Религия и церковь в США

Точка зрения кардинала Кашинга, пропагандировавшаяся в США, сводилась к тому, что непримиримость двух идеологий — христианства и марксизма — делает невозможным мирное сосуществование государств, придерживающихся различных взглядов в отношении религии.

Таким образом, помехой на пути реализации политики мирного сосуществования стран с различным социальным строем объявлялся атеизм.

Марксисты придерживаются того взгляда, что марксизм как научное мировоззрение несовместимо с религией как мировоззрением антинаучным. Вместе с тем марксисты считают, что различное отношение к религии атеистов и верующих не исключает возможности их сотрудничества в борьбе за мир, демократию и социальный прогресс. В социалистических странах трудящиеся (атеисты и верующие) совместно строят новую жизнь. Коммунистические партии капиталистических стран ведут линию на сплочение всех трудящихся (и атеистов, и верующих) в борьбе с монополиями.

Линия, которую в вопросах международных отношений отстаивала католическая иерархия США (кардиналы Спеллман, Кашинг и их единомышленники), противоречила установкам Ватикана, выраженным, в частности, в энциклике папы Иоанна XXIII «Пацем ин террис», в которой была признана возможность мирного сосуществования государств с различным социальным строем.

Церкви США освящали войны, которые вели вооруженные силы, как войны, угодные богу. Государственные деятели США также оправдывали экспансионистскую политику ссылками на бога. Так, например, в 1899 г., оправдывая агрессию США против Филиппин, президент Мак-Кинли в беседе с делегацией американских церковников рассказывал: «Я каждый вечер до самой полуночи расхаживал по Белому дому, и не стыжусь признаться вам, джентльмены, что я не раз опускался на колони и молил всемогущего бога о просветлении и руководстве»[73].

Католическая иерархия США рьяно поддерживала американскую агрессию во Вьетнаме. Особенно активными защитниками действий Пентагона были кардиналы Спеллман, Кашинг, архиепископ Балтиморы кардинал Шехан и другие деятели американских церквей.

Тогдашний главный военный капеллан вооруженных сил США, тот же кардинал Спеллман, критиковал тех американцев, которые протестовали против войны во Вьетнаме. Отказ от войны с вооруженным агрессором, заявлял он, не может автоматически обеспечить блага мира. Спеллман пытался внушить американцам, будто агрессором является не американский империализм, а народ Вьетнама.

Ему вторил кардинал Кашинг. В своем выступлении на съезде женской католической организации, состоявшемся в августе 1966 г., он заявил, что война во Вьетнаме якобы призвана обеспечить действительный мир в будущем. Применение силы, сказал Кашинг, не всегда является злом. Оно может быть скрытым проявлением любви. Бывают такие моменты в истории, сказал архиепископ Бостона, когда против плохих людей нужно использовать силу. Отказ хороших людей от применения силы в этом случае привел бы к торжеству зла. Таким образом, война во Вьетнаме, считал Кашинг, — единственное средство обеспечить мир.

За продолжение американской агрессии во Вьетнаме выступали видные иерархи американских церквей. Их позицию поддерживал католический епископат США. 18 ноября 1968 г. Конференция католических епископов США одобрила «присутствие американцев во Вьетнаме», другими словами, одобрила агрессивную политику правительства США. Выступая перед военнослужащими американской военно-морской базы на Филиппинах, архиепископ Нью-Йорка внушал им, что, «защищая блага цивилизации, они защищают божье дело».

В мае 1967 г. Спеллман призывал американцев «поддержать наших парней во Вьетнаме, борющихся за свободу против атеистического коммунизма».

Выступления кардинала Спеллмана вызвали возмущение многих прогрессивных деятелей Запада, а также некоторых кругов духовенства. Комментируя речи кардинала, сенатор Морзе назвал абсурдными утверждения, будто США защищают во Вьетнаме цивилизацию.

Усилившееся в США антивоенное движение оказало определенное влияние и на позицию духовенства. По мере того как становилось все более очевидной бесперспективность продолжения войны во Вьетнаме, изменялось и отношение к ней со стороны религиозных кругов.

Растущая активность религиозных кругов в борьбе за мир, усиление антивоенного движения масс вынудило руководителей религиозных организаций пересмотреть свою позицию в отношении войны во Вьетнаме. Уже, нельзя было не учитывать непопулярность этой войны среди американского народа и того факта, что верующие и даже многие священники стали принимать активное участие в развернувшемся в стране антивоенном движении.

Международное Совещание коммунистических и рабочих партий 1969 г. отмечало: «Интеллигенты, люди свободных профессий, религиозные круги Соединенных Штатов Америки все активнее включаются в движение социального протеста, в движение за мир»[74].

Среди духовенства нарастало недовольство позицией католической иерархии, началось движение за прекращение войны. Вопрос о войне стал широко обсуждаться в религиозных организациях. С 31 января по 1 февраля 1967 г. в Вашингтоне состоялась встреча 2500 священников различных вероисповеданий, главным образом протестантов, специально посвященная вопросам войны во Вьетнаме.

В марте 1965 г. около 2 500 представителей духовенства различных вероисповеданий обратились к президенту Джонсону с призывом прекратить бомбардировку Северного Вьетнама. 12 мая 1965 г. 600 священников провели демонстрацию перед Пентагоном. Министр обороны США вынужден был принять делегацию демонстрантов. По его объяснения не удовлетворили их. Весной 1967 г. 2600 священников и семинаристов участвовали в походе на Вашингтон. Активное участие в движении протеста против войны во Вьетнаме принимал лидер движения за равноправие негров Мартин Лютер Кинг. В апреле 1965 г. он выступил в Питтсбурге против продолжения войны во Вьетнаме.

Протест против войны американского империализма во Вьетнаме выражался в различных формах. 2 ноября 1965 г. квакер Норман Моррисон сжег себя перед зданием Пентагона как раз в тот момент, когда чиновники министерства обороны выходили после окончания работы. 9 ноября 1965 г. католик Роджер Лапорт сжег себя перед зданием организации ООН в Нью-Йорке. 27 ноября 1965 г. состоялся «поход» на Вашингтон в защиту мира во Вьетнаме, в котором приняли участие Мартин Лютер Кинг и группа священников разных вероисповеданий.

В 1965 г. Национальный совет церквей, объединяющий свыше 30 протестантских церквей, стал выступать против политики Белого дома в отношении войны во Вьетнаме.

В марте 1967 г. католические и протестантские священники создали межконфессионное общество «Граждане, борющиеся за мир во Вьетнаме». Состоявшийся в конце марта 1967 г. съезд квакеров в Детройте охарактеризовал интервенцию США во Вьетнаме как аморальную и противоречащую конституции.

Представители церквей участвовали в демонстрациях протеста против бомбардировок Вьетнама. Различные церковные объединения США выступили с заявлениями, осуждающими войну во Вьетнаме. С резкими антивоенными заявлениями выступили Генеральный синод «Объединенной церкви Христа», Генеральная ассамблея пресвитерианской церкви, Генеральная конференция объединенной методистской церкви.

В 1971 г. Конференция католических епископов США охарактеризовала войну во Вьетнаме как несправедливую, изменив, таким образом, свою прежнюю позицию. Опросы общественного мнения службы Харриса, проведенные среди духовенства в октябре 1971 г., показали, что 65 % опрошенных считают войну морально преступной.

Становилось ясно, что милитаристская позиция кардинала Спеллмана и его сторонников в существующих условиях наносит ущерб церкви, ослабляет ее авторитет и влияние на массы. Поэтому реалистически мыслящие католические иерархи пришли к выводу о необходимости изменения официальной позиции католической церкви в отношении войны во Вьетнаме. За прекращение войны во Вьетнаме начали высказываться даже те из них, которые раньше рьяно отстаивали и защищали политику Пентагона. Так, весной 1970 г. против продолжения войны во Вьетнаме выступил кардинал Кашинг.

Широкую популярность благодаря своим выступлениям против войны приобрел в то время иезуит Даниэль Берриган, принимавший активное участие в движении протеста против войны. В 1965 г. он осудил поддержку американским правительством марионеточного правительства Южного Вьетнама и обвинил правительство США в том, что оно не придерживается христианской морали войны, изложенной в папской энциклике «Пацем ин террис». Порицания Берригана заслужила и католическая иерархия США за то, что она «не осудила морально. действия американской военщины во Вьетнаме».

Естественно, что подобная деятельность мятежного иезуита вызвала недовольство католической верхушки США. Берригану было предложено покинуть страну. Однако в его защиту выступили более тысячи католиков, среди которых были и иезуиты. В письме, направленном церковным властям, они доказывали, что поступки католических иерархов США противоречат высказываниям Иоанна XXIII и Павла VI о воине и мире. Руководителям католической церкви США пришлось уступить и разрешить Берригану остаться на родине.

Не ограничиваясь осуждением войны во Вьетнаме в печати и в выступлениях на антивоенных собраниях, Даниэль Берриган перешел к более активным действиям. В 1968 г. он и его единомышленники в городе Кэйтон-свилл (штат Мэриленд) сожгли документы американцев, которых должны были призвать в армию.

Весьма активно выступили против войны во Вьетнаме и квакеры, которые несмотря на свою малочисленность оказывают большое влияние на американскую общественную жизнь.

В наши дни руководители религиозных организаций США трезво оценивают те перемены, которые произошли в международных отношениях, и выступают против гонки вооружений, за мирное урегулирование спорных вопросов. Вместе с тем в США до сих пор еще не перевелись поборники «холодной войны», действующие под религиозным флагом, — такие, как «Общество Джона Берча», «Христианский поход против коммунизма», «Христианские крестоносцы», «Рыцари Колумба», «Дочери американской революции» и другие. «Христианские крестоносцы» так формулируют свои цели: «Защищать и сохранить консервативные христианские идеалы, на которых основана Америка, защитить наши заветные свободы, наследство каждого американца, активно и воинственно противостоять любому человеку или организации, чьи слова или действия сознательно либо бессознательно… соответствуют философии левых социалистов или коммунистов, публично обнаруживать проникновение такого рода влияния в американскую жизнь и защищать Евангелие Иисуса Христа»[75].

Религиозно окрашенную антикоммунистическую пропаганду, направленную против разрядки, ведут реакционные круги католической и протестантских церквей, а также иудейских религиозных организаций США.

Реакционные религиозные деятели США прилагают все усилия к тому, чтобы настроить в антикоммунистическом духе свою паству и разжечь ненависть к социалистическим странам. Они поддерживают французского архиепископа Лефевра, который под флагом защиты традиционализма в католической церкви выступает против нормализации отношений Ватикана с социалистическими странами, против каких-либо изменений в отношении церкви к коммунизму и к социалистическим странам.

Один из таких рьяных поборников антикоммунизма, Билл Джеймс Харгис, называет себя «защитником традиционных добродетелей». Сначала он был священником церкви «Ученики Христа», а в 1966 г. создал собственную конгрегацию «Церковь христианского крестового похода». В 1970 г. организовал американский христианский колледж, чтобы «обучать студентов антикоммунистическому патриотическому американизму».

Подобного рода духовные пастыри отнюдь не ограничивают свою деятельность рамками религии. Они стремятся заработать капитал и расположение правящих кругов США разнузданной антикоммунистической пропагандой.

Реакционные проповедники различных церквей США поддерживают антикоммунистическую кампанию, развязанную определенными кругами США под флагом «защиты» прав человека в странах Восточной Европы. Состоявшаяся 3–5 мая 1977 г. в Чикаго конференция католических епископов США утвердила декларацию, в которой солидаризировалась с антисоветскими клеветниками, фальсифицирующими положение религии и церкви в социалистических странах. Конференция фактически высказалась за вмешательство США во внутренние дела социалистических стран. Декларация обращает внимание новой администрации США на необходимость следить за тем, как в странах социализма выполняется Заключительный акт Конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе, состоявшейся в 1975 г. в Хельсинки. Католические иерархи США, следуя худшим образцам антикоммунистической пропаганды, спекулирующей на вопросе о положении религии и церкви в СССР, писали, что якобы в странах Восточной Европы преследуют христиан, мусульман, евреев за их религиозные убеждения. Подобного рода заявления свидетельствуют о том, что некоторая часть американского духовенства не освободилась от груза антикоммунизма и испытывает ностальгию по «холодной войне».

Однако политика разрядки международной напряженности, позитивные перемены в международных отношениях, претворение в жизнь Программы мира, выработанной СССР и поддержанной другими социалистическими странами, встречающие одобрение и поддержку всех народов мира, способствуют тому, что массы верующих США все более активно включаются в борьбу за мир и разрядку международной напряженности.

До окончания гражданской войны негритянский вопрос в США был связан с рабовладением. После гражданской войны, несмотря на 13, 14, 15-ю поправки к конституции, провозгласившие равенство негров со всеми остальными американцами в гражданских и избирательных правах, негры не стали равноправными гражданами. И это положение не вызвало осуждения со стороны церквей.

Характеризуя расизм в США, Генеральный секретарь компартии США Гэс Холл сказал: «В Соединенных Штатах система расового угнетения достигла беспрецедентных масштабов. Она приобрела право гражданства в правительственных учреждениях, в промышленности, во всех сферах социальной, культурной и политической жизни, и при всех различиях в системе расового угнетения тех или иных групп она в первую очередь предполагает политику и практику расизма против чернокожих американцев»[76].

Какова же была позиция христианских церквей в отношении рабства негров? Протестантские и католическая церкви вплоть до окончания гражданской войны освящали рабство, как и порабощение и истребление индейцев. В епископальных церквах Виргинии и Мэриленда произносились в защиту рабства проповеди. Негров уверяли, что самому господу богу угодно, чтобы они занимали низкое положение в обществе. Если они не будут выполнять порученную работу, им придется вечно мучиться в аду. Господь будет глубоко оскорблен, если они начнут упрямиться или сердиться на тех, кто обращается с ними плохо. Сам бог покарает жестокого хозяина.

Чтобы оправдать угнетение негров, религиозные проповедники рабства стремились всячески принизить их. Дело дошло до того, что церковные апологеты расизма стали пропагандировать идею, что негры якобы лишены души[77]. В 1810 г. в городе Сан-Луисе вышла книга священника Мормонса с крикливым заголовком: «Тайна раскрыта: негр — животное». Автор этого опуса вычеркивает негров из семьи человеческой. «Он доказывал, что у негра нет души или во всяком случае «первосортной» души»[78].

В другой книге — «Предложения о религиозном обучении негров в южных штатах» — миссионерам советуют не обращать внимания на жалобы черных рабов и учить их быть послушными. Для защиты рабства использовалось множество цитат из Библии.

Сами негры в своих религиозных гимнах и высказываниях толковали христианские идеи иначе. Герберт Аптекер пишет: «Многие негры создали совсем иную религию. Их бог проклинал похитителей людей, освобождал рабов, обещал отдать землю бедным и пророчествовал, что первые станут последними, а последние станут первыми. Их бог создал всех людей равными и не отдавал предпочтение никому из тех, в кого он вдохнул жизнь»[79].

В XVIII в. свободные негры стали создавать свои религиозные общины. В 1775 г. была основана первая негритянская церковь в Южной Каролине. Через 16 лет в Филадельфии возникла первая негритянская епископальная церковь. В разных городах американского Севера появились негритянские общины различных протестантских церквей. Негритянские церкви начали принимать активное участие в освободительной борьбе негров. Они стали центрами общественной жизни негритянского населения.

Характеризуя негритянскую церковь, следует отметить, что она была своеобразным институтом взаимопомощи. Церковь создавала свои школы. Негритянский священник являлся не только пастором, но и руководителем общины. Но так было в «черных церквах», церквах для негров. Расовая сегрегация существенно отразилась на христианских церквах США. Достаточно сказать, что даже сегодня из 16 млн. взрослых негров-христиан только 2 млн. принадлежат к организациям белых. А в прошлом и католическая церковь, и многочисленные протестантские по составу прихожан являлись церквами белых. И доступ негра в церковь белых, за редким исключением, был запрещен. Оп мог обратиться к господу богу только в своей, негритянской, церкви.

В 50–60-х годах XX в. христианские церкви заявили, что они осуждают расовую сегрегацию и дискриминацию негров. Национальный совет церквей призвал все церкви включиться в движение против дискриминации негритянского населения. Однако это решение игнорируется в тех штатах, где сильно влияние расистов. Дискриминация в отношении негров отражается также в подборе духовенства. Так, в 1968 г. из 50 тыс. католических священников в США было лишь 170 священников-негров[80].

В официальных заявлениях, отмечает Гарри Чемберлин — ассистент профессора Вебстер-колледжа в городе Сап-Луи (штат Миссури) — христианские церкви, так же как и нехристианские, часто выступали против сегрегации. С таким, например, заявлением в 1958 г. выступили католические епископы США. За год до этого, т. е. в 1957 г. характеризуя роль американских церквей в борьбе за расовое равенство, теолог Листон Поуп писал, что «церковь — наиболее сегрегированный крупный институт в американском обществе. В расовом вопросе она отстает от профсоюзов, школ, университетов и большинства других ассоциаций людей». В марте 1977 г. впервые в XX в. епископу-негру был поручен пост епископа в небольшой, вновь образованной епархии в штате Миссури. Эта епархия насчитывает 41500 верующих, 43 прихода и 69 священников[81]. В конце XIX в., с 1875 по 1905 г., епархию в Портленде возглавлял епископ-негр. После этого в течение 70 с лишним лет ни одному негритянскому священнослужителю не был доверен этот пост.

Церкви одного и того же вероисповедания в США по-разному относятся к негритянскому вопросу — в зависимости от состава своих прихожан. Некоторые церкви, которые на Севере поддерживают борьбу негров за гражданские права, на Юге защищают расизм. Так, например, большинство протестантских церквей южных штатов отказались изменить свою позицию в отношении расовой дискриминации и сегрегации негров.

Католическая церковь, ранее освящавшая расовую дискриминацию, меняет свою позицию в отношении негров.

В энциклике папы Иоанна XXIII «Пацем ин террис» было признано, что расовая дискриминация не находит больше никакого оправдания, по крайней мере в плане доктринальном. Расовая дискриминация была осуждена Вторым Ватиканским собором. В пастырской конституции «О церкви в современном мире» говорится, что всякий вид дискриминации основных социальных или культурных прав личности по признаку пола, расы, цвета кожи, социального положения, языка или религии должен быть изжит и устранен как противный божьему замыслу.

Новая линия католической церкви в отношении негритянского вопроса была обусловлена как стремлением усилить свое влияние среди негритянского населения Африки и Латинской Америки, так и желанием усилить свои позиции в южных штатах США. Одним из важнейших мероприятий в проведении новой линии была отмена сегрегации в католических школах, что способствовало значительному увеличению числа учащихся негров.

Несмотря на формальный отказ от поддержки’ расизма, усиление критики сегрегации и ряд мер по ее частичному устранению, положение коренным образом не изменилось. Вопрос о ликвидации расовой дискриминации на сегодняшний день является одним из самых острых для религиозных организаций США. Ведь до сих пор существуют отдельно церкви для белых и для негров.

Американский журнал «Теология сегодня» писал: «Имеется много доказательств того, что большинство местных белых церквей не сделали никаких реальных усилий, чтоб включить негров в число своих членов. На деле многие из них вообще упорно отказываются допустить их»[82].

Характерно, что сами негры предпочитают быть прихожанами негритянских церквей. Лишь меньшинство из них принадлежат к церквам, называемым в США белыми. Американские распеты не останавливаются даже перед поджогом негритянских церквей. Так, например, за два месяца — с 15 июня по 15 августа 1964 г. — в штате Миссисипи было сожжено 15 церквей. Большинство из 50 тыс. белых священников Юга предпочитают не выступать по проблемам расизма.

В 1976 г. секретариат архиепископства Вашингтона, занимающийся делами негров-католиков, критически проанализировал вопрос об отношении церкви к негритянскому населению и рекомендовал всем службам архиепископства пересмотреть свои структуры, свои программы и свою деятельность, с тем чтобы улучшить свои отношения с черными общинами и вообще с черными.

В докладе, подготовленном секретариатом, резко критикуется лицемерие некоторых католических иерархов, которые, заявляя о своей решимости сохранить негритянские католические школы, в то же время, ссылаясь на отсутствие средств, их закрывают[83]. Формально осуждая расизм, расовую сегрегацию, церковь не покончила с расовым подходом к прихожанам-неграм, они по-прежнему продолжают оставаться неравноправными. Даже в тех приходах, в которых негров большинство, их доступ к должности священника затруднен.

Американский журнал «Юнайтед Стейтс Ньюс вид Уорлд Рипорт» писал, что американские церкви, несмотря на широкую поддержку борьбы за гражданские права, рассматриваются как наиболее сегрегированные институты нации. Даже на Севере «менее одного процента белых посещают церковь вместе с неграми, — заявил священник Марти, профессор истории религии Чикагского университета. — Церковная сегрегация — национальное явление»[84].

Религия традиционно занимала особое место в жизни негров. На Юге негритянская церковь — это единственное место для негра, где он может проявлять активность. Церковь, ставшая в современных Соединенных Штатах символом «американизма», неотъемлемым элементом «американской системы ценностей», непременным институтом американского истэблишмента, часто кажется неграм вратами, через которые они смогут приобщиться к тому самому обществу, от которого отчуждены на уровне всех мирских социальных институтов, а христианская религия представляется той обителью, где сглаживаются различия между белыми и цветными, где все подчиняются заповеди братства[85].

Негритянские церкви принимают участие в политической борьбе. Кандидаты политических партий выступают в негритянских церквах после воскресной службы; здесь же, в церкви, распространяется соответствующая литература. Проведенное в 1963 г. исследование среди негритянского духовенства показало, что 45 % священников разрешили кандидатам политических партий выступать в церкви, 62,7 % разрешили распространять литературу, связанную с выборами, 67,8 % открыто поощряли прихожан сотрудничать с политическими партиями и 30,5 % даже указывали прихожанам, за кого они должны голосовать.

Развернувшееся движение за гражданские права негров (с середины 50-х годов XX в.) отражало в религиозной форме протест против существующей в США расовой дискриминации. Это движение было связано с именем баптистского проповедника Мартина Лютера Кинга. Расовое равноправие Мартин Кинг рассматривал как неотъемлемую черту социального идеала христианства. Ссылками на христианство обосновывал он и требование о ликвидации расовой дискриминации. Однако предложенные им практические меры были иллюзорными. Проповедь христианской любви, предлагаемая как рецепт к решению проблемы сегрегации, фактически отвлекала от решительной борьбы за изменение социальных условий.

На Мартина Кинга неоднократно совершались покушения, и в возрасте 39 лет он был убит расистами. Смерть баптистского проповедника от пули наемного убийцы вызвала глубокое возмущение в США и во всем мире.

Некоторая часть негритянского населения США считает себя приверженцами секты «черных мусульман», провозгласивших идею о превосходстве черных над белыми. «Черные мусульмане» выступают за полное обособление негров США в особое государство. Лидеры «черных мусульман» пропагандируют идею о превосходстве черной расы. Все белые объявляются врагами, «белыми дьяволами». Только ислам, как проповедуют эти сектанты, способен указать неграм путь к благополучию. Таким образом, это разновидность черного расизма.

Секта «черных мусульман» была создана в 1930 г. странствующим торговцем-коробейником Фардом, предложившим новую версию ислама, которая привлекла многих бедных негров, живущих в Детройте. Затем руководство сектой перешло в руки сына американского издольщика-проповедника Элиа Пула, именовавшего себя Мухаммедом. «Черные мусульмане» сохранили мусульманскую обрядность, молитвы по пять раз в день лицом к Мекке, воздержание от употребления свинины и алкоголя и от азартных игр. Они утверждают, что Фард и был Аллахом, а Элиа Мухаммед — его предвестником.

Основной ячейкой организации является храм. Во главе каждого храма стоит проповедник. В храме действуют две организации: «Плоды ислама», созданная для защиты ислама, и «Мусульманская тренировка девушек», проводящая практические занятия по домоводству, шитью, уходу за детьми[86].

Элиа Мухаммед, умерший в 1975 г., был верховным правителем 76 храмов, имеющих 100 тыс. приверженцев и владеющих 15 тыс. акров сельскохозяйственных угодий в штатах Алабама и Джорджия, а также ресторанами, универсальными магазинами, газетой «Говорит Мухаммед», выходящей тиражом 500 тыс. экземпляров, и 50 мечетями[87].

Одним из видных деятелей секты «черных мусульман» был и Малькольм Икс. Однако затем его взгляды разошлись со взглядами руководителей секты. Он понял, что расовая проблема не может быть решена в условиях капитализма, что положение черных определяется порочностью американского общества, а не порочностью белых людей. И в 1964 г. Малькольм ушел из секты и стал призывать к революционному преобразованию общества объединенными силами негров и белых. 21 февраля 1965 г. он был убит террористами.

Движение «черных мусульман» не привлекло в свои ряды большого количества негритянского населения. Для большинства негров США христианская негритянская церковь остается одной из немногих организаций, через которую можно включаться в борьбу против расового гнета. Таким образом, в условиях Америки христианская негритянская церковь в известной мере играет прогрессивную роль — организует негров в защиту своих прав (хотя и мотивирует свою позицию ссылками на христианство). Негритянские проповедники равноправия рас, наиболее выдающимся представителем которых был Мартин Лютер Кинг, выступают и как активные политические деятели в борьбе за решение одной из наиболее острых проблем современных Соединенных Штатов Америки — ликвидации расовой дискриминации.

Глава V

«РЕЛИГИОЗНЫЙ БУМ»

И КРИЗИС РЕЛИГИИ

Для современной эпохи, основным содержанием которой является переход от капитализма к социализму, характерны ослабление влияния религии, вытеснение ее на периферию общественной жизни, значительное уменьшение числа ее приверженцев, рост религиозного индифферентизма. О кризисе религии, кризисе церкви много пишут буржуазные социологи религии. Вопрос о кризисе религии был в центре внимания международной конференции по социологии религии, состоявшейся в Испании в конце августа — начале сентября 1975 г.

Буржуазные социологи, выступавшие на этой конференции, отмечали, что кризис религии в капиталистических странах проявляется в ускорении процесса секуляризации, т. е. постепенного освобождения общества, целых его секторов и личности от авторитета религиозных институтов и символов.

Международное Совещание коммунистических и рабочих партий 1969 г. отмечало: «Католическая церковь и некоторые другие религии переживают идеологический кризис, расшатывающий их вековые концепции и сложившиеся структуры»[88]. Кризис религии особенно обострился в 60–70-х годах XX в. Характеризуя современный кризис религии, следует отметить, что он затрагивает не какую-либо одну конфессию или религиозную форму, а религию вообще, религию как специфическую форму общественного сознания. Кризис религии в современную эпоху — это глобальный и всеобщий кризис всякого религиозного сознания, всякой религиозной веры. Современный кризис религии, — пишет В. И. Гараджа, — «охватывает не отдельную религию и даже не группу религий, он охватывает все страны и все религии без исключения»[89]. Кризис затронул не отдельные элементы религии или отдельные религиозные направления, а всю религиозную систему.

В статье «Почему встревожена церковь?», опубликованной в журнале «Юнайтед Стейтс Ньюс энд Уорлд Рипорт» 23 марта 1970 г., приводится несколько высказываний религиозных деятелей о кризисе религии. Так, например, кардинал Джон Райт считает, что «для христианства наступила зима, технология убивает теологию»[90].

В пастырской конституции «О церкви в современном мире», утвержденной Вторым Ватиканским собором, отмечается, что «все больше людей практически отходит от религии. В отличие от прежних времен отрицание бога уже не является чем-то необычным и исключительным» [91].

Буржуазные социологи религии (Т. Лукман, П. Бергер и другие) утверждают, что кризис религии связан с современной индустриализацией общества, научно-технической революцией, урбанизацией, светским содержанием средств массовой коммуникации. Констатируя факт кризиса религии, буржуазные социологи односторонне освещают вопрос о его причинах. Признавая некоторые факторы, способствующие упадку религии и ослаблению влияния церкви, они обходят молчанием главное — общий кризис капитализма.

В Отчетном докладе ЦК КПСС XXV съезду партии Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев отмечал, что «усилился идейно-политический кризис буржуазного общества»[92].

Одним из выражений духовного и морального кризиса капитализма является кризис религии.

Современный кризис религии обусловлен рядом факторов: возникновением и развитием социалистической системы, крахом колониальной системы, обострением классовой борьбы в капиталистических странах. Участие верующих трудящихся в классовой борьбе способствует освобождению их от религиозных предрассудков.

Каковы же конкретные проявления кризиса религии? На этот вопрос журнал западногерманских иезуитов «Штиммен цент» отвечает: многие христиане лишь частично соглашаются с вероучением и нормами поведения, предписываемыми церковью. Отвергаются прежде всего те церковные нормы, которые ограничивают право самостоятельного решения.

Кризис затронул как структуру религиозных организаций, их кадры, так и социально-политическую доктрину. Подобный кризис переживают религия и церковь в США.

После второй мировой войны в США много писали о религиозном возрождении в стране. Приводились факты, свидетельствовавшие о значительном возрастании интереса населения к религии: значительно увеличились число прихожан, посещаемость богослужений, возникли новые конгрегации. По данным института Гэллапа, систематически занимающегося опросами, посещаемость церкви увеличилась с 36 % в 1942 г. до 51 % в 1957 г. и достигла 63,6 % в 1959 г.

Действительно, нельзя отрицать того, что приводимые буржуазными социологами данные о росте количества прихожан и увеличении посещаемости церквей в США соответствуют действительности. Однако так называемый религиозный бум, разрекламированный буржуазной пропагандой, вовсе не означает, что кризис религии и церкви, характерный для современной эпохи, не затронул церковь в США.

Американская печать писала, что возросли ассигнования на строительство новых церквей. В 1950 г. в строительство церквей было вложено 409 млн. долларов, в 1965 г. — 1,2 млрд, долларов. Но такое весьма интенсивное строительство храмов, молитвенных домов прежде всего было связано с увеличением количества населения, миграционными процессами, ростом городов, а также стремлением религиозных организаций расширить сеть молитвенных домов, максимально приблизить их к месту жительства граждан, чтобы тем самым привлечь в церковь возможно большее число людей.

Для капиталистов, заинтересованных в усилении влияния христианских церквей и религиозных организаций иных вероисповеданий на массы, усилении их идеологической активности, такие траты вполне оправданы, рентабельны, если учесть идеологическую функцию церкви в условиях буржуазного общества.

«В сегодняшней Америке все вокруг нас свидетельствует о начинающемся религиозном возрождении. Число церковных прихожан как никогда высоко, происходит бум в строительстве церквей, вновь проявляется динамическая эффективность массового евангелизма, Библия остается среди бестселлеров, книги и журнальные статьи о религии почти преобладают на книжных прилавках. Мы теперь имеем больше квалифицированных священников, молодежь проявляет серьезный интерес к религии». Так охарактеризовал в 1959 г. «религиозный бум» в США американский писатель Э. Элсон[93].

Американская печать раздувала шумиху по поводу «возрождения религии» в США. Буржуазные социологи проводили различного рода эмпирические исследования состояния религиозности. Они преследовали определенную цель: доказать, что в США наступил период, когда массы возвращаются в лоно церкви. Приводились соответствующие цифры о повышении посещаемости церквей, росте распространения религиозной литературы, строительстве церквей и других церковных зданий, увеличении количества и тиража периодических религиозных изданий.

В речах государственных деятелей участились ссылки на религию. На почтовых марках и монетах появилась надпись: «В бога мы веруем», увеличился выпуск религиозной литературы, многие из книг религиозного содержания стали бестселлерами. В годы так называемого «религиозного бума» (в 50-х годах) в США, по данным журнала «Юнайтед Стейт Ньюс энд Уорлд Рипорт», ежегодно продавалось религиозной литературы на сумму 0,5 млрд, долларов.

Эти факты, безусловно, свидетельствующие о некотором повышении в послевоенные годы интереса американцев к религии, объясняются рядом причин. «Религиозному буму» в известной мере способствовали атмосфера «холодной войны», угроза атомной войны, антикоммунистическая истерия, которая разжигалась правящими кругами США. В религии многие американцы искали исцеление от страха перед страшной перспективой ядерной войны, которую им рисовала буржуазная пропаганда.

Американские теологи пытались использовать послевоенный «религиозный бум» для доказательства проповедуемого ими тезиса о кризисе разума и научного знания. По их мнению, разум не в состоянии гуманно использовать огромные материальные силы, которыми располагает человечество в результате развития науки. Наука дала вам силу, но не дала цели, говорили они; вложила в наши руки средство для нашего взаимного уничтожения и не придала нашей жизни смысла.

«Религиозный бум» как определенное явление в идеологической жизни США пытались объяснить и американские буржуазные либеральные писатели. Повышение интереса к религии они связывали с политическими факторами: напряженностью в международных отношениях, атмосферой «холодной войны», гонкой вооружений. Такая обстановка, говорили они, порождает настроения пессимизма, безысходности, которые способствуют тому, что значительная часть населения все больше обращается к религии. Безусловно, эти факторы влияют на умонастроения людей в буржуазных странах и определенным образом способствуют религиозному оживлению. Но возникает закономерный вопрос: почему только в США они привели к религиозному возрождению?

На самом деле «религиозный бум» был одним из проявлений кризиса духовной жизни США после второй мировой войны, когда американская действительность пришла в глубокое противоречие с пропагандируемыми идеалами американской демократии и поколебала веру американцев во всемогущество их социально-политической системы. Война поколебала в американцах и веру в то, что наука и техника действительно служат благу человека. Американский философ Морис Коэн писал, «что в некотором отношении наука в Америке занимает место религии, ибо она поддерживает надежду устроить райскую жизнь на земле. Люди надеялись, что благодаря прогрессу техники и развитию научного образования будет постепенно изжито все зло в человеческой жизни»[94].

Жизнь показала, насколько тщетны надежды на то, что в условиях капиталистического общества технический прогресс сам по себе обеспечит условия для достижения разумной и счастливой жизни. Именно на США, больше чем на какой-либо другой капиталистической стране, сказались отрицательные последствия развития науки и техники в условиях господства буржуазной частной собственности. Все это, вместе взятое, и создавало те весьма благоприятные условия для оживления интереса к религии и церкви, которые сложились в послевоенной Америке. Американцы просто начали искать идеи, на которые можно было бы опереться при оценке непростых событий и явлений современной духовной и общественно-политической жизни.

«Религиозный бум, — отмечает советский исследователь Н. С. Юлина, — это в значительной мере стихийная реакция масс на те серьезные внутренние экономические и социально-идеологические изменения, которые претерпели США в последние десятилетия, и, в частности, на тот разрыв, который образовался между старыми либерально-индивидуалистическими принципами и теми установками и нормами, которые выработало современное корпоративное милитаристское государство. Этот разлад породил тягу к поискам мировоззрения, «жажду веры». Американец, выбитый из колеи происходящей на его глазах трансформацией всего привычного уклада жизни, ищет в религии средство, способное компенсировать те утраты, которые он ощутил в связи с девальвацией традиционной американской веры»[95].

Немалую роль в оживлении религиозности сыграл и такой важный субъективный фактор, как широкое использование правящими кругами США религии для идеологического воздействия на массы. Пропаганда религии велась и ведется в широких масштабах, с огромным размахом и направлена на все слои населения, в особенности на молодежь.

«Религиозный бум» в США, о котором так много говорили и спорили, закончился в 60-х годах. Опросы института Гэллапа показали значительное снижение интереса американцев к религии.

Американский католический еженедельник «Пайлот» в ноябре 1973 г. писал: «10 лег тому назад был религиозный бум, что же мы наблюдаем теперь: уменьшение посещаемости церкви как стариками, так и молодежью, которое почтенная исследовательская организация назвала катастрофической. Отмечаются большие потери среди священников, монахов и монахинь»[96].

Такую же тревогу в связи с уменьшением посещаемости церкви выразил и американский католический социолог Грили. По приведенным им данным, в июле 1962 г. церковь посещали 61 % католиков, а в июле 1973 г. — 48 %. То же самое характерно и для протестантов.

Журнал американских иезуитов «Америка» в 1972 г. сетовал по поводу «драматических изменений», происшедших в католической церкви: «Месса — на английском языке вместо традиционного латинского, из церкви уходят многие священники. Духовенство и миряне отвергают традиционное церковное учение о контроле над рождаемостью»[97].

В США, как и в других капиталистических странах, продолжали и продолжают действовать факторы, способствующие размыванию религии и развитию процесса секуляризации, хотя по сравнению с другими капиталистическими странами в США религиозность населения выше, позиции церквей более прочные: они располагают большими богатствами, большим капиталом.

Уильям Фостер писал: «За сравнительно короткий период — в течение моей жизни — этот исторический процесс разрушения основ религии заметно продолжался и притом все более быстрыми темпами. Упадок религии проявляется между прочим и в падении воры парода в религиозные догматы. Я беру на себя смелость утверждать, что в настоящее время средний житель Соединенных Штатов, особенно горожанин, не верит в бога, в дьявола, в рай и в ад так, буквально, как верили хотя бы тогда, когда я родился. Вопросы вероучения, к которым простые люди когда-то проявляли острый интерес, теперь мало трогают их, за исключением, может быть, самых отсталых земледельческих районов»[98].

В наши дни под влиянием успехов научно-технической революции, огромных социальных изменений, происшедших в современном мире, процесс упадка религии, роста религиозного индифферентизма усиливается. Проведенные в США социологические исследования показывают, что население страны, большинство которого верующие, несмотря на высокий уровень формальной религиозности, мало интересуется религиозными поучениями и церковными наставлениями.

В США опубликованы материалы проведенных исследований религиозности населения. Изучением отношения населения к религии занимаются институт Гэллапа, служба Харриса и другие институты опросов общественного мнения.