Северное сияние

– Доброго, сэр Гираар, – хмуро ответил барон. – Буду откровенен и скажу, что не рад нашей встрече.

Каспер удивился. Хозяин грубо нарушил принятый этикет, это было на грани прямого оскорбления. Но лон Цоз остался спокоен и даже скупо улыбнулся. Похоже, собравшиеся услышали продолжение старой пикировки.

– Никто не любит сборщиков налогов, господин барон. Позвольте представить моих спутников. Это Каспер, наследник Дедрика лон Тоэно. Сэра Виллема ты должен был узнать. С ним его воспитанница.

Коротко поклонившись, барон пригласил гостей в дом. Они прошли в обеденный зал на первом этаже. Похоже, хозяева планировали принимать меньше человек и сейчас слуги торопливо ставили два стула и дополнительные приборы.

Во главе стола сел барон, по правую руку от него посадили Гираард. Дальше сидел старший сын лон Цаарвена, следом Каспер. Так что молодой рыцарь мог слышать разговор командира и хозяина. Лон Тоэно делал вид, что занят исключительно едой, но старался уловить каждое слово.

– Нам осталось собрать совсем немного. Меньше пятой части от суммы выкупа.

– Гираард, пойми, у меня в казне нет ни золота, ни серебра. Люди боятся проводить ярмарки на границе с Клойлатценом. Никто не поедет торговать в феод накануне войны. Мне неоткуда брать монеты.

– Господин барон, тогда тем более нужно высвободить нашего сюзерена. Господин герцог сможет собрать войско и защитить наши земли. И Цаарвен в первую очередь.

– Ты словно бы не услышал, Гираард. У меня нет ни золотых дальдеров, ни серебряных стюверов, ни иноземных монет. Могу отправить телегу пшеницы, репы или капусты. В этом году очень хороший урожай.

Лон Цоз мученически посмотрел на феодала и продолжил настаивать на своем.

– Господин барон, вы знаете лучше меня, что нужно золото. От нас с вами зависит, как пройдут первые месяцы грядущей войны. Будем мы разобщены или объединены под красным знаменем с золотой кометой.

– Гираард, ты слишком настойчив.

Барон замолчал, сделал большой глоток вина из серебряного кубка. Лон Цоз видел, что собеседник размышлял и также держал паузу. Наконец лон Цаарвен подозвал управляющего замком и что-то тихо ему приказал. Тот не смог скрыть удивления, но кивнул и удалился.

– Я внесу свой вклад. Надеюсь, герцог Коенрад об этом узнает, и придет на помощь, когда Цаарвен будет в опасности.

Управляющий вернулся и передал сверток. Лон Цааревен принял его и развернул мягкую ткань. Каспер рассмотрел золотую цепь с со звеньями в мизинец толщиной. Барон протянул украшение лон Цозу. Рыцарь встал со стула и с коротким поклоном принял вклад в выкуп сеньора.

– Благодарю вас, господин лон Цаарвен. Позволю себе также выразить благодарность от лица герцога.

Но барон только отмахнулся.

– Вернись на место, Гираард. Это все пустое. Вы останетесь в замке до завтра или продолжите путь?

– Продолжим. Нам предстоит объехать еще семерых вассалов герцога вдоль границы, а времени остается все меньше. Когда лошади отдохнут, выдвинемся.

– Хорошо. Я прикажу пополнить ваш запас съестного. И твоих людей тоже накормят.

После окончания важного разговора барон подал знак переменить блюда. Каспер признал, что за короткий поход уже успел соскучиться по приготовленной не на костре еде. Поэтому он обрадовался большому куску вареной оленины и свежеиспеченному хлебу. Барон и лон Цоз продолжили светскую беседу. Они обсуждали общих соратников, посланник рассказывал последние новости герцогского двора. Каспер слышал знакомые титулы, но плохо представлял, о ком именно шел разговор.

После окончания обеда Гираард, Каспер и Виллем открыли замки каждый своим ключом. Лон Тоэно признал, что золотая цепь в пустом сундуке представляла собой не впечатляющее зрелище. Но молодой рыцарь понимал, что это только первая остановка на их пути.

Барон коротко попрощался с гостями, но не стал выходить с ними во двор. Ему предстояло вернуться к перу и пергаменту. Нужно было подготовить письма соседям и закончить учет провизии, убедиться, что расчеты верны и продуктов хватит на сто двадцать дней осады.

Отряд выехал из замка и направился обратно на тракт. Когда они проезжали мимо работников, копавших новый ров, Каспер заметил что-то необычное. Юный крестьянин замахнулся киркой, которой рыхлил каменистую землю. Но так и замер с поднятыми над головой руками.

Молодой рыцарь поглядывал на странного крестьянина, но тот так и не пошевелился. Поначалу Каспер с интересом оборачивался, пытаясь увидеть, что произойдет дальше. К парню с киркой подошли работавшие рядом крестьяне, но тот не реагировал. Но лон Тоэно так и не увидел, чем все закончилось. Отряд уехал достаточно далеко и стало невозможно рассмотреть, что происходило там дальше.

Они отправились по дороге на северо-запад, в сторону Клойлатцена. Следующая остановка была запланирована в замке Лоорте, который располагался ближе всего к границе. За пару часов до заката проехал деревню, но Гираард решил, что комфортная ночевка не стоит потери времени. В сумерках отряд пересек границу феода барона лон Цаарвена.

Остановились на ночь в открытом поле. Хенрик и Зеф на пару поставили походный шатер для лон Тоэно, в это время возница и оруженосец сэра Виллема занимались шатрами двух остальных рыцарей. Пехотинцы пока распрягали и чистили лошадей, разводили огонь и разогревали полученные от барона припасы.

Каспер отстранился от походной суеты, оставив ее простолюдинам. Он отошел в сторону, чтобы оценить, насколько их стоянка заметна с тракта. Результат оказался неутешительным – их лагерь был хорошо виден издалека. И случайный проезжий или же разведчик-клойнорт без труда их увидит. Рыцарь задумчиво нащупал сквозь одежду ключ от сундука с золотом. Он решил, что перед сном нужно будет положить меч рядом с собой. И приказать оруженосцу и пажу поступить также.

Вечер прошел тихо. Трое часовых из людей герцога остались бодрствовать, остальные отправились спать. Однако же ночь оказалась неспокойной.

Каспер проснулся от пронзительного женского крика боли. Тот быстро перешел в визг, достиг верхней точки и резко оборвался. Лон Тоэно не успел понять, что происходит и действовал инстинктивно. Он подхватил меч и выскочил из шатра в одном исподнем и босиком, на ходу выдернув клинок из ножен.

Хенрик вышел следом за господином. Паж хотел последовать за ними, но отец приказал ему оставаться внутри. Первое, что понял Каспер – в лагере не было чужаков. Из шатра вышел Гираард, также раздетый, но без меча. Пехотинцы поднимались с одеял и хватались за оружие. Но не понимали, что делать дальше.

Закричи часовые об опасности, порядок действий был бы очевидным. Пехотинцы сбились бы вместе, ощетинились копьями и алебардами. А рыцари либо надели бы доспехи, либо присоединились как есть.

Лон Тоэно заметил, что на земле остался лежать оруженосец сэра Виллема, который спал рядом с шатром господина. Поначалу рыцарь решил, что тот стал первой жертвой нападения. Но маанот приподнялся на локте, когда на него чуть не наступил пехотинец герцога. Оруженосец был в порядке, просто не присоединился к общей суматохе.

Наконец, из шатра вышел сэр Виллем. Он поднял руку, привлекая внимание и громко произнес:

– Слушайте меня!

Почти все обернулись на сильный голос лон Рууда.

– Все в порядке! Возвращайтесь ко сну. У моей воспитанницы был кошмар. Опасности нет.

Рыцарь прозвучал достаточно убедительно. Каспер сказал Хенрику, чтобы тот отправлялся в шатер и постарался уснуть. Воины герцога вернулись на спальные места, кто-то молча, кто-то тихо ворчал. Лон Тоэно видел, как командир подошел к сэру Виллему. Молодой рыцарь решил, что он тоже должен поучаствовать в разговоре на правах третьего по старшинству в отряде.

Оказавшись возле шатра лон Рууда Каспер не удержался и украдкой заглянул внутрь. На расстеленном по земле одеяле сидела Анника, обхватившая колени руками. В темноте получилось рассмотреть белую нижнюю рубашку девушки и бледную кожу, но не более.

– Сэр Каспер, ты смущаешь мою воспитанницу.

Лон Тоэно вздрогнул и повернулся к великану. Он чувствовал, как был пойман с поличным за тем, что глазел на полуодетую девушку из благородной семьи. У рыцаря быстро краснели щеки от стыда. Оставалось надеяться, что в темноте это не было заметно.

– Приношу извинения. Хотел убедиться, что с ней все в порядке.

– Тебе недостаточно моего слова?

Лон Рууд спросил все тем же ровным тоном. Каспер не смог понять, был ли это простой уточняющий вопрос или рыцарь искал намек на оскорбление в свой адрес. Лон Тоэно решил исключить недопонимание и оправдать:

– Ни в коем случае, сэр Виллем. Признаю, я не до конца проснулся и поступил глупо.

– Виллем, что произошло? – устало спросил Гираард.

– Аннике приснился дурной сон. Когда она проснулась, то не смогла понять, где находится и испугалась.

– Всего лишь кошмар? – не сдержал удивления Каспер.

– Я не собираюсь обсуждать с вами мою воспитанницу, при всем уважении. Поверь, сэр Каспер, в ее прошлом есть достаточные причины.

– Это может повториться?

– Постараюсь, чтобы больше не случилось. Но если еще раз проснетесь от крика Анники, то лучше возвращайтесь ко сну.

Гираарда устроило такое объяснение. Он устало потер глаза и повернулся к лон Тоэно.

– Каспер, спрячь уже меч. Отправляйся в шатер и попробуй поспать. До рассвета еще часа четыре.

***

На следующее утро отряд продолжил путь. По мере приближения к границе их путешествие становился все опаснее и Гираард потребовал, чтобы пехотинцы надели броню. Но старший алебардист смог переубедить рыцаря – и без того предстоял тяжелый дневной переход. А в доспехе, пусть и легком пехотном, путь из тяжелого превратился бы в невозможный. В дополнение к этому стояла не по сезону теплая погода и под палящим солнцем марш в доспехах стал бы еще мучительнее.

Сошлись на компромиссном варианте. Пехотинцы надевали гамбезоны – толстые куртки из льна, простеганные и набитые конским волосом. Даже без доспеха поверх они давали защиту, но идти в них было не так трудно. Чтобы поддержать простолюдинов и показать пример, Каспер тоже надел гамбезон. Только у рыцаря он был притален по последней моде, покрашен в серый и зеленый гербовые цвета, а подол достигал середины бедра, а не до колена, как у пехотинцев.

Лон Цоз поступил также. Из всех всадников в походной одежде остались только Анника, у которой и не было доспеха, и сэр Виллем. На предложение Гираарда он лишь молча отмахнулся. Каспер так и не смог понять, был ли прославленный рыцарь уверен в собственных навыках, либо же не верил, что на них могут напасть.

Каспер и его оруженосец отправились в передовой дозор. Вырвались на сотню шагов вперед и ехали бок о бок, внимательно смотрели по сторонам и вдаль. В землях барона лон Лоорте было сильно больше лесов, чем в Цаарвене. Отряд заехал в лес спустя час после рассвета и к этому часу, когда полдень миновал, все еще двигался меж деревьев. Однако у этого оказалась и положительная сторона – солнечный свет с трудом пробивался через листья и в гамбезоне было не так жарко.

Каспер заметил движение справа от дороги и резко натянул поводья. Но он быстро понял по звукам и треску кустов, что это не человек. Вскоре его предположения подтвердились – дорогу перебежала лань. Ехавший справа от сеньора Хенрик хмыкнул.

– Да, дичь здесь непуганая, – не дождавшись ответа, оруженосец продолжил. – В отличии от нашей спутницы. Которая, похоже, очень боязливая.

Лон Тоэно понимал, что было неправильным обсуждать благородную девицу с простолюдином. Пусть даже таким преданным и доблестным, как Хенрик. Но у самого Каспера событие прошлой ночи не выходило из головы.

– Хенрик, ты же тоже слышал восторженные истории о сэре Виллеме?

– Множество самых разных. Он успешно воюет уже почти двадцать лет. Мне пересказывали байки о победах над клойнортами, восставшими маанотами и даже иноверцами. И каждый раз сэр Виллем был самым доблестным рыцарем с обеих сторон.

Каспер кивнул. Похожие истории доходили и до него, пожалуй, даже куда более красочные. Все же при дворе лон Тоэно выступали странствующие менестрели, а оруженосец слышал о подвигах сэра Виллем на ярмарках и от бродяг-вагантов.

– Хенрик, а в этих хвалебных рассказах упоминалась воспитанница лон Рууда?

– Пожалуй, что нет. Про молодую госпожу я не слышал. В историях почти никогда не говорится о семье сэра Виллем. Мне кажется, он либо женат, либо уже вдовец. А про детей никто и не рассказывал. Кому интересны чужие дети. Хотя она ведь и не его дочь.

– Я тоже ничего не слышал о госпоже Аннике. И пока не понимаю, что она здесь делает и почему.

За разговором они ехали по тракту. Каспер заметил что-то непонятно дальше на тракте. Он привстал на стременах, всматриваясь вдаль. Проехали еще немного вперед, прежде чем лон Тоэно понял, что видит.

Путь перегораживало дерево. Старая береза слева от дороги упала, но не достигал земле – ствол уперся в развилку дерева на другой стороне тракта. Береза по диагонали преграждало путь. Всадник мог проехать, пригнувшись или проведя лошадь под уздцы. А вот повозка точно не пройдет.

Но нужно было понять, упало дерево само или это оказалось делом рук человека. Чтобы остановить путников и напасть из засады.

– Хенрик, возвращайся к сэру Гираарду и предупреди его. Я останусь следить.

– Может, поступим наоборот, сэр Каспер? – с просящей интонацией спросил оруженосец.

Хенрика отправили с отрядом, чтобы защищать сына господина. А рыцарь приказывал оставить его в одиночестве рядом с возможной засадой. Но лон Тоэно был непреклонен и твердо скомандовал:

– Выполняй.

Оруженосец тяжело вздохнул и развернул лошадь и скорой рысью отправился к отряду. Каспер положил ладонь на рукоять меча и внимательно всматривался в лесную чащобу. Но все было тихо. Молодой рыцарь решил, не стоять на мест впустую и разведать обстановку. Хотя признавал, что прежде всего стремился доказать самому себе, что не трусит.

Пустил кобылу шагом. Каспер медленно подъехал к упавшей березе. Все было тихо. На деревья щебетали птицы, на ветру шумели листья и скрипели крупные ветви. Ничего не выдавало присутствия человека.

Отряд пришлось ждать дольше, чем думал лон Тоэно. Либо же в напряженном ожидании время текло медленней. Наконец, показались пехотинцы. Они успели надеть шлемы – простые стальные колпаки с широкими полями и шли по тракту тесным строем, готовые встретить копьями и алебардами возможную угрозу. Старший воин герцога сидел на козлах с взведенным арбалетом в руках.

Часто оглядываясь по сторонам, пехотинцы осторожно приблизились к рыцарю. Оказавшись рядом с подмогой, Каспер наклонился в седле и пролез под упавшим деревом. Также внимательно следя за кустами на обочинах дороги, рыцарь проехал еще дальше. Лон Тоэно окончательно удостоверился, что это просто упавшее дерево, а не спланированная засада. Развернул лошадь на месте и вернулся к отряду.

– Все тихо? – беспокойно спросил Гираард.

Он тоже понимал, что это отличное место для засады.

– Да. Я никого не увидел.

Лон Цоз благодарно кивнул. Однако почти сразу же приказал одному из своих всадников проехать дальше по дороге и высматривать чужаков. Лон Тоэно не показал возмущения. И все же признал, что командир по-своему был права – он еще не видел молодого рыцаря в деле и не знал, насколько можно доверять наблюдательности Каспера.

К ним подошел старший боец герцога. Он критически оглядел перегораживающую путь березу. Обернулся на повозку, пытаясь на глаз понять, получится ли проехать. Наконец, покачал головой.

– Не, тут рубить надо. Есть чем?

– В телеге лежит топор, – рассеянно ответил Гираард. – В том числе для подобных ситуаций.

– Всего один? Ладно, справимся.

Из поклажи в повозке нашли простой крестьянский топор. Старший указал на одного пехотинца, высокого и толстого весельчака. Судя по смешкам со стороны остальных воинов, тот успел серьезно провиниться за их короткий поход и рубка дерева стала наказанием. Толстяк скинул шлем и гамбезон и принялся за работу.

Он начал рубить на уровне плеч. Чтобы можно было оттащить нижнюю часть ствола с дороги, а верхняя осталась бы висеть, зацепившись кроной за крепкие ветви других деревьев. Рухнувшее бревно опасно зависнет над дорогой, но отряд должен был успеть проскочить.

Пехотинец рубил топором неумело. Профессиональный воин не привык к крестьянской работе. Каспер понял, что ожидание затянется. Он спрыгнул с лошади, чтобы размять ноги и дать животному отдохнуть.

Когда рыцарь прохаживался взад-вперед по дороге, он поднял голову и случайно встретился взглядом с Анникой, которая оставалась в седле.

Уже позже Каспер вспомнил, что однажды видел такой же взгляд. В прошлом году граф лон Мольце устроил турнир в честь своих именин. Это был третий рыцарский турнир, в котором участвовал лон Тоэно, и самый масштабный. Каспер не лучшим образом проявил себя в джостинге – сшибке на копьях один на один, и дважды был выбит из седла. А на третий день турнира граф организовал схватку «в старинной манере» - всех участников разделили на две равные команды и рыцари устроили массовое сражение.

Недалеко от Каспера с коня сбросили юного воина с золотой башней на красном фоне на гербе. После падения на землю у того лопнул подбородочный ремень и шлем слетел с головы. Лон Тоэно наклонился и сквозь смотровую щель встретился взглядом с недавним противником.

В его глазах Каспер прочитал абсолютный страх и панику. Парализующие и подавляющие. Так, что невозможно даже пошевелить пальцем и чудом удается сдержать пронзительный крик.

И точно такой же страх молодой рыцарь сейчас увидел в глазах леди Анники.

Тогда Каспер смог успокоить и остановить боевого коня и не дать затоптать незадачливого противника. Лон Тоэно был готов наклониться и протянуть руку помощи, но не смог этого сделать из-за высокого рыцарского седла. Но он дождался, когда противник поднялся на ноги и не возвращался в сражение, пока не убедился, что парень благополучно достиг границы арены.

Каспер вздрогнул, когда под последними ударами топора переломился ствол березы. Нижняя треть бревна упала на дорогу. С громким шелестом верхняя часть дерева качнулась и освободило проезд.

– Скиньте это бревно с пути, – раздраженно приказа Гираард. Незапланированная задержка в пути начинала его злить.

Но все оказалось сложнее. Часть корней березы остались в земле и просто откатить с бревно с дороги не удалось. Пришло во второй раз взяться за топор и начать рубить ствол возле основания.