Помоги проекту - поделись книгой:
— Батарея скоро сдохнет, — сокрушённо сказал Олег Горохов, выключая рацию.
— Ну, а желейками подзарядить, дядя Олег? — сумничал Коля.
— Ага! А потом, когда начнётся заруба, и тебе не хватит энергии, то ты что, врагов колыбельными укачаешь, которые по радио включишь? — засмеялся Горохов.
— Ну, не знаю, дядя Олег. У меня, как бы, достаточно энергии. Вряд ли она закончится.
— Надо же… Наш Колюня, походу, комплекс бога уже словил, — рассмеялся Василий Астапов. — Смотри, мелкий, это чревато. Оглянуться не успеешь, как тебе голову открутят. И ведь ладно, если ты сдохнешь. Мне, конечно, тебя жалко, привык я к тебе. Ты ведь пацан перспективный. Но весь наш «внутренний круг» разрушится. И что тогда?
— Да нет, что вы, дядя Вася, нормально всё будет. Я в курсе, и никакого бога не ловил, — засуетился Коля.
— Да ладно, что вы мальца шугаете? — кивнул Макс Самохвалов. — Кстати, крокодил готов. Можете пробовать.
— А можно я просто галеты пожую? — уточнил Коля.
— Нет, нельзя, — рассмеялся Макс. — Настоящий Паладин должен быть стойким к трудностям жизни и способным выживать в любых условиях.
— Мне кажется, раньше вы это говорили про спецназовцев, — нахмурился Коля.
— Ну, у нас же нет Кодекса Паладинов. Александр нам как-то его не озвучивал. Придётся придумывать самим на ходу.
Макс с треском отодрал лапу зажаренного на углях крокодила и протянул её малому.
— На, жуй! Нормальной еды мы непонятно сколько ещё не увидим. Нормальное у него мясо, почти как у курицы.
Коля осторожно откусил кусок, готовый выплюнуть в любой момент, а потом неожиданно кивнул головой.
— Да, неплохо. С солью бы.
— Ха, соль, — засмеялся Макс. — Соль, как и все остальные припасы, сгорели в вертолёте. Так что ешь, что дают.
Коля глубоко вздохнул и откусил ещё раз, подняв глаза на своих товарищей, которые с большим удовольствием накинулись на жареного крокодила.
Вертолёт, который выделили им австралийцы, чтобы добраться до нужного места, взорвался в воздухе и осыпался огненными клочьями, подпалив кусок вечнозелёного буша. Это не было атакой извне. Паладины были настороже, и их сил и щита хватило бы, чтобы отбить практически любое внешнее нападение. Нет, вертолёт был заминирован изнутри, и взрыв раздался в кабине пилотов, мгновенно убив их и развалив всю машину. Благо, все ребята среагировали вовремя. А падение с двух километров… Ну, не зря их Александр заставлял учиться прыгать без парашюта. Пригодилось. Вот только практически все припасы сгорели в авиакатастрофе.
Коля внезапно перестал есть, и нахмурился.
— Подождите, а то, что было в Имперских новостях? Эксперты от Российской Империи? Это мы, что ли?
Тройка бывших спецназовцев переглянулась и весело засмеялась.
— Сложно сказать, — хмыкнул Макс. — Так-то, думаю, вряд ли кто-то, кроме самого Александра, найдётся более экспертный по этому вопросу. Но может у Императрицы были какие-то свои причины. Так что определённо сказать, что это мы, я не могу. Но я точно могу сказать, что мы лучшие.
— После господина, — уточнил Коля.
— Ну да, лучшие после господина, — заржал Макс. — Сколько нам, кстати, Олег, осталось?
Горохов прикрыл глаза, сверяясь с внутренним маяком.
— Сложно сказать. Они знают, что мы идём. Сигнал мерцает и дёргается. Скажем так, от сорока километров до ста двадцати.
— Ну, то есть, мы дойдём примерно или сегодня к вечеру, или через двое суток. Так? — уточнил Макс.
— Нет, не так, — странным голосом сказал Вася. — Кажется, к нам пришли раньше.
Коля рефлекторно откусил ещё раз кусок крокодила, и обернулся в ту сторону, куда смотрел Остапов, на ладони которого уже начал разрастаться файербол.
С той стороны неглубокой речки, которую можно было перейти вброд, абсолютно бесшумно, без криков и воплей, стали выскакивать мерзкие существа. Коля с такими уже сталкивался. Это были боевые умертвия, уже прошедшие несколько этапов эволюции — дохляки, чрезвычайно быстрые и опасные.
Коля широко улыбнулся. Возможно, всё закончится быстрее, чем они рассчитывали. Они грохнут двух оставшихся Эмиссаров, быстро ликвидируют прорыв Скверны, а затем вернутся в усадьбу. Где нет этой долбанной жары, никто не ест крокодилов, а у Семеновны для молодого Паладина всегда есть свежайшие пышные блины. Со сметаной и… и…
Коля мечтательно облизнулся, когда со свистом файербол сорвался с руки Астапова, завыл воздух, сворачиваясь в защитный щит, который поставил Горохов, и парню прилетел подзатыльник от Самохвалова, что прямо сейчас разгонял их внутренние энергетические каналы в боевой режим.
— Не спи, боец! Работай!
И Николай Костриков, самый юный Паладин в Многомерной Вселенной, начал работать…
Глава 2
Академик Ой Всё смотрел на бессознательное тело мужчины неопределённого возраста, что сидел сейчас в кресле подопытного, свесив голову набок. Вокруг царило гробовое молчание. По лицам присутствующих было видно, что все испуганы. Профессор Ум Няк бодрился, но также было видно, что он испуган буквально до смерти.
Академик невольно усмехнулся. Эти люди так боятся, но при том, что они не знают настоящей истории того человека, над которым будут производить эксперимент. Это его, академика, личная история. Его первый успех и его неудача.
Эксперименты по усилению Дара производили абсолютно все страны во все времена. Раньше это были магические ритуалы, позже к этому добавилась наука. Но главным спонсором всех таких исследований было именно военное ведомство государств — получить идеального воина из имеющегося «среднего материала». Что может быть лучше? Мечта любых диктаторов и недобросовестных правителей. Мечта о мировом господстве, когда легионы сильных Одарённых, как горячий нож сквозь масло, проходят через соседние страны, подчиняя их воле великого правителя.
Вот и академик с детства пошёл по этой стезе. Ещё будучи обычным доцентом, он попал в лабораторию, где уже производили такие эксперименты. Ой Всё всегда был человеком широкого кругозора. Он прекрасно знал историю науки и магии всего мира и считал, что в последнее время именно ценность ритуалов забывается. Учёные пытались использовать современные технологии, препараты, изготовленные из разломных тварей и разломной энергии. Так они считали, что быстрее добавят эффективности.
Вот только тогда молодой Ой Всё случайно нашёл одну старинную книгу. Она не имела названия, была очень тонкой, и фактически описывала всего лишь один ритуал. Но что это был за ритуал. Это был как раз ритуал улучшения Дара.
Интересная история произошла с этой книгой. Ему, молодому доценту, приснилось, что он на старом рынке сможет найти решение своей задачи. Сон был настолько ярким и убедительным, что с утра молодой доцент побежал на столичный рынок. Каково же было его удивление, когда всё, что было во сне, сбылось. Он пошёл в самую старую его часть, проходя мимо современных стеклопластиковых витрин, углубился в мрачные каменные лабиринты, куда ни один уважающий себя турист и близко не подходил.
Нашёл нужную вывеску, зашёл внутрь, и встретил там древнего старика, который продал ему эту книгу, не торгуясь — по первой предложенной цене. Открыв её на первых страницах, у молодого учёного забилось сердце. Он схватил её, прижимая к себе, как сокровище, выскочил из лавки, не обратив внимания на старческое, то ли хрипение, то ли смех. Но потом, по прошествии множества лет, уже академиком, Ой Всё вернулся сюда, чтобы задать вопрос старику-продавцу. Вот только здесь не было уже магазина… Более того, окружающие жители сказали, что магазина здесь не было никогда — это была просто монолитная часть старой крепостной стены.
У академика, на тот момент, уже было влияние и деньги, а также влиятельные сильные друзья. Однако Одарённые с Даром Камня не увидели внутри пустот, а пригнанная сюда спецтехника, убурившись, также не нашла ничего, кроме старого плотного камня, без всяких признаков каких-либо помещений. Это было странно.
Зачем академик сюда вернулся? Ну, он провёл этот ритуал, взяв в качестве подопытного одного мелкого воришку, которого Император-дракон передал для опытов. И у него получилось. Мощь человека скакнула намного выше мощи Мага Вне Категории, устремившись куда-то в небеса. Вот только подопытный потерял сознание. Даже не так. По показаниям приборов и выводам лекарей, он просто уснул. То есть, потенциально они получили неимоверно сильного Одарённого, который просто заснул. Это был прорыв. Юного доцента выделили, и тут же прибывшие Чёрные Драконы без разговоров перевели руководство лабораторией в подчинение юного доцента. Дали ему все данные и ресурсы, и приказали повторить.
И он попытался повторить. Сто раз — вот сколько он ещё проводил этот ритуал. Итог — сто трупов. После чего он в первый раз был так опасно близок от заслуженного наказания.
Вот только он всегда был умным человеком, и никогда не складывал яйца в одну корзину. Получив ресурсы, он не тупо тратил их на один путь, предполагая возможность провала, а работал сразу в нескольких направлениях для подстраховки.
После того, как проект «Идеальный» был официально закрыт, Ой Всё уже имел должность профессора, репутацию и определённое доверие Императора, что позволило ему и дальше продолжать исследование.
Что касается спящего вора, периодически, раз в несколько лет, получив что-то новое — или знание, или технологию, он пытался его разбудить, но пока безуспешно. Что ж, пришла пора попробовать ещё раз.
А почему тряслись все его подчинённые? Так всё просто. Они хотели сделать сейчас супермощного Одарённого, а спящий был уже чрезвычайно силен. Что может получиться в результате? Что-то несомненно страшное. Вот только…
— Начинайте! — кивнул академик, и операция началась.
Инъекции, облучения. Одарённые стали посылать энергию. Всё шло по плану. Ничего не происходило, и академик, и профессор напряжённо смотрели на показания датчиков. Хотя, что они могли увидеть? Стрелка и так лежала практически в крайней правой зоне, показывая силу, невероятную для этого мира. Вот только она не дёргалась, как не дёргался и человек. До того момента, как академик, нахмурившись, кивнул головой, когда Одарённые «доноры» начали обессиленно терять сознание.
— Похоже, у нас снова не получилось. Заканчиваем! — кивнул он.
И тут многочисленные крики раздались в зале, где в мягких креслах с колпаками на головах сидели «доноры». За долю секунды из них была выпита вся энергия и вся их жизнь. Колоссальное количество энергии, которое, тем не менее, даже не заставило дрогнуть стрелку на приборах. Зато дрогнули глаза у пациента. Он их открыл и широко улыбнулся. Академик мог поклясться, что зеркальная стена не была препятствием этому человеку. Он явно смотрел ему в глаза, и эта улыбка не предвещала ничего хорошего.
Моё послание, переданное Императрице, явно дошло до своих адресатов.
Я сидел в кресле, в своём кабинете, и перебирал почту. Почта была забита письмами неизвестных мне людей и организаций, которые уверяли, что они отказались от заказчиков. Они отказали заказчику, который возжелал причинить зло мне или моей семье.
Зачем они всё это мне написали, я понять не имел. О большей части отправителей я никогда не слышал, и понятия не имел, кто они такие. Ну так, знал несколько общеизвестных названий гильдий убийц этого мира. Но остальное — это шелупонь, что почему-то так всполошилась.
Хотя, можно сказать одно — главным заказчиком моей ликвидации был именно Император-Дракон. Это он щедрой рукой раздавал авансы. Возможно, где-то там замазались персы. А ещё Ведийская Индира точно была среди заказчиков, но меня это особо не волновало. Я знаю, кто мои враги, и готов к этому. Ну, а то, что теперь ему будет крайне сложно найти исполнителя, так это мне безусловно на руку.
Папка «Спам» у меня сегодня пополнилась очень сильно, пока я не дошёл до действительно важных документов. Это была информация от моих деловых партнёров. Князь Долгоруков и граф Волгодонов сообщали мне, что они подписали контракт с Империей на финансирование и производство дополнительных «Левиафанов». Кроме Архангельска, ещё на трёх верфях Империи были заложены остовы больших кораблей. Это очень приятно с денежной точки зрения. Хотя для меня это означало лишь одно, что мне не нужно больше на этот проект тратить свои деньги. И конкретно мой экземпляр мне будет совсем ничего не стоить. Вот что значит грамотный маркетинг и красивая презентация!
Ещё было письмо от Марка Аврелия, который сообщал мне, что Римская Империя значительно расширилась и продолжала расширяться. Он уточнил, не нужна ли мне какая-то помощь. А ещё предлагал посетить Вечный город, дабы он смог выразить признательность за своё освобождение лично и провести экскурсию. Я вздохнул и подумал, что в Риме сейчас всяко теплее, чем здесь, и пицца там вкусная. Но в ближайшее время явно туда не пойду.
Следующее письмо было от Доброхотова. Герцог пока навоевался. Поняв, что активных военных действий в ближайшее время не предвидится, он отбыл к себе в усадьбу, чтобы заняться своими делами, и сообщил, что у него есть ответ на мою просьбу. Мои изумрудные шахты были разведаны детишками Красивой, и первые экземпляры драгоценных камней уже лежали на складе.
Тормозили меня две вещи. Первое — изумруды. Другие драгоценные камни, которые там были, были всего лишь красивыми блестяшками, никак не полезными мне в битвах или в войне. Ну а, во-вторых, моё денежное состояние неуклонно повышалось. Я про это как-то уже тупо забыл. Но сейчас Доброхотов предложил прислать специалистов, что я просил для учёбы, которые покажут и расскажут, как правильно обрабатывать камни, чтобы дороже их продать. «Сырец» я продавать точно не хотел. Так что, почему бы и нет?
Единственное — нужно ли для этого использовать муравьёв или сделать шахтёров из монголов? Они, вроде, присмирели в последнее время. Но им явно нечем себя занять. Да, у них есть кони, овцы, и даже гуси. Но сердце степняка требовало простора, и желательно — войны. Иначе им могли начинать залезать в голову всякие дурные мысли. А что, если сделать из них шахтёров? Надо будет уточнить у Ашика, не испытывают ли гордые степняки клаустрофобии.
Просмотрев почту, я взял со стола два яблока. Одно кинул, не глядя, в сторону. Мгновенно из-под дивана вылез Затупок, схватил яблоко и начал с чавканьем его поедать. А второе откусил сам, и спустился вниз в подвал имения, спускаясь до тех пор, пока не встал перед нужной мне дверью.
Я положил руку на стену, и задумался. Попытался просканировать её ещё раз, думая, ничего ли я не упустил. Это было помещение, ну, или блок помещений, потому что никаких карт имения у меня не осталось. А судя по размерам, здесь было точно больше одной комнаты.
И снова я был поражён технологиями, ну, или знаниями, доступными моим предкам. Я не чувствовал ничего за этой стеной. Привычно спустившись в Тень, я также видел впереди пустоту. Я спокойно проходил сквозь Тень, вот только там ничего не было. Я сталкивался раньше с этим пространственным карманом, который выбирал часть измерения из этого мира в другом.
Зачем далеко ходить за примером? Все Разломы были таковыми. Вот только они были неконтролируемыми, а здесь, судя по всему, Галактионовы подстраховались, как от взлома, так и от магического проникновения. Что ж, придётся работать дальше.
Так вот, это были те помещения, куда не было доступа без главных колец Рода и где, согласно видению временно поумневшего Поручика, ушёл в последний поход мой тёзка — Александр Галактионов. И там он оставил главное кольцо Рода.
Я всё пытался понять, в чём прикол оставлять кольцо, которым можно открыть ту дверь, которая открывается, судя по всему, только им. Да, я использовал кольцо Антона Галактионова — начальника гвардии Рода Галактионовых, которое лежало в обычное время в шкатулке, дожидаясь, пока Антон Александрович подрастёт. Так вот, это не сработало. Надурить систему не получилось.
Я видел здесь же дверь, где было три выемки для колец. Логика Александра понятна. Выемки для трёх колец. То есть, открываться она должна путём активации всех трёх главных колец Рода. И унести с собой одно из них — означало невозможность попасть в хранилища Рода.
Дверь, за которой предположительно был портал Скверны, содержала две выемки. Соответственно, мне нужно ещё одно кольцо, которое, по идее, должно было было быть у старшей жены главы Рода. Вот только как проследить путь тех женщин после падения Рода? Я понятия не имел. Ну, опять всё сводится к моей безумной мамашке.
Я опустил голову и посмотрел на Затупка, который с большим удовольствием чухался спиной об угол, и явно кайфовал от процесса. Затем бесцеремонно залез ему в душу. Затупок хрюкнул, приоткрыв один сжатый от удовольствия глаз, потом понял, что всё в порядке, и продолжил своё занятие. Я же пытался понять, готов ли он привязать ещё один меч. Нет, явно не готов. А ещё каналы недостаточно созрели, и самое фиговое, что я не мог просто взять и влить иномирную энергию из желеек или из собственного хранилища. Медоед должен получить её сам через сражение.
Я усмехнулся. И, похоже, он готов это сделать.
— Пошли, жирная жопа, — я занёс ногу, чтобы пнуть своего питомца, но потом удержался.
Всё-таки я уже знал, какой разум сидел внутри этого существа. Мне не совсем было понятно, мерзкий характер у него временный или постоянный, и что потом он вспомнит. Не удивлюсь, если он вспомнит все мои пинки и тумаки. Ну, а самое главное, использование его в качестве пращи не всплывёт потом, и он мне это не припомнит и нассыт в тапочки. Поэтому я просто сказал:
— Пошли наверх.
Когда я вышел из подвала, и сеть заработала, я достал телефон и набрал один номер. Приятный женский голос вежливо сообщил, что «абонент не абонент» и набрал другой номер своего бойца и товарища.
— Призрак, ты далеко?
— Ну, это зависит от того, где сейчас ты. Тогда я уже, так и быть, скажу, далеко ли я от тебя.
— Очень смешно, — хмыкнул я. — У Сойки телефон отключён. Она в Разломе?
— Ну да! Водит детишек в Эпицентр. У них там сегодня что-то вроде выпускного экзамена.
— Слушай, когда она появится на связи, пусть мчится ко мне. У меня есть для неё новый курсант.
— Курсант? — удивился Призрак. — Так все же Одарённые дети в Игнатовке. Кого ты там ещё нашёл?
— Как кого? Нашего Поручика, — улыбнулся я. — Кстати, — вспомнил я пожелание медоеда перед тем, как он снова потерял разум, — какое звание после поручика?
— Штабс-капитан, — быстро ответил ветеран.
— А это уже старший комсостав? Или всё ещё средний?
— Всё ещё средний, — сказал он. — А что?
— Да я вот думаю, заслужил медоед новое звание или нет?
— Слушай, я хоть и отставной офицер, но как ты знаешь, подразделение, в котором я служил большую часть своей службы, далека от армии. А что ты у Волка не спросишь?
— Да Волку сейчас… — я задумчиво почесал голову, пытаясь подобрать слова.
— Херово? — напрягся Призрак.
— Неправильное слово, — сказал я. — В общем, скажем так… Волк сейчас получил небольшой отпуск. Он постигает новый мир под зорким присмотром своей невесты. Им нужно некоторое время побыть в изоляции.
— Ха, ясно. Я думал, что у него кукуха поехала.
— В смысле? — удивился я. — А что случилось?
Поделиться книгой: