Помоги проекту - поделись книгой:
Левин пока не знал, что именно произошло. Но по спине побежал холодок.
Он почему-то был уверен, что это дел рук Терновского. В голову закралась постыдная мысль: а может, не стоило второй раз конфликтовать с Эспером?
Ведь в первый раз он одержал безоговорочную победу.
А теперь стал гораздо сильнее…
— Что случилось?
— Не знаю, как сказать, ваше благородие, — замялся Кулебин. — Но «Мандрагора»…
Глава вторая
Я не был уверен в том, что барон Левин как-то участвовал в подготовке войны. Зато не сомневался, что он обязательно подгадит, как только узнает о моих неприятностях.
Поэтому решил подгадить первым.
Нет, слово неподходящее… Я решил провести диверсию. Так звучит изящнее.
Мой человек по фамилии Игнатьев, который курировал стройку «Мандрагоры», получил послание: действовать по «плану три». И он исполнил всё великолепно, как было задумано.
Сомневался ли я? Немного. Всё-таки диверсия была серьёзной. Но доказать, что это сделал я, Левин вряд ли бы смог.
«План три» означал немедленно покинуть объект. А перед этим уничтожить всю проектную документацию. Вроде бы мелочь, но нет. Потому что документы были уничтожены вместе с частью недостроенной фабрики.
Игнатьев, курируя стройку, позаботился о том, чтобы в некоторых несущих конструкциях были заложены бомбы. И, покидая объект, он эти бомбы взорвал.
Взрыв произошёл ночью, так что никто не пострадал. Но завалы придётся разбирать ещё долго, а проектную документацию восстанавливать заново. У Андрея были копии, но копии фальшивые, не соответствующие реальному проекту.
Весьма изящный подлог. Тоже моя работа.
Одним словом, стройка встала. А ведь уже было заказано оборудование и заключались договоры с покупателями.
Левин расстроится. Скорей всего, он даже будет в гневе.
Я, конечно, тоже упускал доход от будущей фабрики. Ну и пусть. Для меня, в отличие от Андрея, «Мандрагора» не была делом всей жизни. И обострять ситуацию я мог себе позволить. Ведь, ещё раз, я не сомневался в том, что Левин сунет нос в мою войну.
Исподтишка, конечно же. Вот и я действовал так же.
Совсем вывести партнёра-недоброжелателя из игры вряд ли получится. Но его экономику я пошатнул, и отвлёк внимание. Уверен, что теперь все мысли Андрея будут о том, как возобновить стройку.
Кстати, есть одна идейка, как заставить его отстраниться от конфликта… Но это чуть позже.
Мне пора заняться разработкой военного плана.
На совет я пригласил Лучезара, Яромира и Ашурбега. Последний был моим гвардейцем — бывшим имперским офицером, которого мы назначили заместителем Зара.
По происхождению он был лезгином и нравом обладал холодным и твёрдым, как кавказский кинжал.
Вообще, удивительно. Обычно кавказцы люди вспыльчивые, но Ашурбег всегда держался так, будто его вообще невозможно потревожить. Он производил впечатление человека сильного и надёжного. Да таким он и был, судя по послужному списку.
Мы собрались в офицерской комнате, где из обстановки были только стол, несколько стульев и чайник на греющем артефакте.
— Итак, господа, — начал я. — Мы официально вступили в войну с родом Бехтеевых. Это графский род, и они весьма сильны. Я заказал кое-какие выписки из дворянского реестра и вот что выяснил.
Гвардия включает восемьсот бойцов, среди них двенадцать магов и отряд спецназа. Есть боевая техника и артефакты, включая средства связи и магические винтовки. Полная информация здесь, можете ознакомиться, — я раздал копии документов.
— На поле боя нам не выиграть, — покачал головой Лучезар.
Ашурбег молча кивнул, соглашаясь. Ведьмак хмурил густые брови и шевелил губами, читая документы.
— Техника устаревшая по большей части, — сказал он. — Она была устаревшей ещё когда я служил гвардейцем у графа Елисеева, двадцать лет назад.
— У нас и такой-то нет, — пробормотал Лучезар. — Только два грузовика и легковушка.
— Ну и что? — пожал плечами Яромир. — Портал отключён. Им придётся добираться сюда своим ходом. Скорей всего, телепортируются в Пихтогорск, потом на колёсах сюда. Это как минимум пара дней. Артиллерию через леса они вряд ли потащат, да и кто им даст разрушить купол? Обережный корпус тут же звездюлей навешает.
— К чему ты ведёшь, Яромир? — спросил я.
— К тому, что нам вообще вряд ли придётся воевать напрямую. Ну, приедут они, что дальше? Их пропустят через тоннель?
— Да, — кивнул я. — У Бехтеевых есть право на вторжение, обережники не могут отказать им в проходе. Кроме того, мы не сможем атаковать их возле тоннеля. Площадь перед ним считается землями императора, там запрещено воевать. Если бехтеевцы войдут в город, то начать бой мы сможем уже только на главной улице.
— Ох, — вздохнул ведьмак. — Я успел забыть, какие замороченные эти ваши дворянские войны.
— Ты сам знаешь, что не обязан участвовать. Ты мне не служишь. Я пригласил тебя сюда как друга, за добрым советом.
— Знаю, — буркнул Яромир, коротко взглянул на меня и снова опустил глаза к документам.
— Я думаю вот что, — сказал Ашурбег, потирая пальцем кончик орлиного носа. — Надо бить их в лесу, на ходу. В городе проиграем.
— Чем бить? — развёл руками Лучезар. — Палить из автоматов по БТР? Кроме господина Эспера и почтенного Яромира, у нас нет магов. А вдвоём против двенадцати они не справятся.
— Бехтеев всех сюда не поведёт, — спокойно ответил Ашур. — Оставит четырёх магов охранять поместье в Старосибирске. Ещё двоих оставит в рязанском имении. На всякий случай. Сюда приедут только шесть.
— Как ты так точно посчитал? — усмехнулся Зар.
— Так разумно будет. Он может решить, что мы как-то нападём на его дома. И хочет их защитить. Все восемьсот солдат тоже сюда не поедут.
— Согласен, — сказал я. — Граф Бехтеев вряд ли поведёт на нас все силы. Он знает, сколько у нас бойцов, и ему с лихвой хватит перевеса в четыре-пять раз. То есть рассчитываем максимум на двести пятьдесят противников. Ну триста, если он решит не рисковать и быстро нас задавить. Возможно, будет спецназ, для попытки быстрого захвата дома.
— А вы правы, — согласился Лучезар. — Применять сильные артефакты или пушки в городе они тоже вряд ли будут. Чтобы нас победить с таким перевесом, и стрелкового оружия хватит. К тому же, у нас в плену его сын.
— Всё верно, — сказал я. — Пётр наследник рода, они не захотят ему навредить. Поэтому по нашему дому никто не будет стрелять из пушек. Но, ещё раз, атака спецназа вполне вероятна.
— Что так, что эдак не легче! — Зар откинулся на стуле и провел пальцами по недавно отращённым усам.
— Почему не легче? Траншеи уже выкопали. Поставим укрепления, организуем круговую оборону, — сказал Ашурбег. — Они щедро заплатят кровью, чтобы пробиться к дому.
— Но всё равно пробьются, — вставил Яромир. — Ты смелый парень, Ашурбег, но давай-ка мыслить разумно. У нас мало солдат, и они все неопытные. Против закалённой гвардии с пятикратным перевесом мы не выстоим даже в обороне.
— Я разумно мыслю. И я знаю, что не выстоим. Просто дадим достойный бой.
— Такой вариант меня не устраивает, — сказал я. — Я не хочу достойно проиграть, мне нужна победа.
— Тогда, как я сказал, — невозмутимо продолжил Ашур, — надо бить их в лесу.
— Пока что это действительно лучший вариант. Земли за городом нейтральная территория, никто не помешает сделать там засаду и устроить бой.
— Кроме нечисти, — буркнул ведьмак.
— Кроме нечисти, — согласился я. — Вот здесь мне и нужна твоя помощь. Надо придумать способ, как защитить наших людей от чудовищ. В идеале так, чтобы при этом нечистые атаковали солдат Бехтеева.
Яромир крякнул:
— Ну и задачку ты задал, Эспер.
— А как ты хотел? — улыбнулся я. — Простые задачки и решать неинтересно. Да, Лучезар?
— Так точно, ваше благородие, — улыбнулся он в ответ.
— Значит, решено. Встречаем Бехтеева в лесу. У нас есть максимум полтора дня на подготовку. Думайте быстро.
— Есть, — ответили Лучезар и Ашурбег. Ведьмак только кивнул.
— На всякий случай отдайте приказ подготовить оборону вокруг дома, — продолжил я. — И решите, где именно и как мы встретим врага. Яромир поможет, он отлично знает местные леса. Я скоро вернусь.
Выйдя из казармы, я вдохнул свежий весенний воздух и направился в сторону дома. Предстояло решить не только как сражаться на поле боя, но и на других фронтах.
Теперь, когда портал был отключён, Дальнегранск потерял связь с внешним миром. Мы с Рылиным добровольно поставили город в осадное положение. Никаких поставок продуктов и прочих товаров из большой России, плюс информационная блокада.
Продовольствия должно было хватить надолго. Сергей заявил, что в ближайшее время начнут раздавать бесплатную еду и тем самым успокоил народ. Хотя, конечно, горожане оказались крайне недовольны таким положением. И вполне логично винили во всём меня.
Собирались даже организовать митинг, но попытка была довольно жёстко пресечена полицией. А после кнута сразу выдали пряник. Утром я выступил перед горожанами и пообещал, что их дома останутся в целости, а после победы я на свои деньги облагорожу портальную площадь.
Поставить фонтан и новые скамейки обойдётся мне дешевле, чем если жители Дальнегранска поднимут бунт. Если всё правильно подать, меня даже полюбят.
«Барон Терновский победил в войне, но не захапал себе всю виру, а на город потратил. Какой молодец!»
Про блокаду никто и не вспомнит. Голода мы с Рылиным в любом случае не допустим. Уже были предварительно заказаны продукты из Пихтогорска, а уничтожать гуманитарный конвой бехтеевцы не имеют права.
Я как-то внезапно обнаружил себя не только бароном, но и де-факто соправителем города. Волнительное ощущение, когда ты в ответе за жизни двадцати тысяч человек — примерно столько жило в Дальнегранске.
— Привет, Белослава, — сказал я, войдя домой.
— Здравствуй, Эспер, — сказала сестра и вздохнула.
Она сидела в своей комнате и делала вид, что занимается алхимией. Готовила очередной крем или какую-нибудь маску для лица. Но вот именно, что только делала вид. Я хоть и не разбирался в её ремесле, но сразу понял, что сестра не особо увлечена делом.
— По-прежнему думаешь, что это твоя вина? — подвинув стул и сев рядом, спросил я.
— Чья же ещё? — Бела отодвинула мисочку с каким-то раствором.
— Любимая сестрёнка, — я обнял её за плечи и поцеловал в щёку. — Перестань. Я ведь уже объяснил. Война готовилась и без того, я в этом уверен на сто процентов. То, что Алексей застрелился — удачно подвернувшийся повод. И это его решение. Глупо себя винить.
— Но ведь он из-за меня…
— Нет, — жёстко прервал я. — Из-за себя. Ты не вынуждала его спускать курок, ты просила остановиться. Он не захотел.
— Да, но всё равно…
— Никаких «всё равно». Я запрещаю тебе винить себя. Если хочешь кого-то винить, то вини Алексея или меня.
— Тебя? — Белослава подняла на меня полные слёз глаза.
— Я же объявил войну и пленил Петра. Как он, кстати?
— Уже встаёт. Целитель хорошо поработал.
— Славно. Послушай, мне нужна твоя помощь. Заодно отвлечёшься от тёмных мыслей.
— Конечно, Эспер, — Бела смахнула слёзы с ресниц. — Что я могу сделать?
— Поухаживай за Петром. Принеси ему что-нибудь вкусненькое, смени повязки, поболтай. В общем, окружи его заботой. Ты ведь всё равно собиралась это сделать, не так ли? У тебя доброе сердце.
— Да, собиралась… Я уже приносила ему чай со сладостями. Он отказался.
— Рано или поздно согласится. Я хочу, чтобы ты вошла к нему в доверие.
Белослава задумчиво посмотрела на меня, а потом спросила:
— Зачем?
— О чём ты сейчас подумала, сестра? — прищурился я. — Неужто решила, будто я предлагаю соблазнить его?
— Нет… То есть, да, — смутившись, поправилась Бела. — Прости.
— Я бы ни за что не стал тебя так использовать. Просто стань ему другом, войди в доверие. Не касайтесь темы войны. Если он начнёт об этом говорить, переведи тему. Проще говоря, будь собой.
— Это как-то подло, Эспер…
— Что в этом подлого? Я не прошу разыгрывать дружбу. Подружись на самом деле.
Поделиться книгой: