Я не могу заставить ее уйти, даже если захочу. Есть только один способ, всего один…, но он для меня больше недоступен. Я сам его уничтожил, потому что в действительности никогда не хотел, чтобы она навсегда ушла, и я буду цепляться за ее призрак до последнего…

— Нет, ты точно больной на всю голову, — выразительно закатывает глаза Алатея.

Усмехнувшись, я с горечью понимаю, что мне совершенно нечем ей возразить. Она абсолютно права. Я неизлечимо болен.

— Еще варианты есть, или ты полностью истощил свой запас красноречия?

— Я художник, и хочу написать твой портрет. Такое объяснение устроит? — иронично уточняю я.

— Художник? — удивленно вырывается у моей пленницы. — Ты серьезно, что ли?

— Не похож? — ловлю ее взгляд в зеркале и игриво подмигиваю.

— Почему… похож. Художники все немного с придурью и с бородой, — Тея нервно смеется. — Она тебя старит. Знаешь?

— Сбрею, только попроси.

— Ну надо же какой уступчивый. И что ты рисуешь… точнее пишешь?

— Я же сказал, хочу написать тебя. Согласна?

— За два часа не уложишься, — скептически замечает она, крутя в пальцах разряженный телефон и бросая загадочные взгляды на букет. — Это розы Джульетты. Ты в курсе?

— Что? — резкая смена темы ставит меня в тупик.

— Сорт роз, сравнительно недавно выведенный английским флористом Девидом Остином, — поясняет она. — Он потратил на селекцию пятнадцать лет и три миллиона фунтов стерлингов.

— Должно быть, этот Остин тоже больной на всю голову.

— Похоже на то, — со смешком соглашается Тея. — Так что с портретом? Ты действительно намерен его написать за два часа?

— За два, вряд ли, — отрицательно качаю головой. — Но если согласишься, то я не поскуплюсь. Ты говорила, что продолжения не будет, но я рассчитываю на него. Именно в том формате, который только что озвучил.

— У тебя так много денег, что ты не знаешь, кому их предложить? — насмешливо спрашивает Алатея.

— На самом деле я почти банкрот, но ради того, чтобы запечатлеть на холсте твою уникальную красоту, готов отдать последнее, — парирую я, немного сгустив краски.

Она недоверчиво рассматривает меня в отражении, затем оценивающе скользит взглядом по плечам и кистям рук.

— Я не идиотка, Дэмиан, — холодно произносит Тея. — На твоем запястье коллекционные швейцарские часы за миллион долларов.

— Меня поражает твоя осведомленность относительно расценок как на живой товар, так и на предметы роскоши, — подозрительно прищурившись, отзываюсь я.

— Я вращаюсь в богемных кругах. А к нам на огонёк, как известно, слетаются самые разные люди. Многие из них неприлично богаты. Ты кто угодно, но не бедствующий художник в поисках музы. Кстати, куда мы едем? Это ты можешь мне сказать? — посмотрев в окно, с тяжелым вдохом уточняет девушка.

— Мы на месте, Тея.

— Это же… Нам точно туда? — в голосе Алатеи отчетливо звучит сомнение. Вряд ли она могла не узнать старейший в России и крупнейший в мире астрономический комплекс с поражающим воображение куполовидным зданием.

— Абсолютно, — утвердительно киваю я, покидая салон автомобиля. Обхожу его и галантно открываю перед ней дверь. Девушка в замешательстве вглядывается в мое лицо, выискивая подвох, потом смотрит на циферблат моих наручных часов, оказавшийся на уровне ее глаз. — Разве Планетарий не закрыт?

— Закрыт, — подтверждаю я и таинственно улыбаюсь. — Но не для нас.

— Я все больше убеждаюсь, что ты сумасшедший, — немного обескураженно произносит Тея, грациозно выскользнув из машины. — Ты ее арендовал? — она имеет в виду Тойоту в то время, как смотрит только на меня.

— Если я скажу, что украл, снова будешь угрожать полицией? — беззлобно подтруниваю над «мисс очевидность».

— Любая здравомыслящая девушка именно так бы и поступила, — в ярком свете фонарей, ее глаза сверкают ярче самых крупных звезд во Вселенной.

Меня вновь кроет воспоминаниями, и я словно возвращаюсь в прошлое, скидывая пару десятков лет. Ее парфюм, заглушаемый в тесном салоне сотней благоухающих роз, вырывается на свободу, пьянит, обволакивает, проникает в меня, погружая разум в эйфорическую нирвану.

Я снова вдыхаю полузабытые, едва уловимые фруктовые нотки клубники и амбры с легким акцентом древесных и терпких нот, ощущая себя влюблённым до одури мальчишкой, как огня, боящегося своих чувств. У нее даже парфюм тот же, я узнаю его из тысячи.

Прости, Ми, что не уберег. Прости, что сжег в этом пламени нас обоих.

Хлопок закрывшейся автомобильной двери отрезвляет, резко возвращая меня в реальность. Я рефлекторно сжимаю утонувшие в моей ладони пальцы, и мы одновременно вздрагиваем, изумлено уставившись друг на друга. В ее глазах растерянность и шок. Ее шарахнуло так же сильно, как меня?

— Больше не хочешь убежать от меня? — низким голосом спрашиваю я.

Кожу ощутимо покалывает в местах соприкосновения наших рук, горячие импульсы волной расходятся по венам, и я чувствую то, чего не испытывал очень давно. Одержимое желание обладать. Дикое возбуждение. Животная похоть. Сексуальный голод. Они обрушиваются на меня так внезапно, что я на мгновение теряю контроль. Сжимаю ее ладонь крепче и порывисто тяну на себя. Облизываю пересохшие губы и заворожённо смотрю, как она повторяет за мной. Меня торкает не по-детски, обнажаю зубы в оскале и едва не рычу, как зверь, чьим именем я назван.

— Хочу, — рвано выдыхает Алатея, вырвав пальцы из моей хватки, и инстинктивно отшатывается назад. — Сбежать, — заметив хищное выражение на моем лице, добавляет она дрогнувшим голосом. — И как можно дальше. Ты меня пугаешь, Дэмиан, — признается с подкупающей откровенностью.

— Тебе нечего бояться, Тея. Приласкай, и я буду есть с твоей руки, — растягиваю губы в обольстительной улыбке, обычно действующей на женщин подобно сильнейшему афродизиаку.

— Хм-м, по-моему, ласки не входили в наш договор, — искрометно парирует Алатея, не поддавшись на мои чары. — Но так и быть, обещаю не кусаться, если ты не будешь пожирать меня глазами.

— Принято, — с усмешкой соглашаюсь я.

— Что мы здесь делаем, Дэмиан?

— Я обещал, что отведу туда, где не существует времени.

— Что ж, отдаю тебе должное. Более оригинального свидания у меня точно не было, — качает головой Алатея, рассыпая по плечам густые белокурые локоны.

Теперь я могу ее рассмотреть в полный рост и одержимо наверстываю упущенное. Она потрясающе сложена и ослепительно прекрасна. Повседневная одежда ничуть не скрывает ее природную привлекательность и царскую осанку. Эта девушка с феноменальной королевской статью и утонченной аристократической красотой. Напрашивается вопрос: откуда взяться этим качествам в артистке из музыкального акробатического шоу?

Согласно тщательно изученной анкете, у Алатеи Граф самая обычная семья, никаких аристократов в роду нет и никогда не было. Отец всю жизнь проработал строителем и давно умер, мать тяжело больна и три года не вылезает из клиник, а девчонка колесит по миру с гастролями, зарабатывая на дорогостоящее лечение, потому что родители не оставили ей ничего, кроме долгов. Я не раз был свидетелем тому, как доведенные до отчаянья люди готовы пойти на всё ради благополучия своих близких: совершить преступление, украсть, предать, убить, сменить внешность…

— Пойдем? — я протягиваю ей руку, но она предусмотрительно игнорирует мой жест и, горделиво расправив плечи, следует за мной.

Глава 3

Леон

В большом Звездном зале никого, кроме нас и глубокого черного неба с тысячами мерцающих звезд, транслирующихся на огромном куполе-экране. Мы сидим в комфортных креслах и, запрокинув головы, восхищенно наблюдаем потрясающие проекции созвездий и планет, совершающих путешествия во времени и пространстве. Отсутствие фоновых звуков позволяет полностью погрузиться в иллюзию, оказаться в самом сердце космоса и проникнуть в бесконечные просторы Вселенной, восхититься ее красотой и поразиться грандиозному размаху божественного замысла.

Смог бы я хотя бы на холсте создать нечто прекрасное и совершенное?

Нет… Конечно, нет. Мой удел — разрушение.

— Дэмиан, — приглушенным шепотом зовет меня Алатея.

— Да.

— Как думаешь, где-то там зашифрована наша судьба? — она неопределённо взмахивает рукой, указывая на самую яркую звезду.

— Я не верю в судьбу, Тея, — отвечаю так же тихо, боясь нарушить волшебство момента. — Но астрологи считают, что становление планет в день рождения человека формируют его характер, таланты и прочие аспекты жизни. Например, позиция Солнца в знаке зодиака в момент появления человека на свет указывает на индивидуальные качества личности и основные цели, позиция Луны отражает эмоциональное состояние и инстинктивные реакции, а другие планеты влияют на области, такие как карьера, отношения и финансы.

— Ничего себе ты выдал, — негромко смеется Тея. — Может, составишь мне по-быстрому личный гороскоп?

— Если по-быстрому, то легко, — без задней мысли соглашаюсь я. — Ты появилась на свет семнадцатого апреля. Рожденные в этот день с детства наделены огнем и энергией. Это сильные личности, воплощающие в себе бурные страсти, авантюристы в душе. Искатели приключений, легко перемещающиеся не только по миру, но и по палитре своего настроения: ты быстро переходишь от шуток и остроумных реплик к загадочному молчанию и внешнему спокойствию. Люди, рожденные в этот день, наделены ярким и многогранным мышлением, они быстры и решительны. Они ценят красоту и эстетику во всем, что их окружает, и являются перфекционистами, помешанными на успехе. Хм, что там еще? Пожалуй, самое интересное: это невероятно страстные личности, огненные, пламенные, озаряющие всех вокруг своим светом. Преданные и верные, идущие по жизни с открытым сердцем, готовые к любым испытаниям, которые может подкинуть им судьба.

— Звучит впечатляюще, я поражена. Честно. Но есть один нюанс, — Тея замолкает. Почувствовав на виске ее пристальный взгляд, я поворачиваю голову и смотрю в прозрачно-голубые глаза.

— Какой? — с недоумением свожу брови.

— Я родилась не семнадцатого апреля, — она закусывает губу, чтобы не рассмеяться. — Свое совершеннолетие я отметила в начале зимы.

— Правда?

— Ага.

Она продолжает тихо посмеиваться над моим конфузом, но мне совершенно не смешно. Ошибки не было. Я озвучил ей характеристику по дате рождении Эмилии Моран. В случае, если Тея целенаправленно согласилась играть ее роль, она бы это знала и среагировала соответствующе. Я действительно сбит с толку, но исключительно отсутствием ожидаемой реакции. Однако нельзя забывать, что Тея — актриса. Совсем юная, но с огромным опытом. Театр — ее жизнь, другой она не видела.

— Значит, тебе есть восемнадцать? — пытаюсь перевести диалог в флирт.

— Вообще-то, этот вопрос ты должен был задать до того, как силой увез меня на свидание, — ухмыляется она, переводя взгляд на фальшивое небо. Увы, для меня волшебство безвозвратно рассеялось.

— Разве мы делаем что-то такое, за что меня можно обвинить в растлении?

— Ну… — она загадочно улыбается, пожимая плечами. — Два часа еще не истекли.

— А если я предложу тебе вместе выпить, это будет считаться преступлением? — намеренно провоцирую я.

— Нет, я же совершеннолетняя, — Алатея снова пристально сморит мне в глаза. Звезды и планеты вокруг нас продолжают медленно кружиться в то время, как мир замирает, сужаясь до размеров пустого зала. — Я не стану с тобой пить, Дэмиан, — предугадывает она мой вопрос. Настроение резко портится, хотя я предполагал, что Тея откажется. — Но подумаю насчет портрета. Человек, так много знающий о звездах и тайнах космоса, не может быть плохим художником. А я тщеславна, как большинство женщин. Хочу увидеть себя твоими глазами.

— Даже не спросишь, сколько я тебе заплачу за сеанс позирования? — подозрительно прищуриваю глаза.

— Не думаю, что мужчина с часами за миллион долларов, отваливший за это свидание баснословную сумму, решит сэкономить на скромной добродетельной девушке, — она игриво улыбается, смахивая с моего плеча несуществующую пылинку.

— А если я попрошу скромную добродетельную девушку позировать голой? — уловив ее настрой, я повышаю ставки.

— Если художник будет держать руки при себе и переведет гонорар вперед, скромность и добродетель девушки не пострадают.

— Договорились, Алатея.

Дьявол, почему меня так сильно подмывает назвать её Галатеей? Я же ни разу не скульптор. Но мог бы… Я пытался. Одержимый идеей воссоздать живую копию Эмилии, я спустил на генетические эксперименты миллиарды. Мои вложения взлетели на воздух вместе с мечтой увидеть ее снова.

Однако вот она. Сидит рядом, словно возрождённый из небытия призрак, не тронутый временем. Такая же юная и прекрасная, как двадцать лет назад, и я отчаянно хочу поверить в пресловутый миф о том, что у каждого человека на планете существует как минимум один двойник, и, возможно…. Возможно, нет никакого сговора и тайного умысла. Алатея не виновата в том, что родилась полной копией моей Ми. Визуально я не вижу следов многочисленных операций, но мне необходимо убедиться наверняка.

— Ты постоянно хмуришься, когда обращаешься ко мне полным именем, — словно заглянув в мои мысли, внезапно замечает Тея. — Оно переводится, как «истинная». В древнегреческой мифологии Алатея была богиней истины и справедливости. Это отец так меня назвал, — голубые глаза девушки затягивает дымкой грусти. — Он увлекался греческой архитектурой, а работал обычным каменщиком.

— Его нет в живых?

— Много лет. Несчастный случай на стройке, — Тея опускает взгляд на свои тонкие длинные пальцы, теребящие ремешок сумки.

— Сочувствую.

— Мне было пять… Я его даже не помню, но мама много рассказывала мне о нем.