Помоги проекту - поделись книгой:
– Они не кра-а-а-асные!
Папа совсем растерялся:
– Ну, не красные. Я в прихожей не успел рассмотреть. Там свет плохой. Выходи. Я посмотрю внимательней.
– Не выйду. Я отсюда вообще не выйду!
Папа на меня посмотрел и руками развёл.
А чем я помочь могу? Надо было быть вежливым.
– Костик, что делать будем?
Откуда же я знаю, что делать в таких случаях. Я на всякий случай папе всё про эксперименты повторил. Вдруг он маму в прихожей не только плохо рассмотрел, но и плохо расслышал. Папа сказал:
– Мила, мы с Костиком ужинать не будем без тебя. Мы тут под дверью посидим и подождём.
Я согласился с папой. Нельзя же бросать человека, когда он плачет, да ещё с такими волосами, и спокойно идти есть. Было очень грустно слышать, как мама всхлипывает и сморкается. Мы так посидели немного: мама с одной стороны двери, а мы с другой. Если бы это чуть дольше продолжалось, то я бы тоже заплакал от жалости к маме. Но она долго не выдержала и начала прямо через дверь рассказывать нам, что с ней случилось.
– Я пришла в салон, а там такая творческая атмосфера! Все такие красивые, модные, современные. Мне мастер предложила освежить цвет волос. Она сказала, что мне яркости не хватает, изюминки. И я ей доверила-а-а-ась! Вот так и получило-о-о-ось! Но в салоне всем понравилось. И мастер была очень довольна. И я только когда домой пришла, поняла, что это совсем не то. Понимаете вы или нет? Никто меня не понимае-е-е-ет!
Я всё понял. Это был не мамин эксперимент. Это был эксперимент мастера. Папа был очень голодным после работы. Я знаю, что, когда он голодный, он нервный и плохо понимает, что ему говорят, но он был очень терпеливым и выманивал маму из ванной ласковыми словами, как она, бывает, кошку Мусю из-за дивана выманивает.
– Милочка, эксперимент – это хорошо. Ты у нас красавица. Ты себе можешь позволить любой эксперимент. Извини, что я неправильно сразу отреагировал. Это ж я от неожиданности. Даже если бы ты в любой другой цвет покрасилась, я бы так же отреагировал. Ты же раньше этого не делала.
Мама не сразу поверила.
– Правда?
Мы с папой оба много раз повторили «правда-правда».
Когда мама наконец-то вышла из ванной, нам уже было всё равно, какого она цвета. Мы ужинали. Мама долго ещё что-то рассказывала про «актуальные цвета сезона», а на следующий день всё-таки перекрасила волосы в другой цвет, который был очень похож на её обычный оттенок.
Я сделал сразу несколько выводов. Во-первых, «эксперимент» – это очень интересно, но опасно. Во-вторых, не надо сразу говорить ничего типа «ну нет», если мама снова станет экспериментировать. А вот сама по себе идея пробовать что-то новое и неожиданное мне понравилась. Когда мама говорила про «неожиданные открытия», она была такой искренней. У неё так глаза горели. Я даже думаю, если бы папа был в восторге от её причёски, она бы и перекрашиваться не пошла. Просто у неё не хватило смелости экспериментировать в одиночку. Ей нужна была команда.
Я идею понял: была у нас красивая мама, но с обычным цветом волос. А она попробовала быть такой же красивой, но с особенными волосами. Жаль, что со мной не посоветовалась. Я бы предложил ей покраситься в жёлтый цвет, тогда бы она стала похожей на солнце или одуванчик.
Идея поэкспериментировать самому мне пришла внезапно. У меня тоже была «творческая атмосфера», наверное. Я почувствовал желание сделать что-то новое и особенное. И ещё я нашёл в себе смелость поймать Мусю. Мысль у меня была такая: раз мама решила покрасить волосы, значит, хотела быть ещё красивее. Если я красиво покрашу Мусю, маму это точно порадует и удивит, а папе Муся безразлична. Проблем не будет.
Я взял большое махровое полотенце и стал охотиться на кошку. Она будто почувствовала что-то и всё время передвигалась по квартире. Но как только она задремала на подоконнике, я подскочил, накинул на неё полотенце, чтобы кошка царапаться не могла, и быстро-быстро завернул её в кулёк так, что только голова и хвост торчали. Краски и кисточки я приготовил заранее.
На хвосте я придумал нарисовать Мусе один узор, а на голове – другой. Начал с головы. Муся вырывалась, шипела и очень противно на меня кричала. Именно кричала, а не мяукала как обычно. Надеюсь, мама в салоне красоты вела себя тихо… Но эксперимент есть эксперимент. Я решил: пусть Муся на меня сейчас немного позлится, зато потом будет особенной кошкой. Мама оценит. Тем более, что мои краски легко можно смыть, если не понравится.
Терпения мне понадобилось много, зато голова и уши у Муси получились нарядные! Я немного подсушил её маминым феном, прежде чем перейти к хвосту. С хвостом у меня сразу возникли сложности: он ходил из стороны в сторону, я заляпал краской весь пол в комнате. Отказываться от такой замечательной идеи мне не хотелось. Без раскрашенного хвоста было бы совсем не то, поэтому я очень старался. И я бы всё сделал красиво, но Муся вдруг выскользнула из полотенца и понеслась по квартире! Я бросился её ловить, даже не испугался, что она меня исцарапает всего, но она была такая быстрая… И очень злая.
Самое обидное, что краска до конца не высохла! И когда Муся запрыгнула на кровать родителей и стала по ней скакать, то испачкала мамино любимое покрывало. Никакой красоты уже на кошке не было, только смазанная краска. И квартира вся в краске. Не удался у меня эксперимент.
До прихода родителей оставалось ещё много времени, поэтому я решил всё убрать, помыть и ничего им не рассказывать. Но сначала нужно было помыть Мусю. Вот это оказалось проблемой. Я никогда не видел, чтобы Мусю мыли. Возможно, мама это делала, когда меня не было дома. По крайней мере, кошка у нас чистая. Я не глупый. Я знал, что кошки боятся воды, но не знал, что настолько…
Я опять отловил Мусю полотенцем. Теперь уже пришлось побегать подольше. Она мне окончательно перестала доверять. В ванной у нас произошло с ней настоящее сражение! Мы там и полочки мамины с кремами сломали, и держатель для полотенец, и краской всё испачкали. Откуда столько краски? Я ж совсем немного использовал.
У меня не получилось Мусю отмыть… Она вырвалась из ванной и спряталась за диван. Диван я один отодвинуть не смог. Вот тут я понял, что такое «стресс». Я так устал из-за этой Муси и был так расстроен, что у меня ничего не вышло, что мне срочно надо было чем-то другим заняться, чтобы не думать о том, как родители будут ругаться, когда придут домой и увидят весь этот беспорядок.
Я ещё раз посмотрел на испорченное мамино покрывало и подумал, что вот его-то я смогу исправить. И решил его… докрасить, раз уж Муся его запачкала. Покрывало – не кошка, вырываться не будет. Я точно знал, что смогу это сделать красиво, а значит, за беспорядок меня поругают, а за покрывало похвалят. Взял краски, уселся на постель родителей и стал рисовать прямо вокруг себя.
А вот это был крутой эксперимент! И очень интересное открытие! Рисовать по ткани было приятно. Краски красиво расплывались и тут же впитывались. Получилось очень необычно! Я прорисовал больше часа. Когда в дверь позвонили, и я спрыгнул с кровати, чтобы открыть, и оказался… по щиколотку в воде. Я сразу всё понял! Кран в ванной… Забыл закрыть, когда за Мусей погнался…
В дверь звонили соседи снизу. Я про них вам ничего не рассказывал, потому что особенно нечего было. А теперь есть что: они хорошие люди. Алла и Иван. Они вместе пришли посмотреть, что происходит.
Только я дверь открыл, Иван сразу в ванну рванул, кран закрыл, а Алла крикнула:
– Костик! У нас с потолка льёт! Ты один дома?
– Один, – говорю. Про Мусю ничего говорить не стал.
А Алла мне:
– Давай всё, что есть – тряпки, ведра. Будем воду собирать!
Родители с работы в этот день вместе пришли. Видимо, встретились по дороге. Мы к их приходу почти закончили.
Мама с папой молча вошли, дверь была распахнута. Я в коридоре как раз домашние тапочки из лужи убирал на полку повыше, но потом передумал – они оттуда капали. Родители на меня внимательно посмотрели, поздоровались с соседями, зашли в одну комнату, в другую, на кухню заглянули. Мимо них с криком пронеслась Муся. Выскочила зачем-то из-за дивана, круг по квартире сделала и обратно за диван спряталась. Мама аж взвизгнула, когда её увидела. Мне показалось, что Муся специально так сделала, чтобы наябедничать.
Мама спросила:
– Костик, что здесь произошло?
Я честно признался:
– Это был эксперимент.
Дальше папа очень много чего сказал, но я это всё повторять не буду. Лучше о хорошем.
Какие я сделал открытия? С кошками лучше дел не иметь. Если кошка сама чего-то не хочет, её не уговоришь. Это я и раньше знал из детских книжек и мультиков, а теперь точно в этом убедился экспериментальным путём.
Родителям не надо ни на какие вопросы отвечать, если из-за эксперимента всю квартиру испачкал и затопил. Лучше стоять и молчать, пока они сами скажут всё, что им захочется.
Ещё теперь я знаю, за какое время вода с одного этажа на другой протекает, если кран не закрыть. У соседей нужно будет делать ремонт. Получается, эксперименты могут быть не только опасными, но и дорогими.
Папа пообещал соседям сам квартиру отремонтировать. Я сказал, что обязательно буду помогать, но они почему-то сразу от моей помощи отказались. Ну ладно. Я ж от чистого сердца. Квартиру от краски отмывать я маме помогал. Кошку она сама отмыла. Как? Я не знаю. Решил на это не смотреть. Папа в ванной все полки на место прикрутил. А покрывало… А покрывало мама стирать пока не стала. Ей понравилось, как я его разрисовал. Во всём есть что-то хорошее. Даже в эксперименте.
6. Про психологию
В наш дом пришла большая беда: книжки по психологии. Ну… Может, про «беду» я и преувеличил, но неприятность точно.
Как я это понял? С родителями что-то странное происходит. Они на меня смотрят так внимательно, будто я от них что-то скрываю, и постоянно задают мне ненужные вопросы. Типа: «Удобно ли тебе сидеть на этом стуле, Костик?» Это совершенно нелепый вопрос. Понятно же, что если бы было неудобно, я бы об этом сказал или на другой стул пересел. Я же дома, а не в гостях или театре.
Или как-то раз папа в комнату ко мне зашёл, походил по ней молча, потом на диван присел и вдруг заявил: «Ты, Костян, не переживай. Тут в твоей комнате ничего не изменится. Всё будет, как ты привык». А я и не переживал. Тем более я не против перемен, даже сам иногда что-то в своей комнате местами переставляю, чтобы было интереснее. Я же художник. Я люблю по-новому на вещи смотреть.
Но самый странный разговор произошёл как-то вечером на кухне. Мама приготовила слишком вкусный ужин. Вот прям слишком. Всё, как я люблю. Нет, она часто готовит то, что я люблю, но иногда ужины у нас бывают не вкусные, а полезные. А тут даже газировку на стол поставила, будто мы праздник собираемся отмечать. А потом мама сама (!) меня спросила: «Костик, может, ты пирожное хочешь?»
Откуда у нас в непраздничный день пирожные? Я сразу всегда сильно волноваться начинаю, когда мои родители ведут себя не как мои родители, а как какие-то незнакомые люди. Особенно когда мама пирожное и газировку предлагает, а папа сидит и молчит, да еще и улыбается, но не своей, а маминой улыбкой. Я их хорошо изучил.
За этим ужином мне уже раз сто хотелось спросить: «Что случилось?» – но я решил терпение проявить и сделать вид, что никаких странностей не замечаю. А странностей становилось всё больше и больше.
Папа сказал: «Костян, если ты не очень хочешь по утрам выходить на улицу зарядку делать, ты мне скажи. Я же понимаю, что не каждое утро настроение есть».
Чего-о-о-о? У папы же принципы! Я так на него посмотрел, что он сразу половину своей мысли изменил: «Нет, – говорит, – я убеждён, что зарядку надо делать ежедневно, и от своих убеждений не отказываюсь, но понимаю, что иногда можно и пропустить, если совсем не хочется».
Как же меня подмывало начать им вопросы задавать, но я опять сдержался и сказал папе, что действительно, бывают иногда такие дни, когда зарядку совсем делать не хочется, но я уже почти привык. И ещё сказал ему, что всё понимаю, что зарядка мне только на пользу идёт. Папа не знал, как продолжить разговор, поэтому затылок почесал и сказал: «Во-о-от так-то».
Потом к разговору подключилась мама, и я сразу понял, что начинается главная его часть, ради которой газировка была куплена.
– Костик, дорогой. Ты должен знать, что с появлением сестрички в твоей жизни ничего не изменится. Ты так же будешь и рисовать, и с друзьями встречаться, и на скрипке играть. И главное – ни на секунду не сомневайся, что мы с папой тебя очень сильно любим и меньше любить ни за что не станем!
А я и не сомневался! У меня и мысли такой не было! До этого разговора… Вот после разговора у меня много тяжёлых мыслей появилось.
А что? Разве такое бывает, что в семье появляется новый ребёнок, а «старого» меньше любить начинают?
Я сказал родителям «спасибо» и спать пошёл. Они тоже через полчаса к себе ушли, но не уснули сразу. Я видел, что у них свет горит. Тогда я сделал то, чего раньше никогда в жизни не делал. Я на цыпочках подкрался к их комнате и тихонечко в приоткрытую дверь подглядел, что они там делают, чего так затихли.
Мои родители читали… И ладно бы – мама. Мой папа тоже с книжкой сидел. Такого я точно не ожидал увидеть. Это вообще уже было ни на что нормальное не похоже! Читает у нас дома мама, а папа телевизор смотрит.
На следующий день, пока они оба были на работе, я изучил эти книжки. Их была целая стопка. Книжки по популярной психологии. Так и было написано: «популярной», но я о такой раньше не слышал.
В школе психология совсем не популярна. Там есть, конечно, психолог, но к нему у нас детей отправляют, если какие-то проблемы появляются. У нас же дома нет проблем? Или я чего-то не понял?
Вот маме Игоря учителя советуют с ребёнком к психологу сходить, но мне кажется, что у Игоря всё в порядке. И самому Игорю так кажется. Это же у учителей с ним проблемы. Значит, учителям и надо к психологу.
В некоторых книжках были закладки. Вот тут я и без всякого психолога знаю, что эти закладки делала мама для папы, чтобы он точно знал, что надо прочитать. Не стал бы мой папа на всю книгу от начала до конца добровольно время тратить. Это мы с мамой любим читать без причины. А папа читает только инструкции к новой технике. Вот в этом он очень хорошо разбирается.
Я прошёлся по закладкам: «Рождение второго ребёнка», «Как подготовить старшего ребёнка к рождению младшего».
А-а-а-а. Вот оно что. А я и не знал, что нужно как-то готовиться. Я просто обрадовался, что у меня сестра будет.
Когда у нас Муся появилась, весь дом с ног на голову перевернулся. Кошка и на шторах каталась, и мебель драла, и царапалась. И никто меня к этому не готовил, хоть и неприятно было, когда Муся мои краски переворачивала или рисунки портила.
Я тогда себе сам всё объяснил: мама кошку очень любит и радуется от неё, значит, можно потерпеть мелкие неудобства ради маминой радости. Вот если бы родители собаку завели, то им бы пришлось терпеть неудобства ради моей радости.
А тут же не о кошке речь, не о собаке! Тут целый новый человек на свет появится! И радость будет у всех – и у родителей, и у меня. Возможно, даже и у Муси, хотя я в ней совсем не уверен.
Я немного почитал эти книжки по психологии в тех местах, которые ещё и подчёркнуты были простым карандашом. Я так делаю в учебниках, когда что-то надо наизусть выучить. Некоторые пункты я даже на телефон сфотографировал, потому что понял, что мы про это всё ещё будем разговаривать. А мне совсем не хотелось. Почему? Да потому что я считаю, что совершенно не нужно разговаривать про то, что и так любому нормальному человеку понятно. Это как сидеть с друзьями и на полном серьезе говорить: «Небо синее», «Солнце светит», «Дождь мокрый».
Меня только одно интересовало: это мои родители ничего не понимают или они думают, что я ничего не соображаю? И ещё мне вдруг их так жалко стало за то, что они очень стараются, и всё это ради меня. А значит, нельзя было так вот в лоб сказать им, что они занимаются полной ерундой. Они же от любви ко мне всё это читают, а потом по вечерам пересказывают.
Главное, чтобы они от этого чтения не поменялись, чтобы папа остался моим папой – с принципами, а мама – мамой, со своими восторгами.
Для начала я решил обсудить с друзьями создавшуюся обстановку. Мы собрались в беседке, и я вкратце объяснил Оле, Игорю и дедушке, в чём дело. Оля сразу же защищать родителей начала: «Костик, но они же с тобой разговаривают, чтобы у вас в семье не было проблем». А я говорю: «Так в этом и есть моя проблема, что они каждый вечер про всякую ерунду со мной разговаривают и ведут себя странно. Мне от этого дома становится очень неуютно». Больше Оле сказать было нечего.
Игорь тоже не спешил своё мнение высказывать, он вообще долго на месте не усидел и стал вокруг беседки носиться.
Дедушка взял небольшую паузу, а потом сказал:
– Ну, не знаю. Я в этом ничего не понимаю. Когда я был маленький, никаких таких книжек не было.
– А как же тебя мама воспитывала? – спрашиваю.
– Никак не воспитывала. Время было тяжелое. Она на двух работах работала, отец на фронте погиб. Она вечером после работы очень поздно приходила, садилась рядышком и обнимала меня.
Я удивился:
– И всё?
А дедушка в ответ:
– А что ещё надо? Мама обнимет, и день сразу хорошим становится.
Оля спросила:
– Дедушка, а ты был послушным мальчиком?
Дедушка рассмеялся:
– Я? Не-е-ет. Я был… Вон, как Игорь! Вечно в истории какие-то попадал.
Поделиться книгой: