Восхождение язычника 5

— Одаренные богами! — веско сказал я.

— Тю, и что, ты их сам одним махом, что ли, разобьешь? А не надорвешься? Не, ты, конечно, ворота ломаешь, мило посмотреть, но все же маловато нас, — почесывая бороду, произнес Вагнар. — Не, подраться-то я готов. Меня никто трусом не называл.

— Так я и не один, — довольно ответил я.

На мне опять скрестились вопросительные взгляды, а Огнеяр нахмурился.

— Включая меня, нас трое одаренных, и этим мы и воспользуемся, — произнес я.

— Как трое? — удивленно спросил Добран, а Огнеяр начал сверлить взглядом.

— Вот так, у меня есть еще двое одарены богами и они не слабее меня, — твердо ответил я. не много слукавив, и, нагнувшись к земле, достав кинжал, что подарил мне Триглав, принялся изображать три квадрата.

«Надеюсь, использование кинжала таким образом не сочтут за богохульство и оскорбления», — мелькнул у меня мысль.

Три квадрата я расположил в один ряд.

— И чего это? — пробормотал Радим, разглядывая квадраты.

— Вот смотрите, посередине встану я со своими людьми, у нас и броня хорошая и люди ученные мной же.

— Твоими людьми, не всей сотней, что ли? — сразу понял Млад мои слова правильно.

— Именно, — кивнул я. — Остальные из сотни отойдут по левую руку, — и я указал на левый квадрат, — и усилят его.

— Предположим, даст-то нам это что? — нервно произнес Добран, пытаясь вникнуть.

— Как мы начинаем сечу, когда грудь в грудь сходимся? Сначала пускаем дротики, — все начали кивать на мои слова. — Поляне так же наверняка поступят, вот только я смогу поднять ветер и отклонить их дротики, а после и успокоить ветер. От них мы урона не получим, а наши полетят точно в цель.

— Хм, дельно, — закивал Радим.

— Как и сказал Млад, ворота я кладу — милое дело. Так вот, сложить я могу не только ворота, но и людей. Это даже легче будет. К тому же я не один, как и сказал. Со своими людьми я смогу полян пройти насквозь и весьма хорошо проредить, а после мы развернемся и ударим им в спины, — кинжалом я протянул линию от среднего квадрата, показывая, как мы выходим вперед и разворачиваемся вправо.

— Таким образом их войско будет разделено на две части, а после правая сторона окажется зажата с двух сторон, — покивал Радим.

— Да, верно, но это не все еще. Пара дюжин лучников у нас найдется, переправу окружает лес, вот они пройдут этот лес и ударят по левой части полян сзади. Так что я предлагаю бой!

— Хм, — скривился воевода. Судя по всему, мое предложение ему не по нраву. Еще бы, добыча в руках, да и наверняка он уйти сможет. А тут бой, который ему не особо и нужен.

— Дельно, — произнес Вагнар и нагнулся к земле, рассматривая мои каракули. — Если выйдет, они кровью умоются и побегут. До конца явно стоять не будут, за их спинами всего лишь река, а не родной дом. Стоять насмерть они не станут. Я за, битва — это хорошо. Да и взять у них явно будет чего. Не бедные землепашцы.

— Это если выйдет, а если нет, — с сомнением произнес Млад.

— Битва в любом случае будет, — пожал я плечами. Просто так они нас не отпустят, так лучше драться, когда есть шанс победить. — Да и князю это придется по вкусу, наверняка их тоже воевода ведет, али еще какой ближник. Разбив их здесь, а нам честь и слава. Малым числом побили! — воодушевленно произнес я.

— Хороший бой выйдет, — с предвкушением произнес Радим.

— А, — и Млад махнул рукой, а следом и Добран закивал. Огнеяр немного постоял, помялся и тоже кивнул. Мы не оставили ему выбора, а то слухи поползут.

Мой план был принят. Не раз мы его проговорили, обсуждая разные мелочи. Огнеяр выдал мне один из сигнальных рогов. Чтобы я подал сигнал, когда пускать дротики. Отобрали так же сорок лучников, и десяток воев к ним придали, которые будут обходить полян.

Добытое же имущество расположили в ближайшем леске, с каждой сотни выделили по пять человек для охраны. Вооружили так же мужчин, освобождённых из холопства, чтобы они помогали в охране. Все же похолопленных хватало, и в случае, если они устроят бучу, охранники могли и не справиться.

Я переговорил с Накамом и Могутой о предстоящем бое, что придется дар применять. Парни были готовы, с братом также обсудил помощь в отклонении дротиков, ведь я один могу и не справиться и надорваться. Вдвоем наверняка будет легче, да и Могута вспомнил, как наши отцы совместными усилиями ломали ворота. Решили попробовать действовать подобным образом, даже немного потренировались, взявшись за руки, и, на удивление, контролировать ветер таким образом было легче.

Разобравшись со всем, наше войско выдвинулось к переправе. Подошли к пригорку, от нас отделился отряд лучников и направился в лес.

Мы же перевалили пригорок и начали спускаться воде. Поляне, видимо, были уже предупреждены и в спешном порядке вздевали брони и выстраивались.

— Многовато как-то их, — расслышал я рядом чей-то голос, но узнать не смог.

— Не боись, много не мало, — откликнулся я.

Мы шли не спеша, можно даже сказать, степенно и величаво. А может, мне так казалось.

Когда до выстроившихся полян осталось метров двадцать, мы остановились по приказу Огнеяра и тоже начали выстраиваться.

Я же остался только со своими людьми, они пока стояли рядами. Как только пойдем в бой, мы встанем клином. Я буду первым, а рядом со мной Гостивит и Дален. Мы на самом острие, так как у нас лучшие брони, и этим стоит пользоваться. За ними будут идти Могута и Накам, применяя свой дар, а там и остальные. Могута сейчас находился рядом со мной, чтобы в любое мгновение мы могли объединиться и выпустить силу ветра, уводя вражеские дротики в сторону.

Повсюду слышались крики вперемешку с руганью, которая летела в сторону врагов.

Вдруг из рядов полян вышел рослый боец и направился в нашу сторону, каждый шаг он бил топором по щиту.

— На бой вызывает, — пробормотал Путята. — Яромир, не хочешь размяться? А то о твоем бое под крепостью я столько слышал, вот бы увидеть.

Глава 3

Глава 3

(текст не много черновой. Правки в течении дня, спешил)

Окинув вышедшего бойца взглядом, я задумался. Хороший бой и победа нам не помешает. Жаль, что я не могу выйти и рискнуть, от меня в этом бою слишком многое зависит.

— Я бы с удовольствием, — ответил я ему с усмешкой. — Вот только я нужен здесь, как и вы все, — надавил я голосом.

По рядам прошлось недовольное бурчание. Очень уж парни хотели выйти и показать свою силу и удаль. Путята скорчил рожу и отвернулся.

Тем временем из нашего войска начали выбираться бойцы и стали так же, как и соперник, бить щиту топором. Они даже ругаться между друг другом начали, о том кто сильнее и кто достоин выйти на бой.

Отовсюду летели крики поддерживающие того или иного бойца. Даже мои орали, поддерживая своих знакомых.

Точку в этом цирке поставил Огнеяр, который ненадолго вышел из наших рядов и указал на одного из бойцов. Им оказался один из дружинников князя, что были с нами.

Как мне шепнули, дружинника звали Ратко. Он был таким же рослым и здоровым как его соперник. На нем был норманский шлем, одет он был кольчугу, а в руках большой круглый щит с умбоном и топор.

Как только он шагнул вперед, народ разразился криками. Стоящие напротив нас поляне так же начали орать, и в нашу сторону полетели ругань и оскорбления.

Вот Ратко достиг своего соперника.

Сошлись в бою не на жизнь, а на смерть два бойца, два богатыря, между двух полчищ воинов. Они начали кружить как матерые лесные хищники, изредка обмениваясь ударами. Ни кто из них не шел напролом. Действовали умно и осторожно — оба были серьезными бойцами.

Удар. Прикрыться щитом и нанести ответный.

Вот только долго так не могло продолжаться. Соперник отпрыгнул назад, и Ратко шагнул вслед за ним. Вот только противник сразу же метнул свой щит в ноги Ратко, который не был готов к этому и запнулся, чуть не полетев на землю. И он раскрылся в этот момент, удерживая равновесие. Всего мгновение, но этого хватило. Соперник перехватил свой топор, взявшись за него обеими руками, и ударил сверху вниз. Всего один удар, но огромной сокрушающей силы. Прямо в грудь Ратко. Кровь пролилась!

Ратко рухнул на землю и не шевелился. На наши ряды опустилась тишина. Те, кто мгновение назад орал и подбадривал нашего бойца, замолкал.

Дружинник не подавал признаков жизни, а его грудь пересекала огромная рваная рана. Я видел как от туда хлестала кровь, заливая его. Возможно, будь у меня сейчас время и, если Ратко до сих пор жив, я бы смог его спасти. Вот только у меня его не было. Впереди бой…

— Аааа, — развернувшись в нашу сторону и подняв окровавленный топор, заорал победитель. — Вы все сдохните! Боги с нами! — продолжал неистовствовать победитель, а поляне поддержали его криками. Ведь победил их боец.

— Плохая примета, — услышал я озабоченный голос Гостивита.

Наши ряды молчали. Люди были подавлены этим поражением.

— Да твою же ж, — пробормотал я себе под нос и сделал пару шагов привлекая к себе внимание.

— Что носы повесили, а бойцы?!! — заорал я во все горло. — Победа им досталась, да и пусть! Это единственная их победа за сегодня. Ведь их поражение и смерть уже здесь. Мы уже здесь! За нашими плечами не один взятый посёлок и городок! Нигде не было у них победы. Так с чего вы взяли, что еще раз повезет⁈

— Боги даровали победу им. Они с ними, — расслышал я чей-то крик.

— Не знаю, какие боги с ними. Но мой Бог Триглав всегда со мной, и он умеет шутить. Да и с вами здесь я — Яромир! Вы сами видели, как легко я ломаю их ворота. И в этот раз мы их так же легко поломаем…

— Верно! Возьмем победу! — начали раздаваться крики.

Не знаю, поднял ли я дух бойцам, и все ли воодушевились, но такими потерянными они уже не выглядели.

Я же быстро вернулся в строй.

— Могута, пора, — проговорил я, видя, как пошло шевеление в рядах противника.

— Дротики готовь!! — проорал я, беря брата за протянутую руку, и мы начали выпускать силу.

К такому я не готовился, да и не знал подходящих рун. Только чистая сила и контроль, как в старые времена.

Ветер окружил нас с братом, подымая пыль, а рядом стоящим пришлось отойти, от чего вокруг нас образовалось свободное пространство. Не сговариваясь с братом, мы подняли руки вверх. Я чувствовал ветер. Я будто был им и свободно парил. Слышалось, как скрипели верхушек деревьев. Я хорошо чувствовал брата. Ощущал его силу, как свою. Как она изливается из нас. Я был одновременно и собой, и братом, и стихией.

Единение.

У меня не было более подходящего слова.

— Уууу, — расслышал я звук боевого рога нашего противника сквозь весь творящийся шум, и в небо взметнулось более тысячи дротиков.

Я не раз уже видел такое, но как же это было чертовски завораживающе и красиво. Летящая смерть. Кажется, от них не укрыться и не спрятаться. Они настигнут и убьют нас.

Сила льется из меня потоком, я не сдерживаюсь. Резкое движение руки влево. Могута повторяет за мной, и резкие порывы разыгравшегося ветра сносят все дротики в сторону, словно они ничего не весят, легко и играючи. Они больше не угрожают нам и летят в другую сторону.

С меня льется пот, а дыхание сперло. Казалось простое движение рукой, а такой результат. Вот только он не дался нам легко. Могута пошатнулся и, выпустив мою руку, начал заваливаться. Меня тоже пошатнуло. Это было тяжело. Чертовски тяжело. Больше трети резерва как корова языком слизала. Кажется, на секунду даже в глазах потемнело, но я устоял. Мгновение и я выпускаю силу жизни. Она приносит облегчение, смывая усталость. Резкий взгляд в сторону. Могуту подхватили Дален и Путята. Брата всего трясет, и он весь бледен. Лицо в испарине, а дыхание прерывистое.

Сорвав с плеча боевой рог, я сунул его в руки Путяте. Он понял все сразу и, приложив его к губам, дунул.

— Уууу, — загудел рог, подавая сигнал уже нашему войску.

Воины тут же бросили свое смертельное оружие, но я не обращаю на это внимание. Я пытаюсь прийти в себя и в то же время помочь брату. Прикосновение к нему и я выпускаю силу жизни. Мгновение, еще одно и я вижу, как ему становится легче. Он смотрит на меня, и я вижу в его глазах облегчение и благодарность. Могута кивает и отстраняется от Далена и Путяты. Стоит твердо на ногах, хотя его и пошатывает.

— Ты как? — не удержался я от вопроса.

— Уже терпимо, но я пуст. Источник пуст, но я буду драться. Мой топор со мной, — на что я лишь киваю.

Тяжело пришлось брату, у него резерв силы меньше чем у меня. Вероятно, ему как более слабому пришлось тяжелее, хотя судя по моему первоначальному состоянию, это далеко не факт. Ведь у меня есть сила жизни, которая благотворно на меня влияет.

В источнике больше половины, и этого с лихвой должно хватить на бой. Ведь потребления маны благодаря рунам на заклинания уходит намного меньше.

Время же на поле боя не стояло. Запущенные нами дротики нашли свои цели, и в войске напротив видны раненные и убитые, и их не мало.

— Строй!! — ору я, воздев топор вверх.

Стоящие за моей спиной воины выстраиваются клином, все как на учениях. Не зря тренировались.

— Бой!! — вновь ору я и делаю первый шаг вперед.

Поляне тоже не стоят на месте и устремляются в нашу сторону, словно снежная лавина, которую ничем и никак не остановить.

За первым шагом еще один, потом еще один. Я уже прекрасно могу рассмотреть лица врагов, что несутся в нашу сторону.

В голове выстраивается цепочка рун, и наполняют её силой, вздымая руку с топором, немного разжав ладонь. С нее тут же вперед устремляется огромное воздушное лезвие.

— Аааа!!! — впереди раздаются крики боли и страха.

В рядах врага образовалась кровавая просека метров пять шириной и четырех в глубину. Не меньше пяти десятков врагов стали жертвами моего заклинания.

С боков слышится звон оружия и крики. Там уже сошлись грудь в грудь.

Враг впереди замер в страхе, видя этот кровавый пир. Да и мне не по себе от такого зрелища. Люди разрублены пополам. Часть из них пока жива, а стоны полные боли разносятся над землей.

Нас же никто не спешит атаковать, и вот мы уже идем по земле залитой кровью и шагаем по трупам.

Я вновь поднимаю руку, с которой срывается еще один серп. И снова целая просека, а люди валяться на землю.

Сзади я чувствую жар, и влево устремляется огромный шар огня. Это Накам начал действовать. Его хоть никто и не учил, о чем я жалею в данный момент, но парень, глядя на наши тренировки, самостоятельно занимался и даже достиг определенного успеха.

Сдвигаю руку вправо и вновь наношу свой удар. Еще одна просека. А впереди стоящие враги начинают разбегаться, бросая оружие и устремляясь в сторону леса.

Я же вырвался к берегу. Пара десятков шагов вперед и я поворачиваю вправо, а за мной и весь клин.

Поляне, видя угрозу с нашей стороны, как и разбегающихся товарищей, развернулись в нашу сторону и замерли. Я вновь поднимаю руку, сея смерть впереди. Всего лишь два удара в разные стороны — больше магичить я опасаюсь, а то вдруг и до наших доберусь.

Враги не выдерживают, начиная разбегаться кто куда от вида столь быстрой и страшной смерти.