Идеальный мир для Лекаря 16 (СИ)

— Вообще-то, он одолел нас, и сейчас спокойно использует магию, где использовать её невозможно, — метко подметил старейшина, за что я захотел почесать его за ухом. Даже несмотря на то, что сейчас он в облике человека.

— Видите? Мудрость! Она приходит с годами! — похвалил его, а они посмотрели на меня как-то странно. Видимо, надо было рассказать им о своем возрасте, а то звучит как-то странно. Все в этой комнате выглядят значительно старше меня. — Впрочем, ладно. Если я скажу вам, что вы прямо сейчас можете покинуть «Престол Грешника» и отправиться домой? Что вы скажете на это?

— Я скажу, что это бред, а ты безумец! — ответил молодой оборотень.

— А я бы сказал, что мы будем тебе благодарны, и не забудем о твоей помощи до конца наших жизней, — старейшина ответил куда более сдержанно.

— Вы же понимаете, что вашего племени уже может не быть? — прищурился я.

— Нет, они должны были спастись! — воскликнул Тош. — Своей жертвой мы дали им достаточно времени! — он даже зарычал от переполняющих его эмоций.

— Это же бред, Альфа… кхм… то есть, Тош. У него ничего не получится! — молодой оборотень подскочил на ноги.

— Ну да, конечно… — протянул я. — А знаешь? Ты же тут самый смелый, и видишь во всем плохое? Садись, превращайся! С тебя и начнем.

— Если бы я мог превратиться, я бы давно откусил твою глупую голову! — оскалился он, за что сразу же получил от меня звучную затрещину.

— Превращайся давай, балабол!

Он сразу начал терять контроль, у него начали удлиняться руки, появились острые когти. Тело покрылось шерстью, и стало увеличиваться, отчего ошейник сдавил ему шею и впился в нее шипами. Но это не проблема, ведь я контролировал процесс, и постоянно исцелял его раны до тех пор, пока сдерживающий ошейник не лопнул.

— Отлично! — хлопнул я в ладоши. — А теперь… — в этот момент огромный черный волк рыкнул и рванул ко мне, за что снова получил звучную затрещину и рухнул на пол. — Не балуй мне тут! — пожурил пальцем. — А теперь посмотри, сколько я показываю пальцев, и отвечай.

— Гр-р-р… — прорычал он и, поднявшись на лапы, снова рванул в атаку. Но опять получил подзатыльник и отправился в полет.

— Повторю свой вопрос! Сколько пальцев? Ты в сознании? — Нет, опять напал. И опять получил неприятный подзатыльник. Таким нормальному человеку легко можно проломить череп. — Ты же понимаешь, что я могу продолжать хоть всю ночь?

Эдвард понял это далеко не сразу. Следующие минут двадцать стая с удивлением наблюдала за тем, как их товарищ летает по камере. А удивило их то, что такие затрещины раздает маг. Просто в их прошлой жизни маги сражались с оборотнями исключительно магией, и не могли потягаться с ними в физической силе. Но это не страшно, увидеть что-то новое в жизни всегда приятно и познавательно.

— Три! Три пальца! — прорычал огромный пес, когда я замахнулся в очередной раз. Но я что, зря, что ли, замахивался? Так что ударил его еще разок. — За что? — взвыл он.

— Для профилактики! — усмехнулся я. — А теперь будь хорошим песиком и лежи, а я начну работать, — присел рядом с ним и сформировал несколько заклинаний. — Если хоть одна блоха перепрыгнет с тебя, и атакует меня, я тебе голову оторву! Понял? — намекнул ему на последствия неповиновения.

Оборотни, и правда, бывают самыми разными, и я встречал многих из них. Таких, как этих, например, называют истинными. Очень и очень редкие существа, их не заразили, не создали. Они такими появились сразу. Такие оборотни действительно уникальны, и они даже сами не подозревают, насколько.

— Вы спрашивали у меня, как вам выбраться? — продолжил колдовать над Эдвардом и заметил, как все следят за нами, затаив дыхание. — А я отвечу. Ваша особенность в том, что вы можете превращаться в животных. И вервольф — это не только запредельная регенерация и чудовищная мощь. Дело в том, что весь ваш организм уникален, в том числе и кости. Потому на вас и охотятся!

Не стал говорить, что во многих мирах подобных им, или истребляют, или просто разводят, словно скот. В моем мире тоже было подобное, но не буду показывать пальцем, кто смог побороть это явление.

— Ваши кости обладают магической гибкостью и возможностью трансформироваться, — в этот момент в Эдварде что-то хрустнуло, и он тихонько взвыл. Но не дернулся, помня, что я ему обещал за неповиновение. Хороший мальчик. — Так что ваши кости могут складываться, и… Ладно, сейчас покажу.

Последнее заклинание набрало необходимое количество силы, и вся цепочка пришла в действие. Над телом вервольфа сверкнуло несколько вспышек, загорелся сложный магический круг, и в него потянулись тонкие нити энергии жизни. После чего Эдвард начал меняться прямо на глазах. И под удивленные вздохи буквально за пару минут превратился в чихуа-хуа… Такая миниатюрная, но очень злющая собачонка. И она сразу кинулась на меня, вцепившись зубами в ногу.

— Щелбан хочешь, да? — посмотрел на нее и взял на руки. — А ведь забавно вышло, сам не ожидал… — задумался, и на автомате начал гладить мерзкую собачонку по голове. — Так, а теперь внимание! — поднял зверька над головой. Хотя внимание и так было к нам приковано намертво. — Я обещал вам свободу, и дам ее!

Подошел к небольшому зарешеченному окну и посмотрел на улицу. Почему я думал, что мы на втором этаже? Тут, минимум, метров тридцать. Впрочем, это неважно.

— Запомни, маленькая злобная псина, — обратился к чихуа-хуа. — В таком состоянии ты пробудешь не более двух часов, а потом испытаешь сильнейшую боль в своей жизни и вернешь себе свой нормальный облик. И когда выберешься, тебе нужно будет жрать. Очень много жрать, ведь сработают регенерационные печати. Готов?

— Тяф! Тяф! — отрицательно помотала головой собачка, но я засчитал это, как согласие.

— Такова цена свободы!

Замахнулся, прицелился, и что есть силы метнул скулящую тварюшку в окно.

— Куда? Там тридцать метров лететь! — оборотни, толкаясь и сбивая с ног друг друга, рванули к миниатюрному окошку. — Ты же его убил!

— Смотрите, — с довольной улыбкой и скрестив руки на груди, я наблюдал за их реакцией. Особенно бурно они отреагировали, когда увидели, что собачонку поймал и унес голубь. — Ну как?

— Это самая позорная смерть в истории всех вервольфов, — обреченно пролепетал Тош. — Хищный голубь… Братья, запомните! Никогда! Никогда не рассказывайте родным Эдварда о случившемся. Скажите лучше, что он разбился о камни, выпрыгнув в окно.

— Ой, да хватит! Это свой голубь! Он высадит вашего Эдика подальше отсюда! — воскликнул я. — Ладно, времени мало. Кто следующий?

Не знаю как, но все они разом сделали шаг назад. Даже те, кто стоял у стены.

— Михаил, если это — цена нашей свободы и возможность вернуться к родному племени, — пробасил Тош, выйдя вперед. — То я не готов! Давай мы тут посидим, всё нормально. Ты нам ничего не должен.

Ага, конечно! Почему они решили, что у них есть выбор? Ну, уж нет! Дядя Миша сказал, что все пойдут на свободу, значит, они отправятся на свободу. А от меня сбежать им всё равно не выйдет.

Следующие десять часов я гонялся за оборотнями и освобождал их при помощи щепотки магии, Курлыка, и пары мешков ценнейшего зерна. Такова цена свободы, иначе никак. Пернатый работать бесплатно отказался.

Впрочем, это нормальная цена, ведь переправлять мерзких собачонок приходилось довольно далеко. Рядом с тем лесом, откуда их сюда и привели. А дальше они сами, надеюсь, справятся.

* * *

Джонатан вышел из своей комнаты сразу, как только стихли звуки сирены, и ужаснулся увиденному. Несколько часов ему пришлось сидеть взаперти, и подпирать собой дверь, прячась от взбешенных сослуживцев. И теперь около дверей своей комнаты он увидел десятки растерзанных тел.

Он сразу отправился в сторону командного центра, чтобы доложить начальству, но картина с каждым пройденным метром становилась всё страшнее. Всюду трупы. Заключенные, надзиратели, охранники и стражи. Тут была самая настоящая бойня, и непонятно, кто кого убивал. Казалось, все в один миг напали друг на друга и, не считаясь с ранами, продолжали кромсать каждого встречного без разбора.

Но вскоре встретились отряды зачистки из третьего круга «Престола». Их направили сюда, чтобы в кратчайшие сроки обеспечить порядок, и они справились со своей задачей довольно быстро. Пусть и понеся серьезные потери.

Никто так и не понял, что случилось. До командного пункта Джонотан так и не дошел, так как начальство встретилось еще по пути туда, и вместе они отправились разбираться в произошедшем. Собрали группу магов и инженеров, осмотрели камеры, комнаты охраны, и наблюдательные пункты. И пришли к выводу, что система распыления газа дала сбой.

«Престол Грешника» — это одна из самых спокойных тюрем. Здесь практически не случаются внештатные ситуации. Охрана тщательно следит за заключенными, системы охраны работают, как часы, без сбоев, да и атмосфера здесь такая, что никому даже в голову не приходит пытаться устраивать диверсии или побеги. Это бесполезно, все об этом знают.

В последний раз тревогу поднимали, когда на девятом круге случился пожар. Да и то, виной была халатность надзирателей. Пожар быстро потушили, а виновные отправились на восьмой круг. И уже в роли заключенных. Дисциплинарные наказания здесь довольно суровы, подчинение должно быть полным и неукоснительным. Но в этот раз произошло что-то странное, и самое главное, пострадало много людей. В основном, надзиратели, ведь заключенные сидели в камерах, и никак не могли никому навредить. Да и впавшие в бешенство охранники были не в силах пробиться через толстые прочные двери.

На момент произошедшего газ должен был поступать в камеру оборотней, потому надзиратели первым делом отправились туда. Так как и система вентиляции до сих пор была соединена с той камерой. В этот раз было решено взять с собой усиленный отряд воинов, и вскоре они уже продвигались по длинному коридору, в конце которого располагался вход в камеру. Джонатан не стал оставаться в стороне. Всё же это его участок, да и очень уж интересно было, что произошло с тем выскочкой. По идее, его уже нет в живых, ведь доза озверина была действительно убойной.

— А где? — первое, что спросил он, стоило ему войти в просторную камеру. Бойцы сразу рассредоточились и окружили единственного находящегося здесь человека.

— Вы о чем? — Треногий с удивлением уставился на собравшихся здесь бойцов. — Я тут сплю, как-бы. Или вы завтрак мне принесли?

— Где псы? Где оборотни? — не своим голосом взревел Джонатан, — Что случилось?

— Как что? — еще больше удивился заключенный. — Стражники пришли и увели. Ты ведь сам с ними был… — кивнул он Джонатану, а остальные повернулись к начальнику.

— Ты чего несешь, придурок? Я тебе голову сейчас отрежу! Говори, как было!

— Так я и говорю! — возмутился тот. — Была тревога, открылись двери, вошло восемь человек. Думал, опять бить начнут. Вы же постоянно бьете, знаете, как больно? Очень больно! Всё болит! — он потер бок и скривился. — Но в этот раз не напали. Вперед вышел старейшина стаи, обнялся со стражником, и они вместе вышли из камеры. Я спросил, можно ли мне с ними, а они сказали что нет, я не свой, — развел руками Треногий, сделав самый невинный вид.

Джонатан понимал, что это полный бред. Как минимум, это невозможно, потому что он сам просидел в комнате всю ночь. Вот только, кто сможет это подтвердить?

Мужчина сразу, не сказав ни слова, развернулся и убежал. Он помчался напрямую к начальнику тюрьмы, надеясь, что тот услышит его слова и оправдания. И с каждым шагом Джонатан всё отчетливее осознавал, что произошедшее не так важно. Этому человеку, в любом случае, повысят степень наказания, и передадут либо на пятый круг, либо на третий. Понятно, почему он так быстро меняет эти круги. Никто попросту не хочет видеть его у себя. И все пытаются спихнуть этого пленника, как можно скорее, в любое другое место.

* * *

Самое сложное было — это сдержать смех. Когда рассказывал о побеге оборотней, когда надзиратели с серьезными лицами всё это записывали. А когда меня привели к палачу, и вовсе сдерживаться стало невыносимо. Это и была настоящая пытка.

Причем палач в этот раз попался нормальный. Я сразу, чтобы между нами не было недопонимания, сообщил, что он будет моим третьим палачом, а он начал просто расспрашивать, и при этом не пытать. Даже отошел на пару метров, чтобы не нарушать мои личные границы. Так и побеседовали с ним в спокойной обстановке, а потом он дал мне пирожок с капустой, и мы распрощались.

После чего за мной пришли другие надзиратели, и куда-то повели. Шли мы довольно долго, на нашем пути встретилось несколько пропускных пунктов, где меня и надзирателей обыскали, коротко допросили, и проверили документы.

— А куда мы, кстати, идём? — на полпути поинтересовался я у конвоиров.

— У Мадуро, — буркнул один из них. — Тебе там очень понравится, — все они рассмеялись, причем, даже как-то злобно. А я понял, что эти надзиратели из другого круга. Не только потому, что их одежда немного отличается.

Эти пока еще не начали меня бояться, и это главное их отличие. Но это пока…

— Куда нам его? — мы остановились у очередного пункта, и старший конвоир подошел к кому-то похожему на начальника. — Наверх? Или вниз?

— Нет, — тот окинул меня оценивающим взглядом, затем прочитал какие-то документы. Видимо, мое личное дело. Там довольно увесистая папка, и издано мое личное дело в четырех томах. Ему хватило почитать и одного. — У него дурная слава. В казематы грешников его!

— Ухуху! — ехидно захихикали надзиратели. — Не повезло тебе, — один похлопал меня по плечу.

— Ага, вам тоже, — кивнул им, и мы продолжили путь, но теперь уже вниз по лестнице.

По пути я смог узнать из рассказов, что такое Казематы грешников. Надо сказать, довольно забавное сооружение, но всё равно осуждаю его создателей. Это самый настоящий подземный комплекс, состоящий из разветвленной сети пещер и сотни комнат. И создан он для того, чтобы опустить заключенных до уровня пещерных людей.

Уровень жизни там самого разного качества. У кого-то есть вода, у кого-то еда в достатке. А кто-то, наоборот, вынужден влачить жалкое существование в грязи, холоде и тьме. Временами грешникам сбрасывают различные блага, например какие-то бытовые предметы, мебель, одежду, мыло, или другие полезные вещи. Где-то сбрасывают больше еды, где-то меньше. Где-то живут не хуже, чем во внешнем мире, а где-то борются за выживание.

Главное правило — нельзя объединяться. Каждый сам за себя. А в случае объединения казематы могут вытравить газом, потому заключенные даже не пытаются действовать сообща. Зато убивать можно. Захватывать комнаты, занимать места, где спускаются сверху блага цивилизации, если их так можно назвать. Но самое главное, что когда попадаются новички, их почти всегда убивают сразу же. По крайней мере, пытаются убить. А то вдруг новички освоятся, и отберут хорошее жилье?

Мы со стражниками спустились вниз, на специальную площадку, где нас ждали уже шесть человек. Посмотрел на них и понял, что казематы — это не только способ наказания. У него есть еще одна цель — развлечение аристократии. Судя по ощущениям, внизу есть немало следящих и передающих картинку артефактов, а где-то во дворцах сидят сытые и довольные люди, и смотрят на страдания других. Понял я это еще и по тому, что среди этих шести человек только двое оказались заключенными. Остальные, судя по всему, рабы. Видимо, им не хватало грешников, и они их просто докупили.

Пока мы стояли, продолжал слушать рассказы надзирателей. Они будто специально для нас старались, чтобы посильнее запугать. И пытались доказать, что это место всегда ломает даже самых сильных людей. Например, сюда как-то попал старый аристократ. Он был художником, и презирал насилие, из-за чего и поссорился в свое время с королем. За это его сюда и бросили. И в этом месте он изменился. Он всё также рисует, и о своем творчестве не забыл. Вот только рисует он теперь исключительно кровью убитых своими руками жертв. Окончательно свихнулся, в общем.

— А может дадите совет? — перебил я надзирателей. — Как там лучше действовать, что делать?

— Сдохните быстрее, и будет вам радость! Ахах! — хохотнул один из них.

— Да ладно тебе, Мэкон. Не издевайся, им и так плохо, — вздохнул второй. — Вот тебе мой совет, — обратился он ко мне. — Как только спустишься, сразу беги в южный дальний корпус. Там найди здоровяка Грына и убей его, тогда твоя жизнь будет неплохой, — в этот момент стражники взорвались хохотом.

— На счету у Грына около трехсот грешников! Давай сразу к нему, малец!

Вот они смеются, а совет, и правда, отличный. Но благодарить не стал, а сделал вид, что обиделся. Пока они продолжали хохотать, познакомился со своими собратьями по несчастью, поспрашивал, кто за что сюда попал.

Вскоре платформа, на которую нас отвели, пришла в движение и начала опускаться, но в какой-то момент остановилась.

— Подождите! — послышался крик. — Еще один! Сейчас!

— О, привет! — обрадовался я, увидев, что к нам ведут того надзирателя, что был на меня зол. Сослуживцы звали его Джонатаном. — Это ты меня сюда отправил! Ха!

— Нет! Это ты меня сюда отправил! — прорычал Джонатан. — Ты наврал! Сказал, что я помог сбежать оборотням!

— Это чистая правда! — едва сдерживая смех, ответил я.

— Так не могло быть! Я в комнате сидел и прятался!

— Ну, а что тогда? Прилетел голубь и унес оборотней, да? — действительно, расскажи я правду, мне всё равно не поверили бы.

Платформа снова пришла в движение и начала опускаться. Лестницы, ведущей в казематы грешников, попросту нет. Так что и выбраться практически невозможно, ведь и выход всего один, а магия внизу значительно ослаблена артефактами. Хотя надзиратели думают, что магия полностью заглушена, и пользоваться ею невозможно. Платформа опустилась метров на пять, после чего коснулась земли и замерла, а мы стали оглядываться по сторонам.

— Да ты не переживай, всё хорошо! — я похлопал по плечу Джонатана. — Я тебя убивать не буду. Но и помогать не стану, — думаю, это будет честно.

Посмотрел наверх, а там один из надзирателей подошел к краю и расстегивает штаны, чтобы помочиться на нас. Всем весело, слышен хохот его товарищей. Но это было его ошибкой. Я щелкнул пальцами, а в следующий миг у него закружилась голова, и он с криком полетел вниз.

— Это же опять ты! Это ты! Точно ты! — взревел Джонатан, окончательно осознав, что это действительно я.

Ну, так я и не спорил. Ладно, где там этот грозный Грын? Нам надо срочно поговорить…

Глава 4

— Га-га-га! — тишину ночи разрезал гусиный гогот.

— Тревога! Поднять тревогу! Иномирцы! — прокричал Иннокентий, выскочив из своей комнаты, только после этого вспомнив, что у него самого есть личная тревожная кнопка. Так что он сразу побежал обратно и принялся ее искать.

Но нажать на неё не успел. Спустя пару секунд взвыла сирена, зажглись огни, и замок стал быстро оживать. Взревела техника, в воздух поднялись отряды боевых голубей. В небо начали светить прожекторы, вычисляя воздушные цели, на стены и башни тут же выскочили вооруженные до зубов гвардейцы, а на внутреннем дворе выстроились спартанцы. Они приготовились к бою быстрее всех. Всё же их экипировка при необходимости может состоять из копья, щита и… трусов. Последние надеты на них и так, а копье со щитом вмонтированы в кровать. Правда, в этот раз спартанцы нарядились и накинули на спину красные плащи. А то было холодно.

— Ты чего орешь? — к Иннокентию подбежал полуодетый Черномор. Старик успел натянуть бронештаны, и сейчас прямо на бегу пытался накинуть на себя кирасу и верхнюю часть брони, тогда как шлем и оружие принесут позже.

— Иномирцы, Черномор! — снова прокричал виконт. — Герман сообщил, что открылось три портала, два рядом с деревней Синяевкой, и один прямо в центре деревни! — быстро проговорил он, а старик нахмурился.

— Герман — это гусь твой, да? — Черномор посмотрел на пернатого, и тот утвердительно кивнул. — Принял. Благодарю за службу, — старик кивнул и побежал в штаб.

Деревня расположилась недалеко, но открытие портала стало неожиданностью, потому нужно как можно скорее выдвигаться на помощь. Тем более, что в той деревне есть всего четыре дежурных гвардейца, и уже сейчас штаб получает от них информацию. В основном, на заднем фоне слышится пальба и взрывы. Но, судя по их отчетам, иномирцев слишком много. А сами они не успевают эвакуироваться.

— Эвакуировать окрестные деревни! — Черномор сразу начал раздавать указания. — Подготовить самолеты, срочно выдвигаемся!

Все графство поднялось по боевой тревоге, и в сторону Синяевки уже двинулась подмога. Со стороны портового города к деревне мчится ударный отряд барона Махалова, во главе с ним самим. Со стороны рудников выехала колонна танков, они там стояли на боевом дежурстве, на случай нападения со стороны Гришановых.

— Операторы! — старик схватил рацию. — Не экономить. Вперед, прикрывайте наших! — операторы коротко рявкнули в рацию, и через секунду за окном показались шесть огней от реактивных двигателей боевых «костюмов».

Первые голуби как раз добрались до деревни, и передали более подробные данные о происходящем там. Оказалось, мамонтята там были на выпасе, и сейчас гвардейцы вместе с деревенскими пытаются затащить их в бункер. Также в домах осталось немало животных и даже людей, тогда как иномирцы нападают чуть ли не со всех сторон. Три портала открылись в одном королевстве, а то и в одном городе. Потому оттуда сразу же выбежало несколько крупных отрядов подготовленных воинов. И самое главное, поток нападающих не иссякает с самого открытия порталов.

— Пойду-ка и я с ними, — пробубнил Черномор, и отправился облачаться в броню.

— Я тоже! — кивнула Виктория, что также услышала отчет от голубиной разведывательной стаи.