Ограбление Санта-Клауса

— Уважаемые Санта и господин Урх, — повторил дедушка. — Я не являюсь главой, как вы изволили выразиться, преступной шайки, но это не снимает с меня ответственности за то, что произошло, хотя бы потому, что я дедушка этих двух маленьких разбойников, создавших данную ситуацию. И если у них и имеются какие-то пробелы в воспитании, то я за них также ответственен в полной мере. Не сомневайтесь, что они будут, как следует, наказаны и мной, и их родителями, — тут Лёня с Лизой приуныли и переглянулись. Дедушка говорил спокойным, уверенным и слегка убаюкивающим голосом, так что все окружающие немного расслабились. Санта задышал ровнее, а Урх снял руку с пояса.

— Но мне кажется, что сейчас нам нужно обсудить другую, очень неприятную и совершенно неожиданно возникшую проблему, — тут дедушка, наконец, вытащил руку из кармана и плавно указал ей на кучу нарезанной бумаги.

— Вот это то, что оказалось в ваших коробках вместо подарков, уважаемый Санта. Очевидно, кто-то подменил содержимое коробок ещё у вас на складе.

— Этого не может быть! — Санта попытался вскочить со стула, но Урх удержал его.

— Продолжайте.

— Да, собственно, тут продолжать-то нечего. Когда дети открыли коробки, то ничего, кроме вот этой нарезанной бумаги, в них не было. Вы ведь понимаете, что это правда. Придумывать такую историю ни мне, ни им смысла нет. Нужно срочно ехать к вам на склад и разобраться, как это произошло, — сказал дедушка. — Время идёт быстро. Сейчас уже почти час ночи. Рождественская ночь проходит, а вам, насколько я понимаю, ещё развозить очень много подарков, — обратился он к Санта-Клаусу.

— Ну, с временем-то мы разберёмся, — проворчал, все ещё ошеломлённый Санта, — Продлим ночь. Это нам пара пустяков. Руди! — крикнул он, повернувшись к двери. — Где моя палка?

Тут дверь приоткрылась, и в комнату просунулась голова оленя. Его огромные ветвистые рога с трудом проходили в дверной проем, а большой красный нос светился так, что кладовка стала похожа на фотолабораторию. В зубах олень держал деревянную трость с резным белым набалдашником.

— Рудольф4, — заворожено прошептала Лиза и хотела было потянуться к оленю, чтобы погладить, но тот мотнул в её сторону головой и недобро фыркнул.

Лиза быстро убрала руку за спину и отступила назад за дедушкин стул. Лёня, приоткрыв рот и затаив дыхание, неподвижно наблюдал за всем происходящим и только переводил немигающий изумлённый взгляд с одного участника действия на другого.

Санта, не вставая со стула, взял принесённую оленем трость. Он поставил её вертикально на пол и, придерживая левой рукой, бормоча что-то себе под нос, стал вращать правой рукой набалдашник во все стороны: против, и по часовой стрелке, отсчитывая невидимые деления, как будто открывал кодовый замок. Все внимательно наблюдали.

— Всё. Готово, — произнёс Санта довольно. — Время замедлилось, и ночь будет длиться столько, сколько нам потребуется.

Дедушка посмотрел на свои часы, потом на Санту, потом снова на часы.

— Знаете, уважаемый Санта, — озабочено сказал он. — Похоже, что ваши проблемы гораздо серьёзней, чем вам кажется.

— Что вы имеете в виду? — вмешался Урх.

— А то, что время вовсе не замедлилось. Взгляните на ваши часы, уважаемый начальник охраны, — дедушка слегка подчеркнул голосом это обращение. — Насколько я заметил, у вас двойной, специальный циферблат. Остановилась ли вторая стрелка? Нет? Нет. А это значит, что пропали у вас не только подарки, а и ваш темпоральный регулятор. То есть ваша волшебная трость, уважаемый Санта, заменена подделкой. Да и ваш волшебный мешок — подпространственный приёмник, думаю, подменен тоже, — и дедушка показал на красный мешок, валявшийся на полу рядом с кучей бумаги. — А вот где настоящие, что пропало ещё, кто это всё реально похитил и зачем? Вот это нам с вами и предстоит выяснить.

— Как подделка? — взвизгнул, подскочив Санта. — Кто похитил? Какой регулятор? Что происходит, Урх? О чем говорит это человек?

— Спокойно, Босс. Спокойно. Во всем разберёмся, — заверил Санту начальник охраны. — А пока надо немедленно возвращаться на Базу. Поехали. Ну, а к вам мы ещё вернёмся, — зловеще пообещал он, повернувшись к дедушке и детям.

— Нет, уважаемый Урх. Мы поедем вместе с вами, — твердо ответил дедушка.

— Вот ещё! Зачем это вы нам нужны? — вытаращился на него Урх, уже заметно начиная злиться на этих непрошеных нарушителей спокойствия.

— Давайте отойдём в сторонку, побеседуем, — мягко сказал дедушка. Он взял Урха под локоть, хоть для этого ему и пришлось слегка наклониться, и увлёк его за собой из комнаты.

Как Лёнька, который подобрался почти к самой двери, не пытался услышать, о чем говорили дедушка с Урхом, но, кроме обрывков слов, ничего подслушать не удалось. Дедушка говорил тихо, почти уткнувшись губами в острое ухо Урха, а сам Урх отвечал высоким скрипучим взвизгиванием, из которого понять что-либо было никак невозможно. Единственное, что Лёнька заметил — это что дедушка зачем-то расстегнул куртку и показывал Урху что-то прикреплённое на её подкладке. Красноносый олень Рудольф, слонявшийся между машинами, тоже хотел подслушать разговор и попытался подкрасться поближе, но Урх так рявкнул на него, что Рудольф шарахнулся назад и, недовольно фыркая, побрёл к выходу из гаража, нарочито громко цокая копытами и стараясь зацепить рогами и поцарапать как можно больше машин. Дедушка с Урхом вернулись в подсобку. Оба хмурые, но, видимо, пришедшие к какому-то соглашению, потому что споров больше не было, и, не обращая внимания на восклицания Санты, Урх потащил того к выходу.

— Минутку, — сказал дедушка, — детям надо подняться наверх и переодеться. Дорога дальняя, а на улице холодно. Вы ведь дождётесь нас? — последнее было обращено к Урху.

— Да-да, конечно, дождёмся, — злобно пробурчал тот.

— Мы быстро, — доброжелательно сказал дедушка и, взяв близнецов за руки, торопливо потащил их, на этот раз уже к лифту.

— Деда, — сказал Лёнька, как только они очутились в лифте. — Куда мы идём? Домой?

— Нет, ко мне, — ответил дедушка и нажал кнопку своего этажа. — Вы оденетесь, и мы поедем вместе со всей компанией.

— Я хочу домой, — неожиданно заныла Лиза. — Я не хочу никуда ехать. Я устала. Я хочу домоооой…

— Так, — твердо сказал дедушка. — Позвольте мне вам, дорогие мои, напомнить по чьей милости мы все здесь оказались. Кто напал на Санта-Клауса и отнял у него мешок с игрушками? Кто создал всю эту ситуацию? Я?

Дети не отвечали и, наклонив головы, только тихонько шмыгали носами.

— Ну, а тогда придётся нам вместе поехать, помочь разобраться в том, что случилось, и исправить все то, что мы, а вернее вы, натворили. Да и вообще, — тут он с наигранным энтузиазмом повернулся к Лизе, — ты представляешь, куда мы поедем? Это же Северный полюс! Тайная пещера Санта-Клауса! Его склад подарков! Неужели не интересно?

Глаза близнецов немедленно вспыхнули и тут же погасли.

— Ну, да… интересно, — почти хором протянули они, — только наших подарков там нет, — И голоса обоих снова задрожали.

— Я же обещал, что у вас тоже будут подарки, — сердито сказал дедушка. — А я когда-то вас обманывал?

— Да, ты все время нас дуришь, — неожиданно выпалила Лиза и отвернулась к стенке.

— Дурю — это одно, — обескуражено ответил дедушка, — это шутка, это игра. А обман — совсем другое. А я никогда вас не обманывал и всегда выполнял свои обещания. Разве не так?

В этот момент лифт наконец остановился, и неприятный разговор можно было прервать.

В квартире дедушка вытащил из-под висящих на вешалке вещей Лизину и Лёнину тёплые куртки и шапки, а из шкафчика для обуви достал их зимние сапоги.

— Быстро одевайтесь.

Лиза начала молча одеваться, а Лёня, уже натянув один сапог, остановился.

— Деда, а откуда у тебя наши вещи?

— Как это откуда? Вы же позавчера, после гуляния, пришли ко мне играть в шахматы, разделись, а потом убежали домой и оставили куртки и сапоги здесь. А вчера вы никуда не ходили, так что вещи так и остались у меня, — спокойно ответил дедушка.

— Ааа… — задумчиво протянул Лёня. Натянул второй сапог, надел куртку, и они пошли.

Перед выходом дедушка прихватил с собой небольшой рюкзак, стоявший там же в прихожей, и который, видимо, был собран заранее, так как дети не видели, чтобы он что-то в него клал. Пока они одевались и выходили, а дедушка запирал дверь, Лёня перебирал в уме события позавчерашнего дня. Он честно пытался вспомнить всё, и почти всё вспомнилось. Вот только он никак не мог припомнить, чтобы они оставили свои куртки у дедушки в квартире. Ну, не помнил он этого.

Глава 3. Полёт

Дети устремились к лифту, но дедушка снова молча указал им на дверь, ведущую на лестницу. Только на этот раз он повёл их не вниз, к выходу на улицу, как они ожидали, а вверх. Они поднялись до шестого этажа, но лестница не закончилась. Вверх шло ещё с десяток ступеней, а вот дальше была стена, тупик. Поднявшись этот последний пролёт, дедушка потянул за какую-то цепочку, свисавшую с потолка, и тут вверху открылся прямоугольный люк, а из него разложилась и спустилась к их ногам складная металлическая лестница. Глаза близнецов загорелись, но дедушка, заметив это, остановился, уже поставив ногу на первую ступеньку.

— Так, пираты. Вы забудете всё, что видели и особенно этот выход на крышу, как только закончится сегодняшняя ночь. Понятно?

— Да, конечно, — хором ответили близнецы, и было очевидно: уж что-что, а такой лаз наверх они точно забывать не собираются. Дедушка тоже это понял.

— Всё ясно, — вздохнул он, — придётся завтра повесить сюда большой замок. — И, подтолкнув вверх по лесенке по очереди обоих детей, поднялся за ними на крышу дома, подтянул за собой лестницу и закрыл люк.

Снаружи было тихо, безветренно и шёл лёгкий, пушистый снег. Крыша была освещена несколькими фонарями, и в их желтоватом свете снежинки кружились так плавно и ритмично, что Лиза, тут же позабыв обо всех огорчениях, замурлыкав какую-то мелодию, попыталась закружиться, затанцевать вместе с ними, но бдительный дедушка крепко ухватил её за капюшон куртки. Их дом был одним из самых высоких в округе, и детям показалось, что весь город, от горизонта до горизонта, лежит у них под ногами. Затаив дыхание, они с восторгом озирались по сторонам. Никогда не виданный с такой высоты ночной город, заворожил их. Оба застыли, широко раскрыв глаза, заворожённые увиденным и готовые вот-вот завизжать от восторга. Но тут раздалось нетерпеливое фырканье, все вздрогнули, очнулись и поняли, что на крыше они не одни. В тени невысокой трубы от котельной, стояли сани Санта-Клауса. Те самые. Настоящие. Столько раз виданные во всех мультиках, на картинках и рождественских открытках. Точь-в-точь. С оленьей упряжкой. Правда, вместо восьмёрки оленей их было всего шесть, но сердитый Рудольф с красным носом уже стоял впереди и был готов освещать дорогу.

— Залезайте быстрее, — прошипел Урх. — Ещё не хватало, что бы нас тут увидели.

Дедушка подсадил близнецов в сани и забрался сам, втиснувшись между ними. Санта и Урх сидели напротив. Сани оказались небольшими, и детям с дедушкой на одной скамейке было тесновато. Санта тихо чмокнул, и олени стали медленно поднимать сани вверх. Дети вцепились в дедушкину куртку и со страхом смотрели, как уходит вниз крыша родного дома. Она становилась все меньше, а потом и весь огромный город оказался под ними, сияя и переливаясь ночными огнями. Даже в рождественскую ночь город не спал. По крохотным улицам ползли редкие и миниатюрные, словно игрушечные, машинки, перемигивались разноцветные светофорчики, и одинокие миниатюрные человечки, казалось, перебирали там, далеко внизу своими крошечными ножками.

— Тяжело оленям, — недовольно проворчал Санта. — Мало того, что не все в упряжке: Купидон, паршивец, куда-то запропастился — загулял в тундре с молодыми оленихами, а Сварливый объелся вчера за ужином и мается животом. И так не все, так вдобавок ещё и сани перегружены, — и он недобро посмотрел на дедушку с детьми.

Дедушка, задрав голову вверх, внимательно рассматривал звезды и делал вид, что ничего не слышит. Урх поднял воротник своей зелёной куртки, прикрыл глаза и, то ли глубоко задумался, то ли просто задремал. Не встретив понимания, Санта кряхтя полез куда-то в глубину своей необъятной шубы и, повозившись там, достал маленькую закупоренную бутылочку. Вытащив пробку, он высыпал на ладонь чуть-чуть серебристого порошка и, пробормотав над ним какое-то заклинание, веером посыпал им сани и оленей. Дело сразу пошло веселее. Олени полетели легко и быстро, и скоро огоньки внизу слились в одну бесконечную ленту. Вскоре пропала и она, и дальше сани летели в полной темноте. И внизу, и вокруг них была одна непроглядная густая тьма. И только впереди светился красноватый конус света — это Рудольф, запряжённый первым, носом освещал дорогу.

— Какую дорогу он освещает в небе? — хотел спросить у дедушки Лёня, но постеснялся. Потом подумал и решил, что наверно нос у Рудольфа — это не фары, а сигнальный фонарь. Чтобы их видели самолёты.

Редкие звезды, проглядывающие в прорехи туч, плотно затянувших небо над их головами, стали ещё ярче. Облака казались неподвижными, и, если бы не ветер, который все время дул в лицо, было бы ощущение, что сани никуда не движутся, а стоят, вернее, висят на месте между небом и землёй, в полной тишине и темноте. Урх открыл глаза и, повозившись немного, побренчал спичками и разжёг два небольших фонарика, закреплённые по бокам саней. Сразу стало веселее. Жуткая темнота отступила, и сани стали похожи на купе поезда или даже на маленький уютный домик, затерянный в бесконечной ночи. А вскоре и тучи исчезли, и над путешественниками раскинулось огромное звёздное небо. Надкусанная с одного бока Луна яркой лампой осветила все вокруг, и тогда дети увидели, что облака никуда не пропали — просто они остались внизу, под ними.

— Скажите, уважаемый Санта, — внезапно заговорил дедушка. — А антигравитационный порошок вы храните на том же складе, где и игрушки? Не в сейфе в офисе?

— Ани… анти что? — уставился на него удивлённо Санта.

— Ну, этот ваш волшебный порошок, которым вы сейчас посыпали оленей и сани, — пояснил дедушка.

— А зачем это вам знать? — подозрительно спросил Санта.

— Да вот, опасаюсь, что вам надо бережнее его расходовать, — задумчиво ответил дедушка. — Возможно, это всё, что у вас осталось.

— Давайте не будем забегать вперёд, — встрял в разговор Урх. — Мы уже недалеко. Приедем — посмотрим.

Все замолчали. В такой неподвижной тишине прошло ещё несколько минут, и тут Санта снова встрепенулся. Он опять полез внутрь своей шубы и вытащил оттуда огромный сотовый телефон допотопной конструкции. Это был наверно один из самых первых сотовых телефонов, и дети, никогда не видевшие такого, смотрели на этот музейный экспонат с ещё большим удивлением, чем на летящих по небу оленей. Санта, нацепив поглубже на нос очки и шевеля губами, стал было набирать номер на панели телефона, но дедушка быстро остановил его:

— Извините, Санта, но можно поинтересоваться — куда вы звоните?

— Домой, конечно. Предупредить, что мы едем. Чтоб нас встречали, и чтобы Миссис Клаус приготовила ужин.

— Вы знаете, — мягко сказал дедушка, придерживая руку Санты, — наверно, не стоит их беспокоить. Пусть наш прилёт будет для всех сюрпризом — кому-то приятным, а кому-то… Кстати, Санта, — попытался дедушка сменить тему, — а почему вы до сих пор пользуетесь таким старинным телефоном? Айфон куда удобнее и меньше, и навигатор там есть, и интернет, и многое другое.

— Молодой человек, — торжественно ответил Санта-Клаус. — Мы, Санта-Клаусы, сотни лет пользуемся одними и теми же вещами, теми же заклинаниями, и выполняем всё ту же почётную работу. Мы верны традициям и не любим новомодных и быстро меняющихся игрушек.

Он, видимо, собирался и далее вещать что-то напыщенное, но в этот момент сани слегка наклонились и стали быстро снижаться, будто скользя по невидимой горке. Все вцепились в поручни. Дедушка, упёршись ногами в пол, прижал к себе детей, и только один Лёнька услышал, как он тихо буркнул себе под нос:

— Ну, конечно, сотни лет. Ха! Да этому допотопному телефону от силы лет тридцать, а все заклинания, старый фокусник, ты давно уже перезабыл и бормочешь под нос всякую ерунду.

Глава 4. Склад Санта-Клауса

Олени сделали в воздухе плавный разворот по наклонной дуге и ловко приземлились на расчищенную от снега площадку у небольшого белого здания, по форме похожего на половинку шара. У здания не было ни единого окна — один только ярко освещённый вход, к которому вела красная ковровая дорожка. Дорожка была чистая, не занесённая снегом. То ли её только постелили, то ли только что подмели. Два эльфа, одетые во всё зелёное, быстро подскочили и помогли сначала Санте, а потом и всем его спутникам вылезть из саней. Вокруг лежала бесконечная белая пустыня. Было тихо, абсолютно темно, и только свет от входа и звезды на чистом, без единого облачка небе, да притаившаяся у горизонта неполная луна освещали эту полярную ночь. Дедушка достал телефон, переключил его на компас, потом поднял голову вверх, отыскал на небе что-то знакомое и удовлетворённо хмыкнул.

— Всё точно — Полюс.

Дети заворожено застыли, задрав головы вверх. С Лёньки свалилась шапка, но он этого даже не заметил. Небо было таким чёрным, каким они никогда ещё его не видели. Оно находилось так близко, и было так плотно усеяно звёздами, такими крупными, сочными и яркими, что, казалось, вот только протяни руку, и можно их по одной, как ягодки с ветки, собрать в ладошку. Лёнька растерянно крутил головой, но не мог найти ни одного знакомого созвездия. Не было ни обеих Медведиц, ни Полярной звезды. Он уже открыл рот, чтобы задать дедушке вопрос, но тут Лиза дёрнула его за рукав, и они вместе повалились в снег. Там они улеглись на спины и принялись, увлечённо перебивая друг друга и тыча пальцами вверх, заниматься любимым вечерним делом — делить понравившиеся звезды.

Когда подошёл дедушка, делёж был в самом разгаре: Лиза уже успела присвоить себе десяток самых крупных и ярких звёзд, в то время как её хитрый брат, захватил большие куски небосвода, объявляя своими целые созвездия разом, и дедушка едва успел остановить чуть не начавшуюся межгалактическую войну. Дедушка торопил, и им пришлось подняться, отряхнуть снег и вместе со всеми зайти в здание, которое оказалось только наружным павильоном. В нем ничего не было, но из него под наклоном вглубь уходили два огромных и ярко освещённых эскалатора. Один плавно двигался вверх, второй вниз.

— Просто станция метро какая-то, — хмыкнула Лиза. — А разве Санта-Клаус живёт под землёй?

— Во-первых, мы спускаемся не под землю, а в ледяную пещеру. А во-вторых, здесь у него только склад подарков и офис. А живёт он в Лапландии, в очень красивом месте, на сопке Корватури. У него там очаровательный, уютный домик, — ответил дедушка. — А как там красиво! Можно было бы попробовать напроситься к нему в гости, — добавил он шёпотом, — но боюсь, что воспоминания о пакете для мусора, одетом ему на голову, могут отрицательно повлиять на его врождённое гостеприимство.

Близнецы прыснули смехом, но сразу замолчали, зажав рты ладошками.

Когда они спустились вниз, то там оказалась не платформа метро, а небольшая площадка и несколько дверей, переходов и коридоров, по которым они прошли быстрым шагом, почти бегом и, толкнув ещё одну дверь, с предупреждающей красной надписью «Не входить! Идёт работа!», вдруг оказались в огромном ярко освещённом зале. Если не знать заранее, то догадаться, что этот зал — гигантская пещера, вырубленная в толще льда, было бы невозможно. В зале, действительно, вовсю кипела работа. Десятки эльфов разного роста: от самых высоких, почти что с дедушку, до самых крохотных — одетые во всё зелёное, носились по помещению кто бегом, а кто помогая себе небольшими полупрозрачными крыльями. Одни что-то несли, перекладывали, паковали и грузили в коробки. Другие наоборот распаковывали и вытаскивали что-то из других коробок. Шелестели ленты транспортёров. Тихо жужжали и громко сигналили погрузчики. Вверху, под высоким потолком, позванивая, двигался подъёмный кран. Все при этом непрерывно галдели, переговаривались и орали друг на друга. В зале стоял такой жуткий шум, что Санте пришлось несколько раз громко крикнуть и помахать тростью, чтобы привлечь внимание одного из эльфов, который явно выглядел там старшим, стоял на небольшом возвышении в центре зала и отдавал команды, всё равно неразличимые в таком грохоте. Увидев, наконец, Санту, старший эльф вытаращил глаза и с криком бросился к нему:

— Что случилось Санта? Почему вы здесь? Что происходит?

— Спокойно, Бадди, — вместо Санты ответил Урх. Он хотел для важности ещё добавить, чтобы тот вёл себя тихо, но понял, что в таком гвалте это будет не актуально. — Давай пройдём в кабинет.

В кабинет Санты они поднялись по лестнице, вырубленной в ледяной стене. Кабинет находился на несколько метров выше пола пещеры и был расположен так, что из его высоких, от пола до потолка окон, был виден весь зал. Санта тут же плюхнулся в начальственное кресло, расстегнул шубу, снял шапку и принялся вытирать платком вспотевшие лоб и шею. Дети подошли к окну и, прилипнув носами к холодному стеклу, стали наблюдать за тем, что творилось внизу. Все остальные расположились на стульях вокруг большого стола, во главе которого и стояло кресло Санта-Клауса.

— Значится так, — начал Урх, но дедушка бесцеремонно прервал его.

— Вы позволите, уважаемый Урх, если сначала я задам несколько вопросов? — спросил он и, не дожидаясь ответа, повернулся к Бадди.

— У вас есть списки упаковщиков? Нас интересует, кто паковал подарки для адреса, — и тут дедушка назвал полный адрес их дома.

— Конечно, есть, — важно ответил Бадди. — У нас полный порядок и учёт.

Он запустил руку за обшлаг своей куртки и извлёк айпод. Тут Лёня, одним глазом все же следивший за тем, что происходит в комнате, подтолкнул Лизу и довольно громко прошипел ей на ухо:

— Гляди-ка, не все тут пользуются старинными телефонами.

Дедушка сделал страшные глаза, но Санта, который к тому времени уже рассматривал картинки в каком-то глянцевом журнале, к счастью, ничего не услышал. Бадди быстро потыкал пальцем в айпод и доложил:

— Для этого адреса вчера паковали подарки эльфы Джингл и Чиппи.

— А можно их прямо сейчас пригласить сюда? — спросил дедушка, останавливая движением руки рвущегося вмешаться в разговор Урха.

— Конечно, — Бадди снял рацию, висевшую у него на поясе, и затребовал у кого-то невидимого немедленно привести Джингл и Чиппи в кабинет к Санта-Клаусу. Выслушав ответ, он растеряно опустил рацию и повернулся к столу.

— Их нет сегодня с самого утра. Они куда-то пропали.

— Хорошенькое дело, — задумчиво произнёс дедушка. — А кто ещё пропал?

— Не знаю, Сэр. Надо выяснить. Ах, да — Купидон… ну, олень. Он со вчерашнего дня так и не вернулся.

— Знаете, Урх. Мне кажется, именно этими пропажами вам и надо сейчас заняться. Совершенно очевидно, что эти исчезновения напрямую связаны с теми событиями, из-за которых мы с вами здесь и находимся, — обратился дедушка к начальнику охраны. — Это сейчас самый важный участок поисков, и кроме вас и ваших людей, в смысле, эльфов, никто не сможет с этим справиться.

Урх, уже было начавший наливаться желчью от того, что его оттесняют в сторону от расследования, после таких слов приосанился, надулся и важно ответил: