Игра на выживание (СИ)

— Правда?

Марго едва не подпрыгнула! Видимо, это ответ от Лираны.

— Спасибо, я побегу. Может, еще успею до отбоя.

— Поешь сначала, — вздохнула Хельга и, попрощавшись, пошла прочь, а Маргарет поняла, что не сможет усидеть на месте. Она оставила ужин на рабочем столе и помчалась в почтовую башню.

Кстати, она располагалась на границе между правым и левым крылом, поэтому никаких проблем с доступом туда не было. Марго взлетела по лестнице, будто и не было усталости этого дня. К счастью, лор Фаэр все еще находился на рабочем месте. Это был пожилой мужчина с въедливым взглядом, и когда Марго отправляла письмо Лиране, ей казалось, что этот взгляд прожжет ее насквозь, увидит все тайны и секреты. Однако, к счастью, этого не произошло.

— А, лори Хейзел! — приветствовал ее Фаэр. — Что-то вы не заглядываете. А вас уже два дня письмецо дожидается.

— Я не знала, — ответила Марго, стараясь скрыть нетерпение. — Иначе сразу бы пришла.

— Увы, стар я стал по лестницам ходить и письма разносить, — заметил Фаэр. — Уж в следующий раз заглядывайте иногда. Возьмите свое письмо, оно вон там, в шкафу на полке.

Маргарет подошла к старому рассохшемуся шкафу. Почти все полки его были пусты, лишь на одной лежал белый конверт, и рядом — еще стопка одинаковых писем. Марго не удержала любопытства и украдкой взглянула, кому они адресованы. К ее удивлению, адресатом оказался Джемс Майер. Девушка удивленно уставилась на строчку с именем отправителя. Адалина Райнер. Интересно, остальные письма от нее же? Или у них другой адресант?

— Вижу, здесь накопились письма для профессора Майера, — обернулась Марго к Фаэру. — Может, отнести ему?

— Не стоит, — вздохнул тот. — Джемс их не забирает. Ни одного со дня основания академии. А они все приходят и приходят. Я их складываю. Как можно выбросить? Вдруг передумает? Но вряд ли он захочет когда-нибудь прочесть все эти письма.

— А они… от разных адресантов? — все-таки рискнула спросить Марго.

— Сначала были от разных, — все же ответил Фаэр. — Но постепенно писать перестали, осталась только одна лори. Уж не знаю, кем она лору Майеру приходится, но пишет исправно раз в месяц.

— Жаль, что бесполезно.

— Да, жаль.

И ведь Маргарет знала: читать чужие письма нехорошо. Но как захотелось! Чтобы избежать искушения, она отошла от полки.

— Спасибо, лор Фаэр, — сказала хранителю этой башни. — В следующий раз я постараюсь заглядывать чаще, чтобы сразу забрать письмо.

— Рад слышать, лори Хейзел. Надеюсь, содержание вас порадует.

Марго вышла из почтовой башни, взглянула на конверт в ладонях, перевела дух. Затем ускорила шаг, чтобы поскорее вернуться в свою комнату и прочитать послание от Лираны.

С виду письмо было совершенно благопристойным. Марго не сомневалась: его прочитали до того, как отдали ей, хотя внешне никаких признаков взлома конверта не сохранилось. И все же в Бейлстоуне под контролем все и вся. Так почему сейчас должно быть исключение?

«Дорогая Маргарет, я счастлива, что ты благополучно начала работу в Бейлстоуне, — писала Лирана. — Наслышана об этой академии и рада твоему карьерному росту. Ты всегда добивалась своих целей. Хорошо, что так случилось и сейчас. У меня все хорошо, супруг, к сожалению, почти все время на службе. Однако он передает тебе привет».

Дальше следовала светская болтовня о людях, которых Марго и вовсе не знала. Однако особый счет букв позволил ей прочитать следующее: «Ты вляпалась. Сочувствую. По руководству академии: ректор из не самой выдающейся семьи, ни в каких историях не замечен. Единственное пятно на репутации их семейства: старший брат. У них разные фамилии. Джемс Майер — бастард отца Ноттингса, носит фамилию матери. Болтали даже, что плод насилия. Воспитывался в доме отца после смерти матушки, но официально так и не был признан. Вот он среди любимчиков мэ-лорда. О студентах: Стефан — сын младшей сестры мэ-лорда. Жил в глуши, в столице бывал редко. Эрик — сын одного из старых врагов мэ-лорда. Видимо, принят в Бейлстоун в качестве заложника. Мик узнавал о Торейне. По всем документам он мертв. Погиб вместе с семьей. Официальных обвинений нет, только слухи. Чем могу помочь? Береги себя! Лира».

Яснее не стало. Марго сначала хотела уничтожить письмо, затем решила: это будет выглядеть подозрительно. Если в нем нет ничего предосудительного, зачем от него избавляться? Маргарет запечатала конверт и положила в одну из книг, затем села на кровать и попыталась как-то уложить в голове информацию, полученную от Лираны. Первое — Аллен для всех мертв. Получается, официального приговора нет, как не было и суда. Что тогда было? Спектакль? Кого обвинили в смерти Торейнов? Или же признали несчастным случаем — вспышкой магии у их сына? Дело нечисто. И все указывает на то, что Аллен ни в чем не виноват.

Второе — непростые отношения Майера и Ноттингса. Они действительно братья. Только один законнорожденный и не очень-то известный в высшем свете, зато второй — бастард, которого выделял сам мэ-лорд. Почему? Из-за уникального ума? В том, кто руководит проектом Бейлстоун, Марго давно не сомневалась. Однако что тогда заставило младшего брата стать ректором академии и последовать за старшим? И почему ректор Георг, а не Джемс, который старше и опытнее? Странно… Только из-за сомнительного происхождения? Это вряд ли.

О Стефане Марго знала и так. Как и сказал Майер Ноттингсу, самый ненужный племянник. В своей глуши, видимо, пользовался авторитетом. Насколько помнила Маргарет, младшая из сестер мэ-лорда была замужем за лордом окраинных земель. Однако когда речь пошла о сохранении родовой магии, мэ-лорд решил рискнуть Стефаном, так как не имел сыновей, а племянника, вроде как, не жалко.

Письмо Лираны многое прояснило, но оставило больше вопросов, чем ответов. Надо поинтересоваться по поводу Ирвина Сейджа. Был ли он связан с Элеонор до приезда в Бейлстоун? Что о нем известно? Хотя, все еще можно попытаться получить ответы у самого Ирвина. Стоит обсудить с Алленом, что еще нужно узнать. Только они с Торейном до сих пор не разговаривали после того, как им со Стефаном сообщили «радостную» новость о привязке на троих. Странно, что Ал до сих пор к ней не пришел. Злится? А может, стоило бы поискать его на кладбище? Но уже поздно, до отбоя не успеть. Может, придет ночью?

С этой мыслью Марго легла, не став снимать платье. Вдруг и правда последует нежданный гость? Не щеголять ведь перед ним в сорочке! Свет погас, Маргарет легла в постель. У нее в голове царил полный сумбур, из которого выплывали отдельные, зачастую не связанные друг с другом мысли. А еще днем она успела выспаться, и теперь просто смотрела в темноту, прислушиваясь к тишине в соседней комнате. А она становилась прямо-таки звенящей. Проверить бы, но дверь уже заблокирована.

Вдруг раздался шум. Кажется, Аллен и Стефан снова ссорились. Видимо, тренировка у лора Хорта все-таки не дала желаемого результата. Парни выспались и теперь отчаянно делили территорию — ровно до того момента, как хлопнула соседняя дверь. Это еще что такое? Кто-то из них снес защиту академии?

— Торейн! Торейн, сволочь! — раздался теперь вполне себе различимый голос Стефана. — Открой немедленно!

Никто не ответил. Значит, защиту пробил Аллен. И не просто пробил, а вышвырнул Стефана в коридор, где, между прочим, небезопасно. Марго устало вздохнула. Они невыносимы! И что теперь? Надеяться, что Стефана не сожрут до утра? Или ждать, пока Майер услышит шум и расшвыряет обоих по углам?

И вдруг раздался скрежет. Марго замерла. Кто-то явно царапал когтями по полу. Замер и Стефан. Он перестал проклинать Аллена, судя по отсутствию шороха, даже не шевелился. Надо прорваться к нему!

Раздался отчаянный крик. Раз Аллен смог пробить защиту, значит, может и Марго. Она дернула на себя двери, поняла, что не получается. Тогда девушка закрыла глаза, представила, как ее тело становится прозрачным, и шагнула вперед. Препятствие она ощутила. Стало холодно, затем жарко. А когда Маргарет открыла глаза, она поняла, что стоит в коридоре, а на нее глядит… нечто. Настолько жуткое, что даже крик замер на губах. Это существо казалось пародией на человека: держалось на задних лапах. Все его тело покрывала густая шерсть, из пасти торчали кривые зубы, глаза горели алым, а когти… Когти были такими длинными, что царапали по полу. Существо приглядывалось к Марго, едва ли не принюхивалось. Стефан замер чуть поодаль. Он, казалось, и вовсе потерял возможность шевелиться. Его лицо искажал ужас.

А существо сделало еще шаг, втянуло носом воздух у самого лица Марго…

— Пошел вон, — раздался холодный голос, и впервые в жизни Маргарет была рада его слышать.

Майер появился из темноты коридора. Над его ладонью возник зеленоватый огонек, освещавший путь. Заместитель ректора пристально глядел на чудовище. Оно вдруг заскулило и поковыляло прочь, а Майер развернулся к Марго и Стефану. И сейчас он показался едва ли не страшнее изгнанного им монстра.

— Что вы делаете в коридоре после отбоя? — резко спросил он. — Забыли свод академии?

— Я поссорился с соседом, — тихо ответил Стефан. — Он выставил меня за дверь, и я не смог вернуться в комнату. А лори Хейзел…

— У лори Хейзел есть язык, чтобы ответить за себя.

— Услышала ссору между студентами и решила разобраться, — проговорила Марго. — Не успела. Свет погас, а потом появилось… вот это.

Майеру не стоит знать, что они с Алленом с легкостью гуляют сквозь стены. Пусть это останется общим секретом.

— Думаю, нам нужно пригласить третьего героя этой трагикомедии.

Лицо Джемса перестало казаться жутким. Он коснулся двери, за которой, ожидаемо, стоял Аллен. Торейн шагнул в коридор, серьезный и собранный. Да, теперь все в сборе.

— Из-за чего произошел конфликт со студентом Стефаном? — сурово спросил Майер.

— Он трогал мои вещи, — ответил Аллен. — И не понимал по-хорошему.

— Тебя послушать, так в этой комнате твои вещи повсюду! — рыкнул Стефан, но тут же схватился за горло и начал глотать ртом воздух. Марго даже не заметила, когда Джемс применил магию.

— Я не давал разрешения говорить, — напомнил маг, снимая свое заклинание, и студент облегченно выдохнул. — Итак, вы и дня не смогли прожить в одной комнате. Как вы собираетесь взаимодействовать магически?

Парни молчали. Марго чувствовала себя лишней и очень хотела оказаться подальше отсюда. Казалось, что отчитывают ее.

— Два идиота, — припечатал Майер. — И ваша глупость будет стоить жизни и вам, и вашей наставнице, когда в порыве очередной ссоры вы выпьете ее магию до донышка.

Теперь стало страшно. А ведь это действительно могло случиться! Марго оперлась спиной на холодную стену, возвращая себе подобие опоры.

— Это было последнее предупреждение. — Голос Майера звенел сталью. — Либо вы его услышите и возьметесь за ум, либо отправитесь в лабиринт. Втроем, потому что иначе пока невозможно. Думайте, студенты. И прочь с глаз моих.

Стефан и Аллен без споров скрылись в комнате, а Марго тихо сказала:

— Спасибо.

— Не стоит благодарности.

Теперь Майер смотрел на нее, и его ледяной взгляд пробирал до костей. Почему Марго чувствовала себя виноватой?

— Чаю? — вдруг предложил профессор. — Вы замерзли.

Маргарет переступила босыми ногами.

— Не откажусь, — ответила она. — Только обуюсь.

— Буду у себя, — сказал ей Майер и пошел к своей комнате, а Маргарет поспешила к себе.

Не то чтобы ей хотелось пить, но рядом с ее странным соседом становилось не так страшно. И единственное, чего она желала, — хотя бы ненадолго от этого страха избавиться. Иначе можно сойти с ума.

ГЛАВА 5

До этого Марго часто бывала в кабинете Майера, но ни разу — в его личной комнате. И входила она туда с любопытством. Что может лучше рассказать о человеке, чем помещение, в котором он живет? Марго постучала, дождалась ответа и переступила порог, оглядываясь по сторонам.

Здесь горел мягкий магический свет. Казалось, он струился прямо из-под потолка, освещая стол, заваленный книгами и чертежами. Джемс явно работал до того, как его отвлекли от исследований. В углу стояла узкая кровать, застеленная темным покрывалом. Рядом с ней — ночной столик, на нем тоже громоздились книги. На полу — тонкий серый ковер. На стенах — полки. Естественно, тоже уставленные томами в разноцветных обложках. Казалось, это библиотека, а не жилая комната. А Майер стоял у окна — на подоконнике дымились две чашки чая.

— Прошу, — указал он на одну из чашек.

Марго взяла ее в руки, согревая озябшие пальцы.

— Испугались? — поинтересовался профессор.

— Да, — признала она. — Это чудовище… Оно…

— Плод неудачного эксперимента, — поморщился Джемс. — Изгнать жалко, пришлось приобщить к труду. Их легко подчинить. Они просты по своей магической структуре. Ни намека на самостоятельное сознание, только инстинкты. Податливы, но опасны. Хорошо, что мой питомец не успел вам навредить.

— И много их в академии?

— Достаточно, — кивнул Майер. — Они охраняют ее. Поэтому лучше не выбираться из своей комнаты ночью. Даже если есть такая… возможность.

Он понял, что Стефан и Марго вышли в коридор уже после отбоя? Маргарет почувствовала, как краснеет. Она и сама не могла дать ответ, как относится к Джемсу Майеру. Боится? Уважает? Опасается? Ненавидит за бесчеловечные эксперименты?

— Вы так на меня смотрите, будто собираетесь препарировать, словно лягушку, — хмыкнул Джемс, а затем сделал небольшой глоток чая.

— Нет, я не… — Марго снова сбилась. — Кстати, я была сегодня в почтовой башне. Лор Фаэр просил передать, что вам снова пришли письма.

Фаэр не просил, но очень уж хотелось взглянуть на реакцию Джемса. Тот нахмурился и отставил чашку. Это чем-то его задело? Может, там нечто важное? Выбраться с Алленом в почтовую башню? Опасно, некрасиво, но оправданно.

— Спасибо, — все-таки сказал заместитель ректора. — Я загляну к нему как-нибудь. У вас остались родственники за пределами Бейлстоуна?

— Нет, — ответила Маргарет. — Элеонор, как вам известно, мертва. Родители и тетя тоже. Мне написала подруга по интернату. Мы росли вместе, она удачно вышла замуж. Я попросила ее приглядывать за моим скудным имуществом.

— Понимаю.

— А у вас? Есть кто-то, кто вас ждет?

— Нет.

Врет! Иначе бы не шли письма в Бейлстоун. Иначе не ответил бы Майер с такой поспешностью. Но Марго сделала вид, что не заметила обмана.

— Моя история понятна, — вместо этого улыбнулась она. — Я здесь из-за сестры. А что заставило вас выбрать Бейлстоун местом своей работы, Джемс? Уж простите мое любопытство, но, мне кажется, за пределами академии больше простора для исследований.

— Вы ошибаетесь, — спокойно проговорил Майер. — Здесь есть все, что мне нужно. А еще сюда никто не сует нос, чтобы взглянуть, как продвигаются мои исследования. Поэтому Бейлстоун — лучшее место для меня и мне подобных. Закрытое, безопасное, живущее по моим… по своим правилам.

Хорошая оговорка, значимая.

— У вас вкусный чай. — Марго решила свернуть на безопасную тему.

— Да, питаю к нему слабость, — кивнул профессор. — Летом закупаю на год вперед.

— Бываете на суше?

— Приходится. Ненадолго, правда, но мне нужны ингредиенты, книги, вещи. Вот и выбираюсь в отпуск на день-два.

— Не устаете за год?

— Нет. Нельзя устать, занимаясь тем, что тебе интересно. И не смотрите на меня так. Я всего лишь ученый. Да, готовый рисковать ради результата, но не чудовище.

— Я и не считаю вас чудовищем, — прямо ответила Маргарет. — Просто иногда не понимаю, но стремлюсь понять.

— Похвально для преподавателя — стремиться познать непознаваемое. И все же, лори Хейзел, вы играете с огнем. Я сейчас не себя имею в виду, а ваше стремление докопаться до правды во всем. Только разве вы знаете, что будете делать с этой правдой? Так по-человечески: стремиться к тому, что не принесет ничего, кроме боли.

— Но вы ведь тоже хотите познать истину в своих исследованиях. Открыть что-то новое, — не сдавалась Марго.

— Хочу, — кивнул Майер. — И плачу за это свою цену. Уже заплатил, и многое еще впереди. А вы подумайте над моими словами, Марго. И побеседуйте со своими сиблингами. Иначе наш эксперимент завершится куда раньше, чем мне бы хотелось.

— Конечно. Доброй ночи. Спасибо за чай.

Маргарет явственно чувствовала: ей пора.

— Пожалуйста, Марго, — ответил палач. — До завтра.

И она вышла из комнаты, пересекла коридор и скрылась за своей дверью. Сердце ухало, так и грозило вырваться из груди. Казалось, будто она только что дергала тигра за усы, и выбралась живой только благодаря его милости. Джемс Майер… Великий ученый и такой же великий лжец. Какую игру он ведет? Наверное, ответ на этот вопрос будет стоить жизни. Марго села на кровать и запустила пальцы в волосы. Она растерялась. Не знала, как быть дальше. С одной стороны, все понятно: поговорить с Ирвином, добраться до Томильса. С другой… Что делать с Алленом и Стефаном? Они решительно не желали ее слышать. Ни ее, ни кого бы то ни было другого. А ей оставалось только надеяться, что парни утихомирятся и поймут: чтобы выжить, им надо действовать сообща. Сообща! А не в бесконечных попытках показать друг другу, кто здесь главный.

Марго уже собиралась раздеться и лечь, когда пространство вокруг всколыхнулось, и сквозь стену прошел Аллен. Он выглядел угрюмым, поджимал губы, но все-таки пришел, а не продолжает делать вид, будто их новая магическая связь — худшее, что с ним происходило.

— Прости, что не предупредил о своем визите, — сказал Торейн. — Нам надо поговорить.

— Надо, — кивнула Марго. — А Стефан…