Кронпринц [СИ]

Я часто думаю, о том, что мама дополняет отца. Знаю, что он ещё до своего статуса Кронпринца любил повеселится, но он всегда думал о последствиях, мама никогда. Она никогда не смотрела в будущее это и пугает и невероятно облегчает жизнь, когда тебе всё равно, что будет завтра. Но вместе они создают гармонию, отец дополняет её ответственностью, предусмотрительностью, мама же разбавляет всё это свои легкомыслием и полнотой жизни.

Пододвигаю к себе стопку бумаг и беру первую тоненькую папку в руки и, открыв её, вижу знакомое имя. Эмили Агнесс Холл восемнадцать лет. Штат Аляска, город Хейнс. Она очень красивая, но в ней чувствуется не только внешняя красота, её красота идёт и из нутрии, я чувствую это даже просто посмотрев на фотографию. Её воспитывала бабушка и сейчас она ухаживает за ней. Она волонтёр, помогает детям-сиротам и пожилым людям. Здесь достаточно много информации о ней, её родителях, здесь почти вся её жизнь! Тяжёлая работа мне предстоит! Выделяю главное карандашом и открываю следующую.

Мишель Саманта Грин, семнадцать лет. Штат Нью-Йорк. Это та девушка, которая больше похожа на куклу чем на живого человека. Ничего особенного я в анкете не нашёл, лишь то что она знает пять языков, это меня приятно порадовало, ещё она художница, у неё достаточно обеспеченная семья, они не богаты и не бедны, что-то среднее. Так же выделяю главное и перехожу к следующей девушке.

Сара Аннетт Беннет девушка с таким ярким макияжем и очень… скажем,… пышными формами улыбается своими зубами, что становится даже не по себе. Богатая семья, ничем не увлекается, до жути любит сладкое, оно и видно…

Я не знаю сколько часов проходит пока я не заканчиваю просматривать все анкеты, но обед я пропустил. Все девушки очень разные. Мне нужно просмотреть всё ещё раз и выучить всё то, что я выделил. Решаюсь пройтись и немного отдохнуть. Во дворце настоящая суматоха. Все слуги готовят комнаты в приезду отобранных, и весь дворец в целом. Портные не спят сутками, чтобы сшить гардероб на всех. Готовят обеденный зал, ставят ещё два стола, женский зал дополняют диванами и разными женскими принадлежностями, вроде туалетного столика и шкафчиков с модными журналами.

— Чарльз! — Возникает, словно не откуда Рейчел и врезается в меня, она держит в руках планшетку для бумаги, что вся исписана. — Как ты? — Она слишком возбуждена предстоящим событием.

— Я в порядке, — с настороженностью ответил ей я.

— Отлично! Всё, я побежала, не представляешь, сколько работы ещё нужно выполнить.

Я неуверенно улыбнулся ей, и она исчезла так же быстро, как и появилась.

Выхожу на улицу, и июльское солнце тут же нападает на меня, мне больше по вкусу осень, не люблю жару. Замечаю маму, она активно чем-то командует, указываю, куда что ставить.

— Что вы тут делаете? — Спросил я, подходя ближе, она немного вздрогнула.

— Рейчел всё организовывает, нужно организовать место, где ты будешь знакомиться с девушками, сад должен быть приукрашен. — Она дала ещё одно указание мы двинулись по извилистым каменным дорожкам сада.

— Поверить в это не могу, — с грустью в голосе произносит она. — Уже совсем скоро здесь появиться столько девушек и все они приедут, чтобы получить тебя.

— Или корону, — быстро добавляю я, это правда, какой бы печальной она не была.

— Но нам ведь не нужна та, которая желает лишь власти.

— Конечно. Я буду искать похожую на тебя, чтобы она так же дополняла меня, как ты дополняешь папу, — с нескрываемой улыбкой сказал я, он, тоже улыбнулась своей милой манерой, которая уже давно вошла в её привычку.

— Новая Королева, — задумчиво протянула она. — Моя замена. — Я однажды слышал, как мама говорила папе, что ей уже не терпится передать корону следующей Королеве, что она уже хочет спокойно жизни, без камер, вечных бумаг и жуткой ответственности, но эти слова сейчас она произнесла с неимоверной грустью. Может, ей и не так сильно хочется расставаться со своим статусом?

— Королевой ты будешь до тех пор, пока не придет другая,… — остановившись и повернувшись к ней, сказал я. — И я буду выбирать так долго, так тщательно, сколько того потребуется, чтобы она хотя бы на малую часть была похожа на тебя.

— Ищи ту, что нравится тебе, а не ту что похожа на меня. Ты сам прекрасно знаешь, что я не была такой спокойной в самом начале, со временем и та, которую ты выберешь, станет хорошей… Королевой.

* * *

Сон снова не приходит ко мне, и я всё думаю о папках, лежащих в моём кабинете. Интересно, о чём думает сейчас моя будущая жена, волнуется ли она, счастлива ли она, может быть напугана? Сам факт того что примерно через год я уже буду женат приводит меня в ужас. Больше всего меня пугает не сам брак, а то, что я женюсь на девушке, которую пока не знаю.

Внезапно мои мысли переходят на Кэтрин. Что она сейчас делает? Наверняка не спит. О чём думает? Наверняка о том, как она меня ненавидит.

Мысли уходят на второй план, усталость берёт над собой вверх и мои веки закрываются, а разум, волнение, ожидание, все чувства, наконец, оставляют меня в покое, и я погружаюсь в сон.

Глава 3

Прощай. Кэтрин.

Стены дворца давят на меня с такой силой, что кажется, я сейчас превращусь в пыль. От них веет холодом и я больше не чувствую себя дома. «У нас никогда ничего не могло быть, и ты всегда знала это, так же как и я.» Его слова до сих пор эхом проносятся в моей голове, в моих мыслях. Я до последнего дня надеялась, что он откажется от этого ужасного Отбора, я надеялась, что он всё-таки скажет, что любит меня, ведь я люблю.

Неужели он всегда знал, что это лишь временно, зачем тогда вообще нужно было заводить отношения? Никогда не поверю, что он специально хотел сделать мне больно. Может он хотел отказаться от Отбора, но в последний момент передумал? Почему? Родители настояли? Не знаю, сколько я уже думала об этом настоящей правды мне не узнать, если конечно он мне сам всё не расскажет.

Весь год, что мы были вместе, я и думать забыла про Отбор, про то, что он Принц и про его обязанности, про его долг, я вообще обо всём забыла. Ничего не было, никого не было кроме нас двоих. Это было так глупо, … мы прятались, убегали из дворца и передавали записки с зашифрованными посланиями. У нас есть место, где мы часто проводили вечера, библиотека. Эта огромная, полная жизни библиотека. Мы вместе читали или он играл на пианино а я с прекрасной музыкой погружалась в невероятную книжную историю, иногда я читала ему стихи…. Но это было не так часто, как нам бы того хотелось. Чак много работал, а в конце совсем отдалился от меня. Потом он сказал, что нужно всё заканчивать, что всё, что было, что ни на есть настоящая ошибка. Он сказал, что я всегда была ему как сестра,… и это разбивало мне сердце снова и снова. Я уже практически не выхожу из комнаты второй день, но это никого не волнует. Мама с головой погружена в подготовку Отбора, она конечно не знает про меня и Чака. Папа как глава королевской гвардии совсем не знает что такое отдых и выходные. Генри… мой брат любит лишь поиздеваться надо мной, порой мне кажется, что ему совершенно плевать на меня. Так, каким-то образом в этом огромном доме я осталось одна, я чувствую себя очень одинокой, и это давит, странно давит на сердце.

Подхожу к зеркалу, чтобы убедиться, что выгляжу не слишком ужасно, прежде чем выходить из комнаты. Высокая девушка с практически белыми волосами устало смотрит на меня с отражения. Я не преувеличиваю, у меня действительно практически белые волосы, конечно же они крашеные, но мой натуральный цвет тоже близок к белому, но я решила чуть-чуть их осветлить. Слишком большие голубые глаза, которые совершенно не имеют выражения, слишком тёмные, но действительно натуральные брови, слегка оттопыренные уши. Иногда меня саму от себя тошнить. А ещё эта худоба. Сколько раз я слышала возгласы в сою сторону, люди кричат: «анорексичка!» «иди поешь!» «тебя что, не кормят!?» Я много ем, но не поправляюсь. Многие девушки мечтают о таком «даре», но я хочу быть нормальной. Я даже согласна поменяться с девушками пышных форм, чем оставаться такой. Это ужасно когда тебе говорят, что ты больна, а ты не больна, но исправить положение не в твоих силах.

Поправляю чёрное, бесформенное, больше похожее на мешок платье и, проведя расчёской по прямым волосам, выхожу из своей комнаты. Я пока не работаю, мне ещё нет восемнадцати, а когда исполниться то, скорее всего, стану моделью, хоть как-то использую свою неординарную внешность. Я уже снималась для нескольких журналов, но я пока не рвусь работать в этой сфере. Но так как я живу во дворце, мне следует, как и всем остальным соблюдать некий дресс-код, девушки обязаны ходить в платьях, у работников есть форма, у меня её нет, и поэтому я беру платья мамы, которые она носила в своё время.

Весь дворец просто сходит с ума, завтра приезжают отобранные. Как я это вынесу? Как мне смотреть каждый день как он общается с ними, флиртует, влюбляется в них? А на этих девиц? Там ведь и мои ровесницы есть и так как мне уже скоро семнадцать там есть девушки и младше меня. Платье с широкими лямками, мои руки покрываются мурашками, но не из-за холода, а из-за страха, страха, что он забудет меня, может, уже забыл…

Выхожу на улицу и попадаю под лучи июльского солнца, лениво потягиваюсь и, закрыв глаза, наслаждаюсь теплом. Открываю глаза и прохожу по обновлённому саду. Не успев хорошенько оглядеться, я услышала знакомый смех. Чак что-то активно рассказывает Генри, а тот лишь кивает и слишком уж громко смеётся время от времени. Брат замечает меня и машет рукой, подзывая к себе. Что ему нужно? Сначала я долго не решаюсь идти к ним, но всё же решаю подойти.

— Кэтрин! — Сквозь смех говорит брат и поправляет густые рыжие волосы. — Тебе почаще следует выходить из комнаты, иначе всю жизнь просидишь в своей темнице. — Он снова залился смехом. Сам пошутил, сам посмеялся. Мы же с Чаком чувствуем себя не очень уютно в компании друг друга, по крайне мере я точно. Я саркастически ему улыбнулась и скрестила руки на груди.

— Это всё, или ты ещё что-то хотел? — Кажется, слишком резко бросила ему я, что он немного опешил и покосился на Чака, крем глаза я заметила, как он пожал плечами.

— Ты какая-то злая, — сощурив глаза, сказал Генри. — Может тебе стоит поесть… — он старается не засмеяться, но я его сейчас убью.

— Иди к чёрту, — выкрикнула я и, толкнув брата в грудь, развернулась и как возможно быстрее пошла в другую сторону.

— Да ладно тебе Кэтрин! — Кричит он, и я слышу, как он бежит ко мне. К глазам подступают слёзы. Всегда так, сначала он издевается надо мной, а потом бежит с извинениями и клятвами что больше этого не повториться, но всё повторяется снова и снова. Ему уже двадцать один, а он ведёт себя как прыщавый подросток! — Я не хотел тебя обидеть! Ты уже должна привыкнуть какой я идиот, — он усмехается и останавливается передо мной, перегородив мне дорогу, мне совсем не смешно. Заметив мой серьёзный взгляд, ухмылка с его лица пропадает. — Прости, — выдыхает он. — Мама просила сказать тебе, что ты будешь помогать ей завтра. — Я тут же округлила глаза и слёз как не бывало.

— Что? — Уж очень недовольно произнесла я. — Чем я смогу ей помочь?

— Я-то откуда знаю?

— Отлично! — Сказала я и, развернувшись, зашагала прочь.

Только этого мне не хватало. Мне и так придётся видеть их каждый чёртов день, а теперь ещё и помогать им, сопровождать их. Не знаю, что там придумала мама, но отказов она не принимает и мне просто придётся согласиться.

Чак.

Иду по коридору и застёгиваю запонки. Странно, что меня не колотит от страха неизвестности, к которой я приближаюсь с каждым шагом, я абсолютно спокоен. Они уже прибыли и через каких-то пятнадцать минут я начну знакомиться с каждой из них. Подойдя к выходу в сад с заднего двора, замечаю родителей. Вид у них озабоченный, мама улыбается мне, а отец, кажется, как и я ещё день назад, не верит во всё происходящее. Я решительно подхожу к ним.

— Можно дать тебе совет? — Спросила мама, поправляя мой пиджак. Я кивнул. — Веди себя уверенно.

— Сразу дай им понять, что здесь решаешь ты, — подавшись вперёд, проговорил отец.

— Будь милы.

— Но не слишком.

— Запомни, они переживаю в десять раз сильнее тебя и ты должен взять всю ситуацию в свои руки, покажи им, что ты уверен в себе и во всём происходящем, тогда и их тревоги отступят. Они будут знать, что они в хороших руках.

— Когда будешь отчислять кого-то не будь слишком строгим, но будь вполне требователен. — Отец положил руку мне на плечо. — Если они впадут в слёзы, объясни, что всем всё равно придётся уйти, кроме одной единственной.

— Нет! — Воскликнула мама и с упрёком посмотрела на отца, он дал неплохой совет, в чём дело? — Лучше скажи что она не должна отчаиваться, что она прекрасная девушка и что у неё уже появилось невероятное количество поклонников сразу после того как её фото было показано на экране. — Я неосознанно состроил гримасу, теперь я совсем запутался в их советах. — Ты справишься, — шепчет она мне на ухо когда обнимает.

— Мы будем ждать в обеденной, — сказал отец, когда отстранился от меня.

Они ещё секунду одаривали меня родительскими взглядами и наконец, оставили меня одного. Пару глубоких вдохов и я готов выйти навстречу своему будущему.

— Чак! — Запыхавшись, вскрикивает Кэтрин и я останавливаю руку на пол пути к дверной ручки. Повернувшись, я вижу её смятение, неуверенность. Она нерешительно подходит ко мне и закрывает глаза, будто собираясь с мыслями. — Это больно, говорить прощай, ведь я не хочу тебя отпускать, — шепчет она, открыв глаза и наконец, посмотрев на меня, — но ещё больнее, просить тебя остаться, ведь я знаю, что ты хочешь уйти. — Её глаза снова наполняются слезами, и моё сердце невольно сжимается. Она была мне не безразлична и до сих пор осталась, но я должен отпустить её и себя тоже, я должен отпустить прошлое, которое навсегда осталось в прошлом. — Но ответить мне на один вопрос, я хоть что-нибудь для тебя значила?

— Конечно Кэтрин, конечно же значила! — Я взял её холодную руку в свою и, поднеся к губам поцеловал. Она зажмурила глаза и пару слезинок скатились по её щекам. — Ты и сейчас мне не безразлична, — я сказал правду, но, наверное, не стоило этого говорить. — Но ты сама понимаешь, что этому не бывать.

— Тогда прощай, — она утёрла слёзы и несмотря мне в глаза развернулась, чтобы уйти, я на секунду задержал её руку в своей, но всё же опустил её.

Глава 4

Знакомство.

Июльское солнце достаточно жаркое, но меня всё равно бросает в дрожь, когда я вижу силуэт, который медленно приближается ко мне.

Я поднимаюсь со скамьи и делаю несколько шагов навстречу первой девушке, в которой я узнаю Эмили.

Все избранные готовились к нашей встрече сами, а потом, к выходу в эфир их профессионально подготовят.

Её блондинистые волосы красиво заплетены, на ней длинное лёгкое белое платье похожее на пляжное, малое дуновение ветерка развивает его. Девушка застенчиво опускает взгляд себе под ноги и так же застенчиво, как и на фото улыбается своим мыслям. Когда она походит ко мне, я вижу, как она собирается с духом и, подняв на меня свои светло-зелёные глаза, подает мне руку как для пожатия. Я на секунду замялся, но всё-таки смог исправить положение. Я взял её руку в свою и перевернув, поцеловал её тыльную сторону.

— Эмили, — прошептал я смотря поверх ресниц. Она зажмурила глаза на секунду и слегка покачала головой.

— Ваше Высочество, — она сделала совсем неуклюжий книксен, и я жестом пригласил её присесть на скамью. Наверное, она сильно перенервничала, раз забыла, что леди руки не пожимают. Мама была права, они волнуются куда сильнее, чем я. Эмили несколько раз вдыхает, будто хочет что-то сказать.

— Расскажите мне о себе Эмили. — Она подняла на меня глаза полные облегчения.

— Я совершено обычная, — улыбнувшись, сказала она. Это странно, когда ты слышишь голос, который ещё не слышал. — Я волонтёр. Помогаю детям и старикам. Ох, я обожаю виниловые пластинки! Вы слушали с них музыку? — Она подалась вперёд и положила руку на рукав моего пиджака, но в миг убрала её. — Извините, — прошептала она, я уже не знаю что делать.

— Расскажите мне о своей семье, — она немного задумалась, но не на долго.

— С десяти лет меня воспитывала бабушка. Отец сидит в тюрьме, — ого! — А мама бросила нас, когда мне было три.

— Прости, но я должен спросить, за что твой отец попал в тюрьму.

— За попытку убийства. Мама приезжала примерно раз в год, а отец в то время много выпивал и когда она пришла, он напал на неё. Мама засадила его на долго, — договаривает она заметно помрачнев. Я накрыл её ладонь своей, не зная, что ещё можно сделать.

— Спасибо Эмили, мы обязательно с тобой ещё поговорим, но нужно успеть познакомиться со всеми. — Я поднялся и подал ей руку. — Можешь проходить туда, гвардеец тебя проводит. — Она едва заметно кивнула и медленно отдалилась от меня.

В следующей избранной я узнаю Мишель Грин, она выглядит весьма уверенной в своём пышном, но коротком фиолетовом платье.

— Ваше Высочество, — присев в грациозный реверанс прощебетала она, я кротко кивнул и мы присели.

— Мишель ты знаешь пять языков! Это удивительно, ты учила их по собственному желанию или это издержки твоей будущей профессии? — Если она, конечно, не станет Принцессой, хотя Принцессе это будет лишь в пользу.

— Я много путешествовала в своей жизни, мне интересно изучать, я люблю чему-то учиться, — в жизни она более живая, чем на фото, она очень уверенна.

После Мишель все девушки оказались мне очень милы и красивы и имели свои достоинства. Когда я увидел вновь приближающийся ко мне силуэт я начал продумывать в голове, как мне мягче сказать девушкам об отчислении.

Сара Беннет явилась с не менее ярким и вульгарным макияжем, чем есть на её фото.

— Ваше Высочество, — проговорила она и довольно улыбнувшись села на скамью.

— Мисс Беннет, — сказал я и присел рядом, из-за своего макияжа она выглядит куда старше…

— Я так рада, так рада быть здесь! Вы не представляете Ваше Высочество! Здесь прекрасно, просто прекрасно! — Тараторит она и всё не успокаивается, я решил, что даже не буду её ни о чём спрашивать. Бывает же такое, не нравиться тебе человек и всё.

Я отправил её в другую часть дворца.

— Вики Джонс, — сделав быстрый книксен, сказала девушка с розовыми волосами и с очками. Её лицо выражает абсолютное безразличие, как и на фото.

— Вики, почему вы покрасились в розовый? — Напрямую спросил я, улыбнувшись, не хочу, чтобы она подумала, что я ей недоволен. — Любите выделяться?

— Да ладно тебе, наверняка ты думаешь, что это всё подростковые выходки мне ведь всего 16! — Язвительно сказала она. Не ожидал, честно.

— Вообще-то нет. — Я сощурил глаза. — Ты не довольна? Зачем же ты приехала суда? — Она сделала резкий вдох и посмотрела на свои руки, а потом резко встала.

— Просто отчислите меня отсюда по скорее! Я слишком вам не подхожу… Ваше Высочество, — с неприязнью в голосе резко сказала она. Я дал знак гвардейцу проводить её, но пока я хочу её оставить.

Девушка с очень длинными кудрявыми рыжими волосами подошла ко мне, и мой пыл стал отступать. Она выглядит неуклюжей, но от неё будто исходит свет. Я не помню её имени, надеюсь, она назовёт его.

— Я Джульетта, — она, так же как и Эмили подала руку для пожатия, но быстро спохватилась. — Ой, простите! — Она присела в реверанс и должен сказать, что Рейчел придётся потрудиться, чтобы научить их всех манерам и танцам и как правильно делать реверанс.

— Не страшно, — засмеялся я. Я совершенно ничего не помню о ней. Я же не мог пропустить её анкету!?

— Здесь очень красиво, — её голос начал заполнять затянувшуюся тишину и я поднял на неё глаза. Она разглядывает сад, будто она смотрит на что-то… нечто прекрасное. — Я всё еще не могу поверить в это. Всё это… будто сон. — Она взглянула на меня. — Наверняка для вас это просто сад, — она пожала плечами, а я чувствую себя немного загипнотизированным. — Просто ваш дом.

— Можно на «ты»? — Слега усмехнулся я. Мне приятно её слушать. Есть в ней что-то притягательное.

— Это был вопрос? — Она так комфортно чувствует себя со мной? Она так свободно говорит. Я даже не замечал, в каком напряжении до этого момента находились мои плечи. — Извини, я больше не могу, — сказала она и быстро начала собирать волосы в хост, а потом легко выдохнула и глупо заулыбалась.

— Расскажи о себе.

— О чём мне рассказать? — Я пожал плечами. — Ну, ладно. Мой любимый цвет жёлтый, у меня есть брат и сестра, они близнецы и им по три года. — Она улыбнулась. — Всё моё свободное время уходит на них. У меня любящая семья, мы очень дружны. Вообще-то я боюсь перемен, но подать заявку всё-таки рискнула.

— Хорошо, можешь проходить, — сказал я поднимаясь.

— Могу я кое-что спросить? — Нерешительно спросила она, остановившись у дорожки, ведущей в комнату, что я её отправил.

— Да, конечно.

— Смогу ли я увидеть тебя снова? — Она еле заметно улыбнулась, и я убедился, что хочу видеть её в числе избранных.

— Конечно если ты сама не решишь уехать, — сказал я чуть подавшись вперёд и улыбнулся.