Магия первой встречи

Эти слова сорвались у нее с языка, прежде чем она задумалась о последствиях.

Внезапно он поднялся. Этти обнаружила, что он стоит очень близко.

— Предлагаете показать ему зубы? — спокойным тоном произнес он. — Я не уверен, что дразнить волка разумно.

Этти почувствовала, как внутри ее тела вновь нарастает волнение.

— Волк покажет зубы волку… — произнесла она. — Попробуйте просто улыбнуться.

О, она снова перешла черту.

Он не ответил, но посмотрел на нее сверху вниз так, как будто не верил своим ушам. Как будто размышлял, какое наказание будет для нее самым подходящим.

— Спасибо, что позаботитесь о нем, — прошептала она наконец. — Прошу прощения, что допустила ошибку сегодня утром.

Он внимательно смотрел за ее движениями своими магическими глазами.

— Извинения приняты.

Этти не чувствовала себя прощенной.

Она не поняла, сделал ли он шаг навстречу ей или она сама пошатнулась, но внезапно расстояние между ними сократилось. У нее перехватило дыхание. Он стоял к ней так близко и так внимательно смотрел на нее!

— Я лучше пойду вниз, на свое рабочее место, — хрипло выдавила она из себя, развернулась и стремительно пошла к выходу.

Леон привык держать под контролем весь свой бизнес. И впервые за очень долгое время ему не удалось сконцентрироваться на рабочих вопросах.

Этти все время появлялась в его мыслях — ее нежное свежее лицо, ее красивые волнистые волосы, которые блестели при каждом повороте головы. Он не должен был заставлять ее возвращать ему ручку, потому что теперь постоянно думал о том, как эти великолепные волосы раскинутся по подушкам в его постели, а она сама выгнется ему навстречу…

Когда Леон вышел из Кавендиш‑Хаус, его тело болело. Был поздний вечер, но он не потрудился поужинать. Он бродил по улицам, чтобы утомить себя физически и перестать думать о ней. Тоби уже крепко спал в своей корзине. Он знал, что Антуанет уже вывела и покормила собаку. Леон намеренно остался в своем офисе, чтобы не сталкиваться с ней. А когда вернулся в квартиру, то почувствовал запах ее духов, и его мозг снова заработал в направлении, которого он пытался избежать весь день.

С каких пор он потерял контроль над своими собственными инстинктами? Беспристрастность и невозмутимость всегда были его отличительными чертами. Но горящий взгляд Антуанет Робертс угрожал всем его принципам.

Глубоко задумавшись, он бесцельно бродил по городу. Магазины были открыты допоздна, и улицы были полны народу. Невидящим взглядом он скользил по окнам, пробираясь сквозь людские массы. Внезапно ему показалось, что за одной безупречно прозрачной витриной он увидел знакомый блеск густых волос миниатюрной женщины, стоящей спиной к нему.

Отлично. Теперь она мерещилась ему повсюду.

Но потом он услышал и ее голос, когда она спросила клиентку, нужна ли ей помощь. Леон встал у дверей магазина, слушая через открытую дверь. Либо у Антуанет Робертс был двойник, либо она пришла сюда сразу после смены в Кавендиш‑Хаус и сейчас помогала какой‑то женщине выбирать набор открыток.

Он решительно вошел внутрь и, не выбирая, взял какие‑то канцелярские принадлежности с полки. Через пару минут мимо него к выходу, довольно улыбаясь, прошла клиентка с красиво упакованными открытками в руке.

Леон подошел к женщине за прилавком.

— Мисс Робертс?

Определенно это была она. И он не мог заставить себя отвести от нее взгляд. Теперь она была в маленьком облегающем черном платье. Наконец он увидел ее ноги, и, как он и подозревал, они были стройными и красивыми. В вырезе платья виднелась ее кремовая, шелковистая кожа. А ее великолепные волосы не были стянуты в хвост и каскадом блестящих волн спадали по ее спине.

— О. — Она покраснела и облизнула от волнения губы. — Мистер Кариакис!

Затем ее глаза сузились.

— Вы оставили Тоби одного?

Упрек в ее глазах заставил его почувствовать себя виноватым.

— Знаете, он хорошо поужинал и теперь крепко спит, совершенно не скучая по мне.

Внутреннее напряжение, с которым он пытался справиться, снова усилилось. Он вышел на улицу, потому что хотел выбраться из своей новой служебной квартиры, в которой все напоминало о ней.

— Что вы здесь делаете? — раздраженно спросил он.

— А вы как думаете?

— Вы уже работали весь день!

Она напряглась.

— Многие люди работают в нескольких местах. Я уверена, что вы работаете каждый день сверх графика.

— Вы устали. — Леон отказывался верить, что она хочет работать четырнадцать или более часов в сутки.

— О нет. На самом деле, как только закончу, я пойду в клуб.

— Правда? Отлично! Возьмите меня с собой, я новичок в городе и не знаю всех классных мест, — неожиданно для себя самого выпалил он.

На лице Этти появилось смущенное выражение, и Леон возликовал. Он не мог больше лгать самому себе. Его готовность приютить у себя собаку объяснялась лишь его эгоистичным желанием видеть Антуанет чаще. Он хотел ее в своей постели. Идеально было бы сегодня вечером.

А ее реакция на него? Он видел, что мог соблазнить ее.

— Я… — Она взглянула на часы, и румянец вспыхнул на ее тонких, высоких скулах.

До закрытия оставалось пять минут, и он не собирался уходить.

— Вам нравится работать здесь?

Он завел разговор, чтобы облегчить ее смущение.

— Да, тут хорошо.

Он напрягся.

— Лучше, чем в Кавендиш?

— Здесь спокойнее, но я работаю только в вечерние часы. — Она бросила взгляд на канцелярский набор в его руках. — Хороший выбор!

— Вы здесь из‑за денег? — Он нахмурился. — Мы платим вам недостаточно?

На ее лице появилось настороженное выражение.

— Все в порядке. Просто у меня есть обязательства. Как и у большинства из нас, верно?

Ему уже пора было прекратить допрос, но он продолжал внимательно смотреть на нее, ожидая, добавит ли она что‑то к уже сказанному. Ее ясные глаза затуманились.

— Я коплю деньги, — пробормотала она.

— Вам повезло.

Этти неловко кивнула.

— Так вы хотели что‑то конкретное?

— Я хотел убедиться, действительно ли это вы.

Озорная улыбка вспыхнула на ее губах.

— Да, это я.

— Но в другой форме. — Он не мог не заметить этого скромного выреза на платье.

— Правда, тоже в черной. — Она прикусила губу и быстро взглянула вниз, словно боясь, что что‑то пролила. — Всегда готова к похоронам, это про меня. Но это платье скромное, ненавязчивое. Сейчас я должна вернуться к работе. Мы скоро закрываемся.

Этти снова разволновалась. Леон был очарован ее игрой — она то раскрывалась и шутила с ним, то отступала в застенчивости.

— Покажите мне, что у вас тут продается лучше всего.

— Серьезно?

Его развеселило выражение ее лица, и он склонился к ней ближе.

— Почему нет? Вы же не думаете, что я не смогу себе это позволить?

— Ну, я точно знаю, что вам не нужна новая ручка. Но у нас есть большой выбор первоклассных журналов.

— А что там с дневниками? — Он протянул руку и провел пальцем по гладкой кожаной обложке. — Вы ведете дневник? Описываете свои переживания в нем каждый вечер?

— А что, если и веду? — Она дерзко задрала подбородок.

— Это наверняка будет увлекательным чтением. — Впервые ему захотелось знать все мысли женщины, все ее пожелания, каждый секрет и ее сокровенное желание.

— К сожалению, нет. Я лишь составляю списки дел. — Этти потянулась через прилавок и достала с полки открытую книгу, чтобы показать ему. — Хотите посмотреть?

— Это ваш дневник? — Его пульс участился.

— Я работаю над ним в свободное время, — сказала она. — Мой босс разрешил мне, да и ему приятно видеть, что наши товары используются.

Леона позабавило ее смущение. Он наклонился ближе, чтобы прочитать ее список.

— Бывает, я забываю какие‑то вещи, — добавила Этти нервно. — Я, естественно, совсем не организованна, поэтому стараюсь зафиксировать все дела в письменном виде.

Она попыталась забрать дневник, но Леон опустил руку вниз. Его пальцы коснулись ее руки второй раз за день.

Долю секунды спустя она отдернула руку назад. Но Леон знал, что и она ощутила прикосновение его руки, как разряд электричества.

Он перелистывал страницы ее дневника, подавляя угрызения совести, — ведь она предложила его сама для просмотра. Но, к его разочарованию, внутри не было никаких сокровенных желаний.

— Так много списков. — Он листал дальше. — И все цвета радуги.

— Выполнение запланированных дел не должно быть скучным.

— У меня есть ежедневник, — сказал Леон. — Но только онлайн.

— Онлайн. — Этти театрально вздрогнула. — Я не могу уместить все эти списки на одном экране. А что, если он будет случайно удален?

— А что, если вы потеряете свой дневник? — парировал Леон. — Что, если кто‑то, кто не должен это читать, найдет его?

Этти улыбнулась.

— Вот почему у меня здесь только списки и напоминания.

— То есть ничего слишком личного или компрометирующего? — Он вздохнул с искренним разочарованием.

— Но у меня нет секретов, — пробормотала она.

— У каждого есть свои секреты.

«И желания». Но вслух он этого не произнес.

Этти просто спокойно смотрела на него в ответ.

— И я готов поспорить, что вы на самом деле не пойдете в клуб, — тихо добавил Леон. — Вы обедали? — Он не дал ей времени ответить. — Я не думаю, что у вас было время, если вы пришли сюда сразу после смены в Кавендиш. Вы, должно быть, голодны.

Он видел, что она колеблется, и снова заговорил, прежде чем Этти успела отказаться от предложения:

— Поужинайте со мной.

— Нет, спасибо.

— Неужели я такой ужасный? — ответил он, с вызовом глядя на нее. Он знал, чего хотел. И знал, чего хочет она.

Этти удивленно посмотрела на Леона.

— Нет, я…

— Ну не подводите меня. Это всего лишь ужин.

Этти прищурилась. Леон разыгрывает ее?