Идеальный мир для Лекаря 19 (СИ)

— Зачем в графстве благотворительный госпиталь? — взвыл Джованни. — Нет, я точно ему всеку. Вот точно!

— Не сегодня, родненький, — погладил мага по голове Людвиг. — Не сегодня…

— И даже не завтра, — вздохнул Торен.

— И, скорее всего, даже не в следующий четверг, — кивнул Людвиг, и маги отправились наверх, в сторону выхода из своей берлоги.

* * *

И всё-таки интересный получился разговор с бомжком… Ой, с божком. Хотя, это сути не меняет. Главное, что контракт подписан, и после нашего с ним общения и некоторых экспериментов, мне стало чуть более понятно, что с ним делать дальше. Всё-таки я смогу немного помочь ему в развитии, и это действительно важно.

Ведь выгодно иметь при себе сущность высшего порядка. Тем более, если эта сущность адекватна. Такое, надо сказать, бывает крайне редко.

Хотя, что значит иметь при себе? Я его создал, вообще-то! Так что он, в любом случае, будет при мне. И сейчас, пока он на начальных этапах своего развития, лучше следить за ним, как можно внимательнее. Ведь от первых его шагов будет зависеть то, каким он станет в дальнейшем. А раз я создал божество, то оно должно, как минимум, походить на меня. И надеюсь, Лабладут не станет перенимать от создателя чувство юмора…

Кстати, если я захочу создать себе еще божество, то вряд ли у меня что-то получится. Раньше не получалось, и в будущем вряд ли выйдет. Дело в том, что для этого должно сойтись слишком много факторов, и повторить всё в точности не выйдет. От мыслей меня отвлек зазвонивший телефон. Странно, Роман обычно приходит лично, если ему есть, о чем сообщить. Так что взял трубку и услышал панические крики учеников.

— У нас беда! — прокричал Роман.

— Ну так разбирайтесь, беда же у вас, — пожал я плечами.

— Мы бы разобрались, но беда с императорским сыном!

Пришлось сразу завершить звонок и отправиться к купели Лазаря. Ведь если беда с императорским сыном, значит, и у меня беда.

К моменту моего появления Александра уже вытащили из купели, и теперь ученики бегали вокруг, не зная, что им делать. Сразу начал диагностику и примерно понял, в чем проблема. В его организме снова начала появляться и скапливаться некротика, а органы стали отмирать. Так что он потерял сознание и забился в судорогах. И как хорошо, что один из учеников держал ему голову. Так бы пришлось спасать утопленника, а вместе с остальными проблемами в организме цесаревича, это было бы сейчас лишней и ненужной возней.

— Ага, понятно… — проговорил я, остановив судороги и нормализовав состояние пациента. — Хорошо, что вовремя сообщили. У него очень хорошая совместимость с купелью, и она начала работать слишком быстро. Тогда как неподготовленное тело не выдержало таких нагрузок.

Провел еще несколько манипуляций и приказал снова погрузить бессознательное тело в купель. С ее помощью выводить некротику проще всего, и совсем скоро процесс будет начат. А потом нужно будет внести некоторые настройки, чтобы купель перестала убивать цесаревича, и можно оставить его там хоть на несколько часов.

— Кстати, перед вами человек из императорского рода, — усмехнулся я. — Он сейчас без сознания, так что вам выпала редчайшая возможность в истории. Можете дать ему щелбан!

Ученики как-то странно посмотрели на меня. Совсем перестали шутки понимать. Видимо, сказывается стресс.

— Ладно, и правда, это было бы неэтично, — вздохнул я. И сам не стал давать ему щелбан, ведь это не так весело. Куда забавнее давать ему щелбаны когда он в сознании.

Тем временем начался процесс очистки организма, и вода в купели стала стремительно чернеть. Энергия смерти хлынула плотным потоком из тела цесаревича, заражая воду и меняя ее цвет, а я стоял, и недовольно ругался себе под нос. Сколько проблем от одного человека. Целую купель загадил, придется пока перенести его в другую. А ведь там плещутся гвардейцы после тренировок. Как же хорошо, что он пока без сознания.

А может пусть пока спит? Так он куда покладистей, и даже не возмущается. Но нет, тогда не будет смысла отправлять его к Мирабель. А ведь она — часть терапии. Шоковой, разумеется.

Закончив лечение, отправился обратно в свой кабинет и занялся накопившимися делами. А надо сказать, что набралось их уже немало. Съездил на несколько строящихся объектов, проинспектировал друидов. Конечно же, выпил с ними пару раз, без этого никак. Также за это время успел заглянуть в школу и оценить учебный процесс. Надо сказать, что учителей снова не хватает, так как школа растет с каждым месяцем. Классов становится больше, и старое здание претерпело уже немало изменений.

После школы, заглянул в приют и проследил за качеством жизни сирот. И могу сказать, что живут они куда лучше многих простолюдинов в империи. Не говоря уже о жителях многих других стран. Что примечательно, все эти два дня мне постоянно названивал Император. Чуть ли не раз в полчаса он справлялся о здоровье своего сына и мне почему-то кажется, что скоро можно будет ждать его визит сюда. Уверен, старик прилетит лично проведать сына и справиться о его состоянии.

И вот, вроде бы все дела окончены и можно немного отдохнуть. Я разместился в кабинете, налил себе чая и приготовился получить неописуемое удовольствие от тишины… Но нет. Стоило сделать один глоток, как в коридоре послышалось шуршание. А спусти несколько минут дверь толкнули, и в кабинет заполз обессилевший маг земли.

— Я всё… — прохрипел Джованни и его голова со стуком опустилась на пол.

— Всё? Закапывать? — усмехнулся я. — Не, ты не спеши так. По контракту, в случае смерти, ты должен будешь отработать три сотни лет в качестве лича.

— Что? Нет такого пункта! — возмутился маг.

— А мы его внесем. И обсудим с личом по имени Джованни, — пожал я плечами. — Так чего ты хотел сказать?

— Мы закончили строительство… Всё готово… — снова обессиленно прохрипел он, и уснул прямо на полу в моем кабинете.

Ладно, пусть немного отдохнет. Переложил бедолагу на диван, посмотрел на голубей, что собрались на жердочке, и кивнул им. Они кивнули в ответ, и на этом я смог спокойно покинуть комнату. По пути позвонил Жоре, потом Роману, и приказал всем выдвигаться к новому зданию. Так что замок мы покинули шумной толпой.

Недалеко от контрольно-пропускного пункта, буквально за пару дней, появилась четырехэтажная полноценная больница. Расположилась она за пределами замковой стены, чтобы все желающие могли попасть в нее без проблем, и не видели происходящих у нас странных вещей. Не говоря о магах и четырехруком здоровяке, тут еще регулярно открывается портал в деревню лесорубов, так что расположить больницу пришлось именно там. Хотя в таком случае оборонять ее будет значительно сложнее, но деваться некуда.

— Это новый госпиталь, — указал я на высокое здание с мелкими окнами.

— И зачем нам еще один? — почесал подбородок Роман. — Нам и одного было предостаточно.

— Ты просто ничего не понимаешь, — улыбнулся я. — Это не просто госпиталь… Таких в стране можно по пальцам сосчитать. Хотя нет, ничего подобного в Империи еще не было! — и это действительно так. Не стоит прибедняться.

— А выглядит как обычная простенькая больница, — задумчиво проговорил один из учеников.

— Ой, да ну вас! — махнул на них рукой. — В общем, Жора и Рома, — повернулся к ним, — Ваша задача подружиться и заполнить это здание всей необходимой аппаратурой к завтрашнему дню. Сюда будут приходить на практику студенты, здесь будет работать весь необходимый персонал. И эти… — пощелкал пальцами, пытаясь вспомнить слово, — Помните, у нас были такие, которые лезли во все щели и не знали, чем бы себя занять? Как их там?

— Пацифисты?

— Волонтеры?

— Демоны?

— Да! Что? — не понял я последнего предположения. Ученик, высказавший его сразу стушевался и поспешил скрыться за спинами коллег. — В общем, вы поняли меня. Их тоже направляйте сюда, пусть помогают.

Тем более, что они уже надоели помогать в нашей основной больницы. Квалифицированного персонала хватает, но нам всё равно постоянно пытаются помогать. И нет, это не демоны. Хотя и те тоже рады бы выносить ночные горшки вместо того, чтобы страдать от наших ежедневных вылазок.

— Так и что это за место? — напомнил мне о главной мысли Роман.

— Это место, которое будет принимать любых пациентов. Нищих, бедных, малообеспеченных… Благотворительность от Рода Булатовых.

Собравшиеся сразу замолчали и по глазам вижу, что удивились.

— Ну а что? Вы думаете, репутацию можно набрать одной школой? — развел я руками. — В общем, завтра первый рабочий день, так что вы должны успеть всё подготовить.

— И какие у меня полномочия? — уточнил Жора.

— Любые. Бери чего хочешь, задействуй любые ресурсы, — кивнул ему. — Если нужны будет самолеты, только сообщи, сразу предоставлю. Денег тоже выделю достаточно. Хотя постарайся поэкономнее, при возможности. Лечиться здесь будут не аристократы, учитывай это.

— А какая разница? — возмутился один из учеников. Тот, что до сих пор по какой-то причине носит очки. Для красоты что ли? Или я забыл поправить ему зрение. Хотя он же лекарь, пусть сам и поправляет.

— Слушай, ну человек, который не может позволить себе лечение. Я думаю, ему будет плевать, чем его будут лечить, лишь бы эффективно, — тем более, таким образом мы сможем отсеять аристократов, но этого я говорить не стал, — Это будет конвейер. Придет человек, поможем быстро, и он сразу уйдет. Не будем держать их по неделе, а то они сами станут себе пальцы ломать, чтобы задержаться подольше. — Ученики одобрительно закивали, а я обратился к Роману, — Но в то же время нужно составлять базу данных. Кто, откуда, какая профессия, и так далее.

— О, вы решили сразу вербовать, если будут толковые? — улыбнулся он.

— А почему нет? — пожал я плечами, — В Империи было много войн, и много достойных людей не смогли адаптироваться к мирной жизни.

Оставил учеников заниматься подготовкой больницы к завтрашнему дню, а сам отправился в беседку. Думал немного побыть в тишине, чтобы никто не приставал и можно было спокойно помедитировать. Но беседка уже оказалась занята. Там, в миниатюрном гамаке, нежился на солнце Лабладут.

— Да откуда вы их берете? — возмутился я, указав на темные очки, надетые на лицо божества. Вспомнил, что видел такие же на Курлыке, и только сейчас задумался над их происхождением.

— Ну вот так, — пожал плечами Лабладут. — Где взял, там их уже нет.

У Курлыка, что ли, украл? Нет, глупости… В таком случае Лабладут бы здесь вот так расслабленно не лежал. Уверен, что он бы сейчас прятался в канализации от зорких глаз пернатых, и проклинал последними словами эти очки. Некоторое время мы просидели в тишине, я пытался настроиться на медитацию, но в какой-то момент всё же не выдержал.

— Ну ты как, доволен? — кивнул Лабладуту.

— Доволен, — пожал он плечами. — Мы так быстро захватим мир!

— Поможем миру, ты хотел сказать? — уточнил я.

— Да-да, поможем, — быстро закивало божество. — Поможем, захватим, вылечим… Называй как хочешь, но главное сыграть в этом ключевую роль! — он задумался на несколько секунд, после чего выбрался из гамака и снял очки. — Слушай, а это вообще нормально, что я твой сын…

— Нет! — перебил его. — Ненормально.

— Да ты дослушай! — возмутился он. — Это нормально, что я твой сын, и у меня нет своей гвардии?

— Что?

— Дай мне гусей в подчинение, а? Ну пожалуйста! — взмолился Лабладут.

— Почему именно их? — удивился я.

— Да я с одним подрался… Ну и мощные же они ребята!

Совсем обнаглел. Мне и самому гусей не хватает, еще и он на них позарился.

А ведь я очень помог ему постройкой этого госпиталя. Благодаря нему Лабладут сможет усилить влияние среди верующих, и даже набрать немало новых. За счет этого увеличится энергия, которой они готовы делиться со своим божеством. Это что-то наподобие контракта, где выигрывают обе стороны.

Сначала они начинают верить, возносят прошения, делятся своей энергией. Да, каждое слово имеет силу. Вся магия и есть слова или мысли, но это одно и то же. Так что благодаря новому госпиталю я не только повышу свою репутацию, но и помогу Лабладуту. А репутация явно лишней не будет. И так во всей Империи многие мои действия воспринимаются в штыки. Потому о репутации забывать нельзя, она никогда не будет лишней.

Теперь мы будем лечить всех подряд. И в этом, кстати, есть еще один важный и значительный плюс! Я уже давно заметил, что мои ученики забуксовали в развитии. Причем даже Роман, ведь в последнее время они занимаются одним и тем же. Порезы, переломы, ампутация конечностей, всевозможные травмы… Слишком мало разнообразия. А теперь будут попадаться самые разные случаи. Где-то гангрена, где-то отморожение, где-то последствия алкоголизма. В общем, для учебы лучше не придумать. Ученики будут развиваться, репутация начнет увеличиваться, а Лабладут будет расти. И очень интересно, во что это выльется. И еще интересно, если он станет крупным, сможет ли он открыть пробой в свой мир?

— Дорогой, — в беседку зашла Вика. — Пришло время.

— Рожать собралась? Нет, Викусь, пока рано, — улыбнулся я.

— Нет, я про тот вопрос, который ты просил держать на контроле, — замотала она головой.

— Напомни, пожалуйста, какой? А то я много чего на тебя спихивал… — виновато улыбнулся я.

— Родственник человека, чье тело ты занял, готов встретиться, — проговорила она.

— Так это же отлично! — хлопнул я в ладоши. — Пожалуй, не буду откладывать этот вопрос. Пора уже как-то легализовать свою историю.

Глава 5

Мужчина в потрепанной камуфляжной одежде сидел на земле, привалившись спиной к стене здания, и смотрел куда-то перед собой безжизненным немигающим взглядом. Он вспоминал, как докатился до такой жизни. Хотя жизнью это не назовешь. Мир для него уже давно превратился в сборище причудливых декораций, а смысл дальнейшего существования был утрачен много лет назад.

А ведь когда-то он был профессиональным военным, и бесстрашно вступал в любые, даже самоубийственные сражения, самоотверженно защищая интересы своего господина. Но последняя битва окончилась плачевно, он получил страшные раны, что оставили отпечаток на всём его будущем. После такого уже не восстанавливаются. Господин же помирился со своим врагом, как это всегда и бывает. А искалеченным ненужным солдатам оставалось только учиться жить заново, пытаясь забыть все те ужасы войны.

В итоге бывший военный так и не смог найти свое место в мирной жизни. Он действительно пытался, но из-за старых травм и инвалидности так и не смог найти работу. Со временем он стал всё чаще выпивать, затем начал буянить. Затем в его доме случился пожар, в одночасье уничтожив всё имущество. Жилье, вещи, сбережения. Всё это обратилось в пепел буквально за несколько часов прямо у него на глазах. Но даже это не смогло сломить волю воина. Пусть некоторое время он пьянствовал и бродяжничал, но в какой-то момент смог взять себя в руки. Он взялся за ум, и вернул себе то самое боевое состояние разума. Но к этому моменту ненужный солдат уже достиг самого дна. Он был там слишком глубоко, чтобы своими силами выбраться из этой бездны, и теперь попросту не знал, что ему делать.

Сейчас же бывший вояка просто сидит на грязной мостовой, перед ним лежит кепка, но он даже не просит милостыню. Если кто-то даст немного денег — хорошо, значит можно будет порадовать себя хоть какой-то едой. А если нет — то ничего страшного. Солдат уже привык к голоду, и его это совершенно не волновало. Тем более, что и жизнь уже подходит к концу.

Мысли мужчины резко оборвались, когда ему пришло озарение. Да, именно это слово пришло ему на ум, ведь иначе подобное не назовешь. Именно озарение. Очень странное состояние, но он словно был готов к подобному. Совсем недавно вояка слышал на улице о каком-то Лабладуте и очень захотел поверить в это божество. Ведь оно помогает таким, как он. По крайней мере, так говорили другие бездомные, рассказывая друг другу байки, одна удивительнее другой. И вроде звучит, как бред, но озарение казалось вполне реальным.

— Ну, хоть какое-то развлечение, — закряхтел солдат. Телевизора нет, а смотреть на противоположную сторону улицы уже давно наскучило.

Озарение заключалось в том, что вояка услышал голос. Он понимал, что голос слышен только ему, исходящий откуда-то из глубины души, словно в голове появились чужие мысли.

— Даже у падших демонов есть шанс на спасение, — проговорил голос в голове. — Так почему же у тебя его не должно быть? Все заслуживают право на второй шанс, воспользуйся своим! Помоги ближнему своему, и будет тебе чудо, которого ты так жаждешь.

— Да чем я помогу? — устало усмехнулся вояка. — Грязными штанами поделюсь?

Ответа не было, и он ощутил, что сущность покинула его разум. Так что оставалось лишь догадываться, что это было. С одной стороны, выглядело вполне реально, но с другой… Калека подвинул поближе кепку и заметил там несколько смятых мелких купюр.

— Ой, да и плевать! — махнул он рукой. — Сдохну, так сдохну! — он с трудом поднялся на ноги, и подхватил перемотанные грязными тряпками костыли.

Солдат не ел вот уже три дня, и все надежды были только на деньги, которые ему за это время положили в кепку. Он чувствовал, что силы его на исходе, и если отказаться от еды сейчас, до следующего перекуса он скорее всего не доживет. Но вояка всё равно отправился в ближайшую подворотню и нашел там сборище бродяг. Среди них он заметил несколько грязных детей и направился сразу к ним. Кинул купюру одному, потом второму. Затем выгреб из кепки мелочь и отдал последнему. После чего отправился обратно на свое насиженное место и, пристроившись поудобнее, закрыл глаза.

— Хоть что-то хорошее в своей жизни сделал, — улыбнулся он, и разум сам собой стал проваливаться в забытье. Но в какой-то момент что-то непонятное заставило его резко прийти в себя и открыть глаза. И первое, что он увидел — это мчащийся прямо на него голубь.

Пернатый врезался ему прямо в лоб, после чего свалился на землю, отряхнулся, а затем улетел. Но на его месте осталась лежать визитка. Солдат некоторое время смотрел на бумажку с недоумением, а затем, усмехнувшись своим мыслям, всё же поднял ее и прочитал несколько строк.

— Лечебница Булатова. Предоставляем медицинскую помощь всем… — пробубнил мужчина себе под нос.

Долго думать калека не стал. Ведь, может, чудеса действительно случаются в этом мире? И пусть адреса на визитке не было, там даже телефон не указали. Но солдат с трудом поднялся на ноги, схватил свои костыли, и уверенно поковылял искать эту самую лечебницу.

* * *

Василий Фёдорович Проскуряков сидел и качал головой. Судьба и так не всегда была к нему благосклонна, а в последнее время, и вовсе, пытается сломить его волю и дух. И это уже не говоря о проблемах со здоровьем.

Василию было всего шестьдесят с небольшим лет, но из-за врожденного порока сердца, который в последнее время всё чаще дает о себе знать, и множественных искривлений позвоночника, он не может долго стоять. Да и сидя, сконцентрироваться на работе не выходит, так как постоянно мучают боли. Но он всё равно до последнего пытался не показывать вида, что ему плохо. Бледность списывал на то, что не выспался, а боль сколько мог глушил обезболивающими препаратами. Пока мог, ведь от регулярного приема таблеток у него начался сначала гастрит, а затем и вовсе, язва желудка.

Но казалось, этого было мало. Когда заболела дочь, Василию пришлось брать подработки, что привело к дальнейшему ухудшению здоровья. Впрочем, ее болезнь можно предвидеть, так как и у самого мужчины многие заболевания были наследственными.

Денег было мало, как и сил, и желания пытаться что-то сделать дальше. А ведь когда-то Василий был успешным и умелым мастером своего дела. Он разрабатывал новейшие виды вооружения, модернизировал их, улучшал. Вся его жизнь была посвящена этому, но в определенный момент болезнь забрала свое, и мужчина отправили на раннюю пенсию.

И вроде бы жилье есть, но от этого не легче. И так все деньги уходили на лечение дочери, о себе Василий забыл окончательно. Он не обращал внимания на нарастающую слабость, на боли, и прилагал все силы, чтобы найти себе новую работу. Вот только кому нужен больной старик? Да, в прошлом талантливый и перспективный, но именно, что в прошлом.

Мало того, у внучки обнаружили врожденный порок сердца, а значит, ей тоже передалось это заболевание. И лучше заняться ее лечением как можно раньше, вот только на это не хватает денег. Даже если продать квартиру, это поможет лишь на некоторое время, а потом снова придется искать способы заработка. Кроме того, придется тратить деньги на съемное жилье.

Нет никаких шансов. Василий Фёдорович понял, что быстро найти деньги не получится. И так дочери прописали двенадцать капельниц в неделю, а пенсии хватает только на одну или две, значит, и ее состояние будет только ухудшаться. Не говоря уже о еде, на которую едва ли хватает остатков пенсии.