— Император? — я взял в руки меч и подкинул его вверх. Когда он, совершив несколько оборотов, оказался вновь возле моей руки, поймал его и встал в стойку. — Что мне твой император? Бесхребетный ублюдок, что только и может нападать со спины, способный пожертвовать чем угодно ради власти!
Хранительница побледнела ещё сильнее и быстро затараторила:
— Даже если ты сейчас убьёшь меня — то всё равно не выберешься отсюда!
Я немного опешил и опустил оружие.
— Убью? А ты разве здесь не для того, чтобы избавиться от меня?
Меня кто-то начал трясти, и я вновь вынужден был вернуться в реальность.
— Эй, ты чего опять застыл? Тебе всё же не хорошо, давай я сопровожу тебя в мед кабинет?
— А? Нет, леди Яна, спасибо, не надо. А что до ответки обидчикам, так тут всё просто. Их больше, а убивать нельзя, — не задумываясь ответил я, вспомнив, что она спрашивала.
Блин, я так никогда ничего не вспомню. Может просто оглушить её? Ну не убивать же, в самом то деле. Нет, пожалуй, не стоит. Она ещё может сгодиться, как источник информации. Нужно просто остаться одному, чтобы во всём разобраться.
Идеальным решением будет попасть в свою комнату. Только вот как это сделать? Номер то помню, как и корпус здания, а вот где это находится — нет. Всё же память очень странная штука.
Я огляделся. Мы находились между двумя какими-то деревянными трёхэтажными зданиями. Отличное место для разборок. Тропинка одна, и та захудалая, так что здесь явно редко кто-то ходит.
— Леди.
— Просто Яна, — перебила она меня.
— Но…
— Тебе можно, когда мы не в официальной обстановке, — она убрала руки за спину.
Вот тебе и да, я ей не просто польстил, а пробил один из пяти барьеров любой девушки. То, что она убрала руки, говорит о многом. Например, о том, что доверяет мне.
— Яна. Ты не подскажешь, в какую сторону мне пойти, чтобы добраться до пятого корпуса.
— Не подскажу, — теперь девушка скрестила руки на груди. Я её чем-то обидел? Она на какое-то время задумалась. — Ладно, раз не хочешь в мед кабинет, то я провожу тебя до комнаты, чтобы ты ни где по пути не свалился. Отлежишься, если хуже станет, тогда уже не стану слушать твои возражения и ты сделаешь по-моему. И всё же, что у тебя с глазом? — вновь «включила» она ледяную королеву.
— Сдаюсь, — поднял я одну руку вверх. — Корпус пять, комната сто шестнадцать. Как и говорил — с глазом всё в порядке, просто синяк.
Если она проводит меня, так даже лучше будет, блуждать не придётся.
— Не отставай, — Яна двинулась вперёд, впрочем, не особо быстро, но не позволяя мне догнать себя. И какая муха её укусила?
Из переулка мы вышли на дорогу и я сразу огляделся.
Невысокие двухэтажные и трёхэтажные деревянные здания, кажется их называют бараками. Скудная полоса препятствия, турники, гантели, круговая беговая дорога. Далеко за периметром виднелись деревья и ни одного высотного здания.
И всё же странное место. Это так они тренируют и обучают молодёжь? Задохликов ростят? Кормить ими кем-то собираются?
Пока шли, встречающиеся по пути кадеты и даже некоторые преподаватели, слегка кланялись моей новой знакомой. Кажется мне повезло, только появился в этом мире и уже заимел какие никакие связи.
Мы подошли к одному из зданий, когда вошли, внутри нас внимательно осмотрел какой-то усатый мужик в такой же чёрной форме и с нашивками на плечах. Что-то вроде отличительных чинов, очень интересно.
А после мы поднялись на третий этаж, где и остановилась Яна.
— Ну вот, это твоя комната, если будут какие-то вопросы — обращайся. У меня ещё есть дела, я загляну позже, чтобы убедиться, что ты в порядке, — девушка даже не посмотрела на меня, а просто прошла мимо.
— Постой, а где здесь можно умыться? — кинул ей в след.
— Сам найдёшь, — послышался грубый ответ.
И всё же, что я ей сделал? Женщины. Как всегда. Наша слабость и наша сила.
В комнате стояли две двухъярусные кровати, четыре маленьких тумбочки и один шкафчик. Память отказывалась выдавать информацию, какая кровать моя, поэтому просто присел на тумбочку, чтобы случайно не спровоцировать соседей.
Нужно вспомнить, как я здесь оказался, а потом уже смогу и со всем остальным разобраться.
— Даже если ты сейчас убьёшь меня — то всё равно не выберешься отсюда!
Я немного опешил и опустил оружие.
— Убью? А ты разве здесь не для того, чтобы избавиться от меня?
— Избавиться? Как будто мне это по силам. Нет, я пришла, чтобы освободить тебя. Только есть одна небольшая загвоздка…
— Какая?
Девушка собралась с духом и ответила:
— Тебе запрещено приближаться к императорской семье и вообще находиться в космических секторах империи. А также ты должен пройти через ритуал развоплощения.
Кто бы сомневался, что они так просто меня не отпустят. Ритуал развоплощения, или по-другому — перерождения. Был найден среди руин древних и после нескольких попыток применения, его причислили к опасным, потому что в его основе лежала стихия хаоса.
И как бы не пытались лучшие артефакторы переделать его основу, у них так ничего и не вышло. В последствии ритуал запретили в империи, но некоторые влиятельные главы родов всё же использовали его, таким образом пытаясь вернуть себе молодость, за что позже и поплатились. Мало того, что развиваться им стало в разы сложнее, так их ещё и поглотила собственная сила, буквально сожрала. Сам лично видел, как одного сожрали окутанные молниями волки, что он призвал себе на подмогу.
Я рассмеялся.
— Император боится меня, не удивительно, но напрасно. Мне нет до него никакого дела. Я думал, что он вообще решил меня здесь на пожизненно оставить. Так может всё же обойдёмся без ритуала?
Чего греха таить — неприятно. В теории, шанс того, что меня тоже поглотит моя же сила невелик, спасибо вратам и демонам, которые иногда всё же лезли из ворот, от которых я и пропитался энергией хаоса, но рисковать не хочется.
— Он планировал, но… не важно. Тебя признали угрозой SSS класса. Он не хочет, чтобы ты отомстил возлюбленной или же как-то навредил императорскому роду. Так что только развоплощение.
Показалось? Или в её голосе проскочила обида?
— Она выбрала свою судьбу. Я четыреста лет здесь торчу, неужели ты думаешь, что меня это теперь интересует?
— Ну, вот и… хорошо, — произнесла она расслабленно. — Куда ты хочешь отправиться?
— Мне дают выбрать? Какая щедрость, — снял шлем, с удовольствием ощущая отсутствие скованности головы.
Это всё явно не просто так. Сомнительно, что обойдётся одним лишь развоплощением. Он не оставит за спиной врага, а значит будет искать меня по слепку ауры. И в любом случае найдёт, после перерождения у меня практически не останется сил и тогда я стану лёгкой мишенью. А значит пунктом моего назначения может быть только одна планета.
— Ну, раз мне в империю путь теперь заказан, то остаются только задворки галактики, отсталые миры. Хм, говорят, что когда-то давно мы жили лишь на одной крохотной планете, кажется её называли Грязь? Нет. Грунт? А, нет, точно же, Земля. Хочу отправиться на неё.
— Земля? Боюсь, что это невозможно, — девушка покачала головой, — она была уничтожена более двух тысяч лет назад в результате третьей мировой, первой ядерной войны.
— Расскажешь об этом кому-нибудь другому, девочка. Моя мама была оттуда родом. Так что можешь не продолжать, — усмехнулся я. Миф об уничтожении альма-матер человечества внедрил и усердно поддерживал сам император. Но я знал правду.
Хранительница хмыкнула, видимо передумав со мной спорить, закусила нижнюю губу и принялась внимательно меня разглядывая, пока я снимал остальной доспех.
— Что, нравлюсь? — этот задумчивый взгляд женщины я определяю за мгновение.
— Не буду скрывать, да и даже очень, ты ещё красивее, чем о тебе рассказывают, — не скрывая интереса ответила она.
— Ничего себе. Обо мне говорят? Сомневаюсь, что приятное.
— Отнюдь, девушки слагают легенды о твоей красоте, а мужчины же завидуют и очень не любят, как их сравнивают с тобой. Но…
— Что, но? — усмехнулся я.
— Многие так же ненавидят тебя, за уничтожения Осирис-5. Там, на момент гибели планеты, было больше девяти триллионов людей и некоторые из них далеко не последние люди в империи. Ты силён, да, но ты же понимаешь, что прошло четыреста лет и другие не сидели на месте, — она указала взглядом на камень, — а занимались и сейчас наверняка смогут собрать отряд, чтобы справиться с тобой.
Я оскалился, а внутри начала закипать ярость. Казалось бы давно забытое чувство, но при одном только воспоминании о той планете…
Вот же крыса императорская, он свалил всю вину на меня, хотя это я пытался предотвратить гибель той планеты.
Выдохнул, заметив, что хранительница насторожилась. Спокойно, время ещё придёт, а пока рано показывать клыки.
— Так что там с Землёй? Сможешь меня туда отправить? — спокойно спросил я.
— Ты… прав. Земля действительно всё же уцелела и более того, возродилась после войны, но вот только путь к ней знает лишь император.
— И хранители, — добавил я. — Не прибедняйся и за дурака меня не держи, я не вчера родился и многое знаю, как о мире, так и о вашем ордене. Кстати, как там Кларисса поживает? — улыбнулся, вспомнив свою молодость и её пленительные формы.
Девушка слегка смутилась, отвела взгляд, а затем всё же вновь посмотрела на меня.
— Извращенец. А зачем тебе эта отсталая планета?
— Хочу обрести покой, тихо мирно пожить спокойной жизнью, — не моргнув и глазом, соврал я. — И я не виноват, что этот доспех одевается только на голое тело.
— И всё же. Может лучше, например, в сектор Трилона? Ходят слухи, что там ищут таких талантов как ты, — сделала она многозначительную паузу.
— Ааа, — многозначно протянул я, — так на пороге новая война. Что, шут на троне начинает надоедать? Растут недовольства и вовсю процветает сепаратизм?
При слове «шут» девушка почему-то слегка сжала кулачки, но потом успокоилась. Странно это. По её намёкам можно понять, что она на стороне оппозиции, но при этом обозлилась на оскорбление императора. Пожалуй не стоит её больше напрягать, мне нужно, чтобы она отправила меня на Землю.
— Ладно, — тяжко вздохнула девушка, — на Землю, так на Землю. В конце концов ты прав, отдых ты действительно заслужил, находясь здесь столько времени, — она обвела взглядом ворота. — Ты же понимаешь последствия? Если твоё новое тело будет не способно принять космическую энергию, то ты станешь инвалидом в этом плане.
Я хмыкнул, разминая затёкшее тело. Хоть я и мог уже давно снять броню, да и двигаться в ней, но всё же не сделал этого по одной простой причине: она питала моё тело силой с той стороны врат, поэтому меня и не коснулась «деградация». Процесс, когда от долгого неиспользования сил ты становишься слабее. Но стоило её только снять, как всё прекратилось бы. И было бы не важно сколько бы я надевал её после.
— А у меня есть выбор? Ты меня, красавица, главное закинь туда, куда надо, а дальше я сам разберусь, — я посмотрел на неё и максимально доброжелательно улыбнулся.
Заметил, что девушка наблюдает за мной, не сводя взгляда.
— Эй! Красавица! Я тут уже четыреста лет, может начнём? — поторопил её.
— А? Да, точно, прости, начнём, — вернулась она из царства грёз.
Она развела ладони в разные стороны, а затем резко хлопнула ими, в результате чего создался небольшой импульс силы. Хранительница вновь начала разводить руки в стороны, и теперь между ними тянулась тонкая золотая нить, которую она растянула, разведя руки на максимум, сделала ими в воздухе импровизированный круг и отступила на пол шага назад. Её указательный палец засветился жёлтым светом, и она начала энергией рисовать руны прямо в воздухе.
И вот тут я напрягся. Руническая магия. Наверное, одна из самых опасных типов магии на всём свете. Хоть она и медленная, но зато хрен поймёшь, что там приготовил для тебя противник. Вот и сейчас она рисовала непонятно что, что вполне могло быть барьером, из которого даже я смогу лишь с трудом выбраться.
— Предупреждаю, после перерождения возможна кратковременная потеря памяти, — сосредоточенно сказала она.
И бросив на меня взгляд улыбнулась краешком губ. Знает, чертовка, что меня напрягла её магия. Вот она закончила писать, осмотрела написанное и кивнув, легонько толкнула всю эту конструкцию ко мне. Круг успел поменять своё положение в воздухе на «лежачее» и горизонтально завис надо мной, а затем медленно начал опускаться вниз. Опустившись, моргнул, и замер на месте.
Хранительница медленным пленительным шагом пошла ко мне, один раз повернулась, чтобы я разглядел её во всей красе и постучала пальцем по барьеру, который возник, благодаря рунам.
— Ну всё, красавчик, теперь ты только мой, — хищно улыбнулась она, а затем тихонько прыснула. — Жаль, что я действительно не могу оставить тебя себе.
Девушка отошла чуть назад, закрыла глаза, и… начала танцевать, выводя ногами вокруг барьера всё новые и новые руны. Я как завороженный наблюдал за этим действием. Потому что видел такое впервые.
Когда она почти сделала круг и оставалась всего одна руна, хранительница остановилась, открыла глаза и посмотрела на меня, затем отвернулась, а затем какое-то время смотрела в темноту. Я не мешал ей думать.
— Знаешь, бабушка была права, — произнесла она, посмотрев на меня, — ты действительно мне понравился, и… я сделаю тебе подарок на прощание.
Девушка вновь принялась чертить ногой.
— Спасибо, — не знаю, что она там пишет, но это определённо не что-то плохое.
— Отблагодаришь, когда вернёшься, — девушка хитро улыбнулась, а затем топнула ножкой и вся конструкция, вспыхнув, начала медленно вращаться. — Например, сводишь меня на свидание.
— Ты же знаешь, что, когда я вернусь мы можем быть врагами?
Меня начало поднимать потихоньку вверх. На мой вопрос она ничего не ответила, лишь наблюдала за работой рун.
— Слушай, а должно быть так больно и горячо? — спросил я, чувствуя, как становится очень жарко и в тело словно втыкают иголки.
— Что? Нет, не должно. Ты уверен, что это не эфемерная боль? С рунами всё в порядке, не может же это быть влияние врат, — девушка посмотрела себе за спину.
— Не думаю, — ответил я, и тут же из моего тела вырвалась волна чёрной энергии, которая ударила по барьеру, создав в нём пару трещин.
— Какого дьявола⁈ — хранительница не растерялась и с её рук сорвалось два луча жёлтой энергии, которые принялись восстанавливать барьер. Произошла ещё одна пульсация и её слегка отодвинуло назад. Уперевшись в пол и наклонив слегка вперёд корпус, она усилила поток энергии. Однако это не помогло и её вновь откинуло назад. — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ? — прокричала она, пытаясь успеть залатать очередную трещину.
— Это не я!
— Не может быть! ТЫ! Ты перешёл предел⁈ — в панике воскликнула она.