Арктическая академия. Часовщик

Глава 1

Через портал

— Николай Петрович, а вы уверены, что всё сработает?

Я стоял перед мигающей аркой портала, переминаясь с ноги на ногу. Нет, мне определённо нужна пятёрка за летнюю практику, но не ценой собственной жизни. А что, если эта штука просто располовинит меня? Тогда этот зачёт мне уже ни к чему. Хотя, о чём это я? Работающий портал в прошлое? Полный бред! Пусть профессор Мезенцев мается чем угодно, нужно просто ему подыграть, и тогда зачёт у меня в кармане.

Путешествий во времени ему захотелось! Мне казалось, что грезить об этом перестали ещё в прошлом столетии. Хотя, судя по возрасту, Николай Петрович как раз воспитывался на книгах Жюля Верна и других фантастов. Кто-то не смог удержать свою фантазию, а мне теперь расхлёбывай!

— Конечно, я уверен! — послышался голос профессора из-за приборной панели. — Арсений, прошу вас, смело шагайте вперёд, осмотритесь хорошенько и возвращайтесь обратно. Мне нужны доказательства того, что портал действительно работает. Я не позволю этим буквоедам закрыть мой эксперимент и поставить крест на величайшем изобретении столетия!

— Может, ещё на телефон всё заснять?

— Я же говорил, при переходе через портал вся электронная техника выходит из строя. Вы ведь выложили мобильник?

Я похлопал по пустому карману, показывая, что телефона при мне нет, и мне нечего беспокоиться.

— Остановить эксперимент! — в коридоре послышался крик, который не предвещал ничего хорошего. Мезенцев невольно вздрогнул, когда услышал голос.

— Скорее, Арсений! У нас мало времени!

— Приключение на пару минут. Войти и выйти, верно?

— В точку!

Нет, я на это не подписывался. Одно дело — согласиться на участие в эксперименте с нерабочим порталом, когда требуется просто потоптаться на месте, развести руками и получить давно заслуженную пятёрку за практику, и совсем другое, когда прямо перед лицом покрывается мелкой рябью неизвестная реальность. Я хотел было отказаться и прекратить эксперимент, но пространство внутри портала, словно прочитало мои намерения, и вытянулось в мою сторону. В одно мгновение я оказался внутри кокона, который затянуло внутрь. Тело прошибло холодом, накатила слабость, и я почувствовал как полностью покрылся липким потом, а парой секунд спустя наступило ощущение лёгкости. Сам не заметил как выдохнул, а потом жадно глотнул тёплый летний воздух и осмотрелся.

Не понимаю, эта штуковина реально сработала, или у меня галлюцинации? Я стоял на площади, вымощенной брусчаткой. Первое, что бросилось в глаза — очень странная архитектура зданий. Такое впечатление, что Мезенцев отправил меня в девятнадцатый век. Хотя, машины здесь очень даже современные, да и квадрокоптеры в небе как бы намекают, что это далеко не прошлое. Может, профессор ошибся и зашвырнул меня в параллельный мир? В любом случае, мне от этого не легче.

Так, спокойно! Зашёл, увидел и обратно. Всё как по плану. Немедленно повернулся к порталу, который ждал моего возвращения, но уже в следующее мгновение он мигнул и исчез. Не понял, так и должно быть?

* * *

— Стоять, я сказал! — заорал мужчина в костюме и помчался по коридору. Он отдавал себе отчет, что безнадежно опаздывает, а потому в порыве гнева бросился к щитку и одним махом перевел сразу несколько тумблеров вниз. На несколько секунд свет погас, а потом в коридоре замигало слабое резервное освещение.

— И ещё раз, чтобы наверняка остановить тебя, упрямец! — снова щёлкнули тумблеры, мужчина довольно хмыкнул, поправил костюм и уверенным шагом вошел в лабораторию, широко распахнув перед собой дверь.

— Я же сказал, прекратить эксперимент! Профессор, вы снова упорствуете?

Старый учёный сидел на полу, обхватив голову руками. Его губы шевелились, беззвучно произнося какие-то слова, но из уст профессора Мезенцева не доносилось ни звука.

— Профессор, не стоит так расстраиваться. Подумаешь, не дали провести рискованный эксперимент. Мало ли их было и ещё будет?

— Вы не понимаете! — наконец, выдавил Николай Петрович. — Я уже отправил мальчишку.

— Куда? — мужчина в костюме перевел взгляд на конструкцию и только сейчас понял, что в комнате кроме Мезенцева и его помощника не было больше никого. — Хотите сказать, что эта ваша конструкция реально сработала? Хорошая попытка меня разыграть, но неудачная. Нет, когда вы подтасовали отчёты опытов, в которых утверждали, будто отправляли через портал лабораторных мышей, собак и даже шимпанзе, это ещё было забавно, но теперь это уже не смешно.

— Простите, но парень реально прошёл через портал, и мы понятия не имеем где он сейчас находится, — вмешался ассистент профессора, испуганно выглядывающий из-за приборной панели. — У меня всё задокументировано на видео. Так сказать, для доказательства всему научному сообществу.

Мужчина перевёл взгляд с ассистента на самого профессора и едва слышно прошептал:

— Ты что наделал, старый хрыч?

— Это вы наделали! — огрызнулся профессор. — А точнее, обделались дальше некуда! Зачем вы полезли к электричеству и отключили даже резервное питание? Контакт разорван, всё!

— Так, сейчас я включаю всё обратно, и вы делаете что хотите, но чтобы пацан был тут. Ясно?

— Вы совершенно не слушали меня, Андрей Викторович! Я же говорил уже тысячу раз, что нельзя дважды войти в одну реку. Если связь разорвать, попасть в то же время и в то же пространство уже не выйдет.

— Вы хотите сказать, что парень исчез с концами?

— Да! Стоило вам нарушить питание, портал потерял энергию и закрылся. В теории, я могу открыть его, но в какое время, и в каком месте он окажется — совершенно непонятно. Шанс один на миллион, что портал откроется рядом с парнем. Я бы сказал, один на миллиард, если не меньше.

— Мы в полной заднице, — тихо произнес мужчина в костюме, до которого, наконец, дошла вся серьезность ситуации, виновником которой был он.

— Даже не представляете в какой! — в лабораторию бесцеремонно ворвался мужчина в военной форме. — Полковник Карташов?

Мужчина в костюме тут же приосанился и отчеканил:

— Так точно! Карташов Андрей Викторович. Уполномоченный по…

— Знаю, — оборвал его военный. — Я уже в курсе о том, что здесь произошло. С этого момента ситуация переходит под мой контроль, а вы трое садитесь за стол, даёте подписку о неразглашении, а потом пишете как всё было в деталях. Если я чего-то не увижу, заставлю сожрать бумагу и писать заново, пока не увижу каждую деталь. У вас пятнадцать минут. Время пошло!

* * *

— Эй, что происходит?

Я ждал, когда передо мной снова появится портал, оглядывался по сторонам, надеясь, что он просто переместился и играет со мной в поддавки, но мои слова вызвали совсем другой эффект.

— А тебе какое дело, чернь? — послышался рядом голос парня.

Я остановил взгляд на том, кто произнёс эту фразу, и шумно выдохнул. Мало было мне проблем с порталом, ещё и в местные разборки вмешался. В нескольких шагах от меня устроили драку парни лет восемнадцати на вид, мои ровесники. Их было четверо. Трое одеты в длинные черные плащи до самых пят. Они вообще в курсе, что сейчас середина августа, и в такой одежде должно быть жарковато? Хотя, тут очень даже прохладно, или это меня от волнения берёт озноб?

Одежду под плащами, естественно, я не мог разглядеть, да и не особо пытался, потому как мой взгляд был обращён к четвёртому, лежавшему на земле в луже собственной крови. Надеюсь, он живой, иначе у меня точно будут проблемы.

— Ты оглох? Я тебе вопрос задал! — снова произнёс светловолосый парень, который отделился от троицы и уверенным шагом направился ко мне. — Тебе какое дело до того, что здесь происходит? Вали отсюда, пока не вломили!

— Погоди, Федь, давай позабавимся! — отозвался его товарищ. Судя по всему, он был лидером в этой шайке.

Теперь вся троица утратила интерес к лежащему на брусчатке парню и направлялась ко мне. Вот почему негодяи ходят по трое? Их этому учат, или психологически так спокойнее творить что вздумается? Например, вдвоём страшновато, могут и навалять, а втроём куда больше шансов. Ладно, думать сейчас нужно не об этом. Портал обязательно появится, а мне нужно сохранить за собой физическую возможность дойти до него.

Светловолосый, которого звали Фёдором, попытался схватить меня за шиворот, но я нырнул под его рукой и пробил в печень. Если уж драки не избежать, нужно действовать первым. Парень согнулся пополам, а я воспользовался случаем и ударил с колена в лицо, чтобы он уже точно выбыл из строя. Крепкий гад! После таких ударов обычно не стоят на ногах, а этот ещё и руками машет. Фёдор попытался достать меня, но я перехватил его руку за кисть, развернул и снова приложил с ноги в голову. Теперь этот крепыш распластался на земле и успокоился.

— Ты смотри, он Никитского вырубил! — удивился второй и шагнул назад. А вот лидер этой шайки даже не думал отступать. Оно и понятно, я поставил под сомнение его авторитет, и этот парень так просто не отступится.

— Ты кто такой вообще? — нахмурился парень.

— Арсений. А ты?

— Платон Кислов. Слышал о доме Кисловых?

— Не приходилось.

— Платоха, да выруби его! — подначивал шестёрка.

— Спокойно! Вырубить всегда успеется. Я хочу, чтобы он пожалел о том, что стал у меня на пути.

Парень вытянул руку перед собой, а потом из неё вырвалось пламя и ударило мне прямо в лицо. Блин, как же больно! Что это вообще было? Перцовый баллончик? Не похоже. Лицо реально жжёт, как огнём. Куда я вообще попал, и куда смотрят прохожие?

В голове закружилось, и я сам не понял как снова оказался на ногах. Как ни странно, лицо совсем не болело.

— Ты смотри, он Никитского вырубил! — снова этот удивлённый возглас шестёрки Кислова. Он тугодум, или всегда дважды говорит одно и то же?

— Ты кто такой вообще? — то же смущение на лице парня. Что за временная петля? Это всё уже происходило со мной! — Ты глухой, или от страха язык проглотил?

— Платоха, да выруби его! — у меня перехватило дыхание сразу по двум причинам: всё это со мной было секунд пятнадцать назад, и если я ничего не исправлю, мне снова будет больно.

Как только Платон начал поднимать руку, я шагнул вперёд, левой перехватил руку парня, а правую согнул в локте и со всей силы заехал в лицо будущему обидчику. В падении он всё-таки зацепил меня по лицу, но это ерунда в сравнении с невероятно болезненным ожогом. Видимо, парень не ожидал от меня такой наглости, потому как удар вышел на славу — Кислов запрокинул голову и грохнулся на спину.

— Ты… ты совсем идиот? Он же сын Петра Кислова! — выпалил единственный оставшийся на ногах парень и попятился назад. — Тебе конец! Всю твою семью вырежут под корень, ты понимаешь?

— Может, мне и тебе лицо разбить?

— Не подходи, псих! — парень бросился бежать, бросив своих товарищей, а я снова осмотрелся. Портала домой нигде не было. Судя по всему, я застрял тут надолго. Зато лежавший на брусчатке парень пошевелился и даже смог подняться на руках. Я подошёл к нему поближе и помог стать на ноги. Выглядел он паршиво — нос разбит, бровь и верхняя губа рассечены, а правый глаз заплыл.

— Это ты их? — парень кивнул в сторону лежащих на брусчатке Никитского и Кислова.

— Ну, да.

— Ловко. Где учился?

— В МГУ.

— Где, блин?

— МГУ. Не слышал что ли?

— Нет, конечно! Ладно, давай валить отсюда, а то сейчас подтянутся люди Кисловых, и нам крышка.

— Да я бы с радостью, но в твоём-то состоянии мы далеко не уйдём.

— Ясен пень, что не уйдём! Поэтому мы поедем. Вон, смотри, Алексеич уже вырулил на парковку!

Рядом остановился чёрный седан бизнес класса. А неплохая машинка! В нашем мире такая стоила бы миллиона три, если не больше. Едва машина остановилась, из неё выскочил круглолицый водитель в синей униформе и с густой щеточкой усов на лице. Мужчина засуетился, открывая перед нами заднюю дверь.

— Родион Владимирович, как же так вышло? Вы же всего-то на пару минут отошли.

— Да понимаешь, Алексеич, хотел с Николаевской пообщаться, а тут Кислов со своей компанией подкатил. В общем, девчонка убежала подальше от неприятностей, а мне пришлось разбираться с этой троицей. Вон, если бы не этот парень, мне бы вообще конец пришёл.

