Экология младенчества. Первый год

Малыш сохраняет после рождения тесную психоэмоциональную связь с матерью, непосредственно воспринимая ее состояния. Унаследовав определенные структуры, ответственные за психическую деятельность, от отца, он также зависим от его состояния. Несколько в меньшей мере это касается и других родственников. Ребенок – как прибор, настроенный в резонанс с психическим состоянием родителей. Имея явно выраженную зависимость физического состояния от состояния психического, он реализует все, что о нем думают, что от него ожидают. Поэтому важно понять, что наш ребенок настолько здоров, насколько мы думаем о нем как о здоровом. Он такой, каким мы его склонны воспринимать. Его способности и возможности в большей мере зависят от того, верим ли мы в эти его способности и возможности или нет.

Основное, что нужно нашему ребенку от нас, – это наша любовь, но любовь безусловная, любовь ради него самого. Необходимо понять, что страх и беспокойство за ребенка – не признак любви к нему. Это признак нашего эгоизма. Любовь побуждает давать ребенку то, что ему необходимо. Необходимы ли ему наши страхи и волнения? Любовь заставляет преодолевать собственные слабости и недостатки ради другого. Любви нужно по-настоящему учиться, и лучшие учителя – наши дети.

Феномен бондинга – основа гармонии

Вообразив себя существом надприродным, человек переделывает природу по своему разумению. Он создал науку и стал доверять только ей, перестав доверять природе. На протяжении всей эволюции живого на земле отлаживались механизмы роста и развития живого существа, приведшие к возникновению человека разумного. И этот человек перечеркивает действующие законы в угоду своим умозрительным выводам. Особенно сильно это отразилось на детях. Условия их вынашивания, рождения и раннего младенчества как будто призваны подготовить их к жизни где угодно, но только не на Земле и не среди людей. Наука объявила беременность болезнью, наука изолировала роженицу от семьи, наука решила, что ребенку безопаснее без матери сразу же после рождения, наука вообще перестала считать новорожденного полноценным человеком. Эта же наука выдает нам массу рекомендаций, что мы должны делать с нашим "недоделанным" чадом. Не нужно полагаться на то, что есть даже у животных – родительское чутье. Его заменяет теперь наука. И уже совершенно не удивительно, что каждое животное "знает", что нужно делать со своим детенышем, а просвещенный человек растит детей по книжкам.

Естественный подход отталкивается от феномена бондинга.51Бондинг – это незримая связь между ребенком и матерью, благодаря которой они и после рождения ребенка продолжают оставаться единым целым. Бондинг – это то, благодаря чему мать может понимать язык ребенка, то, что наполняет для нее конкретным содержанием каждый его неуклюжий жест, гримасу, каждый издаваемый звук. Мать должна "знать" своего младенца, она должна "знать" его потребности и его состояние. И она "знает" это посредством бондинга.

"Бондинг дает интуитивный, экстрасенсорный тип отношений между матерью и ребенком. Бондинг – это процесс чувства, недоступный дискурсивной мысли, языку или интеллекту".52

Дж. Ч. Пирс приводит следующие замечательные примеры бондинга, позволяющие понять, о чем идет речь: "В моей книге "Волшебный ребенок" я рассказал об американской матери Джейн Маккеллар, которая наблюдала, как новорожденных детей в Уганде носили на лямках около материнской груди. Пеленок не использовали и, так как младенцы были всегда чистыми, Джейн спросила матерей, как они управляют мочеиспусканием и испражнением кишечника. "Мы просто идем в кусты", – отвечали матери. Но как, спросила Джейн, вы узнаете, когда крошечному младенцу нужно в кусты? Изумленные матери ответили: "А как вы узнаете, когда вам нужно идти в кусты?" В Гватемале матери также носят своих новорожденных детей таким же образом, и если новорожденный все еще мочит мать через два или три дня, женщина считается глупой и плохой матерью".53

Бондинг – это не то, чему можно обучить. Можно только сделать так, чтобы он имел место или же нет. "Бондинг, однако, является биологическим процессом. Он включает прямую, физическую связь между нашим средним мозгом и нашим бьющимся сердцем".54

Фактически бондинг возникает с самого начала беременности. Женщина не просто вынашивает ребенка. В ней происходят изменения, которые позволяют ей осуществлять функцию материнства. Чувства обостряются, интеллектульная деятельность притупляется, усиливается интуитивное восприятие. Чувства и интуиция – вот те инструменты, которые позволяют ощущать ребенка, ронимать его потребности. Отношения бондинга формируются, если мать естественно следует всем изменениям, происходящим в ней, и принимает их. Это тот период, когда нужно уйти в себя, в свою беременность, в своего ребенка. Это период неизвестных доныне ощущений, странных снов, непонятных сигналов. Женщина перестает быть просто женщиной. Она становится матерью.

Любое насилие над этим процессом, неприятие изменений, стремление жить внешней жизнью, интеллектуальные перегрузки – все это нарушает установление бондинга. Ребенок, будучи еще не рожденным, уже… лишается матери. Как много сегодня в материнских животах вынашивается беспризорных детей. Потому что мамы полны повседневных забот, мамы работают, у мам свои интересы, мамам некогда даже вспомнить о том, что в их чреве идет кипучая, требующая самого элементарного их внимания жизнь.

Роды, первые минуты и часы жизни малыша – особенно важный период в установлении бондинга. Предусмотренный природой его естественный ход автоматически приводит к этому. И здесь отметим два фактора – состояние матери при родах (во многом определяемое условиями, в которых она рожает) и удовлетворение элементарных нужд ребенка в родах и сразу же после рождения.

Во время родов мать находится в измененном состоянии сознания, которое в нормальных условиях, при определенной психологической подготовке и позитивном настрое, носит характер пикового переживания, способного сильно трансформировать мировосприятие. В это время активизируется то, что можно назвать интуитивным сознанием. Ребенок поддерживает этот процесс, выбрасывая в кровь матери большое количество гормонов. Характер этого пикового переживания весьма существен для установления бондинга. Шоковое состояние, вызванное условиями родов в современных родильных домах и психологической неподготовленностью, чаще всего приводит к запечатлеванию родов как негативного опыта и, как следствие, к ослаблению бондинга. Немалую роль играет практически обязательное использование медикаментов, нарушающее гормональный баланс и естественный ход процесса.

Чрезвычайно важны первые минуты жизни малыша, только что прошедшего через адовы круги рождения и ввергнутого в этот пугающий и непонятный мир. "Для малыша этот мир – пугающий. Его разнообразие, огромность сводят с ума маленького путешественника… Рождение – это гроза, ураган. А ребенок – терпящий кораблекрушение, уничтожаемый, поглощаемый стремительным приливом ощущений, которые он не умеет распознать".55Он требует помощи, защиты. Кто лучше всего сделает это? Конечно, мать. Прижав его к своей груди, она частично возвращает его в прежние условия существования. Материнское тепло, биение ее сердца успокаивают ребенка, сообщая ему чувство безопасности.

Мать обеспечивает младенцу так называемый контакт-комфорт, имеющий огромное значение для всей его последующей жизни. Этот контакт-комфорт – первичный источник положительных эмоций. Ощущение комфорта и безопасности, исходящее от матери – немаловажный фактор установления бондинга.

После рождения ребенка должна быть активизирована его соматосенсорная система. У многих животных это достигается вылизыванием матерью своих только что родившихся детенышей. Э.М.Рутман и Н.В.Искольдский отмечают, что "значительные нарушения поведения и эмоциональности возникают от того, что соматосенсорная система (как и любая другая), будучи лишена нормального притока импульсов, становится аномально возбудимой." Кроме того: "…именно кожно-мышечные ощущения в первый период после рождения являются основным источником впечатлений, в которых окружающий мир представлен детенышу, и основным источником положительных эмоций." 56Контакт с матерью обеспечивает этот "нормальный приток импульсов". Нарушить этот первый контакт – значит разрушить бондинг.

Сегодня ураган рождения для новорожденного сменяется новым ураганом – ранним пережиманием пуповины, ярким светом лампы, шлепками по ягодицам с целью вызвать крик, грубым отсасыванием жидкости из носа и рта, растягиванием для измерения роста и т.д. Вместо ощущения материнской кожи – резиновые перчатки акушера, вата, снимающая первородную смазку. И сразу в пеленки. В неподвижность. Без матери.

Отношения бондинга побуждают мать чувствовать и удовлетворять естественные потребности ребенка, что является условием его развития. Потребность в любви и ласке, потребность в материнском тепле – одна из главнейших. Удивительно выглядит сегодняшняя мать, терзающаяся сомнениями – брать или не брать ребенка с собой в постель, напичканная глупостями про "неправильное сексуальное воспитание".

Бондинг – важное условие формирования положительных личностных качеств. "Привязанность к матери – необходимая фаза в нормальном психическом развитии детей, в формировании их личности. Она способствует развитию таких социальных чувств, как благодарность, отзывчивость и теплота в отношениях, то есть всего того, что является проявлением истинно человеческих качеств." 57

Однако следует различать отношения бондинга и просто привязанности. Привязанность матери и ребенка существует в любом случае, бондинг – нет. Бондинг – нечто большее, чем привязанность. "При привязанности не воспринимаются тонкие или интуитивные сигналы, предшествующие физическому событию, а всегда осознаются после факта".58Бондинг – способность течь с событиями на предсказательном, упредительном уровне. Привязанность – попытка анализировать, предсказывать вероятность. "Бондинг использует привязанность так же, как разумность использует интеллект".59

Отношения между матерью и ребенком в раннем младенчестве – это запечатлевающаяся в ребенке модель его дальнейших отношений со всей действительностью. Встречая любовь, внимание к своим нуждам, удовлетворение своих естественных потребностей, ребенок учится воспринимать мир как свой родной дом. Если его любят, он учится этой любви. Если чувствуют его потребности, он учится чувствовать потребности других. Воспринимая уверенность матери, он получает чувство безопасности, а вместе с ним формируется уверенность в себе, в своих возможностях. Если естественные потребности ребенка не удовлетворяются, если он не встречает достаточно любви, если ему постоянно передается беспокойство и неуверенность матери, он учится воспринимать мир как нечто холодное, глухое к его потребностям, враждебное, опасное, непредсказуемое, где никогда нельзя быть в чем-то уверенным. Такой мир – плохой дом, в нем надо выживать, добиваться самого элементарного, жизнь – это борьба за существование.

"Поскольку многочисленные данные говорят о том, что именно от раннего опыта во многом зависит развитие мозга, можно предположить: соотношение положительных и отрицательных эмоций в раннем детстве скажется на том, каково будет в-последующем соотношение нервных структур, командующих теми и другими эмоциями. Что-то вроде обучения радости и удовольствию… Достаточное развитие в раннем возрасте структур удовольствия предотвращает слишком сильное последующее развитие структур страха и агрессивности…", – отмечают Э.М.Рутман и Н.В.Искольдский.60"Мозговые структуры, обспечивающие состояние удовольствия, и структуры, связанные с состоянием ярости, страха и депрессии, антагонистичны, находятся в отношении "или-или".61

Только соотношение бондинга закладывает основы экологического мышления. Только представление о мире как о своем доме, ощущение единства с ним приводит к жизненной гармонии. Ощущение этого единства определяется бондингом. Отношение бондинга с матерью дает отношение бондинга с миром, непосредственное его чувствование, интуитивное восприятие.

Простое отношение привязанности не дает этого интуитивного чувствования, которое в дальнейшем вынуждено компенсироваться интеллектом. Интеллект становится главным инструментом осознания мира. На этом построена вся наша культура. Попробуйте, однако, понять новорожденного интеллектом. Возможно, вы тоже придете к выводу, что его лучше отделить от матери.

Современное отношение к деторождению и раннему младенчеству приводит к тому, что из поколения в поколение мы теряем отношения бондинга, оставляя лишь одну простую привязанность. Это сказывается на характере взаимоотношений людей друг с другом, с природой, формируя современную культуру. Но хотя бондинг имеет биологическую основу, следут всегда помнить, что человек обладает огромной созидающей силой – своим сознанием. Сознательное родительство, осознание миссии родительства и сущности ребенка – это процессы, тесно связанные с переосознанием своей жизни вообще. Это переосознание создает предпосылки для бондинга. Связь между матерью и ребенком есть всегда. И даже в самых неблагоприятных условиях (например, при разлучении матери и ребенка) своим отношением, должным психологическим настроем, своим духовным состоянием мать может наполнить эту связь нужным содержанием.

Естественные условия развития

Естественный уход за малышом основан на подходе, отталкивающемся от его естественных потребностей, и является необходимой предпосылкой формирования экологического мышления и гармоничного взаимодействия с миром. Он исходит из того постулата, что сами естественные потребности ребенка направлены на его гармоничное развитие, что и обеспечивается их удовлетворением.

Развитие ребенка представляет собой взаимодействие двух факторов – реализации внутренней заложенной программы развития и внешних условий, обеспечивающих ее конкретное наполнение. Другими словами, согласно реализующейся внутренней программе развития, мы должны обеспечить ребенку некоторые условия существования, которые соответствовали бы этой программе. Любые несоответствия внешних условий внутренним потребностям приводят к нарушению гармонии, к нарушению естественного развития и затем к компенсации этого нарушения в виде антиэкологического во всех смыслах способа мышления и поведения.

Основа естественного подхода – воссоздание в современных условиях жизни на другом качественном уровне естественных условий существования. Homo sapiens как биологический вид возник в результате воздействия на далекого предка человека в течение длительного времени множества различных факторов, среди которых и окружающие природные условия в их разнообразии и переменчивости. Сегодня мы лишены действия многих природных факторов. Однако, отмечает Н.П.Дубинин, "как биологический вид Homo sapiens в течение 40 тыс. лет его существования не претерпел каких-либо существенных изменений".62Это означает, что наш организм остается в каком-то смысле запрограммированным на условия существования, сопутствующие образованию Homo sapiens как биологического вида. Это условия нашего биологического развития, являющегося фундаментом нашей социальной жизни.

Нетрудно заключить, что обеспечение необходимых условий биологического развития – важная предпосылка проявления у человеческого существа социальных качеств, присущей ему потенции разумности. В перинатальный период эти условия биологического развития реализуются в удовлетворении естественных потребностей, присущих матери и ребенку.

Однако потребности человека не являются чисто биологическими. Они своеобразно "окультурены", сцеплены, соединены с потребностями социальными. Но это "окультуривание" не должно вести к забвению биологических законов нашего существования, не должно отдалять нас от тех природных условий, благодаря которым создаются биологические предпосылки нашей социальности и разумности.

В первый год жизни потребности ребенка весьма просты и могут быть удовлетворены очень естественно. Попытка же рационализировать эти потребности, "наукообразить" их приводит не только к лишним хлопотам, но и вредит естественным процессам. Уход за ребенком в периоды новорожденности и грудного вскармливания нельзя сводить к списку тех или иных рекомендаций. Гораздо важнее усвоить главный принцип – не вмешиваться без надобности в естественный процесс роста и развития ребенка, a создавать условия, при которых этот процесс был бы действительно естественным.

Ниже мы рассмотрим основные жизненные потребности малыша, которые, конечно, не исчерпывают их полностью. Но, как нам представляется, эти потребности являются ведущими, наиболее существенными для развития ребенка.

Потребность иметь родителей

Причем не только формально, поскольку ребенок всегда имеет отца и мать, а именно в смысле тех внутренних ощущений, которые они должны ему давать.

Прежде всего это чувство любви. Любовь не поддастся рациональному описанию. Это чувство постигается человеком лишь в непосредственном переживании. И подобно тому, как жизни взрослого человека любовь придает некоторый совершенно особый смысл, так же и для малыша чувство любви, исходящее от родителей, дает ему жизненный импульс, что-то вроде установки "жить стоит". Даже в физическом присутствии матери, у которой нет чувства любви к своему ребенку, он будет ощущать покинутость, отсутствие столь необходимой в этот период опоры, и, как следствие, депрессивное состояние.

С чувством любви связано чувство безопасности. Ощущение безопасности существенно для ребенка в незнакомом для него мире. Именно оно позволяет ему без страха его осваивать. В противном случае чувство страха, возникающее при встрече с новым, приводит к так называемой психической ретардации, т.е. к стремлению вернуться в состояние относительного покоя и безмятежности, которое переживалось ребенком в утробе. Снижается исследовательская активность, мир кажется агрессивным. Этот паттерн закрепляется, и в дальнейшем становится характеристикой личности взрослого человека.

Внимание, требуемое ребенком, – закономерное следствие того, что рождение является завершением лишь первого акта жизненного сценария, когда только физическое тело готово к относительно автономному существованию. Ребенок и мать остаются связанными незримой пуповиной, через которую продолжают питаться более тонкие сферы человеческого существа.

"Нехватка любви, ласки, внимания со стороны взрослого, может быть, даже опасней для младенца, чем умеренный недостаток питания".63

Мать и отец выполняют различные функции в общении с ребенком. И хотя ребенок привязан в первый год жизни прежде всего к матери, общение его с отцом тоже немаловажно. Когда говорят о роли отца и психологических последствиях развития ребенка в неполной семье, то обычно имеют в виду тот возраст, когда в нормальной семье отец становится в глазах ребенка значимой фигурой. Однако значимость его очевидна еще в процессе беременности, и не только в смысле психического состояния матери, естественно зависящего от наличия или отсутствия отца ребенка и от внутрисемейных отношений. Принимая своеобразное участие в беременности, общаясь с ребенком доступными средствами (например, пытаясь мягко прощупать его положение в животе у матери, слушая его сердцебиение, "настраиваясь" на него, используя медитативную практику), отец устанавливает между собой и ребенком мостик, который является аналогом бондинга между матерью и ребенком. Отец приобретает способность тонко чувствовать малыша и, соответственно, чувствовать то, что ему может дать его ребенок.

Известно много случаев, когда таким образом подготовленный отец прекрасно принимал роды у матери, не зная даже основ акушерства, действуя исключительно интуитивно. При этом в возникавших в некоторых случаях осложнениях отцы совершали правильные с акушерской точки зрения действия. Одним из характерных ощущений при этом отмечалось чувствование ребенка как себя самого.

Неправомерно было бы сравнивать материнские и отцовские чувства только по их интенсивности. Это разные чувства в соответствии с разной ролью матери и отца, они качественно отличаются друг от друга – как проявления женского и мужского начал. Общаясь с ребенком, отец создает ему качественно иную среду, чем мать, и тем самым вызывает качественно иные отклики в ребенке.

Образы матери и отца архетипичны. Наполняя их своим содержанием, мать и отец формируют у ребенка представление о женщине и мужчине, о взаимодействии в природе двух противоположных качеств, которые можно назвать женским и мужским. Бедность контактов ребенка с отцом, включая ранние периоды жизни, приводит к некоторой односторонности, обедняет представления о действительности.

Что же касается образа отца и мужчины, то это вполне соответствует сегодняшней реальности, когда отец представляется стоящим в стороне, отстраненным (или самоотстраняющимся), далеким от проблем, связанных с вынашиванием и рождением своего малыша, а затем боящимся взять его на руки.

Образ современного мужчины – это образ добытчика, этакого цивилизованного дикаря, вечно занятого "очень важными" делами, и под этой маской избегающего тех трудностей, которые связаны с воспитанием малыша. Как часто участие отца в ранних этапах развития ребенка ограничивается только процессом зачатия. И лишь когда ребенок выношен, рожден и вскормлен матерью, когда позади наиболее ответственные этапы, тут можно снизойти и напустить на себя маску отца. Но время "безотцовства", образующего "пробел" в среде, окружающей ребенка, приводит к "пробелу" в его сознании, хотя и заполняемого некими идеальными, но весьма далекими от реальности образами.

Сенсорное наполнение

Первый год жизни – это период сенсорно-моторного развития. В это время в основном развиваются наиболее древние в эволюционном отношении нижние отделы мозга. Логика развития такова, что высшие отделы формируются полноценно только при развитых низших. В то же время преждевременная активизация высших отделов приводит к недоразвитию низших. Развитие идет поэтапно, и нужно стараться максимально реализовывать условия, необходимые для прохождения каждого этапа.

Для развития низших отделов мозга необходим приток в них нервных импульсов, который обеспечивается соответствующей нагрузкой на органы чувств. Органы чувств ребенка активизируются сразу же после рождения новой средой, в которой он оказывается. Однако в условиях современного родовспоможения, при обычном способе обращения с новорожденным, происходит перегрузка его сенсорных систем. Уровень раздражителей переходит допустимую границу, вызывая дистресс. Дальнейшие условия жизни – пеленание, термокомфорт, недостаточный уровень кожной стимуляции приводят к тому, что называется сенсорной депривацией, т.е. к отсутствию достаточной сенсорной стимуляции.

Кроме того, важно не только количество, но и качество получаемых ребенком стимулов. Поэтому можно говорить об определенных сенсорных потребностях ребенка.

При естественных родах первичные сенсорные потребности ребенка удовлетворяются путем контакта с матерью кожа-к-коже. Этот контакт и мягкие поглаживания, которые начинает делать мать, активизируют нервные окончания кожи. Прикладывание к груди в обычную позу для кормления обеспечивает зрительный контакт матери и ребенка, приводя к запечатлеванию младенцем лица матери, благодаря преструктурности нашей схемы видения для узнавания человеческого лица.64Сосание груди дает первые вкусовые ощущения и, кроме того, активизирует работу вестибулярного аппарата и слуха. Первые слуховые ощущения также связаны чаще всего с тем, что мать начинает с ребенком разговаривать, Запечатлевается запах матери. Существуют наблюдения, говорящие о том, что младенец может узнавать мать по запаху.

Удовлетворение этих элементарных сенсорных потребностей (путем прикладывания ребенка к груди после рождения) способствует укреплению бондинга. Однако все эти стимулы должны действовать и в дальнейшем, тем более, что достигается это чрезвычайно просто – во время контакта матери и ребенка, во время кормления, игры, занятий гимнастикой и т.д. Нужно, чтобы аналогичные стимулы малыш получал и от отца.

В первые месяцы жизни ребенка закладывается то, что можно назвать разрешающей способностью его сенсорных систем, а также диапазоном восприятий. Различение оттенков цвета, звуковых интервалов, различия в запахах и вкусе, а также чувствительность кожи развиваются именно в этот период. Но для такого развития все это ребенку должно быть представлено. Другими словами, среда младенца должна быть достаточно обогащенной стимулами, различающимися не только по качеству, но и по оттенкам.

Сказанное хорошо иллюстрирует эксперимент американских ученых Д.Спикелли и Г.Хирша. На глаза котят с момента рождения воздействовали оптическими раздражителями либо только с вертикальными линиями, либо только с горизонтальными. Если котенка содержали в "горизонтальной" среде, то, став взрослым, он не мог пройти даже между ножками стула, а в случае "вертикальной" среды не мог перелезть через самую маленькую преграду. В глазу не развивались соответствующие детекторы.65

Эксперименты с крысами, воспитывавшимися в обогащенной среде (с большим количеством сенсорной информации – звуковой, световой и т.д.) и изоляции, показали, что у первых "заметно богаче электроэнцефалографические показатели, более развиты корковые области мозга, сами нервные клетки большей величины, интенсивно идут обменные процессы в мозге".66

Таким образом, значение для ребенка богатой стимулами среды очевидно. Но важно, чтобы стимулы эти были по возможности естественного происхождения. Лучшее средство обеспечить такую среду – это чаще бывать с ним на природе с первых недель и даже дней его жизни, если к этому располагают погодные условия. То, с чем ребенок познакомился в раннем детстве, становится для него нормой, к которой он всегда будет осознанно или бессознательно стремиться. Запечатлевание неба, пения птиц, шума реки или моря, деревьев и цветов, дождя или снега, – немаловажный фактор развития экологического мышления. (Конечно же, восприятие чего-либо ребенком идет на фоне восприятия этого же родителями. Поэтому то, какие чувства и переживания испытывают родители, также запечатлевается малышом).

В домашних условиях ребенка следует больше знакомить с различными предметами и материалами. В первую очередь с натуральными. Давать ему подержать деревянную палочку, камень, различные ткани. Мягкое, твердое, гладкое, шершавое, тупое, острое – со всем этим нужно познакомиться. Лучше предпочесть деревянные игрушки пластмассовым. Развешивание картин в мягких тонах вокруг кровати малыша и их смена будет создавать необходимые зрительные стимулы. Нужно разговаривать с ребенком, давая ему желаемый образец общения. Хорошо периодически петь ему песни и заводить музыку. Преобладать должна нежная, спокойная музыка, желательно исполняемая не на электронных инструментах. Однако нельзя отрицать, как это обычно делается, и различных направлений современной эстрадной музыки. В этом плане особо достается рок-н-роллу. Тем не менее замечено, что именно такая музыка лучше всего развивает в ребенке чувство ритма, особенно если совершать с ним на руках движения в такт музыке. Лишь бы ее не было слишком много.

Вообще же нужно использовать совершенно различные возможности. Скажем, если мама готовит обед, то можно дать ребенку очищенную морковку. Пусть лучше он засунет в рот ее, нежели будет мусолить пластмассовую игрушку.

Другой момент – знакомство с природными факторами: вода, солнечные лучи, снег, воздух теплый и прохладный. Подробнее об этом будет сказано в главе о закаливании.

Необходимо помнить о чрезвычайной важности кожно-мышечной стимуляции, доставляющей в мозг большое количество импульсов, обеспечивая тем самым его развитие. Следует с первых же дней как можно больше носить ребенка на руках и в различных положениях (если он, конечно, не спит): просто как в позиции для кормления, одной рукой под грудку, вертикально с упором на ваше плечо, на бедре сбоку лицом к себе, как это делали наши далекие предки и как это делают обезьяны, в специальных приспособлениях типа "кенгуру". При этом малыш усваивает много положений тела, хорошо развивается физически, рано (относительно стандартных норм) начинает держать головку, сидеть, ползать. Если ребенок все время голенький, он получает естественный массаж. Специальный же массаж следует рассматривать больше как восстановительное и лечебное средство.

Кормить грудью его также лучше голеньким, причем в контакте кожа-к-коже с матерью.

Не бойтесь брать малыша с собой в постель. Это тоже обеспечивает нужный контакт. Кроме того, это удобно для матери, избавляя ее от необходимости вставать для ночного кормления. Замечено, что заболевший ребенок выздоравливает гораздо быстрее, если мать берет его спать с собой.

Отбросьте страх задавить ребенка во сне. Ведь у матери, кормящей грудью, отсутствует самая глубокая, четвертая фаза сна. Она всегда начеку. Опыт показывает, что при хорошем психическом контакте с ребенком этого не может сделать даже отец, неминуемо просыпаясь в опасной ситуации. Да и самих этих ситуаций практически не возникает.

Следует также отбросить распространенную глупость о том, что ребенок привыкает спать с матерью (тем более, если это мальчик), и о "неправильном сексуальном воспитании", о котором нас считают своим долгом предупреждать представители "науки" о ребенке, утверждая, что "сон в одной постели с другими детьми или со взрослыми не создает условий для полноценного отдыха, способствует заражению инфекционными болезнями, может привести к преждевременному пробуждению полового чувства".67

Опыт показывает, что, набирая некоторую "критическую массу" контакта, ребенок сам от этого отходит. А если вы верите в "неправильное сексуальное воспитание", то продолжите логически эту мысль и перестаньте кормить грудью.

Потребность в движении

Выше мы отметили, что первый год жизни – это период сенсорно-моторного развития. В этот год особенно явно проявляется принцип, сформулированный И.А.Аршавским, согласно которому ведущей системой у ребенка является опорно-двигательная. Попросту говоря, это означает, что от должного развития этой системы зависит нормальное развитие всех остальных систем, в том числе и психическое развитие ребенка.

Природа снабдила младенца различными физиологическими механизмами, благодаря которым он осуществляет двигательную активность.

Во-первых, это рефлексы (хватательный, подошвенный, шагательный, ползательный и т.д.), играющие в жизни новорожденного важную роль и являющиеся показателями ею состояния. На значение рефлексов в развитии ребенка впервые обратил внимание А.А.Ухтомский: ''…В отличие от классических представлений о рефлексе А.А.Ухтомский считал, что рефлекс не есть реакция пассивного, реактивного отражения или уход и защита от раздражителя, напротив, рефлекс является реакцией… сближения с раздражителем, что должно вести к упражнению, обострению и дифференцировке чувствительности, к обогащению знакомства со средой".68

Во-вторых, это так называемая спонтанная двигательная активность. Во сне ребенок с определенной периодичностью совершает мышечные сокращения и движения. Эта активность, выражающаяся в непроизвольных движениях, хорошо видна и во время кормления грудью. Как отмечает И.А.Аршавский, "…сам по себе прием пищи (у новорожденного – молока из груди матери) без осуществления двигательной активности не обеспечивает дальнейшего роста и развития".69И далее. "Мышечная активность, запускаемая деятельностью нервных центров, обеспечивая организму возможность осуществить самые разнообразные контакты со средой, является едва ли не основным фактором, определяющим развитие мозга, увеличение его массы, и тем самым и его информационной емкости".70

Ежедневное поддержание определенных рефлексов с первых дней жизни в качестве своеобразной гимнастики – не только полезная, но и приятная процедура общения с ребенком. Перечислим основные рефлексы:

"Хватательный" рефлекс (или рефлекс Робинсона) – если вложить свои большие пальцы в ладони ребенка, то он их крепко схватит. Этот обхват бывает настолько крепким, что малыша можно приподнять. При этом усиливается общий мышечный тонус. Этот рефлекс постоянно "работает" в динамической гимнастике и поэтому не требует отдельного внимания;

Рефлекс "ползания" (или рефлекс Бауера) – если приложить свои ладони к подошвам ног ребенка, он оттолкнется от них и поползет. Лучше это делать, когда малыш лежит на животе.

Шаговый рефлекс – если поддерживать ребенка под мышки вертикально, опереть его ступни о твердую поверхность и чуть наклонить тело вперед, то он начнет делать шагательные движения, иногда "путая" при этом ноги.

Подошвенный рефлекс (или рефлекс Бабинского) – если легко нажать на подошву сразу под пальцами, то все пальцы, кроме большого, согнутся, большой же выпрямится. Поддержку этого рефлекса удобно осуществлять вместе с массажем стоп.

Рефлекс Галанта – если провести пальцем по спине ребенка вдоль позвоночника примерно в 1 см от него, то тело ребенка дугообразно изогнется. Поддержка этого рефлекса сочетается с обычными нежными поглаживаниями и массажем.

Существуют и другие рефлексы. Например, рефлекс Моро, выражающийся в том, что если слегка дернуть за пеленку, то ребенок, лежащий на ней, разведет руки и напряжет мускулы. Считается, что этот рефлекс остался от необходимости успеть уцепиться за мать при резком ее движении. Рефлекс Моро "работает" при подбрасываниях малыша вверх в процессе игры, к чему нужно приучать его постепенно. В дальнейшем ощущение "свободного падения" вызывает у ребенка неописуемый восторг.

Другой рефлекс – затаивание дыхания при погружении под воду – осуществляется при водных тренировках.

Наиважнейшее требование для обеспечения ребенку двигательной активности – категорический отказ от пеленания. К сожалению, практика тугого пеленания остается сегодня весьма распространенной среди родителей. Умение пеленать ребенка рассматривается ими как часть науки материнства. И новоиспеченные матери осваивают это с не меньшим упорством, чем полицейский учится обезвреживать преступника.

Мы уже говорили, что практика пеленания в родильных домах удобна для обслуживающего персонала, поскольку запеленутый ребенок дольше спит в условиях разделения с матерью, и ни один врач не может объяснить разумно смысл этой варварской процедуры.

Родители часто оправдывают пеленание ходячим предрассудком "чтобы был ровненький" и якобы древней традицией. Да, действительно, в практике народного врачевания использовалось тугое пеленание, выполняемое особым способом, для лечебных целей, главным образом для исправления дефектов опорно-двигательного аппарата. В тех же целях использует так называемые "выкладки" и современная лечебная физкультура для новорожденных и грудных детей. Но это никоим образом не может распространяться на здорового ребенка. Это – необходимость, и необходимость печальная, поскольку ограничивает движения ребенка.

Пеленание, ограничивая движения малыша, затормаживает его физическое и психическое развитие, не дает свежему воздуху поступать к коже, затрудняет испарения с кожи, фиксирует тело в неестественном положении, нарушает кровообращение, приводит к быстрому угасанию многих рефлексов. Не позволяя младенцу осуществить свои естественные потребности, такие как движение и комфорт, пеленание приводит к ощущению беспомощности и к "отказу от поиска", что, как мы говорили ранее, снижает творческий потенциал, присущий человеку.

"Есть основание полагать, – пишет И.А.Аршавский, – что подобное пеленание прививает ребенку будущую психологию подчинения и имеет ряд других негативных в психологическом отношении последствий".71

Наблюдение за малышами, рожденными естественно, в домашних условиях, показывает, что они активны с первых же минут после рождения, проявляя выраженный интерес к окружающему. Если ребенка не пеленают, то он в среднем меньше времени проводит во сне, раньше начинает выполнять сложные манипуляции с предметами, улыбаться и произносить первые осмысленные звуки.

Положите голенького ребенка на пеленку на животик. Сверху покройте еще одной пеленкой, а затем одеялом в зависимости от окружающей температуры (пеленка под одеялом защитит одеяло, если малыш "обделается"). Не нужно выдумывать лишних сложностей. Дайте ребенку развиваться свободно.

Более полно потребность в движении реализуется гимнастикой и плаванием.

Потребность в физиологическом стрессе

Да, да, именно в стрессе. Мы привыкли понимать под стрессом нечто опасное, вредное для здоровья. Часто родители, занимающиеся с детьми динамической гимнастикой и обливающие их холодной водой, обвиняются в том, что их дети испытывают стресс! И обвинители правы: ребенок действительно подвергается стрессовым нагрузкам. Не правы они в другом – стресс ни в коем случае нельзя рассматривать как отрицательный фактор.

Представление о стрессе как необходимом условии развития слабо освещается в популярной литературе для родителей. Однако от понимания этого вопроса зависит принятие или непринятие многих жизненно необходимых установок по отношению к ребенку. Представление о том, что ребенок "не должен подвергаться стрессу", приводит к созданию ему "тепличных" условий существования, недостаточной сенсорной стимуляции и обеднению среды. Итак, что же такое стресс?

Понятие стресса ввел Ганс Селье: "Стресс есть неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование".72

Совершенно различные факторы (причем не имеет значения, приятны они нам или нет), вызывающие стресс – стрессоры – дают в организме одинаковую биологическую реакцию (вследствие этого и названную неспецифической). Реакция стресса – это вызванная стрессором потребность осуществить приспособительную функцию и восстановить нормальное состояние.

Стресса невозможно избежать. Наш организм постоянно к чему-то приспосабливается. "Даже в состоянии полного расслабления спящий человек испытывает некоторый стресс. Сердце продолжает перекачивать кровь, кишечник переваривать вчерашний ужин, а дыхательные мышцы обеспечивают движения грудной клетки. Даже мозг не полностью отдыхает в периоды сновидений".73

Г.Селье предлагает следующую теоретическую модель для иллюстрации отношения стресса и различных уровней раздражителя (рис. 1).

Рис.1

Хорошо видно, что уровень стресса никогда не равен нулю. "Полная свобода от стресса означает смерть".74

Заметим и другое – не только чрезмерное раздражение, но и его отсутствие (депривация) приводят к увеличению уровня стресса.

Г.Селье выделяет три фазы стрессовой реакции (или, как еще говорится, общего адаптационного синдрома) на какое-либо воздействие:

Реакция тревоги. В этой фазе происходит процесс мобилизации резервов, но сопротивление организма еще недостаточно. На начальном этапе оно даже уменьшается.

Фаза сопротивления. Уровень сопротивления поднимается выше обычного.

Фаза истощения. После длительного действия стрессора, к которому организм приспособился, постепенно истощаются запасы адаптационной энергии. Вновь появляются признаки реакции тревоги, но теперь они необратимы. Графически это можно представить как на рис. 2.