Помоги проекту - поделись книгой:
— Стой за спиной, не высовывайся и без самодеятельности, иначе умрёшь, — холодно процедил я, обнажая меч и надеясь, что брать Лиру в отряд не было ошибкой.
Я привык полагаться на себя и зачастую из-за этого моя эффективность в отряде становилась меньше. Приходилось сыгрываться месяцами, даже с теми кого я знал. Подстраиваться под их геймплей, личные заскоки, манеру говора и передачи информации, в том числе под… не тупость, но меньший скилл, ведь играть в игры столько же сколько и я они просто не могли.
В Лире я видел балласт, который лишь в перспективе может стать чем-то полезным. Мне не хотелось брать её в бой, ведь придётся теперь следить и за ней, чтобы её не прибили гоблины. Это тяжело, но без неё с огром могут возникнуть проблемы.
Я не скрывался и пёр вперёд, пока песнопения и пляски у костров становились всё тише. Гоблины заметили меня, их разведка была лучше, чем у дезертиров. И они боялись меня, видели бледную кожу, мою клыки, а также жуткий взгляд. Я же шёл прямо вперёд, проходя мимо лачуг и двигаясь к дому вождю, где они готовились дать бой.
Они не могли сбежать, устроить какую-то засаду, начать играть в тактику бей-беги, ведь здесь были их дети, их старики, их семьи, которые прятались в доме вождя, пока все самцы готовились дать бой. Я это прекрасно понимал, поэтому и шёл к центру, давая понять, что либо они пытаются меня остановить все вместе, либо я вырезаю всех, кто им дорог. И хоть гоблины были крайне озлобленными, но чувство привязанности им не было чуждо. Ведь иначе бы они не стали защищать своё потомство, вставая с дубинами на пути у вампира.
Единственная их надежда была на огра, который в отличии от них не думал и завидев меня попёрся в атаку. Каждый его шаг сотрясал землю, а своей дубиной он действительно был способен сносить дома, ведь это был ствол весьма мощного дерева.
— Ослепи его и затем попытайся не отстать.
Лира кивнула и достала из рюкзака склянку, подожгла её и с помощью порыва ветра отправила прямо в голову огра. Вдребезги разлетелось стекло, моментально вспыхнуло пламя и вязкая жижа покрыла вопящего в агонии огра. Его кожа была невероятно прочна, прожечь её было невозможно с помощью такого примитивного приёма, однако зрения он лишился и стал… небоеспособным, по крайне мере пока, ведь огры также обладали превосходной регенерацией.
Рыча и махая своей дубиной во все стороны, огр впал в приступ ярости, а я уже оббежал его и начал ближний бой с гоблинами, которые не ожидали от меня такой скорости. Я же в свою очередь обнаружил, что мои удары оставляли крайне глубокие раны и разрубались даже кости. Видимо гоблины были буквально первого или второго уровней, ведь дохли как мухи.
В процессе истребления я вдруг заметил, что стал видеть ещё больше, чем раньше. Жажда крови максилась мной и поэтому вампирские навыки становились эффективнее. Я стал слышать их сердца, что панически бились, чувствовал смердящий запах их крови и мог сказать какого она качества. Крайне низкого, словно тухлая вода, которая будет выпита лишь тогда, когда не будет иных альтернатив. Благо пока что я был ещё насыщен.
И очень быстро они оказались полностью сломлены, они никак не могли мне навредить, ведь не обладали ни достаточной скоростью, ни достойным оружием. Я же в свою очередь тут же переключился на огра, пока Лира прикрывала спину и внимательно смотрела на отступивших к дому вождя гоблинов, которые пятились и выставляли вперёд остроги. Склянок на всех у неё не хватит, но тот кто рыпнется в её сторону первым — точно умрёт. Это являлось сдерживающим фактором.
Я же превратился для врага в размытое пятно, огр всё ещё махал своей дубиной. Он был ослеплён огнём и оглушён собственной яростью, в результате мне оставалось лишь подобрать момент. Рывок и точный удар, колющий, ведь сейчас важнее пробить его броню, которой была его кожа.
Сразу же после выпада я пригнулся и ушёл в сторону от слепого удара. Колющие удары наносили мало урона, однако в отличии от режущих и рубящих они хотя бы пробивали кожу. Огр был туп и повторял один и тот же паттерн атак, что в свою очередь заставляло и меня повторять один и тот же набор действий. Удар, только один, после отступление. Ещё удар, отступление… ничего сложного, главное не жадничать и не пытаться нанести два удара.
Позади меня тем временем закричали гоблины, которые посчитали что могут попробовать изменить исход боя. Лира сразу же кинула в меня склянки, а я резко изменил цель и вихрем пронёсся по прыгающим сквозь пламя гоблинам. После они уже не предпринимали попыток контратаки, а огра я методично затыкал.
Оставались лишь те, кто не способен был защитить себя сам. К ним я вошёл выбив ногой дверь, пока в панике все они пихали друг друга, теснясь к противоположной от меня стене. Вокруг висели шкуры скота, что был забит в соседней деревне, здесь же красовалась и мебель, наряды и даже драгоценные блестяшки. Некоторые из гоблинов даже носили одежду, снятую с трупов, а самки вешали обереги из человеческих зубов на шеи своих младенцев, которые кричали и плакали, уже прекрасно понимая что происходит.
— Вся история нашего мира идёт от войны к войне, заставляя раз за разом пожинать плоды посеянной ненависти. Неважно сколько времени минует, но жертва будет забыта, боль пройдёт, родятся те, кто будет знаком с войной лишь по книгам и историям. Они развяжут новую войну, а затем всё вновь закончится миром. Они будут пытаться передать это знание из поколения в поколение, но время исказит всё, — встав по левую руку от меня говорила Лира, с грустью глядя на тот как матери прячут своих детей, а старики без страха смотрят в глаза неизбежности. — Люди не могли ужиться даже сами с собой, так как же тогда они должны относиться к тем, кто всю историю грабит их деревни, ворует младенцев и насилует ради потехи женщин, после пожирая изнасилованные трупы? Все спрашивают какое право мы имеем убивать других, но почему-то никто не задаётся вопросом а имеем ли мы право оставлять их в живых. Если оставить их в живых, то через неделю та же участь постигнет все людские поселения близ этого логова. Хотя можно понадеяться, что кто-то завершит эту мерзкую работу за нас… авантюристы истребляют в год до трёх сотен логов по всему королевству.
— Межвидовая борьба… спасибо Творцу ещё за одну причину поубивать друг друга, — протянул я, сжимая рукоять меча.
Игра была слишком реалистичной, но всё же… она оставалась игрой, во многом из-за одного факта. Из-за причины, которая также обуславливала столь большое рвение людей погружаться в виртуальные миры и возвращаться в них, словно за очередной дозой, хотя порой сидячий и лежащий образ жизни вредил даже сильнее наркотиков, по крайней мере лёгких.
И причина эта крайне банальна. В реальности многие не имели контроля над своей жизнью, они не могли ничего поменять. Я не мог исцелиться, а другие не могли стать теми, кем хотели. Уважаемыми и любимыми, раз за разом они нажимали на иконки своих аватаров, чтобы хотя бы на вечер забыть заплывшую жиром рожу начальника, ведь там они были не офисным планктоном, а тем, кто хоть что-то решал.
Право решать и что-то менять — вот чего хотели игроки, настоящего выбора и видимых последствий. Иначе зачем заходить в очередную РПГшку, если там будет линейный сюжет, повторяющий безысходность реальности, превратившейся в день сурка? Этому меня научили игры, хотя проверить свой навык в реальности мне так и не удалось.
В любом случае, здесь и сейчас только я был центром всего и только мне было дозволено решать. Всё будет лишь так, как того желаю я, а остальным придётся либо бросить вызов, либо заткнуться и забиться подальше в угол, ведь спорить я никогда не любил.
— Вы не будете их убивать? Это крайне неразумно, — повторила Лира, явно пытаясь заставить меня идти по заранее спланированному сюжету.
— Падите на колени, признайте мою власть и я сохраню ваши жалкие жизни, — без крика, но достаточно громко и зловеще прошипел я.
А затем, промедлив лишь мгновение, все гоблины попадали и начали умолять о пощаде. Они хотели жить, а я не хотел их убивать. Равно как и не хотел, чтобы они перерезали соседнюю деревню в будущем из-за моей нерешительности. А значит выхода было лишь два: простое уничтожение и тотальное подчинение. Гоблины были слабы и будучи весьма примитивной расой отлично понимали язык силы.
Страх передо мной станет гарантией их верности. Память о бойне послужит наглядным примером того, что будет с непокорными. Жестокость в свою очередь даст возможность жить. Мой же контроль со временем позволит привить им хотя бы толику культуры и цивилизации, что в перспективе может вылиться даже во взаимовыгодное сотрудничество с людьми.
А если кто-то из них хотя бы подумает о том, чтобы сунуться в деревню, чтобы украсть крестьянскую девку и полакомиться человечиной… видит Творец, я лично проведу показательную казнь, а если не сработает и это… что же, закончить начатое я могу в любой момент.
— Слухи поползут, о вас в том числе. Авантюристы тоже рано или поздно решат проверить это место, — произнесла Лира, которая не осуждала меня за милосердие, скорее просто с любопытством наблюдала за моим неменяющимся лицом, пытаясь найти в эмоциях ответы. — Что вы задумали?
— Ты станешь старостой и гарантом безопасности. Безопасности для людей. Головы убитых нами послужат аргументом нашей позиции. Вместо моего имени будет звучать твоё.
— А ещё у нас появится хоть какое-то логово.
— Верно, — кивнул я, возвращая меч в покрытые кровью ножны.
— И мстить вам они не станут. Ваш разрыв в силе слишком огромен. А вскоре и поколения сменятся… гоблины живут недолго. Но вы же пощадили их не только по корыстным причинам?
— Не твоего ума дело, — прямо заявил я, после чего принялся изучать свой интерфейс.
Я не собирался жить серой жизнью, как и где-то отсиживаться в сторонке. Пусть даже у меня имелась только одна жизнь, но я буду влиять на этот мир и брать на себя ответственность за важные решения. Ведь в реальности я уже наигрался в линейные и заскриптованные квесты, где от меня ничего не зависело.
Только так и никак иначе.
Глава 6
После убийства огра я апнул уже шестой лвл и как обычно вкинул поинт характеристики в Жажду крови. Немного грустной становилась ситуация с навыками. Зрение вампира в целом качалось очень долго, а Смертельный укус требовал собственно выпивания жертв. Но пить гоблинов… фу… мерзость. Однако с таким подходом я и класс свой не прокачаю, развитие которого остановилось.
Хотя справедливости ради стоило заметить, что гоблины были слишком низкого уровня и качаться на них было неэффективно. Но в любом случае меня больше волновал вопрос с получением других классов. Уже пять поинтов повисли мёртвым грузом.
— Мне нужен наставник, — пришёл я к простому и неутешительному выводу, бродя по лесу. — В город соваться опасно из-за особенности расы, учителей-вампиров хрен найдёшь. Либо система хочет от меня, чтобы я прокачал класс пожиранием врагов, после чего получу уже новый классовый квест на поиск супер-тайного-неизвестного логова.
Усугубляла ситуацию и замедлившаяся прокачка. Пока Лира помогала восстанавливать деревню и привносила в культуру гоблину новые особенности, выгодные как мне, так и им, я устроил небольшой геноцид. В частности мной были получены знания и разблокированы страницы с описанием тех или иных существ. Речь про зверей. Теперь я видел все их характеристики, уровень и знал каждое слабое место.
Правда звери эти и так не были прямо уж сильными. Разве что варги немного заставили побегать, но в конечном итоге вырезал и их стаю, правда какого лвла они были не знаю, но по ощущениям дай Творец лвл третий, максимум четвёртый. И даже за них опыта давало крайне мало, а судя по цифрам… коэффициент прокачки рост по экспоненте, то есть если ещё мобами на лвл-два меньше моего прокачиваться с болью можно, то чем больше отрыв… это просто бессмысленно.
Зато огр был уровнем больше меня, уж больно много за него опыта дало. А значит на них можно было бы быстренько качнуться ещё до… десятого? Скорее до восьмого, если верить прогрессии роста силы. Какой прогрессии? Формулу которой я уже начал считать в голове и которая очень хорошо сходилась с информацией от Лиры, касательно того кого и в каком составе посылают за вырезанием огров.
— Ещё и климат тут… — пробурчал я, прячась в тенях деревьях от первых лучей солнца. — Слишком тёплый… может на север куда податься?
К слову о солнечном свете, он был действительно крайне опасен для меня. Даже сквозь одежду солнечные лучи становились причиной зуда, в потенциале могли оставить серьёзные ожоги. Нужно либо шмотки другие искать, либо не выходить на солнце. Ведь мало того что открытая кожа за считанные секунды могла обжечься, так ещё и на регенерацию тратилась сытость, усиливая голод. В общем, вампирская доля, да.
И до того как солнце полностью встало я вернулся в деревню, где занял дом вождя. Там меня уже ждал деревянный гроб, который построили без моего ведома, но в целом…
— Пойдёт, — устроившись в него и прикрывшись крышкой, я снова погрузил себя в медитативный сон для разгрузки разума.
Что интересно, я до сих продолжать видеть сны. И как всегда они были удивительно детальными, в каком-то смысле даже логичными. Много раз я слышал от своих знакомых, что им снится всякая необъяснимая чушь вроде одного австрийского художника, который разъезжает на велосипеде и дарит еврейским детишкам мороженое, а вокруг летают дома с гусиными крыльями, а всё дело происходит на планете в форме пончика. Или что-то типа того, трудно объяснить и описать то, чего сам по факту ни разу не видел.
Мои же сны были крайне упорядоченные, каждое действующее лицо действовало логично, предсказуемо. Всё вокруг было реалистично, хоть и сами отдельные персонажи редко имели что-то общее с реально существуемыми. А ещё я умел частично контролировать свои сны, во многом из-за того, что быстро понимал, что происходящее нереально. В частности это понимание достигалось простой проверкой — попыткой моргнуть. Я не умел моргать во сне, а если пытался, то зачастую просыпался.
Так вот обычно во время медитативного сна в капсуле я видел скорее калейдоскоп странных событий, а тут же… я видел почти полноценные сны. И признаться лучше бы я их не видел, ведь кроме паники и страха они ничего мне не приносили. Все тайные эмоции и чувства моей души возвращались и лишь мучали меня.
Поэтому принудительному пробуждению я был крайне рад, хотя и понимал, что за каждый пропущенный час сна мне придётся потом поспать ещё два.
— Что случилось? — поинтересовался я, открывая гроб и глядя как один единственный луч пробивается через неплотно закрытую занавеску из шкуры. — Солнце ещё не село до конца.
— К нам идут авантюристы, их заметили собиратели трав, — отчиталась Лира. — Нам нужно уходить. Их группа состоит из двенадцати членов, среди них явно есть ветераны, возможно даже имеется маг. Они убьют здесь всех, включая вас, возможно и меня.
— Уходить? — скривился я, вылезая из гроба и вставая в полный рост. — Я не привык бегать и не настолько ценю свою жизнь в сравнении с гордостью. К тому же эта деревня принадлежит мне, а гоблины пусть и через силу, но преклонили передо мной колени.
— Неужели эта низшая раса стоит вашей жизни?
— Моей жизни? Нет, ни в коем случае. Но они стоят того, чтобы я попытался их защитить. Иди к ним навстречу, задержи немного, расскажи что мы не хотим войны и более не представляем угрозы для соседей. Опиши как мы убили всех воинов-гоблинов и огра. Ни слова про мою жажду крови.
— Поняла, — кивнула Лира и убежала исполнять поставленную перед ней задачу.
Я не сомневался, что она справится, ведь её интеллект был в несколько раз выше моего. По крайней мере внутри игры, так что она просто не может облажаться. Я же тем временем начал изучать лут с дезертиров, собирая всякие тряпки, плащи и накидки, создавая для себя некое подобие балахона. Капюшон прикроет глаза, тканевая маска защитит от чужого взора лицо, все участки кожи прикрыть, сломанное копьё подойдёт в качестве посоха, а самому лучше принять сгорбленную позу, слегка ковылять и хрипеть.
Примерно с такой стратегией я вышел к авантюристам, которые уже оказались внутри деревни и с презрением смотрели на полные ужасом лица гоблинов, что смотрели на них из совсем недавно отстроенных после пожара и безумства огра лачуг. Лишь несколько совсем новеньких авантюристов с медными пластинами ещё не убили в себе жалость, будучи детьми родившимися и жившими в городе: они не видели того, что делают гоблины с деревенскими.
Лира тем временем закончила что-то объяснять и повернувшись ко мне объявила:
— А вот и мой учитель.
— В одиночку одолел огра и минимум с дюжину гоблинов-воинов? — удивился командир отряда и сделал шаг вперёд, давая точно понять кто именно говорит: забрала шлемов прикрывали рты авантюристов первой линии обороны.
Он был высок, где-то метр восемьдесят, однако несмотря на свой высокий рост и тип телосложения он также был крайне широк в плечах и покрыты мышцами. Его вес точно был за сотню с такими габаритами и всё же гигантом он не казался, а по манере двигаться я понимал, что он скорее жилист, нежели накачен. Его мышцы не мешали ему двигаться и даже броня его не напоминала латы. Она скорее среднего типа.
А затем он сделал ещё один шаг, явно собираясь подойти ко мне в упор и пожать руку, может быть посмотреть в лицо. Мой вид ему точно не нравился, что доказывалось и напряжением его отряда, который был готов начать бой в любой момент. Поэтому когда я поднял руку вскинуты были два арбалета и один посох, а щиты приведены в боевое положение, как и копья.
— Мой учитель прокажён, к нему лучше не подходить, — быстро сориентировалась Лира, поняв мой план и верно расшифровав сгорбленный вид и хромающую походку.
— Почему тогда ты не заразилась? И вся деревня? — резонно спросил командир, который всё же остановился и грозно поглядывал на меня через щель стального забрала.
— Другие расы не могут заразиться, только люди, — пояснил я хриплым голосом, а затем начал кашлять.
После этого командир глянул на кошачьи ушки Лиры и уже сделал шаг назад, решив не испытывать судьбу.
— Гоблины опасны, у нас контракт.
— Мы убили всех воинов и огра.
— А потомство и самок трогать не стали, — осуждающе произнёс командир, поглядывая уже на лачуги и мысленно подсчитывая население племени. — Тут под шесть дюжин может быть, если не больше… к следующему году их станет в два раза больше, воинов будет под три десятка. Снова найдут где-нибудь огра для защиты и тогда…
— Такого не случится, деревня под моим контролем. Это будет выгоднее.
— Выгоднее тебе, не сомневаюсь. Гоблины уважают силу, они трусливы, но зато они способны работать, — усмехнулся командир и поднял забрало, показав покрытое шрамами лицо.
Моё же вампирское зрение начало подмечать ещё больше деталей, прокачавшись уже до четвёртого уровня. В частности я видел его вену на лбу, как она пульсировала. При этом пульс его был в норме, хотя повышенное давление на лицо. Это могло говорить лишь об одном, этот авантюрист уже стал куда сильнее простого человека и прилично так прокачал силу, телосложение, выносливость, что стало причиной более быстрого кровотока для обеспечения организма кровью. Добавляем к этому ещё и серебряный жетон, когда у всего его отряда только железные и медные… он крайне опасен и точно выше огра по уровню.
А кровь его… я даже отсюда чувствовал её запах, как и многих других авантюристов. Свежая и насыщенная, мне так хотелось попробовать на вкус и ту мечницу с рыжими волосами и вон того мага. Да что уж там, можно сожрать их всех и точно апнуть ещё один уровень, а может и сразу два. Наверняка система даст за них прилично опыта.
— Только вот, — тем временем командир продолжил говорить. — То что выгодно тебе, опасно для остальных. Гоблинов надо уничтожить.
— Посмотри туда, — указал я в сторону одной из лачуг, где обосновалась Лира. — Видишь ящики с травами? Гоблины их собирают для моей ученицы. Она делает зелья… а вон там… в десяти метрах левее… стоят бочонки с засоленным мясом, рядом связки со шкурами… знаешь что это?
— Накопленное непосильным трудом добро? К чему…
— Это добро для соседних деревень. Зелья, еда, тёплая одежда. Скоро зима, она будет тяжелой. Слишком много бед навалилось на королевство. Мы можем им помочь, а также продолжить помогать в будущем. Симбиоз, ты знаешь такое слово?
— Да, знаю, не тупица, — скривился командир, который явно был простым воякой.
— Это ничего не меняет! — вдруг вперёд вышел авантюрист с копьём, крайне молодой, но уже хорошо натренирован и с железным жетоном на шее. — Мы авантюристы, мы взяли заказ, мы должны его исполнить! К тому же эти гоблины — монстры! Их нельзя оставлять в живых!
И юноша был прав, но только отчасти и лишь в контексте его сугубо субъективной точки зрения. А точка зрения эта была довольно инфантильная, как и сам юноша хоть и был бы идеальным солдатом, стремящимся стать или скорее умереть героем, но… со стороны его поведение казалось ребяческим и инфантильным. Это понимал и командир, на лице которого мной были увидены изменения, что означало для меня зелёный свет.
— Сколько детей умрут от лихорадки? Сколько стариков отправятся на последнюю прогулку в зимний лес, когда истощаться запасы кладовых? Армия недавно проходила и забрала половину съестного, оставив лишь минимум крестьянам. А сколько просто замёрзнет без этих шкур и этого меха? Если вам нужны деньги, то отправляйтесь в деревню, возьмите черепа и шкуру огра, мы сами хотели их принести в знак доброй воли, но пока не успели… здоровье меня подвело снова… — прокашлявшись я взял паузу, похрипел и продолжил говорить: — Но дайте мне хотя бы одну зиму и треть весны. За это время армии у гоблинов никак не появится, но зато вы увидите результат. А после уже решите, стоит ли дальнейшая игра свеч или же деревню нужно вырезать. Я считаю, что смогу сделать так, чтобы мы сосуществовали в мире и согласии.
И в отличие от своего подчинённого командир обладал куда большим жизненным опытом. Он и сам был из деревни, прекрасно знал о чём я говорю. А уж когда я начал говорить про умирающих от болезни детишек, то он и вовсе оказался полон сомнений. С одной стороны гоблинов стоило убить, с другой же… командир, как и многие другие, прекрасно понимал всю ситуацию в королевстве и то насколько дворянам в целом насрать на простой люд и насколько им насрать сейчас, когда всё внимание приковано к границе с другими государствами.
И если юноша был инфантилом и реально готов был вырезать всех гоблинов, ведь делил мир просто на чёрное и белое, то командир относился скорее к тем, кто понимает важность пожертвования тысячи ради спасения миллиона. Для него особой дилеммы тут и не было.
— Бритта, Рох, Гери, — обратился командир к своим бойцам. — Притащите голову огра и черепа гоблинов.
Я в свою очередь кивнул Лире, которая отправилась проводить авантюристов к трофеям. Капитан в свою очередь повернулся ко мне:
— Как тебя зовут?
— Вильгельм де Ромар.
— Недалеко отсюда кто-то вырезал отряд дезертиров. Тоже твоих рук дело?
— Моих.
— Там было много табличек с…
— Они уже давно разбойничали. Очень давно. И дезертирство стало далеко не первой и не единственной причиной смертного приговора.
Да, теперь у меня не было никакой причины сомневаться в том, что этот человек был бывшим солдатом. И его невероятно задевал случай с дезертирами, которые опозорили армию. Он не хотел верить, что половина солдат мало того что сбежала, так ещё и занималась разбоем и грабежом собственного народа, попутно продавая рабов в Империю Бахарут. Но и от правды он бежать не мог, просто больно было признавать правду.
— Сержант Туф, руки жать не будем, — произнёс командир, когда уже его авантюристы притащили трофеи. — Я передам информацию в гильдию, а Плутон уже доставит её до властей, если им это будет интересно. Надеюсь больше не увидимся, Вильгельм.
— Взаимно, — кивнул я, после чего отряд авантюристов наконец-то удалился.
Этой же ночью я отправил гоблинов с первой партией в деревню Карне, дабы умиротворить крестьян и доказать свои намерения не словом, а делом. К моему удивлению всё прошло более чем гладко и уже ранним утром, когда я закончил свою очередную охоту на зверей, ко мне вернулись гоблины с деньгами и молочными продуктами. Как оказалось сержант Туф не стал забирать награду, в свою очередь староста деревни решил передать деньги мне.
Награда была довольно скромная, у деревни тоже дела были не сахар и всё же честность для них по всей видимости была выше. Чужого им не было нужно. Я же на эти деньги решил накупить инструментов, за которыми отправилась в город Лира, попутно также получив и список всякого барахла. Отправилась тоже ночью, чтобы я мог её проводить, потому что дороги ныне были небезопасны. Да и мир нужно было исследовать.
Жаль только никаких данжей или мини-боссов я не встретил. Что и неудивительно, один огр наверное может деревню в одиночку уничтожить. Если бы рядом с деревней жило что-то уровня больше десятого, то вероятно деревня бы долго не просуществовала. Тоже можно сказать и о городе, стража которого выглядела круче дезертиров, но… даже с учётом авантюристов… ну вряд ли здесь где-то рядом есть хай-лвл контент.
Поделиться книгой: