Проклятьем заклейменный

Но я только отмахнулся. Не до неё сейчас. Да и благодарности мне особо не нужны. Была б она постарше и пофигуристей… А так — ну, защитил ребёнка, всё, тема закрыта.

На той стороне моста нарисовалось ещё несколько краснокожих фигур. И с этим срочно требовалось что-то решать.

— Под холодный шёпот звёзд мы сожгли последний мост!

Из носа вытекла струйка крови, но, несмотря на это, я рассмеялся. Наверное, хохот выглядел немножко безумным, поскольку девчонка испуганно ойкнула и отшатнулась. Мост сжёг? Да, сжёг. Но это пустячок. А вот звёзды на дневном небосклоне — это серьёзно. Надо поаккуратнее выбирать строчки. Или как-то мысленно акцентировать, что важно, а что для рифмы.

И я только сейчас сообразил, какой огромный и разнообразный репертуар песен набит в моей башке. Я, конечно, не помню их все полностью, но вот так вот урывками, по строчке-другой — очень многое. Ну а репертуар группы «Ария» таки в основном наизусть помню, все альбомы этак до середины нулевых. И там очень много подходящего в тему.

— Мой меч это власть, мой меч — закон! — пропел я.

Всё же файерболлы и молнии с небес меня изрядно выматывают. Да и строчки надо выбирать поаккуратней. Вот тут я вовремя себя остановил, а то только кроваво-красного плаща, как у Супермена, мне не хватало!

Я вытянул вперёд раскрытую руку, ожидая, что меч появится в ладони. Не угадал. Со свистом разрезаемого воздуха клинок с чёрным лезвием рухнул с небес и вонзился в землю в шаге от меня. Прямой обоюдоострый меч, рукоять достаточно длинная, годится для хвата двумя руками, если надо. Довольно длинный и широкий, но до полуторника не дотягивает. Я выдернул его из земли, взвесил и примерил по руке — идеально! Я, конечно, далеко не мастер в махании острыми железяками, но по молодости несколько раз с ролевиками и реконструкторами на игры в лес гонял. Хотя там всё-таки более важным было попеть песни под гитару и соревнование, кто кого перепьёт. Ну и с какой дивной эльфиечкой удастся уединиться в палатке… Но помахать деревяшками и железками всё-таки довелось.

Ручей демонов не остановил, но задержал. Больше мешала даже не вода, увы. Вроде какую-то нечисть проточная вода останавливает… Не помню какую. Но не эту. А вот овраг с крутыми склонами, по дну которого ручей и тёк — небольшая, но преграда. Только вот пока я тут оружием обзаводился, вон уже трое вылезают с этой стороны. И в честной рукопашной я с ними бороться не рискну.

— В небе над нами яркое жало луча. Мечется пламя, страшен удар палача!

Учитывая название песни, строчка из которой и даровала мне меч — в самый раз. Правда, ударивший с небес луч, спаливший сразу двух тварей, стоил мне кровотечения из второй ноздри. Зато и мой удар клинком махом располовинил третьего демона.

Ха, будто в компьютерной игре, да ещё и с чит-кодами! Только воняют туши монстров слишком натурально, да и вид неприятный. Так что лучше на них не смотреть и дышать не глубоко, не то вывернет. Но они же явно не люди, так что переживаний об их убийстве нет.

— Демьян! — снова позвала девчонка.

Она встала рядом, обнажив рапиру, которую я прежде не заметил. Лезвие узкое, меньше половины моего меча, но хотя бы не спортивный вариант, смахивающий на кусок проволоки.

— Да я уже сколько лет как Демьян, — с усмешкой отозвался я. — Что?

— Ты что такое творишь? И как⁈

— Тебя спасаю, демонов убиваю, — пожал плечами я. — Ты чем-то недовольна?

— Звёзды среди дня! Огонь с небес! — чуть ли не завизжала девушка. — Ты тут помереть решил⁈

— Я тебя спасал, — хмуро проворчал я.

— Да я бы просто в калитку вышла!

Ять! А что, так можно было, что ли⁈

Девчонка подошла ближе, я уж думал, она собирается меня в щёчку чмокнуть в благодарность за подвиг. Хотя сама только что нивелировала его смысл. Но она вместо этого рванула рубашку у меня на груди, так что пуговицы полетели в стороны.

— Ну, знаешь…

Я не успел сказать, что она не в моём вкусе и нам лучше остаться друзьями. Поскольку взглянул на свою грудь. Чёрные вены расползлись от клейма гораздо шире, чем когда я проверял в прошлый раз. М-да, вот об этом я как-то не подумал, волновался только за магический резерв.

С той стороны оврага из кустов вывалились трое юных аристократов в таких же одеяниях, как на мне и спасённой девчонке. Это явно местная униформа, только у девушек юбки чуть ниже колен вместо штанов. Двое парней и девчонка, малость потрёпанные, видимо, долго пробирались по кустам.

— Что с мостом⁈ — возмущённо воскликнул один из парней. — Соловьёв, твоя работа⁈

— И чем вы там занимаетесь вообще? — спросила девчонка, недовольно прищурившись.

Вот эта вполне в моём вкусе, что касается фигурки. Только расплывающийся на левой стороне лица фингал не в тему.

— А на что похоже? — огрызнулась «спасённая» мной девчонка, прижавшись ко мне боком. И под прикрытием собственного тела сноровисто принялась застёгивать на мне рубашку на уцелевшие пуговицы.

Раздавшийся позади в кустах шум заставил всех троих напрочь забыть о нашей парочке и с визгом сигануть в овраг. Причём, кажется, парни кричали громче. Из кустов выбрался ещё один демон, но гораздо выше ростом и шире в плечах, чем те, которых я уже видел. Раза в полтора крупнее, как минимум. Это что, типа их главный, босс уровня?

— Весь этот мир в тебя вонзился летящей огненной стрелой, — пропел я, вытянув руку в его сторону и шагнув вперёд.

Прыгать через овраг и вступать в рукопашную с этакой тварюгой мне совершенно не хотелось. А эта троица вряд ли успеет выбраться наверх раньше, чем демон спрыгнет к ним.

Демона размазало так, будто его поезд на полном ходу сбил. Ну да, песня-то как раз про это… Надо как-то аккуратней конкретизировать свои запросы к магической силе. А то я выдохся.

Тело осознало этот факт ещё раньше мозга. Ноги подкосились, и я полетел вниз с обрыва, выронив чёрный меч. Но упал я на что-то мягкое, а ладонь машинально обхватила нечто округлое и упругое. Подо мной раздался придушенный взвизг. А потом в глазах окончательно потемнело.

Глава 3

В комнате с белым потолком

— В комнате с белым потолком, с правом на надежду, — тихонечко пропел я.

Ну, первая ассоциация, какая возникла в голове. Кажется, я уже привыкаю вспоминать подходящие к ситуации строки из песен. Но, возможно, зря…

В груди болезненно кольнуло. Ну, хотя бы кожаные ремни её не стягивают, уже хорошо.

— Ты совсем дурной, Соловьёв⁈ — донёсся возмущённый голос моей соседки по палате.

А в том, что я в больничной палате, сомнений никаких не было. И лежу на койке, в одних трусах, прикрытый простынёй. А вот моя соседка в длиннополой больничной белой рубашке, похожей на ночнушку. Довольно скромной, да и ткань плотная, не просвечивает, но всё же очерчивает контуры её груди, достаточно внушительной для предположительно девятнадцатилетней девушки. Та самая девчонка с фингалом, которая прыгала в ров от наступающего демона.

— Не совсем, только местами, — отозвался я, стараясь не пялиться на интересные места её фигуры.

— Что-то не похоже, — фыркнула она. — Добить себя решил? Зачем сейчас-то чаровать?

— Да я в норме, — соврал я, натянув простыню повыше, чтобы прикрыть расплывшееся у меня на груди чёрное пятно, напоминающего раскинувшего щупальца осьминога.

— Да мне всё равно, — отмахнулась она. — Просто если ты сейчас тут сдохнешь, меня потом вопросами замучают.

Я в ответ пожал плечами. А где же «Спасибо, что спас от демона»? Коза неблагодарная. Хотя красивая, и фигурка загляденье, и длинная грива чёрных волос мне нравится. Такую удобно на кулак наматывать, когда… Хм… Ладно, лучше воздержусь от таких образов. А то она, похоже, та ещё стервозинка — до полноценной стервы пока не доросла. Конечно, такую приятно было бы «наказать», может, даже отшлёпать, но чтоб потом постоянно с ней не контактировать. А тут мы, видимо, учимся в одной Академии. Да и вообще оба аристократы, вряд ли в среде высокородных подобные случайные связи приветствуются.

— Постараюсь не слишком беспокоить тебя своей скоропостижной кончиной, — хмыкнул я. — Кстати, ты случайно не знаешь, где мои штаны?

Девчонка внезапно покраснела. Упс, кажется, я не совсем удачно подобрал слова… А она та ещё пошлячка, раз такие ассоциации! Так, не думай об этом… Демьян. Да, Демьян, надо привыкать к этому дурацкому имени и даже мысленно называть себя так.

— О штанах пока забудьте, господин Соловьёв, — строгим тоном изрекла вошедшая в палату медсестра.

Хотя, может, и врач. По белому халату не понять же. Но дамочка довольно молодая, лет тридцати… Ну, это по моим прежним меркам молодая, сейчас-то, выходит, лет на десять старше меня. М-да, вот к этому привыкнуть будет сложнее, чем к имени.

Потому что на мой вкус медсестра куда привлекательнее брюнетки-соседки. Всё же зрелая женская красота бьёт привлекательность юности, как флеш-рояль пару троек. И да, грешен — я не только пью и курю, но ещё и немного картёжник. Осуждаю себя за всё это, разумеется. Хотя по крупным ставкам никогда не играл, так, по мелочёвке с приятелями, можно сказать — на пиво.

Да и фигурка у медсестрички ещё более выдающаяся, чем у соседки. Вон аж верхняя пуговица халата не выдержала напора её достоинств и оторвалась, оставив только торчащую нитку. Правда, сам халат вполне приличный, чуть ниже колен. Но достаточно тонкий, чтобы заметить отсутствие на женщине лифчика.

— Вам без применения пыльцы фей отлёживаться не меньше двух недель, — продолжила медсестра тем же строгим тоном. — А вот вас, госпожа Вяземская, можно выписывать хоть сейчас.

— У меня растяжение! — возмутилась брюнетка, продемонстрировав забинтованную руку. — И многочисленные ушибы. И следы… — Она запнулась и покраснела. — Этот увалень прямо на меня свалился! И ручищи распустил!

Она ткнула пальцем в мою сторону. О, так вот за что мягкое я ухватился при падении! И, кажется, ухватился слишком сильно, аж следы от пальцев оставил! М-да, косяк, никогда со мной такого не случалось, чтоб я девушке синяки на груди наставил… Ну, может, разок. А уж чтоб случайно и в бессознательном состоянии — это вообще ни в какие ворота. И обидно. Полапал прелести юной красотульки, а не помню. Но теперь понимаю отсутствие от неё «Спасибо» и не в претензии.

— У меня была пыльца в кармане кителя, — сообщил я. — Так что не надо мне две недели постельного режима.

— Давайте по одному, — погрозила указательным пальцем медсестра. — Я не могу решать вопросы с вами обоими одновременно. Хотя…

Она задумалась и закусила тот самый палец, которым до того грозилась. Смотрелось это весьма… Ну, пусть будет просто весьма. Похоже, в моём новом теле чересчур бурлят гормоны, раз так неравнодушно отношусь к виду того, как женщина закусывает свой же палец. Хотя ассоциации от этого зрелища явно мои, родные.

— Можно решить сразу оба вопроса, если вы, госпожа Вяземская, вотрёте пыльцу в грудь господина Соловьёва.

— Я⁈ — возмущённо вскричала девчонка, покраснев, как помидор. — Да чтоб я! Да ни за что!

— Ну, как угодно, — пожала плечами медсестра. — Тогда выписываю вас. А растяжение и синяки сами заживут. Жизни они не угрожают.

— А что такого во втирании пыльцы мне в грудь? — не понял я.

Теперь румянец появился и на щеках медсестры… Да нет, наверное, она всё-таки врач. Ну да ладно, это для меня как-то неважно.

— Вы не знаете, как работает пыльца фей, господин Соловьёв? — вскинула брови медсестра.

— Зовите меня просто Демьян, — предложил я.

Женщина слегка улыбнулась и принялась теребить пальцами кончик перекинутой на грудь русой косы. Ух, всегда любил женщин с длинными волосами, а толстая коса — так вообще… А у неё волосы, пожалуй, даже подлиннее, чем у брюнетки Вяземской. И ухватить за косу проще, чем за распущенные локоны…

— И, боюсь, что я несколько подзабыл информацию о пыльце… Головой ударился, несколько раз.

— Ага, когда в детстве на пол роняли, — фыркнула Вяземская.

— Вот этого не помню, — равнодушно пожал плечами я.

Мне давно не восемнадцать, чтоб психовать от подобных детских подначек. И даже не стал подначивать в ответ, мол, ушибся, когда на тебя упал, не во всех местах ты мягкая… Девчонка и так бесится и смущается, зачем подливать масла в огонь.

Может, тут, в Академии, вообще бассейн есть и физкультура там. Даже у нас в школе был, а уж у дворян-то почему бы и нет. Ну вот и как она пойдёт в бассейн в купальнике, с синяками от моих пальцев на груди? Что окружающие подумают? Даже если заявить, что это демон облапал — оно, может, ещё неприличней выйдет!

— Пыльцу нужно втирать в кожу, — сообщила докторша, проигнорировав нашу пикировку. — Непременно живой плотью, тряпочкой какой-то не получится. И впитываться она будет в кожу обоюдно, если воздействие возможно.

— Воздействие? — вопросительно повторил я.

— Ой, ну ты тупой, Соловей! — не выдержала Вяземская.

Соловей? А что, неплохая кликуха! Получше, чем Демьяном зваться. Соловей-разбойник, ещё и магичу, когда насвистываю мотивчик! Хм, кстати, а сработает, если просто насвистывать без слов? Надо будет попробовать потом.

— Императрица вон своё величественное личико пыльцой натирает, так что в свои шестьдесят и на тридцать не смотрится. Да и ручки тоже, как…

— Как у младенца, — закончила за запнувшуюся девчонку докторша.

О, похоже, в этом мире тоже есть выражение «гладкое, как попка младенца», но девушка постеснялась его употребить.

— Также пыльца исцеляет раны и травмы, — продолжила докторша. — Но вот руки взрослого человека определённо слишком загрубелые, чтобы избежать воздействия пыльцы. И доводить их до состояния младенческих рук не имеет смысла, а порой и вредно. Например, стирая мозоли от рукояти клинка.

Кстати, а где мой чёрный клинок, упавший с неба по магическому призыву? Улетел обратно или остался? Неплохой меч-то, мне пригодился бы.

— Потому пыльцу крайне редко втирают в кожу руками. Разве что ранеными, в целях лечения обоих.

— А чем тогда втирают? — озадачился я.

— Ну-у… — докторша теперь тоже покраснела, а Вяземская давно лицом напоминала помидор. — Участками тела с наиболее нежной кожей… А там уж кому как удобнее…

Я воззрился на женщину, вскинув левую бровь и прищурив правый глаз. В общем, перекосило мою морду знатно…

Чё? Это она имела в виду то, что я подумал? Или моя мера испорченности, как жителя конца первой четверти двадцать первого века, владеющего интернетом, давно переполнила все эти меры? Ну, как в шутке насчёт того, что свою меру алкоголя надо знать, а мера как единица измерения — это двадцать шесть литров.

Правда, я до конца точно не понял, что докторша подразумевает. Потому что у меня возникло сразу несколько вариантов. Как минимум три.

— Погодите… — наконец, собрал мысли в кучу я. — У Вяземской как раз рука травмирована…

— Госпожи Вяземской, — тут же ехидно поправила меня девушка. — Уж если по фамилии обращаешься. Или уж зови нормально, по имени.

— Нет уж, госпожой тебе со мной точно не быть, — фыркнул я. — А имя забыл.

— Вот ты… — девушка прямо буквально заскрипела зубами, я это услышал. Зря она так, потом к стоматологам бегать замучается. — Изольда я!

Блин, где справедливость⁈ Почему она — Изольда, а я — Демьян⁈ Я-то думал тут у всех старорусски-посконные имена. Ан нет, кажись, это только мне маменька с папенькой так подсуропили… Тьфу, да что ж я сам на такую древнюю манеру речи скатываюсь даже в мыслях-то?

— Рукой тоже повтирает пыльцу немного. — Докторша снова проигнорировала наши пререкания. — И лицом, чтобы убрать синяк. И… Где ещё есть синяки и при этом нежная кожа.

Вяземская уже алела, как маков цвет. И не только лицом, шея тоже покраснела. Может и ниже, но там уже начинался ворот ночнушки, да к тому же девчонка прикрыла руками грудь.

Грудь, которой будет тереться о мой торс. Чтобы убрать синяки от моих пальцев и потом не расходовать пыльцу зазря… Хотя это под вопросом. Может, женщины это выдумали для того, чтоб магический лечебный эффект от пыльцы им таким образом подтяжку груди делал. Хотя в девятнадцать Изольде это точно пока без надобности.

— Или, если госпожа Вяземская не желает, я займусь вашим лечением сама.

На этих словах докторша потеребила верхнюю перламутровую пуговку халата, заставив меня сглотнуть. А может, просто послать Вяземскую с её синяками куда подальше, пускай выписывается? А мы с докторшей тут… Займёмся медицинскими процедурами. И, может, не только ими.

— Да желаю я, желаю, — проворчала Изольда. — Только пускай он глаза закроет и не смотрит!

— Вообще-то я бы хотел контролировать процесс на случай возможного нецелевого использования моей пыльцы, — тут же не согласился я.

Да что ж такое… Какая-то идиотская ситуация, будто в дурацком аниме! Две фигуристых красотки, одна помладше, другая чуть постарше, одна из которых точно будет тереться об меня голой грудью, и… При этом ничего эротического в этом действии не предполагается, чисто медицинская процедура. А распускать лапы в процессе с моей стороны будет как-то глупо. Ну, в отношении Изольды точно, она только психанёт. Вот с докторшей наедине — возможно. Но скорее это я себе придумал, потому как ситуация располагает.

И гормоны в теле бурлят. Если буду об этом размышлять, сейчас простыня встанет, как вигвам. Тогда Вяземская точно разорётся. И не факт, что меня вообще в итоге лечить станут.

Как Демьян собирался втирать себе пыльцу? Просто рукой, наплевав на лишний расход? Надеюсь, денщик Петька по плану не должен был в процессе участвовать… Тьфу ты! Остановись, воображенье, ты больно!