Помоги проекту - поделись книгой:
Леня с Аней только что подошли к столу с напитками, где встретили Арнольда с Викой.
Эх, как же я по вам, ребята, соскучился!
— Ты только не расплачься, — сказала Лора, когда прочитала мои мысли.
А директор Горький уже вышел на сцену и выхватил микрофон у солиста.
— Дорогие студенты, прошу немного внимания, — сказал он, и все повернулись к сцене. — Думаю, уже ни для кого не новость, что за праздник сегодня! — он посмотрел на меня. — Михаил, можно тебя на сцену?
Я встал из-за стола и подошел к директору.
— Сегодня наш институт стал на одну ступеньку выше к званию лучшего учебного учреждения магов-истребителей в мире. И я говорю не только о победе Михаила, но и о том, сколько труда мы все с вами прилагаем ежедневно, чтобы становиться лучше! Изо дня в день вы, дорогие студенты, ходите в Дикую Зону, дабы обеспечить нашей стране мирное существование хотя бы еще на один день.
Даже я слушал речь Алексея Максимовича с гордостью. Не знаю, как у других институтов, но у нас и вправду были хорошие показатели роста именно в плане развития способностей и знаний мага-истребителя.
Вот только я единственный, как белая ворона, не посещал занятия. Вывозил только на своих способностях и питомцах. Болванчик в этом плане впереди всех с большим отрывом — все лекции потом Лора загружала мне в мозг.
— И Михаил Кузнецов доказал, что мы можем не только конкурировать на мировой арене, но и быть первыми! — Горький поднял бокал с шампанским. — И я бы хотел от лица института и меня лично вручить этот скромный подарок.
Он достал из кармана конверт и передал мне.
Я с интересом открыл его и прочитал.
«Разрешение на проход в Дикую Зону». Там уже стояли необходимые подписи и печать царя.
— Личный проход в Дикую Зону! Официальный!
Директор еще раз поднял бокал и отпил.
Я же с интересом посмотрел за стол, где сидели все важные шишки. Петр Петрович с Кутузовым и Нахимовым синхронно подняли бокалы.
Вот значит как! Вот это отличный подгон! Надя обрадуется, что часть проблем решена. Теперь можно смело проводить Угольков туда-сюда, а также строить им перевалочный пункт.
Тут и остальные студенты подняли бокалы, чокнулись и сделали по глотку.
Честно скажу, народу было много. И неудивительно, что собрались вообще все. Да тут даже Трубецкой со своим недавним дружком Баскаковым мелькал!
Что ж, приятно. После такого коротенького поздравления и вручения поистине ценного подарка, мы вернулись на свои места и вечеринка продолжилась.
— Эх, а я и забыл, каково это ходить на дискотеки, — садясь рядом со мной, заявил раскрасневшийся директор.
— Алексей Максимович, а когда вы вообще в последний раз были на подобных мероприятиях? — ухмыльнулся Кутузов.
— Ох, давненько! Последний раз… Ай, даже и не вспомнить… с супругой в парке, когда выступал какой-то артист… — задумался Горький.
— А кто вам подсказал такую идею? — спросил я, намекая на группу. Вряд ли директор сам был в курсе, что модно у молодежи.
— А, так это Белозеров… — махнул он на преподавателя. И тот покраснел от смущения.
А дальше было, как и на всех банкетах и тусовках. Студенты ходили, общались между собой, кто-то танцевал.
Я же пошел к ребятам.
— Ну что, чемпион! — расплылся в улыбке Дима. — Можно тебя наконец лично поздравить!
И крепко обняв, похлопал меня по спине.
— Да тут уже очередь к Кузнецову!
Даже Вика на удивление не ворчала. Она также подошла и аккуратно поцеловала в щеку. То же самое сделала Виолетта и Аня.
А парни крепко пожали руки и так же обняли. Арнольд вообще чуть ребра не сломал. Спасибо защите внутренних доспехов, которая работала на пассиве.
Так же все поздравляли Машу с помолвкой. Точнее пока только с предложением руки и сердца. Ее подружки с потока обступили ее в несколько кругов и закидывали вопросами. Ко мне же подойти постеснялись и поздравили издалека.
Краем глаза я заметил, что Трубецкой совсем не разговаривал. Видимо, отцовский побег из рук Первого отдела сильно на нем сказался. Но тут полностью виноват Трубецкой-старший. Зачем связываться с приспешниками хаоса? Спокойно бы подсылал наемников, или свои армии, и никто бы ничего не сказал.
Хотя что-то мне подсказывало, он и сам не знал. Но это не мои проблемы.
В какой-то момент ко мне подошел адмирал Нахимов и попросил отойти в сторонку.
— Миша, прости, что дергаю в такой неподходящий момент, — произнес он. — Но Света…
— Да, Петр Борисович, я слышал, что со Светой, — кивнул я. — Позвольте мне завтра утром ее навестить?
— Разумеется, — ответил он и попробовал улыбнуться. Не той дежурной улыбкой, которую он сохранял на публике, а искренне. Но глаза выдавали боль.
— Жалко мужика, — сказала Лора. — Завтра соберу данные. Но никаких прогнозов нет, да и сам понимаешь, что нам надо сделать…
— Ты так и не решила этот момент?
— Нет, именно с проклятьем и погружением в подсознание нет ничего лучше, чем максимальный контакт с телом.
— А разве тот же фокус с Болванчиком…
— Нет, не прокатит. Там мы запускали и без того сильный потенциал принцессы и пичкали ее энергией, а тут нужна тонкая работа с душевным состоянием. Ну ты, блин, иногда меня удивляешь! Вроде, вместе же обучаемся⁈
— Михаил, скажи, Света… — проговорил Нахимов. — Она же не останется в коме навсегда?
Он превратился в обычного любящего отца, которого необходимо было просто подбодрить.
— Нет, Петр Борисович, все будет хорошо! — я похлопал его по плечу. — А сейчас, давайте лучше отдохнем? Вам точно не помешает! Но завтра на рассвете мне надо послушать, что говорил князь Чехов и ваши лекари.
— Откуда ты узнал про них?
— Дедукция, и никакой магии. Любящий отец будет использовать любые методы, а кто у нас лучший в стране врачеватель?
— Ладно, думаю, до завтра терпит, — кивнул он и немного приободрился.
Удивительно, что лишь маленькой искры надежды хватает, чтобы воодушевить человека. Я только сказал, что все будет хорошо.
И опять меня окружили друзья.
— Миша, мне кажется, или после Универсиады, ты стал сильнее? — прищурился Антон.
Еще чуть-чуть, и он начал бы обнюхивать меня с ног до головы.
— Ну если только немного, — пожал я плечами. — Я теперь официально Магистр.
Антон, как и Дима, Виолетта, Арнольд, Вика и Леня, выпучили глаза и пооткрывали рты.
— Да ладно? Ты врешь! — первым нарушил тишину Дима. — А как так? Когда ты успел? Два ранга?
— Долгая история, дружище, — похлопал я по плечу и многозначительно посмотрел ему в глаза. Мол, не стоит слишком болтать при остальных.
У Антона же загорелись глаза. Пацан воспылал! Ну еще бы! Шли то мы нога в ногу, а тут оп, и я впереди! Чувствую, завтра кто-то пойдет в Дикую Зону да поглубже, насколько позволяет пропуск.
— Чего? — раздался противный голос, по которому я даже соскучился. — Кузнецов? Магистр⁈ Ты совсем охренел⁈
Я повернулся к Фанерову.
— И тебе привет, Женя, давно не виделись. Как твоя заложница? Еще не сделала харакири?
— Но-но! У нас тоже, так-то, скоро свадьба! — он посмотрел по сторонам. — Я надеюсь, что скоро…
— Как ты вообще ее уговорил? И где она сейчас? — спросил Дима.
— Все вам расскажи! — фыркнул он. — Моя прелесть там, где до нее не доберутся ваши похотливые ручонки! — с чего он это взял, я не стал уточнять. — Но я поздравляю тебя, Миша. Ты, это… молодец!
И он показал мне большой палец.
— Ого! — Маша подошла вовремя. — Женя показал большой палец! Цени! Это максимальная оценка, на которую он способен!
— А то! — задрал тот нос.
Мы еще долго могли гадать, где же новая возлюбленная Фанерова, но нас прервали.
— Простите, могу я украсть у вас виновника сего торжества?
Все замерли и оглянулись. Это был никто иной, как сам Петр Романов.
— Разумеется, Ваше Величество, — улыбнулась Маша. Все же, она знала чуть ближе царя, чем остальные. Хотя еще Антон, но он молчал.
Мы отошли в сторону.
— Михаил, звонил мой сын Павел, — потряс царь телефоном. — Сообщил, что ведет допрос директора стадиона «Ростех Арена». Что-то знаешь про это?
— Да.
Не вижу смысла врать. Все же этот гад хотел меня убить.
— При обыске, помимо подставных ставок и огромной суммы денег, у него нашли артефакт хаоса и труп в шкафу, — продолжил царь.
— Артефакт хаоса⁈
На остальные детали мне наплевать. Единственное, что меня волновало, это связь директора стадиона с этой дрянью. Как и почему, оставалось загадкой.
— Да. Скажи, что там случилось?
Я не стал скрывать и выдал все, что знал. Про наемников, группу и сольника. Про то, что участник из Австрии пытался убить меня.
Умолчал я только про Мику. Все же что-то подсказывало, что этот факт стоит оставить в тайне.
— Вот как… — хмыкнул Петр Петрович. — Мы проведем расследование, и если ты говоришь правду насчет Австрии, то это тянет на скандал.
— Настолько все плохо?
— Пока не знаю, — пожал он плечами.
Лора молчала. Все же мага такого уровня ей сложновато просчитать.
— Но у меня складывается ощущение, что Захар нацелился на тебя. Ты для него помеха и надо разобраться почему.
— У меня у самого недостаточно сведений, — я старался подбирать слова, чтобы не ляпнуть лишнего. — Но мне надо учиться.
— Что?
Этот вопрос немного его озадачил.
— Да, вы не ослышались, Ваше Величество. Если я цель приспешника хаоса, то мне стоит подготовиться и стать сильнее. Все же мне не хочется умирать.
— Ах, ты об этом… — улыбнулся он. — Но пока это не главные проблемы.
— А какие самые?
— Чуть позже я скину отчет от Есенина и завтра расскажу другие детали, — он посмотрел по сторонам. — В остальном у тебя все хорошо?
Я тоже осмотрелся. Друзья вроде пытались веселиться, однако из-за беды со Светой все больше хмурились. А еще надо же найти Котельникова…
Единственное, по поводу чего я вообще не переживал, это Валера и московское поместье.
— Более-менее… — расплывчато ответил я.
— А как дела с сахалинскими князьями? — прищурился он. — Леонтьев и Меладзе достаточно сильные аристократы с армией.
— Насколько я знаю, они подуспокоились, — припомнил я. — Но я бы не хотел останавливать нашу игру.
— Игру? — улыбнулся Петр. — Думаешь, что раз смог победить на Универсиаде, то тебе и море по колено? Михаил, пожалуйста, не совершай ошибку. Многие, кто считал себя всесильными, очень быстро проигрывали.
Поделиться книгой: