Егерь. Том 2

Казалось, все пройдет хорошо, как обычно. Парень весело общался с друзьями, пил холодное пиво, ел сочное, хорошо прожаренное, мясо и заигрывал с девушками.

В итоге, он нашел себе даму сердца на вечер и решил уединиться с ней, где-то в укромном местечке.

Но тут девушка внезапно пропала. А пытаясь ее найти, Петр наткнулся на сильное пламя, которое охватило шатер.

Дым быстро заволок базу отдыха. Слышались женские крики и маты, все вокруг суетились, пытаясь тушить огонь. А ветер раздувал его все сильнее.

В итоге, половина базы сгорела. Многочисленные благородные получили ожоги. И воспоминания о вечеринке оказались безнадежно испорчены.

Но это еще не все. Кто-то донес в полицию, что Пожарский поругался с девчонкой и назло ей поджог злополучный шатер. Конечно, это лишь пустой звук. Кто поверит странному анониму?

Никто! Кроме, разумеется, врагов рода, каких у Пожарских было хоть отбавляй.

В итоге, против семьи развернули информационную битву. Разумеется, доказательств тут не было. Но парню запретили пару месяцем использовать дар. Причем, на него повесили датчик, который контролировал силу. Ведь обычный запрет легко нарушался дворянами, причем без каких-либо сдержек.

Также Жаров должен был посещать курсы контроля над гневом и учиться хорошим манерам.

Казалось бы, что тут не так? Но завистливые слабаки сразу подняли головы. Они сделали из Жарова настоящего пиромана, психа, который хотел всех убить.

Первое время в сплетни никто не верил. Но вода точит камень, как говорится. А сплетня в сравнении с водой — кислота.

Вскоре, над Пожарским стали шутить друзья. Причем, не особо скрывая насмешек.

В один прекрасный день парень даже подрался. Разумеется, без применения магии. Но даже так, он неплохо начистил рожу нахалу, который втихушку называл его психопатом.

— Эй, что ты там ляпнул, урод? А ну повтори еще раз! Давай, сучонок, при всех! Или можешь только шептать за спиной??? — зарычал Петр, видя, как противник низко сгибается, закрывая руками кровоточащий нос.

— Отвали… Ты больной. Я просто пошутил, чтоб тебя, — мямлил избитый пацан, корча из себя несчастную жертву.

— Что? Ты оскорбил мой род! Это все слышали, гнида! — заорал Пожарский, сходя с ума от ужасной несправедливости.

— Хватит! Петр, успокойся. Ты и так ему врезал, давай, отойди, — заявил друг Пожарского и преградил ему путь.

— Да, брат, ты правда чуть не в себе, — послышался еще чей-то голос.

— Нет, ну бросаться так тоже не стоит. Конечно, Гаврилов зря это брякнул. Но он же тебя не бил, если так.

Слыша это все, Пожарский осмотрелся по сторонам, видя, что… Что ничего не случилось. На него никто не плевал. Никто не пытался ударить или даже обматерить.

Но взгляды, теперь уже бывших, друзей были странными. Не такими как раньше, другими. Причем явно не в лучшем смысле этого слова.

— Парни, вы чего вытворяете? С каких это пор всяким тварям можно оскорблять наши семьи! — попытался ответить Пожарский.

— Он тебя не особо и оскорбил, если так, — сказал его друг, ведя бровью.

— Да, тебе лучше сохранять спокойствие, Петь, — поддакнул еще один парень.

— А то магию не позволят использовать. Ты же хочешь снять этот чертов запрет, — ухмыльнулся блондин из его компании, и в руке загорелось синее пламя.

Он как бы давал понять, что Петр больше не местный альфач. Конечно, он еще не изгой. Но временно является нулевым, а нулевые в дворянских кругах не особенно ценятся. Такова уж суровая жизнь.

Чем выше поднимаешься, тем больней падать. И Петр не пережил такого падения. Он медленно стал замыкаться в себе, утратил былой задор, чувство юмора.

Его бывшие подруги — стали просто подругами, лишив его постельных забав и используя как жилетку для своих глупых слез.

Парень терял позиции, с каждым днем все сильнее. Он молился богам вселенной и ждал, считая часы до окончания наказания.

Ему нужна была магия. Он должен был вновь стать собой, наказав проклятых тихушников, что устроили шабаш у него за спиной.

Время медленно шло. Наказание подходило к концу, но и натиск врагов все усиливался. Такое чувство, что Пожарский жил в улье пчел, который неустанно гудел, в любой момент желая броситься на него, нанеся сотни укусов.

Пришлось взять себя в руки. Крепко как никогда. И новая вечеринка с друзьями стала чудовищным испытанием для Петра. Последняя вечеринка в его жизни, если быть точным.

Он не мог проявить слабость и отказать. Потому пришел в странный коттедж, где во всю рубила мощная музыка, алкоголь лился полной рекой, а подвыпившие богатые дети творили всякое непотребство.

Петр сразу услышал множество тихих насмешек и оскорблений в свой адрес. Но до снятия запрета оставалось лишь несколько дней. Так что парень взял в себя в руки и отбился от нападавших без кулаков, словами.

Казалось бы, это все. Только девушка, которая бегала за ним этим летом, вдруг решила позажиматься с другим. Причем, делала все напоказ, демонстрируя бывшему, как научилась целоваться за это время, пока кое-то ходил с идиотским браслетом и шастал к психологу.

Глава 4

Кровь вскипела в венах, мозги полностью отключились, а сердце стало бешено колотиться. Парень понял, что не может себя больше сдерживать, ощущая жуткую ярость.

Девчонка, что когда-то крутила с ним, оторвалась от губ рослого дворянина и слегка улыбнулась.

— О Петр, привет. Мы тебя не заметили! — деланно сказала она, глядя на Пожарского, как на дерьмо.

— Да, здорова, друг. Ты там как? Тебя больше психом не называют? — спросил ее парень с усмешкой.

— Меня?… — процедил Петр Пожарский. — Знаешь, как меня называют…

Он медленно подошел к пацану и взглянул ему прямо в глаза.

— Ну и как? Слышь, полегче. Не советую тебе лезть в драку, без магии, — пафосно бросил тот, а девушка слегка рассмеялась.

— Меня зовут Мастер Омлета! — выпалил Петр, приближаясь вплотную.

— Чего-о-о? — щурясь, спросил противник.

— Вот чего!

Колено Петра резко впилось в пах конкурента. Последний жутко завыл, перекрикивая громкую музыку. Он тут же согнулся, обиваясь слезами, как барышня. Девчонка схватилась за голову и стала жутко визжать.

Пожарскому было плевать на все это. Он вышел на свежий воздух, чтоб немного прийти в себя и не натворить глупостей.

Казалось бы, это все. Парень ушел за дом, где был маленький садик. Там Петр уставился на закат, вдохнул запах летних цветов и постарался припомнить то, о чем вечно твердил скучный психолог.

— Думать о хорошем, думать о хорошем, дери меня черт. Скоро уберут эту штуку. Я смогу долбить магией, и вызову на дуэль каждого, кто гадил эти месяцы за спиной! Остальное само наладится. Все наладится. Девки сами тогда прибегут. За ними не заржавеет, — проговорил он, будто бы читал мантру, чувствуя, как ярость медленно ослабляет тиски, сжатые вокруг сердца.

Солнце осветило лицо ярко-желтым лучом, ветер приятно растрепал волосы парня. А внутри съемного коттеджа заиграла хорошая песня, под которую тянуло пуститься в пляс.

Пожарский решил вернуться на вечеринку, чтобы показать всем завистникам, что его не сломить.

Но в тот момент, к нему подошел Драгунов. Этот странноватый малолетка из низшей касты, у которого были проблемы с магическим даром.

Раньше Петр не замечал местного слабака, но теперь в голове что-то щелкнуло, и парень резко задумался, глядя в прыщавое лицо Сергея.

— Ты? Что надо? — грубо спросил он, чувствуя нечто неладное.

— О привет! Как дискотека? — глуповато спросил Драгунов.

— Отлично. Не видишь, танцую, — бросил в ответ ему Петр.

— Хех, я раньше не особо любил ходить по таким тусовкам. Но сейчас появился повод, так скажем, — занудно проговорил Сергей, раздражая собеседника, будто специально. — У меня наконец-то магия заработала. В смысле нормально, а не как в прошлый раз. Это можно отметить, не так ли!

— Что? Давай, отмечай. Мне пора, — бегло сказал Пожарский и хотел уходить.

Но Сергей не спешил его отпускать, приставая с разговорами, словно назойливый клещ.

— Знаешь, я раньше сильно переживал. Отец меня задолбал. Хотел наследства лишить из-за этого. Зануда, я со своими детьми буду лучше. А то живешь в семье, будто в плену у врагов, — начал говорить Драгунов.

— Ммм, ясно. Мне не зачем это знать, извини, — попытался отмахнуться Петр, только снова не вышло.

— Эй, ты просто в плохом настроении. Посмотри! — тут же воскликнул Сергей и всплеснул руками.

Прогремел легкий хлопок, на ветке неподалеку взорвалось недозревшее яблоко.

— Вот, видишь! Я теперь умею взрывать! А ты пока что без магии. Но уверен, у тебя тоже все скоро наладится, — произнес он, окончив мысль.

И это стало красной тряпкой для огневого владеющего.

— Да, правда, что ли? Ты решил козырнуть своим даром, слабак? Специально меня подстрекаешь! Кто тебя послал, недоносок? Или сам решил выделиться, чтоб занять мое место, — гневно прошипел Петр, надвигаясь на Драгунова и вновь теряя контроль над собой.

— Эй! Не надо так со мной разговаривать! Я вообще-то, как лучше хотел, — выпалил Сергей, не понимая, почему парень резко взбесился.

— Лучше? — медленно протянул Пожарский, продолжая сокращать дистанцию. — Вы все хотите «лучше», ублюдки. А сами жрете меня, пока есть возможность!

Парень резко дернул плечом. Сергею показалось, что Петр хочет его ударить. Тогда Драгунов случайно взмахнул руками. Прогремел легкий взрыв, и одежда на груди Пожарского превратилась в лохмотья.

— Извини! Ты сам полез первый, дружище. У меня есть магия, у тебя нет. Так что давай ты лучше отстанешь, идет? А рубашку я оплачу, только завтра. Сегодня деньги не взял. Точнее, взял, но потратил, так вышло. Кстати да, ты в порядке? Я не сильно тебя приложил? — протараторил Драгунов, резко меняясь в лице и чувствуя вину за случившееся.

— Рубашка? Да ладно, рубашку можно заштопать, в отличие от разорванной плоти, — загадочно произнес Пожарский, улыбаясь во всем тридцать два.

— Что? К чему это ты клонишь, вообще? — недоуменно процедил Драгунов.

— К тому, что вы все ошиблись! У меня есть магия! У меня много магии! Я силен как никогда, стадо мразей. Вот тебе, получай, подавись!!! — заревел не своим голосом Петр, так, что его слышала вся компания; причем даже та ее часть, что была внутри дома.

Сергей не успел понять, что случилось, как мощный поток огня врезался в его тело, протянул немного вперед и бросил, как легкую тряпку.

Хорошо, что Пожарский ударил не сильно. После долгого перерыва, с концентрацией были проблемы. Да и сам Драгунов свалился в бассейн, который немного сгладил последствия.

Если б не это, Сергей бы отправился к праотцам. А так, отделался лишь ожогами и легким испугом, наблюдая, как его недавний товарищ по академии превращается в адского зверя.

Последний не стал останавливаться на Драгунове, а быстро рванулся к коттеджу, где была грязная стерва с тем пацаном, этот бесячий блондин, еще одна прыщавая тварь и другие подонки.

— Ну что? Кто теперь сильный, уроды? У кого теперь мощь, недоноски⁈ — шипел про себя Петр, слыша, как датчик контроля магии истошно пищит, говоря тем самым о грубом нарушении правил.

— Аррр, ублюдки тупые! Это еще цветочки! Щас будет настоящее на-ру-ше-ние, — вскричал парень и зажег правую руку, на которой был злополучный браслет.

Датчик магии начал плавиться от сильной температуры, затем перестал пищать, упал в траву и там затих.

— Ну вот, так-то лучше. А теперь… потанцуем на дискотеке, где я стану главным ди-джеем, — хищно улыбаясь проговорил Петр.

Он продолжил идти и наткнулся на крепкого парня, который был уже слегка подшофе.

— Опа, привет, маньяк! Говорят, ты поджарил толпу народа хе-хе, — весело воскликнул парень. И Пожарский ответил таким же тоном.

— Не, придурок, ты малость ошибся. Но все еще впереди, чмо тупое! — крикнул, начиная смеяться.

— Чего? Эээ, Пожарский, полегче, — успел бросить в ответ студент.

В тот момент, получил в лицо фаерболом. Огонь тут же обжег кожу парня, опалил брови, ресницы и волосы. Весельчак завыл не своим голосом и стал валяться под ногами, как мелкая собачонка.

— Вот это я понимаю, тусовка, — хихикнул Петр, переступая через недавнего друга.

Дальше парню встретилась девушка с бокалом шампанского, которая вышла из дома неясно зачем.

— Ооо, Петя, ты как? Говорят, Котова при тебе с Ромкой сосалась? — с издевкой спросила дамочка, насмешливо глядя на бывшего альфа самца.

— Говорят, что тебя за сиськи доЯт аха-ха-ха! — окончательно сходя с ума завопил Пожарский.

Мощный огненный вихрь поднял девушку над землей, дотла спалил ее платье и бросил тело в кусты с многочисленными ожогами.

После этого перед глазами взбешенного парня появилась красная пелена. И дальнейшие его действия были будто в тумане.

Он видел, как с высокого крыльца ломанулся студент, у которого руки вспыхнули синим сиянием. Парнишка получил сразу два фаербола и замертво упал возле дома.

Дальше Петр поджог какой-то сарай, затем дерево. Потом бросил несколько огненных зарядов в коттедж.

Затем, парень бросился на штурм главного входа. Под руку попался слуга, который был сожжен заживо. Рыжий парень превратился в пылающий факел. Главный зал помещения заволокли клубы едкого дыма.

Загорелось музыкальное оборудование. Все стали громко орать, дергаться и носиться в разные стороны, не понимая, что происходит.

Пожарский задыхался от дыма, но все же рвался вперед. Он лихо поджог жирного пацана, сломал челюсть какой-то девчонке, воткнул столовый нож в чье-то пузо.

Ему было плевать кого бить. Они все казались врагами, чудовищами без пола и возраста, какие достойны смерти.

— Ааа, отстань, отвали!!! Что ты хочешь??? Ты — псих ненормальный, тебя закроют на каторг-у-у! — визжала девчонка, которая недавно целовалась напоказ перед всеми.