Кенни. Том 3. Гениальный игрок (СИ)

— Это Пирамида Щараму, — тихо сказала Ира, вновь получив информацию извне. — Туда могут войти лишь потомки Мудрейшего. И кто-то из них получит его наследие. Алан уже пытался, но не смог.

Кенни кивнул.

Картинка сменилась. Чистое небо, без единого облачка. Солнце, как может, согревает этот вечно холодный край.

Ши и Алан стояли друг напротив друга, одетые в белоснежные одежды. На голове Алана покоилась массивная корона, а на голове Ши — изящная диадема.

Оба находились на плоской вершине ритуальной пирамиды, у которой, с каждой из сторон света, были высечены ступени. Всего — триста шестьдесят четыре ступени, по девяносто одной с каждой стороны.

На пирамиду поднялся Старейшина — древний, как сам мир, с бородой, что волоклась за ним по земле. Старейшина, стоя под чистым небом, объявил перед народом, что долгая смута наконец-то подошла к концу. Пришло время новым правителям Империи Человека занять престол.

Грохнуло — десятки тысяч людей, окруживших пирамиду, завопили, приветствуя своих Императора и Императрицу.

Картинка сменилась.

Дворец, роскошная гостиная.

— У меня нет времени на твои капризы! — орал Алан.

— Ты обещал! — Ши тяжело дышала, сжимая кулаки. — Обещал, что мы освободим запад от Древних! Уничтожим Ящеров!

— Ты сама себя слышишь⁈ — Алан схватил статуэтку Мудрейшего и бросил её о стену. — Это Древние! Мы все поляжем! Мы даже Залив Смерти не сможем перейти!

— Трус!

— Не забывайся, Ши! — вокруг Алана вспыхнула сила, в его правой ладони соткался золотой, сияющий клинок.

— Это ты забываешься, муж, — Ши вдруг успокоилась. Её взгляд обрёл могильный холод. — Если ты не собираешься помочь мне, ты больше не нужен.

Ши подняла руку, от её пальцев по пространству разошлась волна, которая врезалась в голову не успевшего среагировать Алана.

БАХ!

Голова взорвалась белёсым фонтаном.

Картинка сменилась. Ши стояла на той же пирамиде, где когда-то стала Императрицей. Она стала старше — всё такая же красивая, но из глаз исчезла вся наивность и непосредственность, сменившись сталью и мудростью. Ши смотрела на народ, который собрался на её речь. Под ногами её расстилалось море из людей.

— Знаешь, что самое удивительное, — шёпотом сказала Ира. — Почти каждый из людей — Пранарий, представляешь?

— Ты уверена? — опешил Кенни.

— Да.

Ши начала говорить. Она объявила о том, что собирает армию из ста тысяч, которая уничтожит Древних Ящеров и освободит от рабства всех людей, населяющих Запад.

Народ поддержал свою Императрицу, грохот аплодисментов поднялся до небес.

Картинка сменилась. Мрачный зал, стены которого мигают странными символами цвета золота. Несколько стоек, на которых хранятся драгоценные шкатулки. У каждой из стен — по три предмета высотой по колено ребёнка, похожих на яйца с плоским дном. Всего девять таких артефактов, и каждый — покрыт синими символами.

— Это вершина той пирамиды, место наследия Мудрейшего Щараму, — вдруг поняла Ира.

В центре комнаты пространство заколыхалось, из пустоты вышла Ши. Она была одета в чёрные кожаные доспехи, на её красивом лице уже появились первые морщины, в глазах поселилась вечная усталость. Но не исчезли стальная решимость и глубокая мудрость из её взора — наоборот, лишь окрепли.

Ши внимательно огляделась. Вдруг, одна из шкатулок открылась, в ней лежал бронзовый кристалл, что засветился тусклым светом.

Свет сформировался в образ старой женщины.

— Мудрейший? — удивилась Ши.

— Мудрейшая, — проворчал образ Щараму. — Я оставила это место для достойного потомка. Ты не мой потомок, уходи.

Ши глубоко поклонилась.

— Проповедники, посланные вами, помогли мне выбраться из рабства и стать Императрицей. Ваше учение открыло мне Истину и указало путь. Я глубоко уважаю вас, Мудрейшая Щараму. Я не собиралась портить ваше наследие.

— Зачем же ты тут? Разве не знаешь, насколько затратно использовать Кристалл Духа?

— Я прибыла… Искать ответы. Я собрала армию, Мудрейшая. Я отправляюсь на Запад. Я хочу повторить подвиг Богоподобного, что уничтожил Титанов. Я хочу стереть с лица нашего мира всех Ящеров, Мудрейшая. Дайте совет, прошу вас.

Ши снова поклонилась.

Кенни и Ира стояли, словно статуи, и всем своим естеством слушали беседу двух легенд. Когда происходили эти события? Кенни считал, что не меньше тысячи лет назад.

— Хе-хе, ты сильна, — Щараму прищурилась. — Хочешь стать второй Богоподобной? Что ж, я приветствую твою цель. Мой дух не будет спокоен, пока в этом мире живо хоть одно Чудовище. Слушай, молодая Императрица. Я расскажу тебе то, что произошло на самом деле сотни лет назад.

Старуха чуть склонила голову и несколько секунд молчала.

— Тархо-ли, сын Титана и человека. Его отец — Текели-ли, был жалким неудачником, размером лишь немного превышающий человека. Слабаком среди Чудовищ, презираемый сородичами. Утешение он нашёл между ног человеческой женщины, которая понесла от Титана. На свет появился Тархо-ли — урод, которого не должно существовать.

Щараму вновь замерла на несколько секунд, прежде чем продолжить:

— Текели-ли скрыл от сородичей, что у него появился сын. Он привязался к нему и обучил Пране. Открыл его Реки и Озёра. Тархо-ли подрос. Его мать убили Титаны, его отца убили Титаны. Тархо-ли начал собирать людей вокруг себя, быстро образовалась группа. В которую вошла и я — его любовница и советник. Перед остальными мне приходилось притворяться мужчиной, чтобы меня слушали.

Ира вздрогнула. Ши прищурилась.

— Между Древними всегда шла война. Но в тот период она обострилась особенно. В один день подвернулся удачный момент, вождь Титанов был сильно ранен. Я придумала план, и следуя ему, Тархо-ли пробрался к вождю и убил его. Он забрал его Искру Праны и поглотил.

На этом моменте Кенни и Ира в очередной раз удивлённо переглянулись. Разве можно насильно забрать Искру Праны, убив владельца? О таком Кенни слышал впервые. Но судя по тому, что Ши совершенно не удивилась — это было возможно.

Щараму продолжала:

— Тархо-ли получил страшную силу, в ту ночь он уничтожил всё племя, в котором мы находились. Но Тархо-ли, поглотив Искру Чудовища, стал безумен. Он уничтожал всё на своём пути. Благодаря моим артефактам и его мощи Титаны пали, но люди, как были рабами, так и остались ими. Но в этот раз хозяином стал Тархо-ли. Я понимала, что долго мы не продержимся, поэтому готовилась. В библиотеке Титанов я нашла информацию о страшном насекомом — Фиолетовой Гусенице-ли. В один день, когда Тархо-ли съел собственного ребёнка и заснул, я положила это насекомое ему на лицо. Оно проникло в его голову и убило того, кого ты знаешь как Богоподобного.

Щараму заскрипела, смеясь. А Ши отступила на несколько шагов.

— Но я слышала…

— Разумеется, никто не знал, что этот безумец погиб. Я объявила всем, что он отправился в странствие, на поиски лечения от своего безумия. И он оставил меня вместо него. И каждое моё слово — его слово. Мне поверили. Ведь Тархо-ли не трогал только меня. Влюблённый уродец.

Щараму перестала улыбаться и остро взглянула на Ши.

— Я создала Империю Человека. Я создала Школу Человека и Храм Человека. Я отправила Проповедников на Запад и Восток. Благодаря мне появилась ты, Императрица. Если не я, ты бы сдохла рабом, скотиной.

Ши глубоко, до пола, поклонилась.

— Ты хочешь уничтожить Ящеров, и я тебе помогу, — продолжала Щараму. В её глазах появилась искренняя ненависть. — Титаны забрали у меня мать и отца. Они забрали моих братьев и сестёр. Младших. Они забрали моего возлюбленного. Я не успокоюсь, пока жив хоть один из этих тварей.

Кенни и Ира поёжились. Никогда и ни от кого они не ощущали настолько глубокую ненависть.

— Я не смогу поглотить Искру Чудовища, — грустно улыбнулась Ши.

— Разумеется, — Щараму презрительно скривилась. — В тебе нет крови Чудовищ, дура. Ты сразу сдохнешь. Но я подготовилась. Я использовала Искры самых могущественных Титанов, чтобы создать двенадцать артефактов. Каждый из них обладает мощью, способной уничтожить столицу Империи Человека. Из двенадцати осталось девять, три я использовала, чтобы истребить Титанов. Возьми ещё три и уходи. Остальные оставь моему потомку.

Ши побледнела. Она перевела взгляд на яйцевидные предметы. Всего их девять. Столица Империи Человека огромна — в ней живёт пятая часть всех людей Северной Пустыни. Страшно даже представить такую мощь…

Картинка сменилась. Ши стояла прямо в воздухе. Перед ней — чёрный туман, из которого доносились страшные рычащие звуки, от которых даже Ира и Кенни содрогнулись.

Ши развернулась к своему войску. Перед ней стояли сто тысяч Пранариев, одетых в золотые доспехи.

— Мне кажется, каждый из них минимум Великий Генерал, — прошептала Ира.

— Позади меня — Залив Смерти! — заговорила Ши.

Её голос разносился над армией, распугивая птиц. Даже облака рассеивались, не выдерживая внутренней ярости Императрицы.

— По ту сторону Залива лежат Западные Земли, которыми правят Ящеры! — лицо Ши оскалилось маской ненависти, что умело скрывала страх. — Мы придём туда! Мы уничтожим Чудовищ! Освободим людей!

— ДА! — грохнула армия.

Ши вскинула кулак. За ней раскрывался гигантский портал, ведущий сквозь Залив Смерти.

Картинка сменилась. Ши стояла в небесах, среди облаков. Она смотрела, как три яркие вспышки накрывают три самых крупных племени Ящеров. Сотни тысяч Древних убиты. Миллионы рабов — вместе с ними.

В небо поднимались три грибовидных облака.

Ши не плакала. Она холодно смотрела на земли, которые в будущем покроются гигантским лесом, что вырастет на трупах Древних и людей.

В этот день Ши стала второй Богоподобной и получила титул Ящероборца.

Глава 3

Обсуждение и дорога

Кенни очнулся у себя в кровати, в ужасном состоянии. Из ушей, носа, рта и даже глаз шла кровь. Голова кружилась и невыносимо болела, тошнило.

Кенни лежал и старался дышать, ожидая, когда станет хоть немного легче.

Ира тревожно следила за братом. Её выбросило вслед за ним — причём, Камень Памяти не был до конца израсходован, осталась ещё десятая часть. К сожалению, мозг Кенни не выдержал давления.

Ира чувствовала, как Камень Праны растворяется в ней. Она ощущала, что становится… Сильнее, целостнее, ярче? Всё перечисленное вместе. Ничего из перечисленного. Такие ощущения невозможно описать словами.

Вскоре Кенни чуть полегчало, он смог взять под контроль Прану и прогнать её по телу. Кровотечение прекратилось.

— Ч-что… это… было? — хрипло дыша, прошептал он.

«Твой мозг не выдержал, — ответила Ира. — Как себя чувствуешь? Сможешь встать и сходить за аптечкой? Может, мне Криса разбудить?»

— Не надо, — Кенни прикрыл глаза. — Справлюсь.

«Мы не смогли полностью усвоить Камень Памяти, часть потеряли, — вздохнула Ира. — Там оставалось ещё несколько воспоминаний».

— Жаль, — пробормотал Кенни.

Около трёх минут Ира молча следила за тем, как брат медленно приходил в норму. Наконец, он смог сесть. Футболка, в которой он ложился, вся пропиталась кровью. О подушке и говорить нечего — она словно изначально имела алый цвет.

«Крис проснулся, — испугалась Ира. — Я чувствую его эмоции!»

Кенни мысленно выругался. Дверь распахнулась, на пороге появился мрачный дед.

— Что случилось? — голосом, от которого у Кенни по спине мурашки пробежали, спросил Крис.

Кенни не ответил. Голова стрельнула болью, он поморщился и потёр висок.

— На тебя напали? — спокойно уточнил Крис.

— Нет…

— Так бывает, — дед подошёл и сел рядом с внуком. — Во сне Пранарий может случайно взять под контроль Прану. Это редко заканчивается чем-то хорошим. С тобой всё впорядке?

— Да, только голова болит…

— Ничего, — Крис погладил внука по спине. — Испугался?

— Нет, — честно ответил Кенни.

— И правильно. Нечего тут боятся.

Секунд десять дед и внук молча сидели на кровати.

— Пойду, разбужу Хреда, пусть поможет тебе, — Крис поднялся. — В ближайшие три дня не входи в Мир Духов и старайся не перенапрягаться.

— Хорошо, — чуть разочарованно кивнул Кенни. Он планировал использовать Облачную Траву, чтобы войти в Мир Духов — так у деда не возникнет вопросов, когда Кенни расскажет про найденный штаб. Но видимо, придётся немного повременить.

Кенни проспал до обеда. Спросонья он чувствовал себя ужасно — голова болела, по всему телу слабость. С трудом умывшись, он сел за стол, завтракать.

— Старший господин сказал вам принять это, — Хред поставил на стол тарелочку, на которой лежал сморщенный серый червь, свёрнутый в спиральку.

Кенни скривился. Серый Червь. Но он должен помочь восстановиться.

— Что снаружи? — Кенни взял двумя пальцами червя и закинул в рот, крепко зажмурив глаза. Он раскусил его и быстро проглотил — во рту запылало, как от жгучего перца.