Помоги проекту - поделись книгой:
— Только не кричи: всё равно бесполезно, только людей потревожишь. Они здесь пуганные, умные, так что не выйдут, но трястись начнут в своих домах. Не порть людям вечер.
Всю апатию смыло адреналином. Зачем жить, я ещё не понимаю, но жить хочу, так что выживу. А зачем — уже по ходу дела разберусь: может, для истребления нежити, для зачистки городов, или чтобы какой-нибудь собачий приют открыть. Главное, моя жизнь этому жестокому миру не достанется.
Но работорговцу показывать свой норов не стоит — нужно быть осторожнее. Потому я отступал, пока не уперся тощими лопатками в деревянный забор. Там я сжался, и медленно осел.
— Ну, чего ты так перепугался? — с притворным сочувствием спросил мужик. — Не все, кому покровительствует Лунора, плохие люди. Отведу тебя к страже, скажешь, откуда сбежал, и они проследят, чтобы ты вернулся домой.
Или, что вероятнее, подонок оттащит меня к кузнецу, и я обзаведусь крепкими изящными кольцами на запястьях, очень удобными, чтобы пристегивать их к железным цепям в клетке, или к кровати какого-нибудь любителя четырнадцатилетних мальчиков.
От последней мысли меня кинуло в дрожь.
— Не хочу в клетку, не хочу, — забормотал я, чувствуя, как сердце колотится не в притворной — в самой настоящей панике.
— Да никто тебя в клетку не потянет, — раздраженно заговорил седой, и взял меня за плечо. — Ты же не преступник какой. Пошли к страже.
Мужик попытался поднять меня, поставить на ноги, но не смог — я вывернулся. Даже щуплый подросток способен сопротивляться, когда его тащат.
— Не надо меня трогать!
Мужик выругался, и потянулся ко мне двумя руками. Я ставил на то, что он мне по лицу ударит, но седой, похоже, портить мой товарный вид раньше времени не хотел.
Одной рукой мужик схватил меня за правую руку, которой я заслонялся, второй перехватил эту же руку за локоть и рванул, поднимая меня на ноги.
Очень удачно. Обе его лапы заняты, а вот моя левая свободна. И чтобы дотянуться до его кинжала, висящего справа на поясе, нужно всего лишь протянуть руку.
Клинок будто сам прыгнул мне в ладонь. Я мельком взглянул на лезвие и понял, что немного ошибся — в ножнах лежал не обычный кинжал, а обоюдоострый тонкий стилет. Но для моего плана это не имело никакого значения — прежде, чем мужик понял, что происходит, я дернулся к нему, и всадил тонкое лезвие в пузо, прикрытое легкой курточкой. До гарды стилет не загнал, но ему и загнанного на пять сантиметров в пузо металла хватило — мужик охнул и отпустил меня. Ладони ошалевшего работорговца дернулись к пострадавшему месту, но кинжала там уже не было — к тому моменту я уже выдернул клинок и ударил ещё раз, но уже в горло, и сразу рванул клинок обратно. Мужик заклокотал, отшатнулся, не зная, какую рану зажимать. Наконец обеими руками зажал обе. Сильно это не помогло — между пальцев потекла кровь. Седой медленно побежал на выход с проулка, двигаясь скорее на автопилоте.
Но я был быстрее. В прошлой жизни у меня было время выучить анатомию, потому нож в почку я загнал с первого раза, пусть и пришлось хорошенько размахнуться. То, что я попал, куда нужно, показала реакция «пациента» — седой повалился на землю и замер без движения. Как говорится, «после того, как вас пырнули ножом в левую почку, у вас уже не будет ни времени, ни сил подставлять или не подставлять правую».
— И пусть тебе привидятся все, кого ты заковал в цепи, мразь, — напоследок сказал я ему. Ногами бы ещё избил, но нет смысла — он сейчас ничего не чувствует. А был бы в сознании, я не приблизился бы — пока я не в столь хорошей форме, чтобы подходить на расстояние вытянутой руки даже к умирающим людям.
Я перевернул тело на спину и присел рядом с головой седого. Стилет с чавканьем вошел в глазницу — мужик пару раз вздрогнул, и затих. На всякий случай я пошатал клинок из стороны в сторону, чтобы седой точно не восстал. Теперь стоит облутать.
Я обыскал тело: снял кольцо, проверил карманы и шею. Нашел кошелек, железный ключ от клетки — массивный, с гравировкой стоящего на коленях связанного человека, но не нашёл даже самого завалящего оберега. В кошельке — пять серебряных и хорошая жменя меди. Где мое золото? Какой-то слишком нищий работорговец: немудрено, что ходил по преддверию трущоб и искал себе товар.
Ножны я снял и перевесил себе на пояс. Кинжал тщательно вытер и засунул в ножны — в Вяжске без оружия только дети ходят. Может, будь у меня нож, седой на меня бы и не полез.
— А теперь, пожалуй, спрячу тебя там, где сам лежал.
Я откатил тело к старой повозке с заросшими травой колесами. Дядьку пришлось буквально забивать под телегу ногами, ухватившись руками за борт. После того, как справился с задачей, выпрямил траву, чтобы никто не полюбопытствовал и не заглянул под днище. Тело в первую пару дней сильно вонять не должно, так что, надеюсь, в ближайшие сутки-другие никто сюда не сунется. Потом пусть хоть стадами здесь ходят — после пары суток мой след даже обладатель архетипа с поисковым навыком не возьмет.
Я выглянул на улицу, прошелся пару кварталов в одну сторону, потом — столько же в другую, но повозки с клеткой не нашёл. Значит, пусть рабов стражники вытаскивают, или присваивают охранники почившего господина. Искать по Вяжску имущество седого я не собираюсь — на сегодня достаточно добрых дел.
Ключ я выкинул в щель ливневки.
Вопрос, стоит ли дальше жить без прокрастинации и философии, больше не стоял — убийство подонка меня взбодрило. Жизнь — не компьютерная игра, и меня не будут напрягать одинаковые приключения. От меня зависит, какие решения принимать и какими путями идти. Захочу — в химерологи подамся!
Но в химерологи я идти не желал. Зато хотел вернуть свои навыки големостроителя.
После внимательного осмотра кольца работорговца я понял, что на нем нет каких-то отличительных надписей или рун. Самое обычное кольцо. Потому мой путь сейчас — к ближайшему скупщику, и уже от того, сколько я получу денег, и буду плясать. Раз уж сама судьба дала мне шанс, между жизнью и смертью я выберу жизнь. Прокачка навыков, борьба с нежитью, зачистка подземелий и рейды к курганам будут потом, а пока лучше обзавестись деньжатами, чтобы было, на что купить еду и одежду.
Но всё же интересно будет посмотреть на лица скупщиков, когда парнишка пятнадцати лет притащит им голову босса с десятого этажа подземелья, на которого целые отряды собирают. Хотя, вряд ли я за год наберусь столько сил. Но момент был бы забавный.
⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
Глава 2
⠀ ⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀
До ближайшей маленькой лавки, где работал немногословный и неболтливый скупщик, идти было не так далеко — она располагалась на границе между бедным и богатым районами. В городе было много торговых лавок, которые могли как купить что-то, не задавая лишних вопросов, так и продать, но эта была ближе.
Войдя в лавку, я ощутил знакомый запах ржавчины и пыли. На полках у стены были выставлены различные редкости, но они меня не интересовали, я зашагал в конец помещения, где за длинным столом сидел скупщик — мужчина с равнодушным взглядом. Именно такой, который не задаст лишних вопросов. И, возможно, даже даст хорошую цену за кольцо.
Этого человека не смутила моя грязная поношенная одежда — к скупщикам заходят разные личности, в том числе авантюристы. Потрепанный оборванец может как купить дорогущий меч, так и продать его.
По правилам местного средневековья я должен был поклониться хозяину лавки, но меня подобный пресмыкательный рефлекс постоянно бесил, потому в этот раз я обошелся без поклонов.
— Хочу продать серебряное кольцо, — стукнул я о прилавок богатством работорговца.
Скупщик поднялся с места, взял в руку кольцо, повертел. Потом зачем-то вооружился лупой и внимательно осмотрел кольцо изнутри и снаружи. Хмыкнул.
— Хорошо, я куплю его. Отдам серебром по весу.
— Это кольцо, это ценность, а не лом какой-то, — возмутился я. — Его нельзя продавать за серебро по весу.
Скупщик приподнял брови и уставился на меня.
— Ты хочешь, чтобы я задал тебе вопрос, откуда оно у тебя?
— Из подземелья, вестимо.
— Не думаю, — покачал головой скупщик.
— О пятеро! Ладно, давай по весу.
Мужик достал из-под прилавка весы. На одну чашечку он положил кольцо, на другую начал выкладывать монеты. Весы застыли в равновесии, когда на чашечке было три монеты. Я сграбастал серебро и, не прощаясь, направился на выход.
— Если ты в дальнейшем найдешь что-то интересное, не стесняйся обращаться ко мне, — в спину мне кинул мужик.
Так. Теперь стоит навестить книжную лавку, или как её ещё называют — лавку знаний.
Это место располагалось в центральной части города. Здесь было чище, неприятных запахов было меньше, а защитных печатей, которые защищали город и ослабляли нежить — больше. Я шел, чувствуя, как с каждым шагом кошель, который я спрятал под подол рубахи, бьет по бедру. Удары были весомые — серебра в кошеле было явно больше, чем должно быть у пацана, который проводит в этом мире первый день. Как вспоминаю, чем я занимался в прошлой жизни в первый день, так становится стыдно за себя.
Серебро можно было потратить на эликсиры, на экипировку, на наем опытного напарника для выходов в подземелье, но был нюанс: серебро — средненькая валюта. Все значимые вещи продаются и покупаются за золото: и экипировка, и люди. С эликсирами вообще особый вопрос — там нужно брать один тип эликсиров и пить их каждую неделю. Можно переходить на более дорогие зелья, но на дешевые нельзя — сразу следует откат.
Оставались знания, лучший способ потратить монеты для меня сейчас. Мне нужен был навык оценки, «бесплатно» предоставляемый в книжной лавке. Бесплатность оценки компенсировалась любым навыком, который ты обязан был купить. Проще говоря, два по цене одного. Возьму какой-нибудь атакующий навык, который компенсирует мою слабость, и можно уже подумать, как подниматься с колен в этой жизни.
Тяжелая деревянная дверь лавки открылась без шума. А вот деревянный пол под ногами скрипнул, приветствуя меня.
Как я давно не был здесь… Широкие полки с книгами, тяжелые переплетенные тома на витринах, даже есть уютный уголок с креслом и столиком, за которым можно прочесть выбранную книгу — это место я любил.
Мой взгляд бродил по рядам дорогих книг, словно я хотел найти тот самый томик, который поможет мне максимально правильно начать жизнь с чистого листа. Хотя, разумеется, за восемь серебряных монет такие знания не купишь.
Каждая книга была для меня ключом к другому миру, будь то книга с выдуманными рассказами, историями про древние времена, или навыками. Пальцы чесались, желая пройтись по обложкам книг, но хозяин книжной лавки такого обращения точно не потерпит — книги стоят за стеклом не для того, чтобы их трогал каждый вошедший оборванец. Очень жаль, что он меня ещё не знает — в прошлом я часто здесь бывал.
За прилавком стоял худой дедушка и внимательно смотрел на меня.
— Доброго вечера, уважаемый, — слегка поклонился я. Затем — дошел до прилавка и положил на него раскрытый кошель.
— Здесь восемь серебряных, — медь я не упомянул, внимания торговца она точно не стоила. — Если можно, я хочу повременить с выбором навыка, и для начала изучить книгу с навыком оценки.
— Разумеется, можно, — кивнул старик. — Только для начала сходи-ка к рукомойнику и вымой свои ладони.
Я посмотрел на грязные руки, и без возражений направился в дальнюю комнату. Меня самого смущала грязь на ладонях и пара бурых пятнышек — кровь работорговца.
В рукомойнике я вымыл не только руки, но и лицо умыл, и тщательно протер кинжал. Вот теперь выгляжу гораздо лучше. Жаль, зеркала тут нет — не оценить.
Когда я вышел в зал, старик кивнул мне на читательский столик — на нем лежала книга, прикованная тонкой цепью к ножке стола, чтобы никто не попытался украсть.
Я бухнулся в кресло, провел ладонями по мягким подлокотникам и раскрыл книгу.
По мере прочтения я внимательно рассматривал рисунки, читал правила, по которым можно определить предметы. В прошлой жизни я часто использовал «оценку», и все эти правила были мне знакомы, потому я просто освежал их в памяти. Когда я закончил, передо мной появилось сообщение:
Я мысленно согласился, и в мой мозг хлынула лавина образов: оценка оружия, экипировки, сокровищ и артефактов. Увы, оценка не действует на людей. Чтобы узнать информацию о человеке, нужно иметь архетип, способный видеть больше, чем дано другим. Еще жрецы бога Захарии могли узнавать как скрытое, так и информацию из статусов, но после гибели бога они все утратили свои навыки.
Ого, сразу перескочил ранг «новичка»! Не иначе, как благодаря знанию и опыту прошлой жизни. Теперь, чтобы узнать информацию о системных предметах, мне не нужно вспоминать что-либо из заученного, стоит лишь использовать навык на вещь, и система, которую когда-то давно создали местные боги, покажет мне информацию. Например, вот об этой книге.
Интересно, а кинжал, который носил с собой работорговец, артефактный, или обычный? Если обычный, то я смогу сам точно подсчитать его стоимость с помощью новых знаний, но оценка ничего мне не покажет. Если артефактный — оценка выведет данные.
Я покосился на ножны и использовал навык.
Редкий ранг… Я онемел. За обладание таким оружием и убить могут — оно стоит больше золотого! В Вяжске зачастую и за «необычное» убивают. А то и за так.
Я аккуратно спрятал ножны под рубахой. Не хватало, чтобы кто-то от скуки использовал оценку на оружии оборванца, а потом устроил с друзьями сафари по городу. Я ещё слишком слаб, чтобы защищать столь дорогой предмет.
Зато теперь знаю, какую книгу покупать.
Поделиться книгой: