Случайные неслучайные встречи

Видимо, энергия песни и лозунгов, эмоции этих людей притянули их, «сдули» со сцены и принесли в гущу тех, кто совсем недавно не только слушал и подпевал им, но был с хором девушек на одной волне, составлял с ними целое существо, с едиными мыслями и чувствами. И девчатам обязательно хотелось оказаться в гуще этих людей, ощутить еще раз вместе со своими и их эмоции, напитаться ими.

В прошлой жизни Надежда не была ярой коммунисткой, она жила в те времена, когда КПСС уже не была главным органом всего советского общества, направляющей и руководящей рукой, определяющей все особенности жизни людей, составляющей, по сути, фундамент этой жизни. Многопартийность в будущем оттеснила коммунистов, их заменила уже другая государственная партия, к которой женщина относилась более критично.

А тут, в это время, сила и дух людей, составляющих основу компартии, точнее, еще Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) — ВКП (б), были очень сильны. И хотя среди людей, присутствующих здесь, было много «профессиональных» коммунистов-партократов, основу этой массы все же составляли обычные люди, с рабочими руками, простыми располагающими лицами, неуютно чувствующие себя в строгих костюмах и тугих воротничках рубашек и строгих «удавках» галстуков. Даже редкие еще женщины были среди них, правда, своими строгими костюмами и простыми короткими стрижками, мало отличавшиеся от мужчин. Но как бы там ни было, эмоции тех, кто сейчас окружал девушек, были чистыми, правдивыми и искренними.

Эти люди уже не выглядели такими грозными и страшными — они улыбались, хлопали в ладоши, пытались обнять растерявшихся девушек и мужчин. Один из присутствующих даже хотел поцеловать Олесю, прижать к себе, но она отвернулась, отступила назад, спрятавшись за Надю.

Неуютнее всех в присутствии такого большого количества мужчин чувствовала себя бедная Айгуль. Когда она стояла на сцене, они были внизу и не казались страшными, а тут, рядом, они повергли бедную девушку в полный ужас.

Хотя и называла Надя ее в шутку, вслед за товарищем Суховым из знаменитого фильма, «освобожденной женщиной Востока», она вела себя свободно и спокойно только с девушками, снимая свой вечный платок исключительно только перед ними.

А тут взгляды всех этих больших мужчин совсем ее смутили, она постоянно поправляла слишком маленькую, по ее мнению, косынку и готова была расплакаться и полностью спрятаться за крупным телом Глафиры, прижимавшей ее к себе успокаивающим жестом.

Но тут толпа расступилась, к ним подошла группа еще более важных мужчин во главе с высоким солидным человеком, которого Надя издалека со страхом приняла было за ненавистного ей Хрущева, не заметив сначала очков на его лице.

Но приглядевшись, она убедилась в своей ошибке — это был нынешний Первый секретарь горкома партии Александр Сергеевич Щербаков. Сейчас почти забыли про этого человека, а он более достоин внимания, чем пресловутый «кукурузник», о котором знают все.

В Сталинское время Александр Сергеевич Щербаков был одним из самых влиятельных людей в СССР. Он был руководителем советской пропаганды, занимал высокую должность в Союзе писателей, ранее руководил рядом различных партийных организаций по всей стране: в Ленинграде, Сталино — Донецке, Иркутске. В конце концов Сталин забрал его в Москву, где Александр Сергеевич и возглавил Московскую партийную организацию.

Щербаков выполнял важную работу первого секретаря Московского городского комитета Компартии в самое трудное для столицы время — с тридцать восьмого по сорок пятый год.

Самым ярким и сложным в биографии Александра Сергеевича станет октябрь сорок первого года, когда немецкие армии вплотную подошли к Москве. В эти дни город был объят паникой, массовым бегством жителей, мародерством, разбоями и грабежами.

Щербаков приложит немало усилий по нормализации обстановки. Он добьется, чтобы под трибунал были отданы сбежавшие из города директора столичных предприятий, исключены из партии поддавшиеся страху работники. По поручению Сталина Александр Сергеевич выступит по радио, успокаивая горожан словами: «За Москву будем драться упорно, ожесточенно, до последней капли крови».

Умер он десятого мая после Дня Победы — сердце не выдержало напряжения, да, как шептались позже, и активной дружбы с «зеленым змием».

Но надо отметить, что до войны Щербаков сильно спиртным не увлекался, пил в меру, в основном на многочисленных застольях, которые любил в это время устраивать Сталин. Сорвался он в начале войны, в сорок первом году, когда к переживаниям той ответственности за жизнь огромного города в той неразберихе лета и осени, которая тогда творилась, наложилась и личная трагедия мужа.

Он с женой очень хотели дочку. Она была на седьмом месяце беременности, когда по дороге домой зимой ее встретили два бандита. Угрожая ножом, они сняли пальто и хорошую шапку, забрали сумку и напоследок сильно ударили по голове и в живот. Пролежала бедняжка в какой-то в подворотне пару часов на морозе, истекая кровью, начала рожать. Её нашел наряд милиции, срочно увезли в больницу. Там женщину еле спасли, а ребёнок-девочка умерла. Вот после этого и начал Щербаков водку как воду пить, что естественно и сказалось на его здоровье.

Но все это будет еще не скоро, а сейчас, хотя уже и номинально, опосредованно, но именно он следил, чтобы в стране издавались литературные произведения, насыщенные «героической борьбой международного пролетариата, пафосом победы социализма, отражающие великую мудрость и героизм коммунистической партии».

От Александра Сергеевича нередко зависело, чьи работы будут печатать, а чьи — нет, так что положительный интерес такого человека многого стоил.

Вот этот человек высокого роста и склонился над Надей, обдав слабым запахом хорошего курева и спиртного, приобнял ее со словами:

— Какие сильные песни вы спели, девчата! С ними и в бой, и на ударный труд — всюду пойдешь! И какие слова замечательные: «И вновь продолжается бой, И сердцу тревожно в груди. И Сталин такой молодой, И юный — Октябрь впереди»! — очень верные и правильные слова! Молодцы! Надо обязательно эти песни распространять дальше, по радио исполнить, пластинку записать! — сразу видно идеолога, берет быка за рога — а ведь за распространение таких песен действительно очень много плюшек можно получить.

— А кто же из вас автор — Н. Кузнецова? Покажись! — и мужчина потряс в руках листочками с текстами песен, где в уголке скромно стояло — автор стихов и музыки — и указывались Надины инициалы и фамилия.

— Это я! Я — Надежда Кузнецова, — прерывистым голосом проговорила девушка, еле выскальзывая из объятий этого большого человека.

— Молодец, Надежда, порадовала старших товарищей, замечательные песни сочинила, и спели вы отлично! Но и мы в накладе не останемся, наградим тебя! Правильно я говорю, товарищи? — и одобрительный гул был ему ответом — вряд ли бы кто-то осмелился сказать, что это неправильно.

— Проси, чего хочешь!

— Я хочу, — тут девушка сделала театральную паузу, заинтересовав всех, и потом продолжила более громко, — хочу в первую очередь поблагодарить своих подруг и помощников, секретаря комсомольской и партийной организаций нашего педагогического училища, преподавателя Константина Михайловича, всех, кто помогал и поддерживал нас, — и девушка по очереди показывала на тех, кого называла, стараясь никого не обидеть.

Называемые, кто скромно — как музыкант и девушки, кто, лучась от удовольствия, как Марксэн и Петя, кивали головой и выходили вперед, на глаза высоких начальников.

— Еще думали мы вместе со своими партийной и комсомольской организациями Ленинскую комнату большую и красивую в училище сделать, да поняли, что места маловато — надо какое-то подходящее помещение переоборудовать, а это не в наших силах, тут помощь города нужна.

— А еще что хотим в награду, мы подумаем и скажем чуть позже, негоже торопиться в таком случае, просить мало — себя обидеть, просить много — вас обидеть, — под смех окружающих завершила девушка.

— Молодец, не только скромная, но и находчивая, не растерялась, ну что же, думай, и мы будем думать, и про идею с Ленинской комнатой, и про другие награды. А как надумаешь, приходи завтра, или лучше, послезавтра, часикам к десяти, сюда же, ко мне в кабинет, все и обсудим. Я предупрежу соответствующие органы.

— А теперь, товарищи, мы прервем ненадолго наше заседание, да и девушек отпустим отдыхать, — и с этими словами все стали расходиться, кучковаться группками, а девушки вслед за сопровождающими вновь вернулись в большой кабинет, где почти упали на ближайшие стулья, еле держась на ногах.

Стол был уже убран, но на нем стояли большие пакеты, которые и вручили девушкам, которые, передохнув немного, совсем уставшие и расслабленные, еле забрались все в тот же автобус, который и развез всех по местам.

Девчата кое как дошли до своей комнаты и упали по кроватям, а молчавшая до этого Айгуль тихо проговорила:

— А еще говорят, у артистов работа легкая — пой себе, да кланяйся под аплодисменты! Мне так тяжело не было, когда я хлопок под палящим солнцем собирала! Все эти мужчины на тебя смотрят, все что-то обсуждают, оценивают, даже тело чешется от этих взглядов! — и она покачала головой, показывая, как все это ей не понравилось.

Олеся подхватила следом:

— Мне тоже не понравилось. Это ты точно сказала, казалось бы, стой себе спокойно да рот раскрывай — а устала так, как никогда! Нет, это не для меня! Друзьям петь я согласна, а вот перед таким большим количеством людей выступать — увольте! Да и Михасю вряд ли понравится, если я на виду у всех стоять на сцене буду!

Надя и Сима переглянулись и про себя сделали выводы — эти девушки вряд ли смогут еще петь на большой эстраде.

— А мне понравилось. Наоборот, кажешься выше, значительнее, больше — ведь все взгляды на тебя. Эти взгляды поднимают, возвышают до небес, — это Глафира, немного смущенная своими словами, подхватила разговор.

Для Нади и эти чувства уже не были новостью — она и раньше видела, как нравится внимание публики этой статной красавице. Значит, как она и предполагала, будет она и дальше вспоминать песни для нее — а их целое море, таких певучих — и лирических, и патриотических.

— И мне понравилось, — подхватила Сима, — я наоборот, как бы растворилась во всех этих людях, чувствовала единство со всеми, была с ними на одной волне, — ну, психолог, истинный психолог!

— И мне понравилось, — завершила Надя,- правильно Сима сказала, было очень здОрово понимать, что все эти грозные мужчины теперь подвластны тебе, ты можешь внушить им все те мысли, которые и сама переживаешь, — и на этих несколько провокационных словах разговор и закончился. Поняла полностью их смысл только Сима, которая и переглянулась со своей подругой понимающими взглядами.

Тут все зашевелились и стали готовиться к чаепитию, где за столом с огромным аппетитом стали поглощать все те вкусности, которые были в пакетах.

Через некоторое время к ним присоединился Михась, а за тем и Вася — им девушки снова высказали все свои впечатления от этого знаменательного события. А Надя сидела и думала — чтобы такого хорошего и нужного восстребовать с горкома, пользуясь подходящим моментом.

Она присела в уголочке и стала накидывать примерный список, в котором, кроме оборудования для Ленинской комнаты — столов, стульев, книг и газет, значились и чайные пары, чайник или самовар, плитка или керогаз, приспособления для стирки и под вопросом — даже стиральная машинка, только Надежда не помнила, появились ли они уже в это время.

Ну и швейные машинки — одну, как и хотели, в подарок Олесе на свадьбу, а остальные, сколько уж дадут — в общее пользование. Шили здесь много и с удовольствием, поскольку купить одежду было проблематично, умеющие хорошо шить девушки без обновок не оставались, да и для других за плату шить не отказывались.

Составив примерный перечень необходимого, в надежде дополнить его с помощью подруг, девушка присоединилась к общей компании, с удовольствием впитывая их искренние эмоции от первого успеха. Вася нежно держал подругу за руку, с гордостью поглядывал на девушку и гордился своей любимой. Новая рубашка и туфли уже красовались на нем и Михасе, парни были довольны, что и про них не забыли.

* * *

https://ru.wikipedia.org/wiki/Список_первых_секретарей_Московского_городского_комитета_КПСС

https://dzen.ru/a/YcB0mR39qk1-HV8n — Александр Сергеевич Щербаков. Он был правой рукой Сталина по идеологии. А сегодня забыт…

https://dzen.ru/a/X-tQa7F_IC_zOme6 — Человек, которому Сталин безгранично доверял.

Глава 3

' Место встречи изменить нельзя'

аГлава 3. ' Место встречи изменить нельзя'.

На следующий день Надя поручила девочкам думать над тем, что нужно для Ленинской комнаты и их дальнейшей счастливой жизни. Они решили немного отдохнуть от вчерашнего выступления и заняться бытовыми делами.

А самой Наде не хотелось сидеть в помещении, энергия от песен и пережитых вчера эмоций распирала ее и требовала действия. Она нашла в своей заветной, поистине бездонной, сумочке визитку Александра Цфасмана, которую ей положил Вася, и вспомнила о его приглашении в ресторан «Савой», где они в основном и выступали.

К сожалению, парень дежурил все эти дни, и девушка решила пойти с Симой, чтобы она была свидетелем оформления договора «Случайного вальса» и «Глафиры» на ее имя и имя музыканта.

И еще она очень хотела представить оркестру свою подругу — ей прямо виделось их сотрудничество, так ложился голос и облик девушки на ту музыку, что исполняли эти музыканты. Да и идти одной в такой шикарный ресторан как-то она побаивалась.

По дороге девушка прикидывала к подруге облик Мирей Матье — прическа под пажа, маленькое черное платье, аккуратная невысокая, но ладная фигурка и песня «Вечная весна» — все прекрасно ей соответствовало, надо только вспомнить русский полный текст песни, французский канонический вариант в это время пока звучать не мог.

К внешности и голосу Симы — пусть, не очень сильному, но лирическому, нежному, замечательно подходили также те песни, что исполняли в будущем Лариса Мондрус, Нина Бродская, Эдита Пьеха, Майя Кристалинская и другие прекрасные певицы пятидесятых — шестидесятых годов, которых Надежда — попаданка очень любила и многие их песни прекрасно помнила.

Вообще, музыка именно времени так называемой «оттепели» почему-то отлично соответствовала этому предвоенному времени, здесь, к несчастью, все страшные испытания еще впереди, а тогда они уже были позади, но все одинаково предвкушали счастливую яркую жизнь в будущем, она то и звучала в этих мелодиях.

Хоть и несколько презрительно большие начальники относились к эстрадным песням, считали их «буржуазными пережитками», эти мелодии пользовались гораздо большей любовью у слушателей, чем официальные оратории и кантаты, да и доход государству приносили гораздо больший.

Но ведь такие песни, как «И вновь продолжается бой», вполне могут прикрывать песни лирические, эстрадные, надо только подумать, как это сделать.

И, мурлыкая про себя бессмертную мелодию знаменитых шансонье, Надя, улыбаясь, шла вместе с подругой по улицам вполне уже летней Москвы. Это на девушку так весна и любовь действовали — хотелось всех вокруг сделать счастливыми.

Но пока проза жизни — девушки забежали в Сберкассу, в которой Надя оформила сберкнижку, на которую решила складывать отчисления от песен.

Сберкассы и сберкнижки в это время были достаточно популярны, хотя появились они в Советском Союзе относительно недавно.

Первая государственная трудовая сберегательная касса, как она тогда называлась, была открыта в феврале двадцать третьего года еще в Петрограде, в здании бывшего Управления государственных сберегательных касс, на набережной Фонтанки, семьдесят шесть. Известно даже имя первого вкладчика — им стал Александр Осипович Желонз — рабочий завода «Электросила», принесший в сберкассу часть полученной им премии за быстрое и качественное выполнение производственного задания.

С тех пор на сберегательные кассы возложили обязанности по выплатам персональных пенсий и пенсий народным учителям, они выдавали зарплату рабочим и служащим, принимали оплату за коммунальные платежи, осуществляли хранение средств касс взаимопомощи, то есть выполняли по сути все те же функции, что и Сбербанк в будущем, который, в принципе и был потомком этих государственных заведений.

Сберегательные кассы стали быстро пользоваться у советских граждан большой популярностью. Они давали гарантию на то, что накопленные деньги будут лежать в целости и сохранности, к тому же сохранялась тайна вкладов и возможность получить свои деньги по первому требованию, в отличие от многочисленных дефолтов будущего.

Доверие населения к деятельности касс было очень высоким, а проценты хоть и не большими, но стабильными. Недаром в знаменитом фильме герой Леонида Куравлева призывал хранить деньги именно в сберегательной кассе — целее будут, грабителям не достанутся!

Для того, чтобы фиксировать, сколько денег находится на счету, когда их пополняли или снимали, были введены специальные сберегательные книжки, вот такую и получила девушка, пополнив ее на рубль, чтобы открыть счет. Была книжечка еще очень скромной, серенькой, небольшой, но девушка надеялась, что вклады на нее скоро начнут поступать достойные.

Оставалось только потом занести ее в авторский комитет, отметить данные и начинать собирать дивиденды.

В принципе, уже за выступление на конференции им должна была «капнуть» копеечка малая, но так это или нет — неизвестно. Ведь для того, чтобы это произошло, надо зафиксировать каким-то образом факт исполнения песен — а кто и как должен это сделать — непонятно. Поставив себе зарубку, что надо все это уточнить, Надя убрала книжку в сумку, покрепче взяла Симу под руку, и они пошли дальше.

Заинтриговав подругу словами, что хочет познакомить ее с интересными людьми, девушки вместе подошли к ресторану «Савой».

Даже на подходе к нему это сооружение поражало своим размером и красотой. Само здание гостиницы в стиле неоклассицизма построили на углу Рождественки и Пушечной улицы еще в девятьсот тринадцатом году.

Правда, гостиничный комплекс изначально именовался «Берлином», а «Савой» не считался рестораном в полной мере, его называли почему-то венским кафе, хотя осуществлял он функции именно ресторана.

Происхождение названия было также не совсем понятным: то ли оно было связано с аристократическим английским родом, то ли с местностью Савойя на юге Франции, а, может, даже с особым сортом капусты, которую здесь когда-то подавали. Но тем не менее, оригинальное название быстро прижилось, легко запоминалось и широко использовалось в определенных кругах посетителей, изменяясь и склоняясь.

Внутри ресторан выглядел очень богато, гостей ждало много необычного, отличающего данное помещение от других московских ресторанов.

Кроме шикарного внутреннего убранства, поражающего любого сюда зашедшего человека, удивляло и необыкновенное меню, так, посетителям ресторана предлагали попробовать селёдку с интригующим названием «Роль-мопс», омлет с вареньем, печенье под необычным названием «Свиное ухо» и другие оригинальные блюда.