Водитель не обратил на меня ни малейшего внимания, зато перевёл взгляд на место потасовки и едва не обомлел.

— Милостивые государи, да славятся имена их в веках! Это ж и впрямь сынок Кисловых! Ой, какой скандал будет…

— Алексеич, не сейчас! Давай в машину!

— А этот парень?

— Он с нами! Оставлять его здесь точно нельзя — порвут.

Получив негласное разрешение, я тут же плюхнулся на сидение рядом с парнем и захлопнул дверь. Бросил прощальный взгляд на площадь, где Кислов и его подельник уже приходили в себя, перевёл взгляд на место, где должен был оказаться портал, но его там не было. Водитель не стал терять время даром, юркнул за руль и дал по газам.

— Ой, что же будет! — причитал водитель, поглядывая в зеркало заднего вида. — Когда Кислов-старший узнает о том, что произошло…

— Алексеич, не начинай! Я предпочитаю опасаться того, что будет, если кисловские догонят нас, а ты ползёшь, как черепаха. Жми, давай!

— Я соблюдаю правила…

— Какие в пень правила? Сейчас Кучеров приведёт охрану Кисловых, и нас на куски порвут!

Водитель нахмурился, но притопил газку, а машина помчалась куда шустрее. Мимо пролетали какие-то дома и деревья, а я понимал, что быстро вернуться домой уже не смогу.

— Родион! — я отвлёкся от мыслей и не сразу понял, что парень протянул мне руку и представился. Ответил на рукопожатие и поспешил представиться, чтобы не показаться тормозом:

— Арсений Чижов.

— Ну, ты и чума, Арсений! Это ж надо, Никитского вырубить в рукопашке. Жаль, я этого не видел.

— А он важная шишка?

— Кто, Федька? Да нет, шестёрка у Кисловых, но боец хороший. У меня против него не было никаких шансов, а ты вот поломал.

— Он просто не ожидал.

— Да никто не ожидал! — заржал Родион. — Но Федя тебе этого точно не простит. Да что там Федя, ты Кислова вырубил, а это стопроцентный залёт! Да не дрожи ты так, прорвёмся!

Как объяснить ему, что меня трясёт не из-за драки, и даже не из-за возможных последствий? Я понемногу начал осознавать что произошло, и организм отзывался естественной реакцией. Портал Мезенцева действительно сработал, правда не так, как ожидалось. Я оказался в другом мире, который похож на наш, а обратного пути у меня нет. Или есть? Я ведь смог повернуть время обратно там, на площади. Может, если сильно постараться, я смогу повернуть время к тому моменту, когда портал затянул меня внутрь? Мысленно напрягся и попытался это сделать, но ничего не произошло.

— Фух, чуть не засыпались! — послышался облегчённый возглас с водительского сидения, когда машина выскочила на оживлённую улицу и влилась в поток других автомобилей.

— Не торопись с выводами, Алексеич! Ты же знаешь этих мразей — если вцепятся, уже не отпустят.

— Как бы вам беду не накликать, Родион Владимирович! — огорчённо отозвался водитель и замолк. Как же изящно он попросил его заткнуться! И не прикопаешься. Видимо, нельзя в его статусе по-отцовски гаркнуть. Да и вообще, я уже понял, что рядом со мной сидит какая-то важная шишка — машина, личный водитель, обращаются к парню по имени и отчеству.

В это время Родион обработал раны какой-то жидкостью, почти мгновенно остановив кровотечение, а затем принялся приводить в порядок свою одежду. Под лёгким плащом скрывалась тонкая вязаная жилетка с гербом и рубашка. Моё внимание привлек герб — на белом поле вышитая оранжевым буква «С», по бокам от которой отходят расправленные в стороны крылья, а в нижней части герба изображена дубовая ветвь с листьями.

— Эх, как вас разукрасили-то! — снова завёл старую пластинку водитель, рассматривая парня в зеркало заднего вида. — Вот Владимир Михайлович расстроится! У него и так дела не ладятся в последнее время, а еще и эта драка с Кисловыми…

— Хватит, Алексеич, и так на душе тошно! — отозвался Родион и повернулся ко мне. — Ну, а ты откуда взялся? Вид у тебя какой-то необычный.

— Из Вологды, приехал поступать в университет.