Хроники Абсурда

Никита Сергеевич был самым известным тараканом в общежитии. Имя он получил за свою непреодолимую любовь к консервированной кукурузе. В ней он был зачат, в ней родился, в ней и планировал закончить свой век. Благо в общежитии с этим проблем не было. Банки из-под консервов часто валялись порой в самых неожиданных местах, и нередко переходили в разряд пепельниц, ещё не будучи до конца опустошёнными.

Никиту Сергеевича знали в лицо, его уважали и стремились убить все жители дома, но «усатый» всегда избегал страшной участи. Постепенно к нему пропал интерес, так как всех остальных его сородичей вывести всё же удалось. Таракан смог каким-то образом выработать иммунитет к абсолютно всем возможным ядам. Он часто ночевал в разбросанных по всему коридору ловушках, которые жители общежития прозвали хрущёвками.

Однажды в общежитие въехал непрезентабельного вида профессор по фамилии Угрюмов. Дядя этот был известным на всю область химиком, а в общежитие переехал, так как при разводе его жена и двое оборзевших сыновей-старшеклассников отжали у Угрюмова всё движимое и недвижимое имущество. Профессор был человеком очень педантичным, чистоплотным, а ещё гордым. В общем, совершенно ненормальным по меркам общежития.

Профессора невзлюбили быстро – примерно через полчаса после его приезда.

– Морда шибко умная, – в принципе это всё описание, которое смогли дать ему жители этажа.

Не успел он въехать, как тут же начал своим уставом донимать всех местных.

– В коридоре не курите, посуду свою по кухне не разбрасывайте, воду в туалете смывайте, полы мойте, – список требований Угрюмов зачитал на общем собрании, которое созвал сам и являлся единственным его участником, не считая Никиты Сергеевича.

Угрюмов не ждал любви от новых соседей. Он ждал тишины, чистоты и покоя. В общежитии, естественно, получить подобное сложней, чем собаке диплом бакалавра.

Каждое утро профессор плыл в уборную в густом тумане сигаретного дыма. Иногда получал веслом по голове и тут же слышал в свой адрес призывы вроде: «Аккуратней быть надо».

Пару раз Угрюмов прилипал к полу на кухне. Приходилось идти в свою комнату босиком. Правда, когда он возвращался за обувью, её уже кто-то успевал стащить. По ночам он засыпал под звуки расстроенной своей судьбой гитары, благородного гусарского мата, а ещё разбивающейся посуды и драки соседей.

Мужчина ненавидел этот дом, и дом отвечал ему взаимностью, но, так как дела у профессора шли неважно, обоим приходилось терпеть общество друг друга.

* * *

Угрюмов познакомился с Никитой Сергеевичем ранним декабрьским утром, перед самым Новым годом.

Таракан неспешно прогуливался по стене прачечной, где химик в это время стирал носки.

– Добрый день, – поздоровался Никита Сергеевич. Ну, точнее, он не здоровался, а просто пошевелил усами, но условно это можно было считать проявлением хороших манер.

Угрюмов был в шоке. Такой наглости он не видел, даже когда жена во время суда целовалась с его адвокатом. Тогда-то он и понял, что дело дрянь. Вот и сейчас рыжая дрянь ползла прямо перед ним.

Профессор замахнулся носком, чтобы прибить Никиту Сергеевича, но тот был проворен и легко увернулся от удара. Тогда Угрюмов решил кинуть в насекомое тапку, но взглянул на грязный пол и передумал.

Позже они стали часто встречаться во всех уголках общежития, кроме комнаты самого профессора, так как его жильё было единственным, которое убиралось не реже раза в неделю.

Никита Сергеевич олицетворял собой весь тот бардак, что творился в общежитии и, казалось, был его сердцем. Угрюмов поставил целью своей жизни убийство этого паразита и разработал свою собственную отраву, которую раскидывал по углам общежития.

Со временем отрава подействовала. Из общежития сбежали все пауки, клопы и даже пара алкоголиков, но Никита Сергеевич отказывался покидать границы родного государства.

Жильцы оценили вклад Угрюмова в наведение порядка, и в знак признательности наконец выдали ему ключ от душевой, но общаться с ним так и не начали.

Наконец профессор сдался. Никита Сергеевич в очередной раз победил.

В новогоднюю ночь весь дом, как и полагается, праздновал. В воздухе стоял запах мандаринов, дешёвого шампанского и фейерверков, которые запускались прямо в коридоре.

Угрюмов сидел в своей комнате и читал «Превращение» Кафки, когда куранты отбивали положенное число ударов.

За окнами взрывалось красками небо, за деревянной дверью взрывался хохот. Весь мир веселился, радовался и пел. Весь, кроме Угрюмова.

Он накрыл себе скромный стул, на который поставил любимый с детства салат «Нежность», бутерброды со шпротами и бутылку «Дербента».

Угрюмов поднял бокал, чтобы чокнуться с пустотой, и тут заметил на стене Никиту Сергеевича.

Тот словно смотрел на него и шевелил противными усами.

Мужчина хотел было запустить в таракана тапку, но вдруг понял, что это его единственный гость за последний год.

– Ваше здоровье! – махнул профессор рюмкой и осушил её, закусив салатом.

После принятого на голодный желудок профессор окосел и, увидев, что таракан никуда не делся, решил от скуки заговорить с ним. Мужчина нашёл в этом живом существе заинтересованного собеседника и вылил на тараканью душу все свои страдания, после чего закрепил сказанное ещё одной рюмкой. Потом он достал из холодильника початую банку кукурузы и поставил на пол.

Никита Сергеевич, не раздумывая, бросился к любимому лакомству, а как только набил желудок, вылез наружу и уселся на краешек банки.

Угрюмов взглянул на него и в порыве пьяного преображения ощутил в таракане родственную душу.

Всю ночь они болтали о том о сём. А под утро профессор даже закурил, стрельнув сигарету у спящего под его дверью соседа.

Никита Сергеевич ушёл спать в свою хрущёвку. В гости к профессору таракан заходил нечасто – только по праздникам и когда чувствовал духовную нестабильность и одиночество Угрюмова. Чаще они встречались в прачечной или в коридоре.

Химик всегда здоровался с тараканом как со старым другом, а тот вежливо шевелил усами. Кто бы мог подумать, что среди целого дома людей, человек сможет найти собеседника лишь в лице обычного насекомого, которое, по уму, нужно истреблять. Но, как ни странно, высшее звено развития так и не смогло найти нужных слов поддержки и понимания там, где молчаливый таракан просто шевелил усами.

Дядя, купи телевизор!

– Вон тот лопух – мой, – заявил Женя своим коллегам, когда увидел, как в магазин со стороны выхода пытается зайти мужчина нелепого вида.

Автоматические двери отказывались пускать будущего покупателя, хотя он подходил к ним вплотную, приседал, подпрыгивал и даже пугал олимпийским разбегом.

Наконец кто-то вышел, и усатый мужичок в круглых очках, одетый в клетчатую рубашку, заправленную в безразмерные брюки, всё-таки проник в магазин.

– Добрый день, что-то конкретное ищете? – возник Женя из-за стиральных машинок, словно призрак Мойдодыра.

– Да. Здравствуйте, – немного испуганно ответил мужчина и поправил очки, которые чуть не потерял от внезапного появления менеджера зала. – Мне нужны батарейки в пульт. У вас продаются?

– Коне-е-е-чно! – проблеял Женя и озарил торговый зал своей белоснежной улыбкой. – Пройдемте.

Женя вёл покупателя специальными окольными путями, проводя экскурсию по скидочным товарам. Но мужчине не приглянулся ни моющий пылесос за семьдесят тысяч, ни двухдверный холодильник, в котором можно хранить оленя целиком, ни даже кофеварка за сто тысяч рублей, что сама варит кофе по голосовой команде.

Это была лишь разминка.

– Вот отличные батарейки! – продемонстрировал упаковку Евгений.

– Но они же сто́ят как целый аккумулятор на машину… – мужчина поправил очки.

– Зато надёжные! Хоть вместо этого самого аккумулятора ставьте, – настаивал продавец.

– А подешевле нет?

– А вы расчётливый! – похвалил его Евгений. – Есть то, что вам нужно! Вот, смотрите, эти батарейки можно заряжать самостоятельно и больше не придётся ходить в магазин за новыми!

– Сам смогу заряжать? – заинтересовался мужчина.

– Да, только нужно купить специальный зарядник. Вот этот, – Женя указал на устройство, и мужчина присвистнул, завидев цену.

– С другой стороны, вы правы. Один раз купил и навсегда. Экономия. Спасибо вам огромное! – мужчина взял батарейки и зарядник, и уже было побрёл к кассе.

– Подождите! – Женя его не отпускал, вцепился как клещ, который только начал раздуваться от крови. – У вас розетки дома обычные?

– Ну да.

– Тогда, к сожалению, я вынужден вас огорчить, – Женя тяжело вздохнул, – с обычными зарядник не будет работать, нужен специальный сетевой фильтр с предохранителем. Простите, что напрасно вас обрадовал, – продавец состроил такую сожалеющую мину, что даже мальчик, который шёл рядом с мамой и без конца ревел, переосмыслил свою политику, пообещав, что выучит сегодня все уроки.

Мужчина тоже был не из камня и попросил дать ему пару сетевых фильтров.

Женя настоял на том, что фильтры лучше поставить во всех комнатах, особенно на кухне, чтобы вся «тяжёлая техника» была под надёжной защитой.

Пришлось взять корзинку. Мужчина предпринял очередную попытку прорваться к кассе, но менеджер уже подвёл его к новеньким телевизорам.

– Спасибо, мне вполне хватает моего старенького кинескопа, – улыбнулся извиняющейся улыбкой покупатель.

– Да вы только посмотрите на его диагональ! На качество изображения! На толщину! – Женя произносил эти слова с таким восхищением, словно читал стихи возлюбленной. – Вы женаты?

Мужчина кивнул.

– А теперь представьте: вы можете водить жену каждый день в кино! Только ходить никуда не нужно, кинотеатр уже у вас дома! Бесплатно!

– Но я не готов к таким тратам… – пытался вежливо отказаться мужичок.

– Футбол любите?

Мужчина снова кивнул.

– И я! Обожаю просто! Настоящий фанат! – лукавил Женя, хотя сам футбол терпеть не мог. – У вас будет ощущение, что вы на стадионе! Соседи будут облизываться, заглядывая вам в окно!

– Я живу на семнадцатом этаже.

– Поверьте, с таким экраном вы сможете смотреть трансляцию, гуляя в своём дворе! И даже без очков!

Мужчина снял окуляры и протёр их о рукав рубашки. Было видно, что он весь в сомнениях.

Женя знал: сто́ит ещё немного надавить, и покупатель сломается.

– Вы можете взять в рассрочку, без процентов.

– У меня есть деньги. Вот только дочка замуж выходит через неделю, я хотел ей эти деньги подарить. Откладывал их долго.

– Замечательно, поздравляю! Но, подумайте сами, с таким телевизором ваша дочь и её будущий муж будут частыми гостями в вашем доме, разве это не прекрасно? Они тоже смогут ходить в бесплатный кинотеатр, а вам дарить радость общения!

– Прекрасно… – мужчина таял на глазах.

На кассу он дошёл с тревожной, но широкой улыбкой. Там ему впихнули для полного комплекта энергосберегающие лампочки и зарядник в прикуриватель.

А улыбка Жени была ещё шире и ярче, чем прежде. Ею, казалось, можно было направлять корабли в море.

Женя заработал к зарплате небольшой бонус и поспешил рассказать о своих успехах любимой.

– Ты бы меня сегодня видела! Я такую выручку сделал, что мне по-любому пару тысяч к премии добавят! – пел он в трубку самодовольную песню победителя по жизни.

– Я тобой горжусь! – послышался ответ. – Ты только не задерживайся сегодня, мама там целый банкет организовала по поводу вашего знакомства, а папа сюрприз какой-то грандиозный приготовил. Я так волнуюсь, хочу, чтобы всё прошло хорошо!

– Не переживай, буду вовремя! Расскажу им сегодня о своих успехах на работе. Они меня точно полюбят.

Вечером Женя купил цветы, бутылку вина и, приехав на такси по указанному адресу, поднялся на лифте на семнадцатый этаж. В коридоре стоял шум от трансляции футбольного матча. Жители одной из квартир смотрели футбол так громко, что звук их телевизора даже заглушал собачий лай соседских питомцев.

Женя звонил в дверь с полминуты. Наконец ему открыла его невеста. На ней не было лица.

Парень зашёл внутрь и увидел будущую тёщу, что сидела за столом и залпом пила шампанское.

– Представляешь, папу сегодня развели на кучу какого-то хлама и дорогущий телевизор, – прошептала у порога девушка. – Мама говорит, что не знает, где он взял деньги. Но папа клянётся, что никаких кредитов не брал.

Парень снял ботинки и подошёл к столу. Там он познакомился с опечаленной тёщей, которая даже вставать не хотела от одолевающих её расстройств.

По бокалам разлили вино, и дочка позвала отца во время перерыва матча.

Когда Женя увидел знакомые очки и усы, в желудке у него как-то резко похолодело.

– Знакомьтесь. Папа, это Евгений, мой жених, Евгений, это Фёдор Борисович.

Фёдор Борисович протянул руку и, к удивлению дочери, сказал, что они уже познакомились сегодня утром.

– Ну что, Жень! Раз уж такое дело, пойдем смотреть футбол, чего тут за столом киснуть, я же знаю, что ты настоящий фанат! – предложил мужчина. Вид у него был довольный, как у сытого кота: он явно был в восторге от покупки.

Посередине комнаты, освещённой новенькими энергосберегающими лампами, где из каждой розетки торчал сетевой фильтр, торжественно сиял огромный телевизор стоимостью примерно в свадебный банкет на пятьдесят персон или в поездку на две недели за границу.

– Вы теперь можете к нам хоть каждый день в гости ходить, – радостно размахивал руками мужчина. – Тем более сейчас «Евро» начинается! Так что, Жень, не стесняйся. Считай, я нам всем подарок сделал, так ведь? – подмигнул мужчина будущему зятю.

Началась игра.

В погоне за одиночеством

Юра хотел, казалось, так мало – всего лишь тишины и чтобы его никто не трогал. Но Вселенная и населяющие её существа почему-то считали это желание роскошью.

Он сделал всё, чтобы отгородиться от назойливого общества: отрезал домофон и вместо мелодии дверного звонка записал грозный собачий лай. Все, кто хотел попасть к нему в квартиру, быстро уносили ноги, когда нажимали на кнопку.

Работал Юра на башенном кране. Это было единственное место, где люди находились от него на достаточном расстоянии, а если его доставали не по делу, он отворачивал кабину машины в сторону, любуясь молчаливыми крышами домов и облаками.

Дача у него была в таком глухом месте, что даже спутник видел лишь серое пятно, а до просёлочной дороги нужно было идти пешком семь километров по полю и ещё двести метров вброд через реку.

Юра имел всего два контакта в телефоне: мама и бригадир Андрей по кличке Дирижёр. Первую он любил, второго уважал – в основном за то, что тот был немым. Весь остальной мир был в чёрном списке.