Помоги проекту - поделись книгой:
— Вход в зону видимости радаров новых кораблей противника, — параллельно загробным голосом продолжал говорить дежурный оператор. — Общая численность идентифицированных кораблей противника составляет четыреста шестьдесят шесть боевых вымпелов… Данные обновляются…
— Не будем ждать следующего обновления, — первым оправился от шока, командующий Дессе, поворачиваясь к своим дивизионным адмиралам. — За дело, господа! Объявляйте по флоту общую тревогу. Пора готовиться к генеральному сражению…
…Чувствуя и зная о своем тотальном превосходстве в численности, Коннор Дэвис сразу стал впрямую сближаться с императорским флотом, уже выстраивающимся на орбите Херсонеса в несколько оборонительных «линий». Американский командующий, видимо, был настроен на быстрое решение проблемы с адмиралом Дессе и императором. Недавние поражения двух его космофлотов: 6-го «ударного» и 4-го «вспомогательного» отрицательно сказались на боевом духе, и теперь, чтобы его поднять, Дэвису нужна была быстрая и безоговорочная победа.
Сил для этого у «Мясника» было больше, чем нужно. Во-первых, под рукой главнокомандующего находился его личный космофлот числом в двести пятьдесят кораблей, являющийся лучшим боевым космическим соединением Сенатской Республики. Не сто шестьдесят вымпелов, как до этого считали наши аналитики в Ставке на «Новой Москве», а целых две с половиной сотни! Дэвис, оказывается, накачал пять дивизий своего 1-го «ударного» таким количеством новейших линкоров и крейсеров, что его космофлот раздулся до уровня «сверхударного», где в каждой дивизии было по целых пятьдесят вымпелов…
Как вы уже поняли, другие новоприбывшие корабли, частью сошедшие со стапелей верфей АСР, а частью собранные из гарнизонных крейсеров и фрегатов внутренних американских звездных дистриктов, пополнили составы двух других флотов. Космофлота Нейтена Джонса, который шел сейчас в третьей группе построения во главе эскадры в восемьдесят пять вымпелов, и 4-го флота под управлением Элизабет Уоррен численностью в шестьдесят четыре вымпела. Да-да, именно Элизабет Уоррен в отличие от своей вечной оппонентки бедняжки Пайпер Райт, которая была беспощадно расстреляна «Мясником», за свои заслуги и активность в секторе сражений получила из рук Коннора Дэвиса должность временного командующего 4-ым «вспомогательным» флотом…
Ну и еще одной эскадрой вторжения явился 1-ый Коронный космофлот Речи Посполитой адмирала Адама Вишневского общим числом в семьдесят два вымпела, шедший в авангарде построения. Поляки по первоначальной задумке Коннора Дэвиса, должны были стать зачинателями готовящегося генерального сражения. В том, что у Херсонеса-9 намечалось именно главное сражение этой кампании «Мясник» Дэвис и его адмиралы не сомневались. В «Тавриде» находились два космофлота Российской Империи из имеющихся четырех, плюс — Гвардейская Эскадра во главе с императором Константином. Разбив сейчас «раски» Коннор Дэвис открывал себе прямую дорогу к внутренним суверенным звездным системам противника и к «Новой Москве», защищать которую, если русские проиграют, будет попросту некому. А в том, что они проиграют, Коннор Дэвис тоже не сомневался, направляя в сторону маленькой ледяной планеты Херсонес армаду в четыреста семьдесят два боевых корабля…
Американский главнокомандующий не стал менять структуру объединенной эскадры, решив оперировать в секторе боя имеющимися четырьмя флотами. Однако, спустя десять часов, подобравшись, наконец, к Херсонесу-9, он, как думали многие адмиралы, не стал первыми бросать в сражение польские хоругви союзников, но сделал Дэвис это не из-за дружеского распоряжения к Вишневскому, которого конечно же не считал равным себе, а из прагматических соображений. Легкие польские крейсера можно было легко потерять в заградительном огне, не добившись результата, пуская их в авангарде на еще свежую и полнокровную передовую «линию» русской обороны. Нет, начинать должны подразделения, в составе которых имеется большое количество тяжелых дредноутов, способных пробить или хотя бы фрагментировать построение противника…
Именно эту функцию и взял на себя новоутвержденный командующий 6-ым «ударным» космофлотом — Нейтен Джонс-старший. Вице-адмирал Джонс после жестоких поражений в системах «Таврида» и «Екатеринославская» и потери почти всего своего космофлота, срочно желал реабилитироваться в глазах Коннора Дэвиса и остальных. Поэтому, усилив собственные дивизии номерными линкорами, крейсерами и фрегатами из резерва, Нейтен Джонс с большим рвением и желанием поквитаться с императором и Дессе готовился первым начать данное сражение…
Между тем Павел Петрович Дессе, принявший на себя общее командование нашими силами, наблюдая на экране все новые и новые подходящие к планете корабли противника, собрал имеющийся в наличие флот, объединил его дивизии с Гвардейской Эскадрой, и выстроил их в две оборонительные «линии», растянув при этом слои на максимальную величину. Космическая крепость «Севастополь» была отбуксирована во вторую «линию», заняв координаты в центре построения. Однако даже этой хитрости с растягиванием «линий» не хватало для выравнивания фронта, слишком нас было мало и слишком много было врагов вокруг.
Американцам и полякам объединенная русская эскадра могла противопоставить всего сто двадцать боевых кораблей. И это надо еще сказать спасибо нашим ремонтникам на орбитальной верфи, которые в авральном режиме восстановили ранее поврежденные дредноуты «Преображенской» дивизии, а также успели поставить в строй все ранее находящиеся на ремонте корабли… И эти сто двадцать стояли против четырехсот семидесяти вымпелов противника! Единственным бонусом для нас в таком соотношении сил явились действия Коннора Дэвиса и его адмиралов, которые не стали придумывать никаких хитростей, а самоуверенно ринулись в лобовую атаку, рассчитывая продавить русских числом…
…И вот сражение началось. Началось оно по классической схеме с боя объединенных истребительных эскадрилий авангардов. В этом скоротечном бою участвовали не все истребители, а лишь палубники с кораблей Нейтена Джонса у американцев, а с нашей стороны казачьи полковые МиГи и эскадрильи первой «линии», в которую входили вымпелы двух дивизий Северного космического флота: 6-ой и 12-ой «линейных»…
Сейчас их командующие: Доминика Кантор и князь Никита Трубецкой безотрывно смотрели на тактическую трехмерную карту, где в водовороте сражения кружились сотни наших и вражеских машин:
Тысячи плазменных зарядов скорострельных пушек наших и вражеских истребителей устремились навстречу друг другу…
И тут же, вслед за огневым валом, два огромных, пульсирующих «роя» схлестнулись между собой, закружившись в хаосе ближнего боя…
Примерное равенство сил сразу сказалось на цифрах потерь, однако нашим пилотам в этом бою к счастью противостояли еще «зеленые», только что прибывшие с составе резервных кораблей и их палубных эскадрилий пилоты, до этого в большинстве своем не принимавшие участия в столь жестоких и кровопролитных стычках. Это тут же стало сказываться на действиях американских звеньев и каре, которые начали раскалываться и разлетаться в стороны, только их эскадрильи сшиблись с нашими палубниками и казаками на юрких МиГ-1…
Прошла еще примерно минута более-менее стабильного противостояния, но с каждой секундой русские пилоты захватывали все больше пространства и инициативы, методично разрушая своими отчаянными, но выверенными маневрами и слаженными действиями абсолютно все схемы ведения боя противника…
Истребители продолжали бешено маневрировать. Накал сражения достиг своего пика. Тут уже зачастую, ни с одной, ни с другой стороны было не до тактики, тут началась настоящая борьба нервов — кто выдержит и не рассыплется по космосу, разрушив собственное построение, тот и победил…
Вот теперь наши летчики-истребители начали давить и постепенно доминировать в секторе сражения. «Янки» же, наоборот, стали паниковать и от этого посыпались окончательно…
«Фантомы» бросились врассыпную обратно к своим кораблям в надежде на защиту. Вражеский «рой» буквально за несколько минут перестал существовать, как единое целое…
Это был полный разгром и позор на голову прославленных американских асов, которые явно недооценили противника, за что и были сейчас жестоко наказаны…
Верткие и неугомонные казачьи МиГи нещадно добивали зазевавшиеся в секторе вражеские звенья и каре, которым уже никто из их убежавших под прикрытие своих кораблей товарищей не мог и не хотел помочь выбраться…
С чувством выполненной миссии наши опаленные сражением эскадрильи уходили под защитные энергополя своих основных кораблей на перегруппировку…
— Так же будет и с нововосстановленным космофлотом Нейтена Джонса-старшего, — хмыкнула Доминика Кантор, находясь на своем флагмане — линкоре «Звезда Эгера» и принимая доклады комэсков эскадрилий и казачьих полковников, уводящих МиГи на «Атаманы», стоящие чуть позади первой «линии» нашей обороны. — Основным кораблям приготовиться к отражению атаки! Энергощиты на полную мощность! Артиллерийские расчетам — огонь по команде!
Доминика понимала, что победа над «фантомами» 6-го «ударного» космофлота в общем раскладе сражения не дает практически никаких бонусов, и исход противостояния будет зависеть, прежде всего, выдержат ли русские оборонительные «линии» бесчисленные навалы кораблей противника, первый из которых уже начался…
Глава 3
Чертыхаясь и проклиная русских асов за гибель своих эскадрилий, вице-адмирал Джонс-старший во главе 6-го космофлота, приблизившись к нашим оборонительным порядкам повел свои дивизии в атаку. Восемьдесят пять вражеских вымпелов смело и местами даже безрассудно, несмотря на плотный заградительный огонь, преодолели полумиллионное расстояние и налетели на нашу передовую «линию». Удар «янки» оказался эффективен настолько, что тонкий растянутый слой двух русских дивизий изогнулся и чуть ли не начал «рваться». Ибо лишь только в одном 6-ом космофлоте Джонса имелось кораблей в два раза больше, чем во всей нашей авангардной «линии»…
Тем не менее, Трубецкому и Кантор пришлось сдерживать этот первый навал в одиночку. Все просто, командующий Павел Петрович Дессе, видя, что основные свои силы Коннор Дэвис держит при себе и не спешит вводить в сражение, вынужден был поставив в авангард лишь две дивизии, остальные подразделения держать про запас, понимая, что бросив сейчас все имеющиеся у него в наличие корабли в пекло битвы, через час такой интенсивной мясорубки у нашего флота не останется свежих резервов.
Самым боеспособным подразделением нашей первой «линии» обороны оставалась 6-я «линейная» дивизия князя Трубецкого, имеющая в своем составе двадцать шесть вымпелов. Таким образом командующий Дессе выставил корабли 6-ой «линейной» на самых опасных с точки зрения прорыва построения, координатах. Прикрывали дивизию вице-адмирала Трубецкого корабли Доминики Кантор, численностью в четырнадцать единиц…
Слабость русских передовых порядков, а главное их малочисленность и растянутость слоя сказались практически моментально. Вице-адмирал Джонс-старший яростным ударом прогнул нашу передовую «линию», выйдя на ближнюю дистанцию и вынудив ее корабли начать пятиться назад. Адмиралы Кантор и Трубецкой начали медленно отводить корабли даже не сговариваясь, и понимая, что лучше общему построению немного сдать назад, чем быть разорванным на фрагменты в результате этого бешеного навала со стороны Джонса…
Замети, что передовые порядки Северного космофлота русских задрожали и начали отходить, главнокомандующий Коннор Дэвис тут же послал в помощь вице-адмиралу Джонсу дополнительные семьдесят легких крейсеров 1-го Коронного космофлота Адама Вишневского. Поляки должны были поддержать навал и усилить нажим на нашу оборонительную «линию» в тех местах, где она казалось, вот-вот должна прорваться.
И это не заставило себе долго ждать. В какой-то момент, получив существенный численный перевес, противник разорвал-таки строй нашего авангарда, причем сумел это сделать сразу в нескольких местах. Еще немного и «линия» двух обороняющихся русских дивизий могла быть окончательно разбита на фрагменты и перестать существовать. Корабли Доминики Кантор и князя Трубецкого, окружаемые со всех сторон, сами стали плотнее прижиматься друг к другу, в попытках отбиться от наседающего врага, тем самым еще быстрей разрушая общее построение…
— Дивизиям второй «линии» — полный вперед! — видя, что может произойти непоправимое, приказал командующий Дессе, внимательнейшим образом следя за ходом сражения и чувствуя, что американцы и поляки, так рьяно бросившиеся в горнило боя, начинают постепенно выдыхаться. — Гвардейские линейные корабли — вывести в начало строя…
Сразу три дивизии: «Преображенская», 11-я «линейная» контр-адмирала Котова и условно назовем ее — «Сводная» дивизия, собранная из отремонтированных кораблей и кораблей, недавно пришедших из «Екатеринославской», сдвинулись с места, построились плотной фалангой, где первую «линию» составляли сверх-бронированные линкоры Гвардии, и пошли по направлению к координатам сражения…
Непроходимой стеной, как бульдозер, наши «фаланга» одним своим приближением вынудила передовые группы кораблей Джонса и Вишневского, уже было прооравшие строй нашего авангарда и заходящие ему в «тыл», начать отступление, чтобы не быть раздавленными этим огромным катком…
Получив долгожданное подкрепление, адмиралы Трубецкой и Кантор сумели заделать бреши в своей «линии» и снова ее восстановить. В свою очередь корабли вражеского авангарда под предводительством Джонса-старшего и Адама Вишневского, старались им в этом помешать, одновременно попытавшись атаковать движущуюся на них «фалангу» Дессе. Но разбросанные по космосу американские и польские корабли не смогли достичь, ни того, ни другого. Разбив собственные построения и смешавшись с русским авангардом в ближнем бою, вражеские адмиралы не сумели быстро перегруппировать свои дивизии, отчего начали нести существенные потери. Теряя один вымпел за другим, командующий Нейтен Джонс был вынужден дать сигнал к общему отступлению…
Первый навал американского флота, который явился некой разведкой боем, окончился буквально за каких-то полчаса. В секторе пространства остались летать безжизненные обломки десяти погибших кораблей противника, преимущественно польские легкие крейсера. Еще несколько поврежденных вымпелов американцам удалось утащить с собой на магнитных тросах. Наши потери тоже оказались существенными, но не такими большими, как у атакующей стороны — семь кораблей дивизий Трубецкого и Кантор были уничтожены или выведены из строя.
В то время как канониры кораблей 6-ой и 12-ой наших дивизий поздравляли друг друга с удачными попаданиями по вымпелам противника, командующий Дессе не был столь оптимистично настроен. Несмотря на успешное отражение атаки, статистика — один выведенный из строя русский боевой корабль к двум американским, говорила сейчас явно не в нашу пользу. Враг потерял всего какую-то дюжину вымпелов, притом, что у Коннора Дэвиса под рукой оставалось еще четыреста шестьдесят. В отличие же от американцев, численность нашего флота, стоявшего на орбите Херсонеса, была ограничена…
Вследствие чего Павлу Петровичу Дессе ничего другого не оставалось, как снова отведя гвардейские линейные корабли и крейсера второй «линии» на прежние позиции, оставить в авангарде уже изрядно поредевшие дивизии князя Трубецкого и вице-адмирала Кантор, слегка пополнив их несколькими легкими крейсерами и эсминцами…
— Похоже, вице-адмирал нас тупо послали на убой, — нервно хихикнул князь Никита Львович Трубецкой, выходя на связь со своей коллегой вице-адмиралом Доминикой Кантор по локальному каналу. — Если мы с вами уцелеем после очередной атаки этого сорвавшегося с цепи Нейтена Джонса, подобной той, какая только что была, то это будет настоящим чудом… Почему бы Полю Дессе не поставить на наше место линейные корабли гвардии, которые только что были здесь и отогнали «янки» и поляков Вишневского одним своим видом, не потеряв ни одного дредноута!
— Командующий Дессе поступает абсолютно правильно со стратегической точки зрения, — ответила Доминика, реагируя на слова Трубецкого, — передовая «линия» из двух наиболее слабых дивизий совершенно необходима, чтобы основной флот смог держаться на орбите, как можно дольше. Линейные корабли и крейсера императорской гвардии надо беречь для отражения последующих, основных и самых страшных ударов противника…
— Все это понятно, — хмыкнул Никита Львович, которому не очень-то хотелось умирать здесь и сейчас, — однако 6-ую «линейную» слабой точно не назовешь. Если уж ставить в авангард менее боеспособные подразделения, то ими в данной ситуации должны были быть ваша дивизия и дивизия контр-адмирала Котова. Хорошо, вашу, вижу… Кстати, при этом не могу понять, как это Павел Петрович решился поставить свою… Ну, эээ, — Трубецкой запнулся, пытаясь подобрать слова, на замену слову любовница, — в общем, поставив именно вас на самый сложный участок боя. Но зачем здесь я со своими кораблями⁈ Вот вопрос, который меня терзает и я точно задам его командующему, если конечно мы с вами выберемся отсюда живыми…
Доминика хотела было уже послать подальше этого брюзжащего князя, но была отвлечена сообщением дежурного оператора на мостике своего флагмана:
— Госпожа вице-адмирал, противник готовится к новой атаке…
6-ой «ударный» космофлот АСР, перегруппировавшись после первой пробного захода, снова пришел в движение. Численность кораблей позволяла Нейтену Джонсу практически сразу, не тратя время на перегруппировку, начать новый навал на уже потрепанную оборонительную «линию» русских. Дивизии вице-адмирала Джонса-старшего, каждая перестроившись в «конус», начали снова приближаться к нашему авангарду, постепенно входя в зона действия палубных артиллерийских батарей…
— Я хочу, чтобы вы разорвали строй этих чертовых «раски», чтобы Кантор и Трубецкой больше не сумели собрать строй воедино! — приказным тоном произнес Нейтен Джонс, связываясь перед атакой со своими адмиралами. — Не считайтесь с потерями, главное для нас успеть разделаться с первой «линией» императорского флота до подхода на помощь к ней гвардейских линкоров царя… Поляки уже выстраивают свои хоругви в соседнем квадрате, готовые нам в этом помочь…
После инцидента на «Гекате» где Коннор Дэвис расстрелял Пайпер Райт и при этом пожал руку нового командующего 6-ым космофлотом, ни у кого из дивизионных адмиралов, слущающих сейчас Нейтена Джонса не возникло желания с ним спорить, как это частенько случалось ранее. Аарон Догэрти, коммандер Кирк Байо, Френсис Корделли и Леонард Ловато молча повели свои дивизии навстречу врагу…
Между тем на «Тикондерогу» — флагманский авианосец Нейтена Джонса поступил вызов с мостика «Гекаты».
— Слушайте внимательно командующий, — грозно посмотрел на Джонса, Коннор Дэвис. — После того как ваши подразделения разберутся с авангардом русских, продолжайте преследовать их корабли, не ослабляя давления… Теперь самое главное, преследуя дивизии Трубецкого и Кантор, не пытайтесь атаковать в лоб гвардейские линейные корабли русского императора, вы только зазря снова погубите свой космофлот… Ваша задача, Джонс, вслед за отступающими русским кораблями авангарда, пользуясь свободным пространством, проникнуть сквозь их вторую «линию» и зайти в «тыл» Северному флоту Дессе…
— Адмирал, сэр, строй второй «линии» «раски» гораздо плотней, чем первой, — покачал головой Нейтен Джонс, сознавая всю опасность данного мероприятия.
— В данном случае не считайтесь с потерями, — медленно произнес Коннор Дэвис. — Повторяю, 6-ой «ударный» космофлот, во что бы то ни стало должен оказаться со стороны кормы кораблей второй «линии» обороны русских. После этого их дредноуты будут вынуждены развернуться к вам лобовой броней, чтобы не быть обездвиженными вашими канонирами, которые в этом случае непременно ударят по их силовым установкам. И как только корабли второй «линии» флота Дессе нарушат свое изначальное построение, я вступлю в битву и ударю по ним своими основными силами…
Поделиться книгой: