Ним замешкался. Потом проговорил:

— Пожалуй, разве только вот что. Когда начнутся серьезные отключения электроэнергии — я имею в виду долговременные и часто повторяющиеся неполадки, а этого не избежать через несколько лет, — нас похоронят под обвинениями, и тут уж никого не будет интересовать, что было и чего не было за минувший период времени. Пресса станет нас распинать, равно как и политики, им не привыкать к роли Понтия Пилата. А потом посыплются обвинения и со стороны общественности, и наверняка люди станут задавать вопрос: «Почему вы нас не предупредили об этом заранее?» Я согласен с Терезой — сейчас для этого самый подходящий момент.

— Думаю, надо поставить этот вопрос на голосование, — объявил Эрик Хэмфри. — Прошу голосовать поднятием руки. Пожалуйста, кто за более жесткую линию?

Таковых оказалось только трое — Тереза ван Бэрен, Ним и главный консультант компании Оскар О’Брайен.

— Кто против?

На этот раз руки подняли восемь человек. Эрик Хэмфри удовлетворенно кивнул.

— Я присоединяюсь к большинству, а это означает, что мы будем продолжать следовать линии, которую кто-то из вас назвал «умеренной».

— А вы уж, черт возьми, постарайтесь выступать в этом духе на ток-шоу по телевидению, — предостерег Нима Рей Паулсен.

Ним окинул Паулсена злобным взглядом, но промолчал.

На этом совещание закончилось, и его участники разбились на маленькие группы — по двое, по трое, чтобы обсудить свои, более узкие проблемы.

— Всем нам время от времени полезно ощутить горечь поражения, — весело заметил Эрик Хэмфри, когда они с Нимом выходили из конференц-зала. — Немного смирения порой не повредит.

Ним никак не отреагировал. Накануне сегодняшнего совещания он размышлял о том, способен ли старожил компании изменить свой закоснелый взгляд на средства массовой информации после событий на прошлой неделе. Теперь он знал ответ. Ниму тоже хотелось, чтобы его поддержал президент. Ним знал, что если бы речь шла о вопросе, по которому у Эрика Хэмфри были твердые убеждения, никакое голосование не заставило бы его от них отказаться.

— Зайдите ко мне, — сказал президент Ниму, когда они приблизились к своим кабинетам, расположенным по соседству, через холл от конференц-зала. — Хочу попросить вас подключиться к одному делу.

Хотя кабинет президента, представлявший собой анфиладу комнат, был более просторным, чем расположенные на этом этаже кабинеты других руководителей, в общем и целом он соответствовал относительно спартанскому стилю, принятому в компании «ГСП энд Л». Таким образом, у посетителей должно было складываться впечатление, что деньги акционеров и потребителей расходуются на серьезные вещи, а не на всякую ерунду.

По обыкновению, Ним направился в ту часть кабинета, которая была уставлена удобными креслами для отдыха. Направившись к своему рабочему столу, Эрик Хэмфри взял какую-то папку и подошел к Ниму.

Хотя было еще светло и из окон открывался чудесный вид на город, шторы почему-то были опущены и в помещении горел свет. Президент всегда уходил от вопросов, почему он предпочитает работать при искусственном свете. Правда, кое-кто предполагал, что, несмотря на тридцатилетнюю разлуку с Бостоном, он продолжал тосковать по родному городу, а примириться с чем-либо было не в его правилах.

— Я полагаю, вы уже успели ознакомиться с этой информацией, — проговорил Хэмфри, указав на папку, обозначенную следующим образом: «ОТДЕЛ ОХРАНЫ СОБСТВЕННОСТИ. Предмет исследования: воровство электроэнергии».

— Да, успел.

— Положение с этим явно ухудшается. Я понимаю, что в общем-то это мелочь, если хотите, так — булавочный укол, но меня это чертовски раздражает.

— Ничего себе булавочный укол, — заметил Ним, — каждый год это влетает нам в двенадцать миллионов долларов.

Автором информации, которую они обсуждали, был заведующий отделом охраны собственности компании Гарри Лондон. Речь в ней шла о том, что воровство электроэнергии и газа поистине приняло масштабы эпидемии. Для достижения этой цели прибегали к махинациям со счетчиками — обычно этим занимались частные лица, хотя уже имелись кое-какие данные о причастности к воровству некоторых промышленных компаний.

— Двенадцать миллионов — цифра приблизительная, — проговорил Эрик Хэмфри. — Она может оказаться меньше, а может, и на порядок больше.

— Это весьма умеренная оценка, — настаивал Ним. — Такого же мнения был и Уолтер Тэлбот. Как вы помните, главный считал, что в прошлом году у нас образовался двухпроцентный разрыв между объемом произведенной электроэнергии и ее конечной реализацией — тут и продажа потребителям, и потребность самой компании, потери в сетях и так далее.

Именно главный инженер, теперь уже покойный, первым в компании забил тревогу насчет того, что часть произведенной ею электроэнергии попросту разворовывается. Кроме того, он заблаговременно подготовил обстоятельный доклад, на основе которого был создан отдел охраны собственности. Рекомендация Тэлбота была принята к сведению. Это еще одна сфера, подумал Ним, где им будет так не хватать главного инженера.

— Да, я, конечно же, помню, — сказал Хэмфри. — Это ведь огромное количество неучтенной электроэнергии.

— Но теперь ее доля в четыре раза превышает показатель двухлетней давности.

Президент выбивал пальцами дробь на подлокотнике кресла.

— Видимо, то же самое творится с газом. Нам нельзя сидеть сложа руки, спокойно наблюдая за происходящим.

— Просто нам очень долго везло, — заметил Ним. — Кража электроэнергии вызвала озабоченность на Восточном побережье и на Среднем Западе значительно раньше, чем у нас. Только в Нью-Йорке в прошлом году компания «Кон Эдисон» потеряла целых семнадцать миллионов долларов. В Чикаго филиал этой компании «Комэнуэлс Эдисон» лишился пяти-шести миллионов, а ведь он продает электроэнергии меньше нас, причем к газу вообще не имеет отношения. То же самое происходит в Новом Орлеане, во Флориде, в Нью-Джерси.

— Все это мне известно, — нетерпеливо перебил его Хэмфри и, немного подумав, произнес: — Ладно, придется активизироваться в финансовом отношении, может быть, увеличить средства из бюджета на проведение расследования. Считайте это своим первоочередным заданием. Можете действовать от моего имени. Сообщите об этом Гарри Лондону. И не забудьте подчеркнуть, что деятельность его отдела вызывает у меня особый интерес, поэтому я надеюсь на получение конкретных результатов уже в ближайшем будущем.

Глава 7

— Кое-кто у нас живет извращенным представлением о том, что кража электроэнергии суть нечто новое, — заявил Гарри Лондон. — Так вот, это неверно. Вы, наверное, удивитесь, если я вам скажу, что первый такой случай был отмечен в Калифорнии более столетия назад.

Гарри Лондон витийствовал в стиле учителя, обращаясь к классу, который был представлен всего одним слушателем — Нимом Голдманом.

— Вообще-то меня трудно чем-нибудь удивить, но этот случай из ряда вон выходящий, — согласился Ним.

— Тогда наберись терпения и выслушай историю до конца, — одобрительно кивнув, проговорил Лондон.

Это был приземистый жилистый человек. Он отличался своеобразной манерой речи, граничившей с педантизмом, когда он задавался целью что-либо объяснить собеседнику. Сейчас представился именно такой случай. В прошлом старший сержант морской пехоты, награжденный медалью «Серебряная звезда» за храбрость в бою, а впоследствии — детектив лос-анджелесской полиции, Гарри Лондон поступил в компанию «Голден стейт пауэр энд лайт» в качестве заместителя начальника службы безопасности. Последние полгода Гарри Лондон возглавлял новый, специально созданный отдел по борьбе с хищениями электроэнергии. Именно тогда между Гарри и Нимом сложились тесные дружеские отношения. Этот разговор происходил в кабинете Лондона, который представлял собой застекленную клетушку во временно выделенных для отдела помещениях.

— Случилось это в 1867 году в Вальехо, — завел свой рассказ Лондон. — Именно там газовая компания Сан-Франциско построила новый завод, назначив его директором человека по имени М.П. Янг. А одним из отелей в Вальехо владел некий Джон Ли. Так вот, этого самого Ли взяли с поличным, когда он занимался махинациями со счетами за использование газа. А проделывал он это следующим образом: в своем отеле он установил газопроводную трубу в обход газового счетчика.

— Черт побери! И это прокручивали уже так давно?

— Подожди! Это еще далеко не все. Так вот, этот тип из газовой компании, Янг, попытался вытянуть из Джона Ли деньги в уплату за похищенный им газ. Ли был взбешен и пристрелил Янга, за что впоследствии ему было предъявлено обвинение в нападении и совершении преднамеренного убийства.

— И все это правда? — недоверчиво спросил Ним.

— Об этом написано в книгах по истории Калифорнии, — не уступал Лондон. — Полистай их, как это сделал я.

— Ну хорошо. И все же не станем углубляться в далекую историю.

— Ты читал мой меморандум?

— Да. И президент тоже. — Ним повторил выводы Эрика Хэмфри об активизации соответствующих усилий и о необходимости достижения конкретных результатов.

Лондон в ответ кивнул.

— Ты получишь результаты. Может быть, уже на этой неделе.

— Ты имеешь в виду Бруксайд?

— Именно его.

Так назывался пригородный район, расположенный примерно в двадцати милях от центра мегаполиса и отмеченный в докладе руководителя отдела охраны собственности. Именно там был зафиксирован ряд случаев хищения электроэнергии, что обусловило необходимость более тщательного расследования.

— День Икс в Бруксайде назначен на послезавтра, — добавил Гарри Лондон.

— Он приходится на четверг. Никак не ожидал, что вы раскрутитесь так быстро.

В докладе говорилось, правда, без указания на конкретную дату, что в Бруксайде запланировано проведение «рейда». Руководство операцией предполагалось возложить на сотрудников отдела охраны собственности, включая самого Лондона, его первого заместителя Арта Ромео и еще троих помощников. В их распоряжение выделялись работники из отдела по обслуживанию потребителей компании «ГСП энд Л» — контролеры, обученные считыванию и определению показаний электросчетчиков, всего тридцать человек, и еще шестеро инженеров-эксплуатационников и два фотографа. Им вменялось в обязанность запечатлеть добытые доказательства на пленку.

Собравшись в центре города, вся эта команда на специально заказанном автобусе должна была отправиться в Бруксайд, причем в сопровождении микроавтобуса, оборудованного радиостанцией для поддержания оперативной связи. Ключевых участников операции предполагалось оснастить переносными переговорными устройствами. Ну и целый парк легковых автомобилей был подготовлен для быстрого передвижения в пределах городской черты.

За сутки до начала операции «День „Д“ минус один» планировалось провести инструктаж для контролеров, которым предстояло снимать показания электросчетчиков, и инженеров-эксплуатационников по сути поставленных перед ними задач. Однако конкретные адреса избранных для проверки объектов не разглашались.

По прибытии в Бруксайд в день операции контролерам в поисках махинаций и махинаторов надо было приступить к проверке показателей счетчиков потребления электричества и газа, переходя буквально из дома в дом, из одного магазина в другой. Им предстояло также отправиться с проверкой в конкретные здания, вызвавшие подозрения в краже электроэнергии. Так, например, под особым подозрением неизменно оказывались супермаркеты, поскольку электричество было у них вторым (после расходов, связанных с оплатой наемного труда) видом эксплуатационных издержек. Надо сказать, что в прошлом многие подобные торговые предприятия неоднократно попадались на жульнических махинациях. Таким образом, всем супермаркетам Бруксайда предстояла проверка. В случае обнаружения злоупотреблений или даже намеков на них должны были подключиться инженеры-эксплуатационники при поддержке людей Гарри Лондона.

— Чем быстрее провернешь такую операцию, тем меньше вероятность утечки информации, — с ухмылкой заметил Лондон. — Когда я служил в морской пехоте, мы проделывали кое-что и покруче да к тому же куда быстрее.

— Ну ясное дело, ты ведь у нас бывалый морпех, — проговорил Ним. — А я так и остался новобранцем пехтурой. Все же мне очень хотелось бы принять участие в этой операции.

Хотя Ним прослужил в армии совсем недолго, это обстоятельство не помешало ему установить тесный контакт с Гарри Лондоном. Сразу по окончании колледжа Ним был призван в армию и отправлен в Корею. А там месяц спустя после прибытия, когда его взвод вел разведку боем, их на бреющем полете атаковали и по ошибке подвергли бомбардировке свои же американские самолеты. (Впоследствии эта ужасная ошибка на языке военных получила название «дружеский обстрел».) В результате четыре пехотинца были убиты, несколько ранены, среди них и Ним — у него от взрывной волны лопнула барабанная перепонка, а затем развился воспалительный процесс, в результате чего Ним полностью оглох на левое ухо. Вскоре его отправили домой, где без лишнего шума комиссовали по состоянию здоровья. Ну а об инциденте в Корее постарались поскорее забыть. Теперь большинство коллег и друзей Нима знали, что во время разговора с ним нужно садиться справа от него, то есть со стороны здорового уха. Но лишь немногие знали, в чем тут дело. Гарри Лондон был одним из этих немногих.

— Будь моим гостем в четверг, — сказал Лондон.

Договорившись о встрече, они обсудили затем подробности диверсионного акта на электростанции «Ла Мишен», в результате которого погибли Уолтер Тэлбот и другие сотрудники компании. Гарри Лондон не имел непосредственного отношения к расследованию, но он был закадычным другом шефа службы безопасности компании, после работы они частенько встречались, чтобы за доверительной беседой пропустить рюмку-другую. Кроме того, после работы полицейским детективом у Лондона сохранились кое-какие связи с правоохранительными органами.

— Шериф графства занимается этим делом совместно с ФБР и нашей муниципальной полицией, — сообщил он Ниму. — Но пока все зацепки натыкаются на кирпичную стену. Сыщики из ФБР, которые в такого рода делах проводят основную обработку свидетельских показаний, считают, что в данном случае речь может идти о какой-то новой группировке, совсем неизвестной полиции, что весьма затрудняет расследование.

— А как насчет человека в форме Армии спасения?

— Этим вопросом тоже занимаются. Однако следует иметь в виду, что есть сотни способов добыть такую форму, и отследить большинство из них невозможно. Но вот если террористы рискнут проделать этот трюк еще раз, тогда другое дело. Тут уж их будет поджидать целая толпа народу.

— Думаешь, все может повториться?

Лондон повел плечами.

— Это же фанатики. Трудно предугадать, куда их понесет: в одних случаях они действуют блестяще, в других — откровенно глупо. Они непредсказуемы. Иногда это вопрос времени, приходится ждать, когда они снова дадут о себе знать. Если до меня дойдут какие-нибудь слухи, я непременно сообщу.

— Спасибо.

Для Нима услышанное от Лондона, в сущности, было подтверждением того, что он сказал Ардит вечером в минувшую среду. Он вспомнил, что собирался позвонить Ардит и, может быть, в ближайшее время навестить ее. После той среды Ним видел ее лишь мельком на похоронах Уолтера в субботу утром. Там было много сотрудников компании. На Нима все это действо произвело угнетающее впечатление, тем более что руководил ритуалом насквозь елейный распорядитель. С такой личностью Уолтер Тэлбот наверняка предпочел бы не иметь ничего общего.

Ним и Ардит успели перекинуться несколькими фразами, подобающими в таких скорбных обстоятельствах. Вот, собственно, и все.

Ним размышлял про себя: а может, следует выдержать некоторую паузу «приличия ради», прежде чем набрать номер телефона Ардит?

Или же сама мысль о каких-либо «приличиях» — чистейшее лицемерие, учитывая происшедшее между ними?

— До встречи в день начала операции, — сказал он Гарри Лондону.

Глава 8

День обещал быть до изнеможения жарким, что уже перестало кого-либо удивлять в то бесконечно долгое сверхжаркое лето. Это не вызывало сомнения даже в девять часов утра, когда Ним прибыл в Бруксайд.

Вся ударная группа была на месте часом раньше. Координационный центр операции расположился на автомобильной стоянке в самом центре торговой части города, где один за другим выстроились полдюжины автомобилей компании характерной бело-оранжевой окраски с эмблемой «ГСП энд Л». К этому времени тридцать контролеров, в чью задачу входила проверка показаний счетчиков, уже были развезены в разные точки города. В основном это были молодые люди, в том числе и студенты колледжей, согласившиеся подработать в летние каникулы. У каждого из них имелась целая пачка карточек с адресами, по которым предстояло проверить счетчики и некоторые другие приборы. Карточки накануне вечером были заполнены на основе распечатки со специального компьютера. Обычно работа контролеров заключалась лишь в снятии показаний со счетчиков и передаче их в компанию. А вот сегодня им предстояло не зацикливаться на цифрах, стараясь уловить признаки хищения электроэнергии.

С появлением Нима Гарри Лондон вылез из микроавтобуса с рацией. Вид у него был радостный и даже несколько возбужденный. На Гарри была рубашка военного образца с короткими рукавами и безукоризненно отглаженные брюки; ботинки были начищены до блеска. Ним тоже снял пиджак и бросил его на сиденье своего «фиата». Солнце стало припекать, из-за чего над стоянкой поднимались волны разгоряченного воздуха.

— У нас уже есть первые результаты, — сказал Лондон. — Пять случаев откровенного мошенничества, причем всего за один час. Тем временем наши парни из технической службы проверяют еще три сигнала.

— Первые пять, — поинтересовался Ним, — это в частных домах или в деловых конторах?

— Четыре в домах, а один в конторе. Последний случай — просто блеск. Этот малый ухитрился красть одновременно и газ, и электричество. Хочешь, подъедем туда?

— Разумеется.

— Я отъеду вместе с мистером Голдманом на своей машине, — сказал Гарри Лондон кому-то в микроавтобусе. — Посмотрим на месте случай номер четыре.

Когда они отъехали, он сказал Ниму:

— У меня такое ощущение, что мы имеем дело с двумя явлениями сразу. Первое — то, что мы увидим сегодня, — всего лишь вершина айсберга. Второе — в ряде случаев мы имеем дело с профессионалами, вероятно, даже с преступной организацией.

— Почему ты так думаешь?

— Разреши мне ответить на твой вопрос после того, как ты собственными глазами увидишь то, что я собираюсь тебе показать.

— О’кей.

Ним откинулся на спинку сиденья и стал разглядывать улицы Бруксайда, по которым ехала их машина.

Этот зажиточный пригород был одним из многих, что словно грибы после дождя выросли в конце пятидесятых — начале шестидесятых годов. Прежде здесь находились сельскохозяйственные угодья, но потом фермерство было вынуждено уступить место жилищному строительству и обслуживающему эту отрасль бизнесу. По крайней мере внешне признаков нищеты в Бруксайде отмечено не было. Даже маленькие, построенные, как для парада, свежевыкрашенные щитовые домики с тщательно подстриженными лужайками величиной с носовой платок поражали удивительной чистотой. За этими в общем-то скромными домами на несколько квадратных миль вытянулись более солидные строения. Некоторые представляли собой настоящие виллы-дворцы с гаражами на три автомобиля и отдельными подъездными дорожками к служебным помещениям. Местные магазины, частично расположившиеся в отгороженных ухоженными деревьями пешеходных зонах, предлагали покупателям высококачественные товары, что доказывало факт процветания осевших здесь жителей. Ниму подумалось, что подозревать их в краже электроэнергии было бы вряд ли уместно.

Словно угадав его мысли, Гарри Лондон заметил:

— Не все то золото, что блестит.

Он свернул от торгового центра к бензозаправочной станции, рядом с которой располагался гаражный комплекс, включавший в себя длинную, как туннель, автомойку. Лондон остановился у будки кассира автозаправки и вылез из машины. Ним последовал за ним.

Здесь же был припаркован грузовичок ремонтной службы компании «ГСП энд Л».

— Мы вызвали одного из наших фотографов, — сказал Лондон. — А пока этот парень из ремонтной службы проследит за тем, чтобы не исчезли улики.

К ним направился мужчина в сером комбинезоне, на ходу вытирая руки ветошью. Казалось, его тело состояло сплошь из шарниров, а на лице, чем-то напоминавшем лисье, застыла озабоченность.

— Послушайте, — сказал он, — я ведь уже говорил вам, что понятия не имею ни о каком…

— Все так, сэр. Именно так вы и сказали, — прервал его Лондон и, повернувшись к Ниму, заметил: — Это мистер Джексон. Он дал нам разрешение на проверку счетчиков на его территории.

— Вот теперь мне кажется, что зря я это сделал, — пробурчал Джексон. — Впрочем, я здесь всего лишь арендатор. А здание принадлежит другой компании.

— Но здешний бизнес вы прибрали к своим рукам, поэтому счета на газ и электроэнергию приходят на ваше имя. Это так?

— По сути дела, всем этим чертовым бизнесом заправляет банк.