Слуга государя 3

— Дима, надо что-то делать… — чуть слышно выдохнула мне в ухо Аня, — Может, за скорой поедем?

— Не дёргайся. Для того, чтобы узнать, куда его положат, ехать никуда не надо, — тихо процедил я. Вот только брать потом штурмом больницу было плохой идеей. Туда сейчас охраны столько нагонят, что подобраться к объекту не будет никакой возможности.

— Пошли на выход, дорогая. Слишком долго тут заказ готовят, — высокомерно бросил я ей, не обращая внимания на подскочившего к нам официанта, и небрежным жестом положил на стол десять рублей. За чайник чая этого было более чем достаточно.

— Как скажешь, дорогой, — чарующе улыбнулась он мне, вставая, — Извините. Мой друг слишком вспыльчив, — зачем-то стала она оправдываться перед официантом, но дальше я их не слушал, направляясь к дверям.

Когда я вышел, Нарышкина как раз несли к скорой. На улице скопилась огромная толпа народу, так что я не боялся, что кто-то обратит на меня внимание. В процессе переноски его вынесли за пределы защитного купола, и хоть со всех сторон его окружала охрана, я, кажется, понял, как его достать…

Не став терять ни секунды, я потянулся к магии, уже полыхавшей моей крови, и попытался сделать то, чего ещё никогда не делал. Выплеснуть силу не напрямую, а сформировать её в стороне, а точнее, прямо над задними дверями скорой помощи, куда потихоньку несли тело. Было сложно. Магия категорически отказывалась понимать, чего я от неё хочу, и так и порывалась вырваться из под моего контроля, выпустив огромный ледяной столб в сторону цели. И он вполне возможно добрался бы до неё, и даже охрана не стала бы для него преградой, вот только тогда я выдам себя… Боюсь, что уйти отсюда мне тогда не удастся.

— Дьявол! — прошипел я сквозь зубы, увидев, что его уже поднесли к дверям, — Да подчинись ты уже! — мысленно завопил я, прикладывая какие-то колоссальные усилия, концентрируясь на том месте, где бы я хотел сформировать ледяное копьё, и магия как будто услышала меня… Метрах в пятнадцати над Нарышкиным неожиданно появился заострённый ледяной столб, который я с силой на него и обрушил, еле успев тихо прошептать — Эта жертва тебе, Морана…

Вокруг закричали с ужасом люди, у тела забегали охранники, толпа рванула в разные стороны, а меня подхватила Аня, так как я вдруг начал падать.

— Дорогой, что с тобой? Ты переволновался, что ли? Вон, и кровь носом пошла… Ну ничего. Сейчас поймаю такси, и поедем домой, — суетливо бормотала девушка, усаживая меня на землю.

— Молодой человек! Моему другу плохо! Вызовите, пожалуйста, такси! — только и успел услышать я, как она обратилась с просьбой к вышедшему на улицу официанту, как моё сознание окончательно померкло.

Глава 9

— Где это я? — очумело спросил я сам себя, когда открыл глаза, и обнаружил, что лежу на толстом ковре из травы на какой-то поляне. Была уже глубокая ночь, но темно не было, так как на небе висела здоровенная луна, освещая всё вокруг каким-то неестественно белым светом. Вокруг клубился туман, не давая мне толком разглядеть, где я собственно очутился. Последнее что я помнил, это как теряю сознание после убийства Нарышкина, а дальше всё, темнота…

— Опять какие-то игры подсознания, что ли? — задумчиво предположил я, вставая и отряхиваясь от травы и прочего мусора, облепившего одежду. Ну не бывает такой тишины на природе, даже ночью. По любому, какая-нибудь живность голос подавала бы, и комары опять же, которых тут не было. А значит, это, скорее всего, Кощей меня сюда вытащил после успешно завершённого дела, правда, не понятно, где он сам. Ну ничего, мы не гордые, поищем, — решил я, и собрался идти на поиски, вот только было не понятно, а в какую собственно сторону мне идти? Блин, он бы хоть голос подал, что ли, или знак какой. Ну не кричать же мне на всю округу — Кощей, ау⁉

Я нерешительно потоптался пару минут на месте, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону, а потом плюнул на всё, и пошёл прямо. В конце-концов, если это действительно Кощей меня призвал сюда, то, по идее, я при любом раскладе, куда бы не пошёл, должен прийти к нему. И уже буквально через пару минут мои предположения подтвердились. Я вышел к берегу широкой реки, где на большом камне сидел Кощей, и задумчиво кидал камушки вводу.

— Долго что-то ты ко мне шёл, — не поворачиваясь ко мне произнёс он, продолжая швырять камни, которые беззвучно и без всплесков проваливались в чёрную воду. Это была какая-то странная река. Абсолютно ровная, гладкая поверхность открылась мне, где не было видно ни малейшего течения или хотя бы всплеска. Было полное ощущение того, что предо мной застывшая зеркальная поверхность, вот только я видел, как камни Кощея проваливались в воду, так что впечатление твёрдости явно было обманчиво.

— Так ты сам же сделал так, что я где-то в стороне появился, — пожал я плечами, и внаглую уселся рядом с ним на камень, и стал себе тоже какой-нибудь булыжник присматривать для швыряния в зеркальную гладь воды. Хотелось попробовать хоть как-то взбаламутить эту спящую реку. Найдя подходящий, я с силой швырнул его в реку, и он также безмолвно провалился в неё, без малейшего всплеска и кругов на воде.

— Это Смородина… — задумчиво произнёс Кощей, — Река, разделяющая мир живых и мир мёртвых. Её невозможно переплыть. Всё, что в неё попадает, моментально идёт на дно. Её можно только перейти, по Калиновому мосту. Я люблю сюда захаживать временами, и смотреть на её чёрные воды. Столько столетий прошло, всё течёт, всё меняется, и лишь она по прежнему неизменна…

— Круто, — без малейшего воодушевления произнёс я. Вот вообще не понял, к чему мне эта информация?

— Когда-то и тебе придётся по нему пройти, — как будто прочитал он мои мысли, — Ведь только там находится то, что будет для тебя достойной наградой за пробуждение моей жены, для которого ты сегодня сделал очень большой шаг, — впервые глянул он тут на меня, — Ты молодец… Нет, правда молодец! Честно скажу, даже не ожидал, что моё последнее поручение будет тебе по плечу. Сомневался… Как оказалось, зря. Не скрою, ты сумел меня удивить. И ведь даже деньги не понадобились, которые я тебе на дело выделил! — бросил он на меня хитрый взгляд.

— И что за награда-то? — оживился я, никак не отреагировав на его подначку насчёт денег.

— Хорошая награда, — лишь усмехнулся он, — А большего тебе пока знать и не надо. Слишком большой путь тебе ещё предстоит до неё пройти, — и перевёл взгляд обратно на реку, — Ладно. Деньги ты заслужил, так что можешь тратить их как считаешь нужным. Более того, я решил дать тебе ещё кое-какую награду. Уж больно беззубо ты с моим даром выглядишь против магов. Да и остальных лишь голой силой давишь. Это никуда не годится. Когда придёшь в себя, поедешь в Столешников переулок дом одиннадцать. Скажешь слуге, который тебе откроет, что тебя ждёт дар от того, кого все забыли. Он принесёт тебе книгу. Постарайся в ближайшее время прочитать её и хоть немного разобраться. Скоро эти знания тебе очень пригодятся.

— Понял, спасибо, — кивнул я ему, но он лишь скривился в ответ.

— Думай, кому и что говоришь. Когда хочешь выразить признательность такой сущности, как моя, лучше используй слово — благодарю, а не эту гадость…

— А что с ним не так-то? — не понял я его наезда.

— Спасибо означает спаси бог. То есть, ты желаешь мне, богу, чтобы меня спас бог, — нехотя пояснил он, — Как ты наверное догадываешься, меня подобное пожелание не сильно радует. К тому же, здесь имеется ввиду ваш христианский бог, а у меня, как и у всего мира ночи, с ним очень не простые взаимоотношения.

— Хорошо, учту, — пожал я плечами, и решил сменить тему, — Ну что, кто будет следующей жертвой?

— А ты, я смотрю, вошёл во вкус, — рассмеялся он, — Рвение, конечно, похвальное, но не торопи события. Добудь сначала книгу и изучи её, а я пока тебе следующую жертву подберу, и недели через две призову тебя опять. Отдыхай. Заслужил, — хлопнул он тут меня по плечу, и я проснулся…

* * *

— Ну ты меня и напугал, — наклонилась надо мной Аня, когда я пришёл в себя в своей новой съёмной квартире. Буквально позавчера снял, так как меня достало из общаги на работу мотаться. Всё равно в университете пока затишье, и делать мне там нечего. С тех пор как Сухой устроил меня на работу, в универе меня перестали дёргать по каждому пустяку. Из научного центра тоже, кстати, про меня пока забыли. Я не стал долго выбирать, и снял чуть ли не первое попавшееся жильё, которое находилось в пяти минутах ходьбы до работы. Квартирка была небольшая, всего лишь двухкомнатная, но мне и этого пока за глаза хватит.

— Почему мы здесь? — чуть поморщился я от накатившей головной боли, — Я думал, ты меня в больницу отправишь.

— Я так и хотела, но начальник запретил, — недовольно поджала губы она, — Сказал, что у тебя всего лишь перенапряжение, и не стоит тебе пока в больнице светиться из-за подобного пустяка. Добавил, чтобы пару дней мы на работе не появлялись пока, на всякий случай, да и вообще, мол, лучше чтобы сидели дома безвылазно и без крайней необходимости никуда не ходили. Он пока проверит, всё ли нормально, не засветились ли мы где.

— Они сами-то с Митричем как, в норме? — прохрипел я, сел на кровати, увидел рядом с ней бутылку с водой, и тут же жадно присосался к ней. В горле такая сушь стояла, как будто я пару дней пьянствовал, хотя давно уже на грамма спиртного в моём организме не было, что весьма печально, кстати. Пора бы уже чуть-чуть и расслабиться.

— Говорит, что да. А Митрич потом в нашем с ним разговоре добавил, что шеф очень расстроен тем фактом, что промахнулся. Вместо головы в верхнюю часть спины попал. Теперь считает, что ему на пенсию пора, и накачивается коньяком в кабинете, — улыбнулась она.

— Про меня начальник ничего не говорил? Не ругался? — полюбопытствовал я, поудобнее устраивая всё ещё болевшую голову на подушке.

— С чего бы? — удивилась она, — Наоборот, сказал, что ты молодец, и всё сделал правильно. Если бы Нарышкина увезли, то мы не скоро бы смогли до него добраться, и наверняка целители поставили бы его на ноги. Ты сделал всё правильно, хотя шеф немного и расстроен, что ты перенапрягся. Опасается, как бы ты не лишился своей магии надолго, это помешает работе.

— Точно, магия! — чуть на подпрыгнул в кровати я, и осторожно потянулся к источнику, опасаясь, что он опять перегорел. Но нет. Пусть нехотя и еле-еле, но магия всё же отозвалась. Я аж выдохнул с облегчением, и перевёл взгляд на Аню, всё ещё сидевшую рядом со мной.

— Спасибо тебе за помощь, но дальше, думаю, я и сам справлюсь. Так что если хочешь, можешь уезжать домой, — аккуратно постарался выпроводить её я, вовсе не горя желанием, чтобы девушка эти дни провела со мной. Хотелось покоя, уединения, съездить, забрать книгу, которую пообещал мне Кощей, и по изучать её, пока есть такая возможность.

— Думаю, ещё немного задержусь, — загадочно улыбнулась девушка, наклонилась ко мне, и поцеловала в губы. Через несколько секунд затяжного поцелуя мои руки сами собой потянулись к ней и добрались до упругой груди, и мой мозг окончательно отключился.

Интерлюдия 1

— Молодцы, я вами доволен, — скупо похвалил Сухой Алексея Викторовича, когда тот прошёл к нему в кабинет, и сел за стол, — Как всё прошло, без эксцессов?

— Я бы так не сказал, — устало потёр шею начальник Дмитрия, — Представляешь, я промахнулся… Впервые за всё время моей службы! Старею… — когда они были наедине, то отбрасывали в сторону формальности, и спокойно общались на «ты». Всё таки двадцать лет уже тесно сотрудничали, и даже можно сказать, что отношения у них стали за это время если и не дружескими, то приятельскими точно.

— Да? А я уж подумал, что так всё и задумано. Как раз отчёт читаю про ваш финальный удар ледяным копьём, — кивнул Сухой на стопку бумаг на своём столе, — Даже наши маги-эксперты находятся под впечатлением. Сформировать на расстоянии такое мощное умение — это потребовало бы просто колоссального расхода маны! Они теперь теряются в догадках, кто вообще способен на такое в нашей стране. По их подсчётам, таких людей у нас человек десять, не больше. Как вам это удалось?

— Это надо сказать спасибо вашему протеже, — криво усмехнулся собеседник, — Я тоже от него подобного не ожидал. Честно говоря, я не думал, что эта парочка что-то сможет сделать в данном случае, и просто хотел, чтобы они ощутили эту атмосферу общего дела, почувствовали себя соучастниками, но не более того. Максимум я предполагал, что Аня сможет наслать на него какое-нибудь проклятие, а тут такой сюрприз получился. Смертельный… У этого юноши большое будущее, если он лениться не будет и не зарвётся.

— А вот это и будет твоей основной задачей, вовремя его осаживать! — бросил Сухой, вставая с места. Он подошёл к небольшому шкафчику на стене, достал оттуда бутылку с коньяком и двумя бокалами, вернулся обратно, налил в них жидкость до половины, и пододвинул один к Алексею.

— Ну, не чокаясь, за раба божьего Нарышкина, — махнул он бокалом собеседнику, — Великого государственного ума был человек, сделавший не мало полезного для нашего государства, о чём завтра и напишут все газеты, умолчав о том, какая же это была гнида, — и залпом осушил ёмкость. Алексей чуть помедлил, но всё же последовал его примеру.

— А я смотрю, ты не придерживаешься того правила, что о покойниках либо хорошо, либо ничего, — просипел он, занюхивая коньяк рукавом, так как закуской Сухой не удосужился разжиться.

— Это просто все забыли, как она звучит полностью, — отсалютовал ему бокалом тот, уже успев их заново наполнить, — О покойниках либо хорошо, либо ничего кроме правды. А то, что покойник был редкостной гнидой — это чистейшая правда. Это я ещё слишком мягко о нём высказался. Воспитание не позволяет.

— Думаешь, его наследник лучше будет? — обречённо глянул на бокал Алексей, но всё же поднял его.

— Плевать. Наследника мы к высоким должностям не подпустим. Он сейчас возглавляет департамент внешних связей, передвинем его номинально повыше, на должность заместителя министра, а по факту, там он нам будет не страшен, на вторых ролях. Гадить, конечно, будет, но по мелочи.

— А если он решит отомстить?

— Кому? Пусть сначала узнает, кто стоит за покушением, а сделать это будет очень не просто, сам знаешь, — усмехнулся Сухой.

— Ты же понимаешь, что не всегда для мести надо точно знать, кто это сделал? Иногда достаточно знать, кому это было выгодно, — не согласился с ним ликвидатор.

— О, а вот этих товарищей целая очередь давно уже выстроилась. Пусть мстит. А мы поглядим, куда это всё повернёт. И что-то мне подсказывает, что это позволит нам ещё сильнее ослабить Нарышкиных, — усмехнулся Сухой, расслабившись под влиянием алкоголя, и излишне разоткровенничавшись из-за этого.

Интерлюдия 2

— Сука! — в стену полетел стакан из-под виски, и разлетелся на сотню мелких осколков, но начальник службы безопасности клана Нарышкиных даже глазом не повёл, стоя навытяжку перед разбушевавшимся пьяным молодым наследником.

— Твари! Какие же все они твари… — пьяно закачался он взад-вперёд на кресле, обхватив голову руками, — Отца ещё даже похоронить не успели, а межклановые связи уже по швам трещать начали. Ряд тех, кто раньше нам в рот заглядывал, и делал всё, что мы им скажем, уже огрызаться начали, и отказываться выполнять наши требования. Ряд заключаемых контрактов оказались под угрозой срыва. Слишком много всего было завязано на отце, я понимаю, но при чём здесь моя предстоящая свадьба с Шуваловыми? Вот ты можешь мне объяснить, почему они вдруг разорвали помолвку? — поднял он голову и требовательно посмотрел на подчиненного.

Тому, конечно, было что сказать молодому княжичу. Например то, что он не очень высоко котируется среди знати, из-за своего постоянного пьянства, азартных игр, и дикого, необузданного нрава. Пока был жив старый князь, желающих породниться с кланом было очень много, но сейчас… Сейчас все предпочли занять выжидательную позицию, и посмотреть, что с кланом будет дальше… Мало ли? Вдруг молодой князь окончательно сопьётся, тогда клан Нарышкиных будут ждать тяжёлые времена. Но вслух он, естественно, такое сказать не мог.

— Очевидно, они решили, что наш клан попал в немилость к императору, а значит, нас ждут тяжёлые времена, вот и решили выбрать выжидательную позицию, — пояснил он, — К тому же, вы же сами знаете, что Ольга, мягко говоря, вовсе не стремилась за вас замуж, вот, видимо, и сумела настоять на своём.

— Ольга не пойдёт против воли своего отца, а значит, это всё же он изменил своё решение. Но при чём здесь император? — вдруг дошло до наследника, — Чем мы могли вызвать его гнев?

Начальник службы безопасности замялся. Старый князь не посвящал наследника в свои дела и планы по поводу попыток устранения действующего императора, но сейчас, похоже, настала пора ему открыть глаза.

— Вы же слышали про недавнюю попытку переворота? — осторожно начал он.

— Конечно! Но при чём здесь мы? — недоумённо уставился на него князь.

— Ну, видимо, император как-то узнал, что за его организацией стоим мы, — наконец, решился он.

— Чего⁇ — наследник аж привстал было, а потом обессиленно рухнул обратно, — Да твою ж ма-а-ть… — схватился он опять за голову, а потом его вдруг осенило, и он медленно поднял взгляд на подчинённого, — Так это значит, что за убийством моего отца может стоять император⁇

— Наши аналитики допускают такую возможность, — уклончиво ответил тот.

— Да точно он! Кроме него на такое никто не решился бы, — упрямо сжал губы молодой князь, — А это значит, что наше положение ещё хуже, чем я думал. За смерть отца обязательно нужно показательно отомстить, вот только до императора нам сейчас никак не добраться. Слишком большую силу он набрал в последнее время. И слишком пристальное внимание сейчас будет к нашему клану. Нет, это не вариант… — задумчиво покачал головой он.

— Полностью с вами согласен, ваше сиятельство, — с облегчением кивнул безопасник, весьма обрадованный неожиданно разумными выводами наследника.

— Вот только… — продолжил тот, — Исполнителей нужно найти! Найти, и уничтожить! — бросил он взгляд полный ярости на собеседника, — Особенно, того мага, который добил отца! Вот эту тварь ты должен мне достать живым и доставить ко мне! Понял? Я хочу им лично заняться… — буквально прорычал он под конец, — Все должны запомнить, что с нашим кланом так поступать нельзя. Найди мне эту тварь!!

— Я… Постараюсь, ваше сиятельство.

— Не надо стараться! Надо сделать! И я тогда с этого урода живьём кожу сдеру!

Глава 10

— Димочка, ты почему опять ничего не кушаешь? — обратила на меня своё не дремлющее око бабушка Ани, отвлёкшись от болтовни со своими подругами, и опять начала подкладывать мне еду на тарелку. Всё же, видимо, все бабушки одинаковы, и ставят себе цель спасти своих внуков от голодной смерти, а меня она, судя по всему, уже окончательно записала в будущие мужья своей внучки, и то и дело умильно поглядывала в нашу сторону.

— Спасибо, Варвара Петровна. Всё очень вкусно, но в меня просто уже ничего не влезет, — попытался я не допустить того, чтобы быть закормленным до смерти, но взывать к её разуму было бесполезно, и она продолжала подкладывать какие-то тарталетки, бутерброды с икрой, с красной рыбой.

— Глупости. Мужчина должен есть много. Именно по тому, как он ест, видно, насколько он хороший работник, — проворковала она, но подкладывать всё же прекратила. Впрочем, на тарелке уже и места не было, если только вторым слоем класть, — И спасибо ещё раз за такой чудесный подарок! Право слово, ну не стоило так тратиться! — жеманно произнесла она, вцепившись двумя руками в свою сумочку, как будто опасаясь, что даже здесь, у неё дома, найдётся кто-нибудь, кто похитит эту драгоценность. Я всё же последовал совету другой Ани, и купил у неё зелье, омолаживающее кожу. Не поленился сходить в банк, и снять часть суммы из подаренного Кощеем миллиона. Всю снимать не решился, да и незачем, вроде, пока, но двадцать тысяч всё же снял. Была мысль снять больше и купить, наконец, себе магомобиль, но вовремя узнал о том, что государственные служащие обязаны раз в год заполнять декларацию о своих доходах и имуществе, и понял, что не смогу внятно объяснить, откуда у меня взялись эти деньги. Вряд ли мне поверят, что я случайно пароль от счёта узнал. Так что пока повременю с крупными покупками.

— Не волнуйся, бабушка, я прослежу, чтобы Дмитрий не голодал, — пообещала тут Аня, обворожительно улыбнувшись бабушке, приобняв меня.

— Вот и молодец. Вот и правильно, — одобрительно кивнула ей Варвара Петровна, — Запомни, деточка, хочешь, чтобы мужчина не смотрел на сторону, позаботься о том, чтобы он всегда был сыт. Не зря же говорится, что если жена не будет кормить своего мужа, то это будет делать какая-нибудь другая женщина, — лукаво подмигнула она нам, и вернулась к разговору со своими подругами, которых пришло к ней на день рождения штук десять.

— Не обращай внимания, — шепнула девушка мне на ухо, наваливаясь всем своим телом мне на правый бок, — Бабушка спит и видит, как бы меня выгодно замуж выдать. Да и о правнуках уже мечтает, чтобы заткнуть за пояс своих подруг.

— Рад за твою бабушку, но отцом в семнадцать лет я становиться не планирую, можешь ей так и передать, — мрачно отозвался я, вовсе не горя желанием в столь юном возрасте связать себя узами брака. Да и вообще у меня сейчас на личном фронте всё было как-то странно… Две девушки готовы согревать мне постель, и ни одну из них при этом я не могу назвать своей девушкой. Напарница тогда два дня прожила у меня, пока начальство не дало добро на выход, и не могу сказать, что её присутствие мне было не приятно. Скорее даже наоборот. Так что за книгой я съездил только вчера, благополучно забрал её, но даже толком не изучал. Так, первые две страницы разве что пробежал взглядом.

Была эта книга толстая, здоровенная, с чёрной обложкой из кожи, на которой не было ничего написано, и очень плотными страницами. И была она очень тяжёлой, килограмм с пять, наверное. По хорошему, мне надо было бы уже вплотную изучать её, но сегодня я поехал на этот день рождение, так как обещал, а завтра предстоит встреча с Аниным знакомым по поводу клада, так что времени пока не было на неё. Хорошо ещё, начальство сказало на работе пока не появляться, так что можно будет в понедельник засесть за неё. Если опять Аня не нагрянет, конечно, а она может. Да и эта Аня может настоять, чтобы я к ней приехал, — покосился я на безмятежно сидевшую рядом со мной девушку, и с довольным видом расправляющуюся с каким-то салатом. Вот тоже проблемка… По хорошему, надо бы отшить кого-то из них, но… Но почему-то не хотелось. Странно да? В той жизни я привык, что девушки крутились вокруг меня из-за моих бабок, статуса и отца, и я без малейшего сожаления расставался с ними. Порой, даже не запоминая, как их зовут. Тут же мне до сих пор было не привычно, что девушек интересую именно я, а не мои деньги, и даже не положение моего отца-министра. Им обеим было просто на это наплевать. И это вызывало странно беспокойство у меня в груди. Я не мог уже просто взять и послать кого-нибудь из них.

— Может, пошалим сегодня ночью? — как будто услышала мои мысли Аня, и прижалась ещё теснее, — Я надеюсь, ты же останешься сегодня на ночь? Бабушка нам уже и комнаты приготовила… — муркнула она. Я вздохнул, и уже собрался отказаться от приглашения, соврав про срочные дела, как вдруг к нам подошла Людвига Валбетовна.

— Дорогая, разреши я похищу твоего молодого человека буквально на пять минут? Мне нужно с ним приватно переговорить. Это касается его учёбы.

— Только если на пять минут, — нехотя согласилась Аня, с подозрением глядя на преподавательницу. Видимо, небольшой осадочек у неё всё же остался после прошлого нашего уединения.

— Что случилось? — буркнул я, когда мы вышли из беседки, и подошли к мангалу, рядом с которым сейчас никого не было, оставаясь в зоне видимости гостей. Варвара Петровна не стала ничего придумывать, и решила отпраздновать на всё той же даче, которая была у этой семьи чем-то вроде родового гнезда. Причём, я знаю, что многие уговаривали её отпраздновать юбилей в ресторане, благо, она могла себе это позволить, но она отказалась категорически, сказав, что предпочитает отметить на свежем воздухе и без лишнего шума.

— То, чего я так долго опасалась, — вздохнув, ответила ёкай, наблюдая за потихоньку гаснувшими угольками в мангале. Шашлыки уже давно пожарили, причём, Анин папа занимался ими лично, и сейчас нам никто тут не мешал.

— Одно из старейших вампирских семейств Москвы узнало о здешнем месте силы, и решило заполучить его к себе в собственность. Они уже подходили с предложением о продаже дома к Вите, на что получили категоричный отказ, вот только их это не остановило. Слишком лакомый кусок. По моим данным, сегодня ночью они собираются навестить тут Виктора, и уже по другому с ним поговорить. Он обычный человек, так что не сможет противостоять их внушению, и подпишет всё, что они пожелают. Я, конечно, постараюсь им помешать, но боюсь, моих сил может не хватить.

— А ректор не может вам помочь? — уточнил я, уже подозревая, впрочем, чего она от меня хочет.

— Ректора, к сожалению, сейчас нет в городе, и на звонки он пока не отвечает, — тяжело вздохнула она.

— А Ане почему не скажете? Она же ваша верная помощница? — полюбопытствовал я, догадываясь о причине.

— Аня далека от мира ночи, и, боюсь, вряд ли сможет противостоять вампирам. По крайне мере, пока не закончит университет, — поморщилась ёкай.

— А ещё вы наверняка не очень хотите, чтобы она узнала о вашем истинном облике, и о месте силы, — понимающе усмехнулся я.

— И это тоже, — не стала она спорить, — Так что, поможешь мне? Думаю, вдвоём мы сможем дать им отпор.

— Допустим. Но дальше-то что? Они же наверняка на этом не успокоятся, — логично предположил я, наблюдая, как из беседки вышла Аня, и смотрит в нашу сторону.

— Нам главное сегодня отбиться и время потянуть. Завтра у меня будет к кому обратиться за помощью, и их окончательно отвадят от этого дома, — уверенно произнесла она.

— Но зачем мне это? Вам-то понятно для чего это нужно. Вы не хотите выпускать из своих рук ценный ресурс. Но мне-то?

— А разве ты не хочешь сохранить дом своей девушке? — чуть наклонила голову она.

— Аня — миллионерша, так что не обеднеет от продажи одного дома, — решительно отрезал я, не ведясь на столь дешёвый трюк, — И ещё не понятно, что там дальше будет с нашими отношениями, — чуть тише добавил я.

— Хорошо. Что ты хочешь? — устало спросила она.

— На самом деле, не многого, — успокоил я её, — Услугу. Так же обычно расплачиваются в нашем с вами мире? Услугу за услугу — вполне справедливая цена.

— И что это будет за услуга? — с подозрением уточнила ёкай.

— Пока не знаю, — пожал я плечами, — Просто вы мне будете должны услугу, сопоставимую с тем, что сделаю я. Когда-нибудь я обращусь к вам за помощью, и вы мне поможете.