Помоги проекту - поделись книгой:
— Приглашаем вас на мюзикл «Орбита фантазий», — поток моих мыслей прервала смазливая брюнетка в серебристом акробатическом костюме, всучив мне в руку очередную рекламную листовку.
Один из маскирующихся под праздно болтающихся прохожих бодигардов тут же оттеснил девушку в сторону. Жестом я дал понять, что все в порядке, и промоутеры в облегающей синтетике не представляют для меня угрозы. Вряд ли девушке есть где спрятать оружие. Однако, мне ли не знать, что нельзя недооценивать женскую хитрость и вероломство. Полгода назад жена Драгона отравила меня при помощи обычной заколки.
— Лео, а я бы сходила, — защебетала Дарья, взяв у девушки второй буклет. — Ты только посмотри… — сунув мне под нос красочную афишу, она с энтузиазмом зачитывает вслух содержимое. — «
Ну, конечно, усмехаюсь про себя. Нельзя покорить то, чего нет. Тем более, во второй раз.
— Давай не сегодня. Ярослав ждет меня в лаборатории через три часа, — бегло скользнув взглядом по золотым буквам названия мюзикла, торможу неугомонную медсестричку.
— Мы успеем. Начало через полчаса и театр недалеко, — вцепившись в мою ладонь, девушка умоляюще смотрит мне в глаза. — Посмотрим хотя бы до антракта. Пожалуйста, я так много слышала про это шоу. Хочешь, я сама позвоню Артемьеву и скажу, что мы немного опоздаем?
Возможно, кому-то нравится, когда женщина слезно умоляет, но меня это откровенно бесит. Я ненавижу менять свои планы. Даже ради девушки, которая выхаживала меня сутками, пока я без сознания валялся под капельницами. Да, вот такая я неблагодарная циничная сволочь.
Тем не менее Дарья слепо верит, что я рыцарь в сияющих доспехах, посланный в ее скучную монотонную жизнь, чтобы увезти на белом коне в счастливое яркое будущее. Поэтому мое затянувшееся молчание она воспринимает по-своему.
— Я тоже думаю, что все билеты давно распроданы, но их можно купить у перекупщиков прямо перед началом. Цена, конечно, будет гораздо выше, но я готова сама заплатить за свой билет, — ее слова звучат настолько наивно и нелепо, что я смеюсь. По-настоящему смеюсь. Пожалуй, впервые за несколько лет.
— Ты обворожительна, Дарья. Прошу тебя, не меняйся, — сквозь хохот выдавливаю я, но стоит моему взгляду снова упасть на рекламный буклет, который я кого-то черта все еще держу в руке, смех резко прерывается. Дыхание замедляется, а с трудом запущенное Артемьевым сердце сбивается с привычного ритма и, больно ударившись о грудную клетку, с перебоями разгоняет кровь по онемевшему телу.
Невозможно… Это какой-то сюр, галлюцинация, обман зрения, морок, иллюзия, происки разгулявшегося подсознания, так часто за сегодняшний день воскрешающего в памяти образ моей маленькой Ми.
Я снова отравлен. Убит, уничтожен, ранен в мертвое сердце, которое горит и кровоточит, пока я жадно рассматриваю лицо одной из артисток, отпечатанное на глянцевой блестящей бумаге.
Это она. Эмили. Вернее, ее точная копия. Потому что моя Ми мертва, я сам видел ее тело в морге. Я не забыл, как меня разрывало на части от осознания, что вся власть и деньги мира никогда не смогут вернуть мне ту, без кого все потеряло смысл. Остались только пустота, агония и жажда мести.
Не знаю, как тогда не сдох, но я был близок, чудовищно близок к тому, чтобы уйти за ней.
— Лео, ты в порядке? — встревоженно спрашивает Дарья.
Я отмахиваюсь от нее, как от назойливой мухи. От грохота пульса у меня закладывает уши, я веду дрожащими пальцами по тонкой фигурке в эластичном ярко-красном кроп-топе и такого же цвета облегающих леггинсах. Алый — цвет крови, боли и страданий. Цвет нашей любви и тайного брачного союза. Не Келли, а Эмили была моей единственной женой перед всеми Богами Вселенной.
И это она. Моя Ми. Я смотрю на прекрасный призрак, являющийся ночами на протяжении долгих лет. Она тоже меня не отпустила… Иначе зачем? Зачем ты вернулась, Ми?
Черт, что за бред я несу. Эмили умерла. Она не могла вернуться с того света. Никакие старинные реликвии и эксперименты генетиков не способны ее воскресить. Я пытался, черт возьми. На грани отчаянья и в полубезумном состоянии я ввалил миллиарды в разработки ученых по клонированию человека. Но буквально через год все лаборатории, ведущие исследования в области ядерной трансплантации[1], взлетели на воздух вместе с материалами Ми.
Тогда кто она — девушка с афиши, чьи черты точь-в-точь повторяют лицо трагически погибшей Эмилии Моран?
Чья-то злая шутка? Ошибка печати? Дисторсия изображения?[2]
Маниакальная часть меня нашёптывает, что это не искажение и не чей-то жестокий розыгрыш, а беспощадный садистский удар моих врагов. В таком случае остаётся открытым вопрос — кто? Кто решил мне подсунуть подделку, так дьявольски сильно похожую на Ми? Кто посмел украсть ее чистый совершенный образ и присвоил другой?
У меня так много врагов, что только на перечисление вариантов могут уйти не одни сутки. Но чего бы мне это не стоило я доберусь до правды, а начну… начну с фальшивки на рекламном буклете. И клянусь, если это не случайное искажение, она горько пожалеет, что ввязалась в игру против Леонеля Голденштерна.
Стиснув зубы, я сминаю проклятую афишу в кулаке и перевожу горящий взгляд на расстроенную Дарью.
— Поехали, — рявкаю я и, развернувшись, размашистым шагом направляюсь к автомобилю, ожидающему нас на платной парковке.
— Куда? В клинику? — едва поспевая за мной, потерянно уточняет Даша.
— Нет, мы пойдем на этот чертов мюзикл.
И будь я проклят, но сегодня одно сердце точно будет разбито. Разумеется, не мое.
— Тея, вы, наверное, не поняли: мы предлагаем вам сумму с семью нулями. Всего лишь за одну встречу, — прохожусь ленивыми порхающими движениями кисти по лицу, нанося макияж. Во время выступления я так сильно потею, что никакая пудра не спасает. Скорее бы принять контрастный душ или полежать в ванной, чтобы помочь своим потрудившимся мышцам и связкам.
С самого детства я занимаюсь танцами, балетом, гимнастикой и другими видами спорта, в которых нужна феноменальная растяжка. Мое прирожденное умение великолепно владеть телом нашло призвание в одной из международных балетных трупп «Shadows». Почти с первых дней его существования, я являюсь участницей шоу-балета, но он далеко не сразу стал так популярен. Создатель «Shadows» сначала долго продвигал нас в Китае, поскольку это приносило стабильный доход и давало нам много концертов и выступлений в месяц. Азиаты просто обожают костюмированные постановки, воздушную гимнастику и европейские лица в главных ролях. За несколько лет шоу-балет покорил азиатский рынок, сколотил неплохой бюджет и отправился покорять остальной мир.
Я очень рада этой возможности — выступать в России, в Москве, в МДМ театре, на сцене которого стояли артисты, которые служат мне примером и вдохновением. Несмотря на то, что я акробатка, а не актриса, лицом и эмоциями работать все равно приходится.
А эмоций от предстоящей встречи с мамой у меня немерено. Наконец-то я увижу ее после долгой разлуки. Знаю, что несмотря на ее болезнь и то, что я постоянно отправляю деньги на лечение, ничто не заменит матери реальный контакт с единственной дочерью.
Страшно подумать — мы не виделись почти целый год. Так много всего случилось за это время. Хорошего и плохого, очень плохого. Ужасного. Я до сих пор вижу кошмары по ночам… Горный серпантин, резкий занос автомобиля, скрежет металла, грохот, боль, кровь, оглушительные звуки сирен… Я должна была умереть, но на мне не осталось ни царапины, в отличие от девушки из нашей труппы, что случайно заняла мое место. Если бы я не согласилась на просьбу Элен пересесть на заднее сиденье, то это мое окровавленное переломанное тело погрузили бы в карету скорой помощи в черном мешке. Каждую гребаную ночь я умираю вместо нее — во сне.
Мне так сильно хочется рассказать маме о чудовищной аварии, случившейся полгода назад, ощутить ее поддержку, услышать ободряющие слова, на короткое мгновенье отпустить страх и чувство вины, но я не стану этого делать. Не скажу ни слова. Нельзя ее волновать, даже если мое признание не сохранится в памяти мамы надолго.
Я справлюсь. Я как-нибудь справлюсь. Сама. Мне не привыкать.
— Тея, ты заставляешь меня ждать, — нетерпеливо напоминает о себе незваный гость. — Тебя не устраивает сумма?
— Речь о рублях? — с едкой усмешкой уточняю я, поворачиваясь к Роланду Фишеру — коммерческому директору шоу «Орбита фантазий», или правильнее сказать — сутенеру, что сводит своих клиентов с красивыми и медийными девушками.
Терпеть не могу таких людей и всех их клиентов заранее — они считают, что в этом мире купить можно все, вопрос лишь в цене.
Вынуждена с ними не согласиться, потому что сколько бы я ни работала, я не могу купить здоровье своей маме. Только лишь поддерживать ее жизнь и более-менее сносное существование. Ну и конечно, я не могу купить исцеление своей главной проблемы.
У меня серьезные проблемы с памятью. И думаю, это наследственное, а не только последствия психической травмы из-за жуткой аварии.
— Кхм, разумеется, — немного смущаясь, мнется на месте «крот» — так я про себя окрестила этого мужчину, на голове которого красуется черная шляпа в форме забавного котелка. И очки, сквозь которые трудно разглядеть выражение его взгляда имеются. Как и скрюченные пальцы, наверняка обожающие считать деньги, которые он получает за сделки с женщинами, что не прочь раздвинуть ноги за плотную пачку зеленых купюр.
Конечно, я могла бы продать свою девственность за весьма круглую сумму, ведь мне недавно исполнилось восемнадцать. Но пока эта мысль вызывает отвращение, да и возможная сумма все равно не решит всех моих проблем.
— Вы можете назвать свою цену. Один влиятельный гость очень заинтересован в приватном ужине с вами, — Фишер явно не понимает, что у него на лице все написано. Он предлагает мне не ужин, а потрахаться с кошельком за пару лимонов рублей. Вот нашли идиотку.
Точнее, пусть ищут другую, ведь я не согласна.
— «Нет» мое окончательное слово, мистер Фишер, — мотнув головой, я тянусь к кнопке вызова охраны, расположенной в моей частной гримерной. — И, если вы сейчас же не оставите меня в покое, я вызову полицию. Я устала после выступления и хочу отдохнуть.
— Глупая девчонка, — раздраженно бросает мне Фишер, демонстрируя свое истинное лицо и гнилые намерения. — Ты так наживешь себе врагов и разрушишь свою карьеру. И не стоит строить из себя целку-недотрогу. Мне прекрасно известно, каким путем получают такие роли. Даже если ты девственница, наверняка, тебе пришлось хорошо поработать ртом, чтобы заполучить одну из главных ролей в «Орбите фантазий».
— Я надеюсь, что вы тоже поработаете ртом на допросе, который вас ждет в полиции, — его оскорбления стали для меня последней каплей, поэтому я без раздумий нажала на кнопку SOS.
— Хорошо, ухожу, чертовка, — ворчит Фишер, и едва ли не плюясь в мою сторону, спешит покинуть гримерную. Вспыхнув, показываю средний палец ублюдку, мечтая хорошенько побить боксерскую грушу.
В следующий раз не нужно с такими церемониться. Еще чуть-чуть и я обзаведусь пистолетом, или хотя бы газовым баллончиком.
— Крис, закажи мне на маркетплейсе перцовый баллончик, — продолжая краситься, записываю своей ассистентке голосовое сообщение.
Бегло смотрю на время и прислушиваюсь к музыке, доносящейся из зала: скоро мне выходить на поклон, поскольку свои номера я на сегодня уже отработала.
Убедившись, что хорошо закрыла дверь в гримерную, медленно подхожу к зеркалу: в отражении на меня смотрит молодая, но не по годам взрослая, девушка. Многие и к тридцати не прожили того, через что прошла я: переезды по миру, работа и гастроли с юных лет, адаптация в другой стране и шквал навязчивых поклонников. Но даже все это — лишь верхушка айсберга того, что на самом деле было, и что ждет впереди.
Как бы мне хотелось забыть обо всех проблемах. Расслабиться, выдохнуть… хотя бы на пару часов. Найти умиротворение, тихую гавань, надежный тыл. Сильное мужское плечо, к которому можно прижаться и ощутить одно простое, но такое недоступное для меня состояние: тотальную безопасность.
Собрав в хвост светлые волосы, открываю шею. Прекрасно знаю, что являюсь классической красавицей, с аристократическими чертами лица, но, если честно, я так устала от одинаковых и банальных комплиментов мужчин.
Устала от того, что они видят во мне лишь красивую и гибкую девушку, этакий секс трофей, который необходимо заполучить в свою коллекцию. Хоть бы один из них увидел во мне то, что я сама в себе не вижу. Или боюсь видеть.
Мне необходимо переодеться. Тесные леггинсы летят на пол, за ним падает и короткий топ, освобождая грудь. Дышать становится легче, но длится мое наслаждение и расслабление совершенно не долго. Поскольку стойкое ощущение того, что за мной кто-то наблюдает, заставляет меня напрячься всем телом, буквально вытянуться по стойке смирно и приложить ладони к груди, закрыв соски.
Черт, у меня просто паранойя. Никого здесь не может быть, рядом охрана, и я закрылась на замок.
Нужно срочно одеться.
Дрожащей рукой тянусь к наряду для финального выхода, но шорох за одной из перегородок никак не дает мне покоя. Чтобы угомонить свою паранойю, вновь поворачиваюсь к зеркалу, мечтая об одном: скорее переодеться.
Как назло, я слишком нервничаю, чтобы застегнуть тесное корсетное платье с пышной короткой юбкой. Молния очень тугая, и мне фактически приходится выворачивать руки, чтобы хоть немного закрыть молнию. Может я поправилась? Будь проклят ПМС.
— Несмотря на то, что мне больше нравилось без, вынужден предложить помощь, — я буквально подпрыгиваю на месте, услышав низкий бархатный баритон, полный наглой уверенности в себе и барского тона.
— Я же уже все сказала, — ощетинившись, злюсь я.
Не могу поверить, что этот крот проник в закрытую гримерную. Хотя голос у него сильно изменился за последние пятнадцать минут.
— Дважды повторять не собираюсь. Напишу заявление о преследовании и домогательствах.
— В мои планы не входит ни то, ни другое, — кратко отрезает незнакомец.
Меня поражает его способность говорить так, словно он в каждой секунде своего присутствия в моей личной гримерной является хозяином положения. Что за фрукт там такой важный? Пусть покажется.
Словно прочитав мои мысли, незнакомец выходит в ту зону, где я уже могу увидеть его в глади зеркала.
— Какие же у вас планы? — хмыкаю я. — Кроме того, что незаконно пробираться в частную зону и пялиться на мою грудь? — отчитываю этого серьезного и явно влиятельного красавца, как мальчишку.
— Позволь помочь тебе для начала. Чтобы не смущать ни тебя, ни меня, — предлагает мужчина и приближается ко мне вальяжной походкой. Теперь, когда он стоит позади меня, я могу разглядеть его лицо.
Внезапное озарение пронзает током, бьет наотмашь. Пол уходит из — под моих ног, в висках пульсирует боль, в то время как в легких стремительно заканчивается воздух.
— Вы позволите? — едва слышно выдыхает он у моего плеча, от чего кожа моя мгновенно покрывается мурашками.
— Ага, — киваю я, опуская руки. Они будто сами идут вниз, в то время как его пальцы сжимают молнию на моем платье и аккуратно идут вверх.
Я ощущаю его дыхание на своем затылке, слегка сжимаясь от щекочущего чувства, рождающегося в эпицентре основания шеи. Ощущаю его пристальный взгляд, жадно изучающий черты моего лица. Чувствую, с какой аккуратностью и сдержанностью он делает свою работу, несмотря на то что его явно будоражит то, что он видит.
— Не думала, что скажу это, но мне нравится твой акцент. Сложно было выучить русский?
В ответ мужчина сначала медленно ухмыляется, приподнимая уголки губ. У него необычная внешность: какой-то необыкновенный микс кровей, аристократических и волевых черт, спрятанных сейчас за внушительной бородой, которая ему не идет. Но колдовскую привлекательность и статность ничем не испортить. Как и не уменьшить его рост, великолепное телосложение молодого атланта несмотря на то, что я могу дать ему как тридцать, так и сорок лет. Возможно, где-то между, а это значит, что он примерно лет на пятнадцать старше меня. Учитывая, от каких стариков поступают грязные предложения, он молод и находится в самом расцвете сил.
— Не сложнее, чем латынь или китайский, — парирует мой личный сталкер, немного повергая меня в шок.
— Впечатляет. Правда знаешь столько языков? — удивительно, почему я продолжаю с ним так мило болтать, учитывая, что он явно наблюдал за мной исподтишка и имеет опасные скрытые мотивы и маниакальные черты.
Есть в нем что-то безумное, мелькающее в прозрачных серебристых глазах, которые обретают синий цвет, когда на них падает тень. Вспыхнувшие глаза колдуна или мастера, встретившего свою Маргариту на пустынной улице.
— После третьего они буквально загружаются в мозг без всяких усилий, — нейтральным тоном выдает сталкер. — Готово, — я нервно сглатываю, когда он доводит молнию до конца и словно невзначай касается моей кожи над кромкой платья. От его взгляда бросает в дрожь — мужчина с навязчивой дотошностью разглядывает каждую родинку на моем теле.
Да и смотрит на меня так, словно я приведение. Почему я не заметила этого сразу? Почему позволяю ему здесь находиться? Будь он едва ли симпатичнее, чем «крот», давно бы на кнопку нажала.
— Я надеюсь, у тебя найдется разумное объяснение тому, почему ты пробрался ко мне в закрытую гримерную, пялился на меня обнаженную и теперь не спешишь уйти.
— Все очень просто: я хочу пригласить тебя на свидание, Алатея.
— Что? — едва ли не задыхаюсь от нервного смеха я. — Свидание?
Меня никто и никогда не приглашал на свидание. Обычно сразу предлагают цену. Даже мой нынешний молодой человек, с которым у нас отношения завязались из дружбы, не приглашал. Мы просто общались, а потом стали общаться немного теснее и вроде как даже встречаемся. Я даже планирую переспать с ним по-настоящему.
— Тебя так это удивляет и возмущает, словно я делаю тебе непристойное предложение.
— Ни то ни другое мне не интересно. Хоть пристойное, хоть непристойное, — обдаю его холодом, прекрасно зная, что такие мужчины не привыкли к отказам. — Мое сердце занято. Никаких свиданий. И мне нужно бежать на сцену…
— А после — не нужно никуда бежать. Мы побежим туда, где времени не существует. Есть только пространство.
— И куда же?
— Узнаешь, если согласишься, — загадочно усмехается мужчина.
— Ты подготовился, да? Узнал информацию обо мне? Это отталкивает, — скрещиваю руки на груди, разворачиваясь к нему. — Пугает.
— Узнал лишь то, что узнал бы любой, обладающий минимальными связями, — четко обозначает позицию мужчина, сверкнув глазами.
Меня не покидает стойкое ощущение, что я общаюсь с хищником, добровольно нацепившим на себя намордник, чтобы заранее не испугать меня.
— Мне понравилось, что за кукольной внешностью, скрываются разносторонние интересы. Меня зацепило твое увлечение, поскольку оно полностью совпадает с моим. И даже название шоу было не просто так. Владелец «Shadows» явно не равнодушен к тебе. Впрочем, это не удивительно.
— То есть я тебе интересна не из-за внешности? — даже если он врет, слышать что-то новое в свой адрес очень приятно. Не скучно. Цепляет моментально, и хочется узнать — а что дальше? Чем еще он может меня удивить?
— Внешне ты не в моем вкусе, Э…, — он осекается, и я почему-то даже забыла, что русский его не родной язык. — Алатея.
— Что ж, тогда вы переживете мой отказ …
Поделиться книгой: