В погоне за совершенством. Часть 4

М. С. Паркер

В погоне за совершенством. Часть 4

Глава 1

Крисси

Кажется, что прошло больше года с тех пор, как я была в Нью-Йорке, но точно не меньше. Шесть лет этот город являлся моим домом. Три женщины, которых я встретила здесь, стали мне семьёй больше, чем мои собственные мать и отец. Дена и Лесли стояли рядом со мной сейчас, мы ждали, пока появится четвёртый член нашей группы. Кэрри и её жених, Гевин, стали причиной, по которой мы с моим бойфрендом Девоном прилетели из Лос-Анджелеса. Кэрри и Гевин не только официально объявили о своей помолвке, но ещё и заново открыли клуб, место, где у них произошло первое свидание. Ну, типа того. История их отношений была единственной более безумной, чем наша с Девоном, по крайней мере из всех тех, что я знала. Кэрри и Гевин оба прошли через многое и заслужили этот праздник.

— Там. — Голос Девона вызвал у меня дрожь, хотя ни в его словах, ни в намерениях не было ничего сексуального. От его руки на моей спине исходило тепло, которое не имело ничего общего с давлением тел вокруг нас.

Я посмотрела туда, куда он указывал, и увидела человека, которого мы искали. Я ухмыльнулась и прокричала её имя, пробираясь сквозь толпу к своей подруге. Когда я впервые встретила её в Колумбийском университете, она была намного спокойнее и определённо менее хорошо одета. Она всегда была красива, но время, проведённое с Гевином, придало ей уверенности и проявило ту личность, которой, как я знала, она и являлась.

Мы стали соседками по комнате с первого курса, так что находиться вдали друг от друга было нелегко. Конечно, мы обе обрели новых друзей и нашли жизненный путь, по которому должны идти, но это не означало, что мы не скучали друг по другу. Мы были так близки, что продолжили прямо с того момента, на котором остановились. Через некоторое время Дена и Лесли выбрали себе партнёров из большого числа своих поклонников и отправились танцевать. Гевин и Кэрри куда-то ушли, я предположила, что они пошли посетить приватную комнату, про которую она мне рассказывала. И я точно не винила её. Если бы у меня был сексуальный парень и приватная комната для секс-игр, я бы проводила в ней так много времени, насколько это возможно. Ну, по крайней мере сейчас у меня была одна часть этого пазла.

Я посмотрела на Девона.

— Потанцуем? — я протянула ему руку.

Он улыбнулся мне медленной и чувственной улыбкой, от которой у меня внутри все сжалось. Это была та самая улыбка, которая, как я знала, обещала мне потрясающие вещи. Когда мы с Девоном находились не в лучших отношениях, пытаясь отрицать наши чувства друг к другу, он сказал, что не танцует. Когда один из наших друзей спросил о причине, то он ответил, что не нашёл подходящего партнёра.

Он вложил свою руку в мою, и мы вместе двинулись на танцпол. Его ладонь скользнула вверх по моей обнажённой руке, а затем вниз к пояснице. Он сильно притянул меня к себе, пока наши тела не прижались друг к другу. Если бы мы были в обычном клубе, то, как мы начали двигаться вместе, могло бы показаться почти непристойным, но здесь все являлось прелюдией к сексу. Ну, за исключением самого секса, который, как я предполагала, происходил в более тускло освещённых частях клуба.

— Это платье выглядит потрясающе. — Девон прижался ртом к моему уху. Рука на моей спине переместилась к моей заднице. — Но мне не нравится.

Я повернула голову, чтобы озадаченно взглянуть на него.

— Слишком много мужчин здесь задаётся вопросом, можно ли без него выглядеть так же хорошо, как в нем. — Его рука скользнула ниже, и кончики пальцев коснулись верхней части моих бёдер.

Я специально выбрала это платье, потому что его нельзя было надеть на торжественное мероприятие дома (Когда я начала говорить о Лос-Анджелесе как о доме, а не о Нью-Йорке?), а повторное открытие секс-клуба казалось для этого идеальным мероприятием. Платье простое в том смысле, что было чисто белым и без каких-либо причудливых швов и разрезов, но никто не назвал бы его скучным. По крайней мере, не тогда, когда оно на мне. Кэрри назвала бы это платье одним из моих «едва на теле» нарядов.

— На тебя смотрит такое же количество женщин, — возразила я. И не только женщин. Я увидела немало мужчин, смотрящих в нашу сторону, но не обращающих на меня внимания.

— Ну, если люди смотрят… — итальянский акцент Девона усилился как всегда, когда он был зол или возбуждён. — Может быть, нам стоит дать им то, на что можно посмотреть?

На мне были мои любимые туфли на каблуках, которые позволяли мне находиться достаточно близко к Девону, чей рост был более ста восьмидесяти сантиметров. Все, что мне необходимо сделать, это поднять голову, чтобы наши лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Я увидела жар в его глазах, а затем его рот накрыл мой. Электричество пронзило меня, когда его язык скользнул мне в рот, и я ощутила вкус шампанского, которое мы пили. Обвив руками его шею, я зарылась пальцами в чёрные волнистые волосы. Он скользнул рукой под моё платье, сжав мою задницу, из-за чего подол платья поднялся достаточно, чтобы обнажить немного тела окружавшим нас людям. Мысль о том, что мужчины пялились на мою задницу, пока Девон ласкал её, заставила меня извиваться возле него, теперь это был не танец, а нечто более первобытное.

Я прикусила нижнюю губу Девона, затем втянула её в рот, насладившись рычанием, которое, как я чувствовала, вибрировало в его груди. Его рот скользнул вниз по моей челюсти, в то время как свободная рука запуталась в моих волосах, которые я оставила распущенными. Резким движением, от которого меня пронзила дрожь, он дёрнул мою голову в сторону и проложил дорожку поцелуев вниз по моей шее.

Я впилась ногтями в его плечи, а он втянул в рот нежную кожу моего горла. С тех пор, как мы обнародовали наши отношения, ему нравилось оставлять засосы и следы укусов на видных местах. Моя шея. Ключица. Верх груди. Мои веки трепетали, когда Девон сосал мою шею, каждое прикосновение делало меня ещё более мокрой.

Он скользнул рукой по моей ноге и потянул её вверх, взяв за бедро. Я проигнорировала тот факт, что моя юбка задралась до талии и обнажила белые стринги. Все, что меня волновало, это то, как сейчас член Девона тёрся о меня.

— Думаешь, что сможешь так кончить? — спросил Девон, втянув в рот мочку моего уха. Он прижался ко мне тазом, и я застонала. — Танцуя здесь, со всеми этими людьми вокруг нас, зная, что все, что им нужно сделать, это посмотреть, и они увидят твою упругую попку в этих крошечных трусиках.

И тут меня осенило. Он не собирался останавливаться, пока я не кончу. Меня охватил трепет. Я не была эксгибиционисткой. Не в том смысле, что я бы хотела, чтобы люди смотрели, как я занималась сексом, например, на сцене или с кем-то в моей комнате, но сейчас все по-другому. Помимо того факта, что я все же одета, клуб не был ярко освещён. Люди видели в основном тени, намек на то, что мы делали. Если вообще обратили бы на нас внимание. Все, вероятно, больше интересовались своими собственными партнёрами.

И все же меня возбуждало осознание того, что люди могли хотя бы немного посмотреть, как мы с Девоном танцевали.

Он накрыл мой рот своим, поцелуй был жёстким и требовательным. Все желание, которое я чувствовала в его теле, напряжение в его руках, твёрдость его члена, когда Девон прижимался ко мне, он вложил все это в поцелуй. Его язык проник в мой рот, исследуя каждый его дюйм. Я застонала, извиваясь рядом ним, ткань создавала восхитительное трение о мой клитор. Мы были вместе почти год, и каждое наше прикосновение друг к другу все ещё было фейерверком.

Его пальцы вцепились в мои волосы, послав маленькие уколы боли и удовольствия в кожу головы. Он оторвал свой рот от моего, и наши глаза встретились. Любовь и желание, горящие в них, только заставили меня захотеть кончить ещё сильнее. Мне нравилось иметь возможность делать то, о чём он просил. То, что он приказывал. Мне нравилось выражение его лица, когда я подчинялась.

— Кончи, мисс Дженсен.

Я улыбнулась, вспомнив, как в наш первый раз, когда мы были вместе, он называл меня по фамилии, а не по имени, как будто это могло увеличить дистанцию между нами. Даже тогда это не сработало.

— Кончи для меня, детка. — Его рука сжалась на моем бедре, пальцы впились в плоть, дополнительное давление было именно тем, в чем я нуждалась.

Я застонала, прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать крик, который был готов вырваться наружу. Я вздрогнула, когда кончила, и Девон отпустил мою ногу. Я поставила ногу на пол, но именно руки Девона удерживали меня, заставив двигаться под музыку, пока силы не вернулись к моим ногам. Как только я смогла стоять самостоятельно, то наклонилась и взяла его за руку, уведя нас с танцпола. Затем помахала Дене и Лесли, когда мы проходили мимо, но не остановилась. Я проведу с ними время завтра. Что касается Кэрри и Гевина, то я не собиралась тратить своё время на их поиски. Поскольку знала, что они были заняты. И как только мы с Девоном вернёмся в наш отель, я собиралась стать такой же занятой.

Глава 2

Крисси

— Ты упаковал наручники? — я приподняла бровь. Не уверена, почему удивилась. За то время, что мы были вместе, я побывала в нескольких поездках с Девоном, и он верил в девиз бойскаутов «Всегда готов». Я просто сомневалась, что тот, кто придумал этот девиз, в то время думал о секс-игрушках.

Мы с Девоном не отрывались друг от друга с того момента, как сели в лимузин, который Гэвин заказал для нас на выходные. Не успели мы проехать и пары метров, как Девон уложил меня на сиденье и начал стаскивать трусики. Я улучила момент, чтобы взглянуть на тонированное стекло между нами и водителем, но затем Девон поднял мои ноги так, чтобы ступни лежали ровно на сиденье — или, по крайней мере, настолько ровно, насколько это возможно с каблуками, — и я поняла, что будет дальше.

— Ш-ш-ш, — предостерёг Девон. — Я не знаю, насколько хорошая здесь звукоизоляция.

Я подумывала о том, чтобы сердито посмотреть на него, но он прижался ртом к внутренней стороне моего бедра, посасывая и покусывая нежную кожу, пока мне не пришлось сдерживать стоны. В первый раз, когда он отметил меня, это было на том же самом месте, там, где никто с работы не мог этого видеть, поскольку в то время в «Мираже» были строгие правила, запрещающие отношения. Все изменилось с тех пор, как мы с Девоном начали встречаться.

— Интересно, сколько раз я смогу заставить тебя кончить, прежде чем мы доберёмся до отеля? — спросил он перед тем, как зарыться лицом между моих ног.

Благодаря пробке ответом стала цифра три. До того, как я встретила Девона, это являлось бы рекордом для целой ночи с парнем. С тех пор, как мы были вместе, четыре оргазма, которые я испытала сегодня, являлись примерно средним значением. И у меня сложилось впечатление, что сегодняшний вечер не будет «средним».

Ему пришлось помочь мне войти в отель, и я была почти уверена, что люди, мимо которых мы проходили, подумали, что я пьяна. Мне все равно, что они думали, до тех пор, пока никто не понял, что мои трусики находились в кармане Девона, и что, несмотря на очень внимательный язычок моего парня, по внутренней стороне моих бёдер стекала влага.

Сейчас мы находились в нашей комнате, стояли рядом с кроватью королевского размера. Девон держал в руках пару наручников, одарив меня своей грешной ухмылкой, которая говорила о том, что завтра мне будет больно. Я протянула руки в универсальном жесте: «Наденьте на меня наручники, офицер, ведь я была непослушной».

— Раздевайся. — В его голосе звучали те властные нотки, от которых у меня внутри всегда что-то переворачивалось.

Сначала туфли. Затем я схватила подол своего платья и одним быстрым движением стянула его через голову, оставшись только в лифчике без бретелек, таком же белом и кружевном, как и трусики в его кармане. Я дала ему минутку, чтобы оценить открывшийся вид, а затем сбросила лифчик на пол. С лукавой усмешкой провела руками по бокам и обхватила грудь. Она была не слишком большой, но и не маленькой, просто немного больше среднего. Глаза Девона сузились, когда я ласкала свою грудь. Мои пальцы описывали круги вокруг сосков, пока те не затвердели, превратившись в маленькие твёрдые горошины.

— Я говорил, что ты можешь трогать себя? — он сделал шаг ко мне, и я в предвкушении задрожала.

Когда я впервые встретила Девона, то думала, что он помешан на контроле и не желал ничего больше, чем командовать женщинами, чтобы те доставляли ему удовольствие. В конце концов я поняла, что это был не тот случай. Ему нравилось доминировать, а мне определённо нравилось подчиняться ему. Но почему у нас всё было отлично, так это потому, что я не соответствовала традиционному определению Саб. Не в мире БДСМ. Мне нравилось давать отпор… и ему нравилось, когда я это делала. Что делало нас такими подходящими друг для друга, так это то, что мы понимали потребности друг друга и точно знали, как их удовлетворить.

— Нет, сэр. — Я слегка ущипнула соски и увидела, как глаза Девона потемнели, став почти чёрными.

Он протянул руку и взял меня за запястье. Холодный металл коснулся моей кожи, когда он защёлкнул наручники с одной стороны. Я сразу же поняла, что это не фейковые наручники, которые фокусники использовали на своих ассистентках. Эти были настоящими. Был только один способ выбраться, и этим способом был ключ, который Девон положил на столик рядом с кроватью, прежде чем взять меня за другую руку.

На мгновение он остановился с задумчивым выражением на лице. Я ничего не сказала, позволив ему принять решение, каким бы оно ни было. Через мгновение он защёлкнул наручники спереди меня, а затем сделал шаг назад. Он медленно стянул с себя облегающую футболку, обнажив длинный, стройный торс с рельефными мышцами под загорелой кожей. Он был высоким, с широкими плечами, но не таким мускулистым как, скажем, Гэвин. Но, как и в женихе моей подруги, в Девоне присутствовали сила и властность, выходившие за рамки телосложения. Он был физически устрашающим, но на самом деле именно его харизма и индивидуальность заставляли людей прислушиваться к нему.

Он расстегнул пуговицу на джинсах и молнию, но не снял их. А оставил расстёгнутыми, обнажив тонкую дорожку чёрных волос, которая тянулась от пупка вниз и исчезала между складками ткани.

С приливом желания я поняла, что у него под джинсами ничего нет. Я закусила губу. Если бы я знала это, то провела бы рукой по его штанам и члену ещё в клубе.

Он полез в сумку, из которой недавно достал наручники, и от того, что он вытащил дальше, у меня пересохло во рту.

Кожаный ремень был широким, определённо слишком широким, чтобы быть предметом одежды. Не то, чтобы Девон на самом деле носил ремни, если только у него не было чего-то подобного на уме. Но все его ремни были стильными и намного тоньше, что означало, что они причиняли больше боли. В таком деле широкие ремни больше походили на руки, передавая ощущения по телу на расстоянии.

Это было то, чего я не знала до встречи с ним.

— Повернись.

Мгновение я оставалась на месте, выдерживая его взгляд, а затем сделала так, как мне было сказано. Я расставила ноги на ширину плеч, но осталась стоять прямо, не зная, как он хотел, чтобы я расположилась. За последние несколько месяцев он шлёпал меня рукой и пользовался хлыстом. Ремень появился недавно, хотя он по-прежнему шлёпал меня только по заднице. Я знала, что некоторые женщины, включая его бывших любовниц, желали, чтобы их хлестали по спине и груди. Некоторые даже хотели, чтобы отхлестали их киски. Мне всегда нравилось немного грубовато, но он все ещё немного смягчал для меня многие специфичные штуки, которые ему нравились. Моя задница запульсировала при воспоминании о том, как он впервые сделал это. Я переспала с изрядным количеством мужчин и никогда не являлась ханжой, но Девон был моим первым во многих вещах.

— Руки на кровать.

С наручниками было немного неловко, но я балансировала на руках и ждала.

Первый удар пришёлся по обеим ягодицам, едва ощутимый, чтобы ужалить. Второй был сильнее, жар распространился по моей коже. Третий и четвёртый слились в один, и я задохнулась. Пятый заставил меня вскрикнуть, когда он ударил меня по нижней части задницы и ремень почти, но не совсем, коснулся моей киски.

— Двигайся к локтям.

Я заколебалась, и кожаный ремень снова хлестнул по моей коже. Я сделала, как было сказано, внезапно осознав, насколько сильно эта поза обнажала мою киску и задницу.

Ремень снова опустился, на этот раз скользнув по моим бёдрам. Середина ремня слегка соприкоснулась с моими половыми губами. Все моё тело дёрнулось. Это было не больно. Не совсем. Это было острое чувство, не похожее ни на что, что я испытывала раньше. Когда он повторил тот же удар, я издала сдавленный звук. И я не была уверена, что он являлся протестом. Но я и не знала, было ли это мольбой о продолжении. Мой мозг лихорадочно пытался осмыслить все, что я чувствовала.

Когда мои ноги задрожали, а тело начало разрываться между болью и удовольствием, только тогда он, наконец, остановился. Моя задница ощущалась так, словно она горела. Он не довёл дело до синяков, но сидеть завтра будет чертовски больно.

— Моя девочка. — Он склонился надо мной и прижался губами к моему позвоночнику.

Я вздохнула, когда его рот начал спускаться по моей спине, а язык чертил узоры на моей коже. Когда его руки скользнули по моей заднице, я захныкала, а дрожь пробежала по всему моему телу. Его прикосновения были нежными, но моя кожа стала настолько чувствительной, что ощущалось даже малейшее касание. Затем его язык начал ласкать мою киску.

Я застонала, когда его рот двинулся вверх. Ещё одна новая вещь, которую я недавно отдала, получив удовольствие. Когда мы готовились к сегодняшнему вечеру, Девон сделал мне предложение, и сейчас я рада, что приняла его. Кончик его языка дразнил мою задницу, слегка двигаясь по ней в то время, как он скользнул пальцем в мою киску. Двойные ощущения начали подталкивать меня к ещё одному оргазму. Когда он ввёл в меня второй палец, я зажмурилась, и меня захлестнула первая волна удовольствия от оргазма. Он переплёл пальцы и костяшками потер мою точку G.

Когда я начала кончать, он убрал свой рот, сосредоточившись на том, чтобы входить в меня пальцами, усиливая мой оргазм. Мои колени подогнулись, я извивалась на его руке, неуверенная, пыталась ли сбежать или заполучить ещё больше его в себя. А потом его рука исчезла, и мои ноги почти подкосились.

Воздух наполнился запахом мяты, и я услышала, как жидкость выплеснулась в мусорное ведро. Мгновение спустя Девон схватил меня за волосы, подняв меня в вертикальное положение и повернув моё лицо к себе. Я почувствовала вкус жидкости для ополаскивания рта, когда он меня поцеловал. Зубы и язык, такие же грубые, как и то, как он обращался со мной ранее, и моя киска текла от возбуждения.

— Я собирался трахнуть тебя сзади, — сказал он, отстранившись.

Я задрожала, вспомнив, каким интенсивным был тот первый опыт, когда он заполнил меня и растянул. Я могла только представить, каково это будет в сочетании со шлепками его бёдер по моей разогретой и уже воспалённой коже.

— Но я передумал. — Он отпустил меня так внезапно, что я чуть не упала.

К тому времени, как я восстановила равновесие, его длинное тело растянулось на кровати, а толстый и набухший член торчал в воздухе.

— Я хочу смотреть, как твои красивые сиськи подпрыгивают, пока ты скачешь на мне. — Он поманил меня пальцем вперёд. — И ты заставишь себя кончить до меня хотя бы ещё раз.

Я забралась на кровать, ожидая продолжения. Он никогда не давал мне ничего так просто. Всё моё тело было как провод под напряжением, каждый нерв горел. Мне не потребуется много времени, чтобы снова кончить.

— Но ты не можешь трогать свой клитор.

Будь он проклят.

Я впилась в него взглядом, неловко закинув ногу ему на талию. Я положила руки ему на живот и согнула пальцы, пока ногти не впились в его кожу. Он зашипел, его руки переместились, чтобы обхватить мои бедра. Он потянул меня вперёд, пока его член не упёрся в мою киску. Я протянула руку под себя, чтобы расположить его у своего входа, но не опустилась на него. Ещё нет. Я просунула внутрь только головку, дразня его узким проходом и жаром, который, как он знал, ждал его.

— Вы думаете, что Вы здесь главная, мисс Дженсен? — его вопрос был поддразнивающим. Именно об этом он спросил меня, когда мы впервые переспали, недвусмысленно дав мне знать, кто контролировал ситуацию.

— Я не знаю, мистер Риччи, — поддразнила я в ответ. — С того места, где я сижу, мне действительно так кажется.

Его руки поднялись к моей груди. Я ахнула, когда он сжал её, а затем вскрикнула, когда его пальцы начали ласкать мои соски. Я держала руки на его животе, изо всех сил стараясь удержаться в вертикальном положении. Он крутил и тянул, делая все те замечательные вещи, которые, как я обнаружила, мне не просто нравились, на самом деле я их жаждала.

Внезапно он сел, его рот опустился на мою грудь, а руки — на мою талию. Он работал над моим телом зубами и губами, пока я не поняла, что буду покрыта следами. Потом он взял мой сосок в рот, и я выругалась.

— Мошенник, — выдохнула я. Он сосал и покусывал, пока мой сосок не опух и не начал пульсировать. Когда он приступил к другому, у меня свело желудок, и я поняла, что близка к тому, чтобы кончить. Я разрывалась. С одной стороны, если бы сейчас я начала на нем двигаться, то кончила бы за считанные секунды. Но это бы значило, что я сдалась. Моё упрямство взяло верх.

Он посмотрел на меня, мой сосок был зажат у него между зубами. Девон откинул голову назад, оттягивая мою плоть, пока я не вскрикнула. Мои руки оказались зажаты между нами, сложенными на наших животах.

— Ты главная? — снова задал он свой вопрос.

Я начала было кивать, но все пропало, когда он сделал одновременно две вещи. Руки на моей талии толкнули меня вниз, а его бедра резко поднялись. Он пронзил меня одним почти жестоким толчком, который мгновенно заставил меня кончить.

Моя голова откинулась назад, когда он прижал меня к себе, пользуясь своим положением, чтобы продолжать двигать нами обоими. Каждый раз, когда я опускалась, его бедра поднимались, загоняя член глубже. Он не давал мне передышки, заставив один оргазм сменяться другим, пока я не перестала различать, где заканчивался один и начинался другой, а он все продолжал. Мои руки и ноги были вялыми, неспособными обработать любые команды, которые я бы им отдавала, если бы смогла сформулировать связную мысль. В данный момент я могла только издавать звуки удовольствия, смешанные со случайными словами или фразами.

— Да! Пожалуйста. Пожалуйста. Девон, да.

Затем он прикусил моё горло сбоку, и новый взрыв прошёл сквозь меня. Я чувствовала, как он входил в меня, даже когда все вокруг начало становиться серым. Когда сознание начало отступать, я услышала, как он произнёс моё имя, и прижалась к нему всем телом, доверив позаботиться обо мне. А потом я позволила своему сознанию ускользнуть.

Глава 3

Девон

Я посмотрел на красивую женщину, свернувшуюся калачиком рядом со мной, и уже не в первый раз задался вопросом, почему мне так повезло.

Всегда считал себя олицетворением американской мечты. Я приехал из Италии, когда мне было всего восемнадцать, с двадцатью долларами на счету и стипендией в Беркли. Теперь, пятнадцать лет спустя, я генеральный директор одного из крупнейших агентств по подбору талантов в Голливуде, и у меня так много денег, что я не знал, что с ними делать. Я заслужил всё это тяжёлым трудом, работал не покладая рук. Моё сердце было разбито, а доверие предано, но я сказал себе, что это пошло мне на пользу, потому что заставило увидеть, каковы люди на самом деле.

Я переспал с сотнями женщин, предаваясь фантазиям, которые большинство мужчин никогда не смогли бы воплотить в реальность. Секс втроём. Секс вчетвером. Извращения, которые варьировались от небольшого подчинения до откровенного садо-мазо. У меня никогда не было отношений, только женщины, которых я трахал. Я никогда не был ни с одной дольше нескольких недель, не было постоянной «партнёрши». Лишь пара женщин, которых большинство людей назвали бы приятельницами по перепихону, женщины, которым я мог позвонить в любое время, и у них не было никаких ожиданий. Всякий раз, когда женщина начинала думать, что она значила для меня что-то, кроме хорошего траха, наступало время прощаться.

Со стороны всё в моей жизни выглядело идеально. Черт возьми, даже я думал, что все было идеально. А потом Крисси Дженсен пришла в «Мираж» на собеседование о приёме на работу. Она не похожа ни на одну женщину, которую я когда-либо встречал раньше. Она не игнорировала все, что я на неё вываливал. Она сопротивлялась. Ее не волновало, кто я такой, и сколько у меня денег. Очень немногие мужчины сталкивались со мной лицом к лицу. Крисси была единственной женщиной, которая когда-либо пошла против меня. У меня возникло чувство, что её подруга Кэрри, возможно, смогла бы достичь того же. Может быть, те две другие женщины, с которыми дружила Крисси, тоже, но я сомневался в этом. Крисси была самым сильным человеком, которого я знал, будь то мужчина или женщина, и это стало одной из тех вещей, которые я любил в ней больше всего.

Люди, знавшие мои сексуальные наклонности, могли предположить, что я захочу какую-нибудь покорную маленькую мышку, женщину, которая скажет: «Да, хозяин», и возьмёт все, что я ей дам. Раньше мне это нравилось, но тогда секс не означал то же самое. Это было о власти и контроле. Я всегда доставлял удовольствие своим партнёршам, никогда не делал ничего, с чем они просто согласились, но что не доставляло бы им удовольствия. Но дело не в том, что я хотел, чтобы они были счастливы. Я являлся эгоистом и тешил свою гордость тем, каким хорошим любовником был. Это заняло у меня много времени, но я, наконец, смирился с тем фактом, что из-за того, что произошло между моей бывшей невестой и бывшим лучшим другом, мне нужно было доказывать, что она выбрала его не потому, что я оказался плох в постели.

Я убрал несколько прядей шелковистых волос с лица Крисси, позволив своим пальцам задержаться на её лбу, прежде чем скользнуть вниз по щеке. Волна любви пронзила меня. Признаться в своих чувствах к ней было нелегко. Мне потребовались месяцы, чтобы по-настоящему произнести слова «Я люблю тебя». Но она знала, что, когда я их произнёс, это было правдой, а не тем, что следовало сказать, потому что этого ожидали.

Я всегда смеялся над людьми, которые говорили о встрече со своей второй половинкой или родственной душой. Даже когда я был с Хейли и думал, что это любовь, я не верил в подобное дерьмо. Встреча с Крисси перевернула все с ног на голову. Она стала не просто моей второй половинкой. Она была такой, каким был бы я, если бы родился женщиной. Умная. Сильная. Пламенная. Она бросила вызов ожиданиям своей матери — светской львице, и добилась всего сама. Переехала в Нью-Йорк, а затем в Лос-Анджелес, потому что хотела чего-то добиться. Не для того, чтобы кому-то что-то доказать, а потому что это было именно то, чего она хотела.

Она амбициозна, но не безжалостна в типичном голливудском смысле. Она делала то, что нужно было сделать, но только если это не вредило людям, о которых она заботилась. Она много работала, но деньги были для неё не всем. Она сострадательна тем, кто этого заслуживал, и жестока к тому, кто причинял боль невинным.

Однажды я видел, как она уничтожила директора, который уволил, а затем напал на нашего тринадцатилетнего клиента, потому что мальчик отказался заниматься с ним сексом. Для официальных обвинений не было достаточных доказательств, но Крисси все равно взялась за это. Я видел, как карьеры разрушались, а затем люди снова поднимались на вершину. С Рудольфом Делфайром этого не случится. Он не просто закончил карьеру в Голливуде. Практически любой, у кого был интернет, знал, в чем его обвинили, и какому публичному унижению они подвергнутся, защитив его.

Я никогда не видел никого настолько целеустремлённого. Кроме себя, конечно. В ней было все, что я хотел, хотя и не подозревал об этом.

Черт возьми, она была почти идеальна.

Я поцеловал её в макушку и посмотрел в окно на чистое голубое небо. Я знал, что она любила свой родной, но не родной город Нью-Йорк потому, что там у неё были друзья, но я всегда предпочитал Западное побережье. Сейчас начало июля, и в городе стало невыносимо жарко, но половину времени было пасмурно. По крайней мере, если бы в Лос-Анджелесе было жарко, то там светило бы солнце. Конечно, всегда нужно принимать во внимание смог, но нам приходилось иметь с этим дело только тогда, когда мы были в квартире в самом городе. В нашем доме не так много смога.