Помоги проекту - поделись книгой:
— Пользуйся на здоровье, — добродушно откликнулся князь после нескольких глотков из кружки. — И все-таки? Сопровождение грузов для твоего Рода сейчас не самое лучшее решение. Может, попробуешь лесом заняться? Только не древесину на рынок выпускай, а уже обработанный продукт. Может, и мебель начнешь делать. Ресурсов там богато вдоль Туры. Электростанцию возведешь, лесопильные цеха подключишь — и вперед, родовую казну пополнять.
— Подумаю, — Владимир и сам уже ломал голову, как увеличить доход своего маленького Рода. Не идти же на поклон к отцу за помощью, чтобы надоумил насчет бизнеса. Но сейчас князь подсказал хорошую идею. Леса и в самом деле много, грех не воспользоваться. Обработка древесины не входила в приоритеты Строгановых, они больше караваны сопровождали да золотишко с пушниной добывали в своих факториях, ну и финансовые операции через семейный банк проворачивали.
— Подумай, — кивнул князь. — Теперь ты Глава Рода, тебе и вожжи в руки. Правь, как сам считаешь нужным. Но знай, что я всегда поддержу, если серьезные проблемы возникнут. А они будут, поверь. Людишек сразу приучи к порядку. Увы, грешен, не стал в свое время головы рубить беспощадно, а теперь ты расхлебываешь… Слышал я, какие меры принимаешь. Правильно делаешь. Но мой тебе совет.
Строганов допил пиво, закусил пластинкой вяленого леща и посерьезнел.
— Ближе к снегу проведи рейд к северу от Турского. Где-то там база лихих людишек спрятана. Посылал егерей, да все без толку, не могли разыскать. Хорошо схоронились, гады. Сама по себе она не является постоянным лагерем, но супостаты туда периодически заглядывают. Кто-то с каторги срывается кукушку слушать, кто-то из-за кровавых дел прячется от правосудия, да и рабами не брезгуют, девчонок малолетних похищают. Именно оттуда всю накипь в поселок прибивает. «Диких» старателей не трогай, они тебе прибыток несут, а вот ту гниль надо выжечь разом. Накрой их в гнезде и уничтожь без сожаления.
— Ладно, — растерялся Владимир, не ожидая такой подсказки. Ему почему-то стало неприятно, что отец не слишком-то старался обезопасить один из своих поселков, приносящих прибыль. Людишки для него были лишь цифрой в статистике доходов и расходов. — Вслепую не полезу, сначала найду опытных охотников. Авось нащупают след.
— Все выяснил? — Строганов усмехнулся, заметив легкую тень на лице сына. — Думаешь, спихнул тебя в дыру таежную, да еще навесил на плечи проблемы? Ну, это с какой стороны посмотреть. Твои братья до сих пор без землицы Роду служат. И считают, что тебе повезло куда больше, чем им. Младшую ветвь образовал, от батьки подальше смылся.
— Сам так захотел, — усмехнулся в ответ Владимир. — Чего теперь жалеть. Спасибо, отец. Подарок хоть и проблемный, давай уж откровенно, а все равно я рад. Маринка и вовсе пищит, в каких хоромах живем.
— До поры до времени, — вздохнул старший Строганов. — Потом заскучает и начнет грызть тебя исподволь. Давай быстрей детишек заводите, некогда будет дурью маяться.
— Ты о чем? О театре?
— Нет, с театром все правильно. Пусть будет, — отмахнулся князь. — Наслышан я, какую ажитацию произвела Марина в Тобольске. Всю творческую братию на уши поставила своим желанием. Я о том, чтобы ненужными мыслями голову не забивала.
— Разберусь, — Владимир рассмеялся и стал одеваться. Он считал, что сумел разговорить отца и нисколько не сердился, что свадебный подарок тяжелым бременем лег на плечи. И как не посмотри, ведь братья не зря ему завидуют. Он единственный из семьи, кто получил право на создание младшей — считай, независимой — ветви известного в Сибири рода.
А это стоило всех прошлых решений и будущих выгод.
Глава 4
— Пап, когда у меня появится такая же Сила, как у тебя? — дергая Никиту за руку, спросил Мишка, смешно семеня рядом с ним по берегу реки и загребая сандалиями песок. — Мне дедушка Фрол сказал, что еще надо три года ждать, а я уже умею создавать свои скрипты!
— Создавать скрипты — это всего лишь часть твоего Дара, не больше, — возразил Никита, поглядывая на забавно надувшего губу сына. Наконец-то он нашел время побыть со своими детьми, поэтому взял Мишку и Полину прогуляться вдоль Вологды, а заодно очистить голову от всевозможных мыслей и плодящихся проблем. Дед Фрол с охоткой присоединился к ним. Наверное, захотел позаниматься с молодыми Назаровыми подальше от любопытных глаз. Просто так старый чародей ничего не делал. Не иначе, что-то задумал.
— А что еще? — засопел сын. — Я же соблюдаю дисциплину, внимательно слушаю дедушку Фрола, даже читать научился.
— Еще бы ты не умел читать, — хмыкнул волхв. — Стыдоба какая! Дед Костя очень бы расстроился. А вот насчет Силы… Скрипты не показатель. Они являются первичным звеном в обучении, чтобы облегчить твои возможности. Поэтому постарайся раскачать еще парочку Стихий, кроме Огня.
— Сделай упор на «воздушника», — проскрипел позади них старик, умудрившийся догнать идущих впереди Никиту с сыном.
Полина, наоборот, умчалась вперед и теперь увлеченно переворачивала голыши в поисках склизких водяных жуков; иногда она восторженно пищала, увидев на прогретом солнцем речном дне силуэты рыбьих мальков.
Главное, она была спокойна и не докучала наставнику своими видениями «на полчаса вперед». Дед Фрол уже давно понял потенциал Полины и не торопился развивать его, зная, как тяжело потом она будет переносить «откаты». Каждое усиление Дара компенсировалось подобными неудобствами. Девочка жаловалась на тошноту и слабость, в связи с чем старый волхв решительно прекратил раскачивать энергетические каналы будущей Ведуньи. Слишком они оказались пластичными и подвижными, чего не наблюдается у детей ее возраста. Вот Мишку наставник гонял, не жалея. У того восприимчивость ниже, зато каждый рывок качественнее.
— Почему на «воздушника»? — обернулся Никита, заодно контролируя Полину, чтобы та не вздумала забредать в воду дальше положенного. Слон, Лязгун и Нагаец идут следом для подстраховки, но девица невероятно шустра, может и сюрприз преподнести. — Есть предпосылки?
— Огонь с Воздухом очень хороши, — причмокнул губами дед Фрол. — В Афганистане маги отдают предпочтение именно этой комбинации. Там и так климат сухой и жаркий, а в совокупности она создают смертельную ловушку для врага.
— Что из Воздуха знаешь? — поинтересовался Никита у сына.
— «Спираль», «Суховей», несколько ударных скриптов из плотных элементалей, — последнее слово Мишка произнес по слогам.
— Не рано ли на комбинации переходить? — с сомнением спросил молодой волхв у старого. Он отдавал предпочтение более опытному в наставничестве человеку и лишний раз не пытался лезть в процесс обучения.
— Рано, — дед Фрол остановился и с интересом разглядывал накренившуюся с высокого берега сосну, которую подмыл прошлогодний паводок. — Сначала займемся раскачкой второго канала, а через пару-тройку месяцев потихоньку попробуем их «подружить».
— Подружить? — воскликнул Мишка, прыгая вокруг отца, словно старался закружить ему голову. — А разве так можно?
— Любая Стихия имеет свой характер, — наставительно сказал дед Фрол. — И к каждой нужно найти подход. Это базовые знания для мага. Я об этом талдычу вам на каждом занятии, а ты пропускаешь все мимо ушей.
— Мишка… — Никита угрожающе сдвинул брови.
— А я чего? Я внимательно слушаю, — зачастил мальчишка, густо покраснев. — Не каждая Стихия может образовывать боевые пары. Например, Огонь отрицает Воду и Землю, Воздух не очень любит сочетаний с Землей и Водой. Это не значит, что из них нельзя составить атакующие скрипты, но они больше всего подвержены нестабильности.
— Ничего себе, — хмыкнул Никита, почесав макушку. — Как это пятилетний ребенок смог заучить такую формулу, а, Фрол Пантелеевич?
— Память хорошая у Мишутки, — скупо улыбнулся старик, но с таким расчетом, чтобы пацан не видел. — И язык подвешен правильно. Речь какая, чувствуешь?
Волхв посмотрел на сына, присоединившегося к своей сестре, чтобы пускать плоские голыши по водной глади. Каждый удачно «выпеченный блин» оглашался радостным воплем.
— Доча, — окликнул Полину Никита, и как только она подбежала к нему, сказал с улыбкой: — Водоворот посолонь.
— Да, папочка, — покладисто ответила девочка и повернулась лицом к реке. Замерев в неподвижности, она некоторое время разглядывала медленно текущую воду и развела руки, поднимая их вверх.
Воздух вокруг нее стал потрескивать от набирающего силу магического фона. Вскоре фигура Полины окуталась бледно-сиреневыми искорками. Никита одобрительно кивнул. Дочка не забыла инструкций, как нужно действовать. Первым делом она создала вокруг себя непроницаемый кокон, где сейчас концентрировалась энергия Силы, тем самым обезопасив стоящих рядом людей от своих непроизвольных ошибок. Не делая резких движений, она сдвинула ладони, словно охватив невидимый большой шар, и стала поглаживать его. В пяти метрах от берега вода заволновалась, замедлила свой бег и начала закручиваться по часовой стрелке, образуя воронку, постепенно углубляющуюся к самому дну. Спустя минуту поверхность реки сгладилась и вновь неторопливо потекла между берегов.
— Уф, — выдохнула Полина, опуская руки. — Устала.
— У тебя отлично получилось, — похвалил ее Никита, прижав к себе густо-каштановую головку дочери. И передал ей немного Силы, восстанавливая потраченную энергию. Аура вновь вспыхнула цветом «ведуньи» — нежно-зеленым с золотистыми проблесками.
— А можно мне? — запрыгал Миша. — Я рой приручил!
— Что за рой? — Никита посмотрел на деда Фрола. Тот лишь хмыкнул и развел руками, дескать, разрешение здесь дает Глава рода. — Ну, ладно. Заинтриговал. Надеюсь, не будет как с «ножами ассасина»?
— Я провел работу над ошибками, — с серьезным видом произнес Михаил и подошел к урезу воды. Затолкав в карманы курточки руки, он тоже, как и сестра, замер перед демонстрацией своих умений.
Никита догадался, что сын будет раскрывать скрипт. Да еще спрятал руки в карманах, словно хотел провести активацию, не привлекая чужого внимания. Это он напрасно. Раскрывать скрипт нужно свободными пальцами, а карманы будут сковывать движение. Нет, с Мишкой надо ухо востро держать. Любит он что-то новенькое придумывать.
Не прошло и минуты, как перед мальчиком сформировалось дрожащее марево воздуха, сгущавшееся до состояния плазмы. Ярко-алый шар, достигнув размера волейбольного мяча, замер, подергиваясь в ожидании дальнейших действий. Мишка неожиданно дунул на него, и шар отлетел на несколько метров от берега. Еще мгновение — и с гулким хлопком разлетелся в разные стороны, но его огненные брызги словно застыли на невидимом стекле, сдерживаемые какой-то мощной силой. А потом превратились в маленьких светлячков, хаотично мечущихся в замкнутом пространстве. Никита с интересом смотрел, как они образуют тонкие длинные спицы. Воздух колыхнулся, и они помчались к противоположному берегу, прижимаясь к воде. Самое забавное, разглядеть их в свете дня уже не представлялось возможным. Где-то на середине реки пыхнуло жаром, белесый пар поднялся вверх и рассеялся под дуновением ветерка.
— Воображала! — фыркнула Полина, прижимаясь к отцу. — В цирке только выступать!
— Получше тебя буду! — тут же отреагировал Мишка, счастливо сияя.
— Мне много и не надо, — показала девочка язык. — Правда, папа?
— Стандартный набор ты уже выучила, — усмехнулся Никита. — До инициации будешь знать еще больше, а потом начнутся занятия только под твой Дар. А Михаилу еще долго предстоит осваивать магическую премудрость.
— Тебе не понравилось? — шмыгнул мальчишка.
— Почему же? Грамотно создал сферу огня, подчинил энергетику плетения, перевел созданные объекты на уровень атомизации и атаковал противника, — Никита разобрал демонстрацию под одобрительные кивки старого волхва. — Я понял твою задумку так, что ты хотел скрыть от чужих взглядов раскрытие скрипта?
— Да, — с довольным видом произнес сын. — Когда враг не видит движения моих рук, он и не подозревает о готовящейся атаке.
— Ну и как, тяжело в карманах скрипты рисовать? — усмехнулся Никита.
— Тяжело, — сознался Мишка.
— А теперь представь, если ты не дорисовал какой-нибудь хвостик в скрипте, ноготь зацепился за невидимую ниточку в кармане, палец дернулся. Что произойдет?
Сын засопел, поняв, что опять сделал ошибку. А ведь так хотелось удивить папу и дедушку Фрола! Вроде бы улыбаются, хвалят, а на деле — отчитывают за проделанную работу.
— Самоуверенность — плохой знак для волхва, — наставительно прокряхтел Фрол Пантелеевич, подойдя к младшему Назарову. Положив свою тяжелую руку на его макушку, легонько потрепал. — А уверенность — залог победы.
— Ну и как быть? — проворчал мальчишка, не замечая улыбок телохранителей. — Руками перед врагами махать? А так бы они даже не догадались, что уже мертвы.
— А как учатся воины быть самыми сильными? — старик кивнул на Слона. — Каждый день оттачивают свое мастерство тяжким трудом тренировок. Так и тебе предстоит идти по такому же пути. Только магическому. Хочешь быть как отец?
— Спрашиваешь, деда! — засверкал глазенками Миша. — Хочу!
— Тогда научись делать все правильно, так, как я тебе говорю, как показывает отец свои хитрые приемы. Когда придет уверенность, ни один палец не зацепится за нитку, — Фрол Пантелеевич с хитрецой посмотрел на Никиту.
— Полина, Миша, можете поиграть со Слоном, — волхв усмехнулся, заметив тяжелый вздох личника.
— Хозяин, разреши показать детям ножевые приемы, — просьба Нагайца была неожиданной. Словно степной идол заговорил на понятном всем языке. — Магия хороша, но, когда умеешь владеть благородным железом, она становится еще сильнее.
— Папа, можно посмотреть? — заинтересовалась Полина, отчего у Никиты брови поползли вверх.
— У нас в роде все мальчики с трех лет начинали носить нож, а в пять уже владели им как настоящие мастера, — разговорился Нагаец.
— А девочки? — заложив руки за спину, юная ведунья внимательно поглядела на смуглое лицо личника мамы. Как-никак, она с ним виделась гораздо чаще, чем со Слоном или Лязгуном.
— Девочкам не запрещалось, но их больше учили домашнему хозяйству.
— Не хочу вышивать и танцами заниматься, — надула губы Полина. — Это скучно.
— Насчет танцев я не уверен, — Фрол Пантелеевич переглянулся с Никитой. — Для гибкости и улучшения координации они очень даже полезны.
— Да? Тогда буду танцевать, — согласилась девочка.
— Нагаец, если через полгода мои дети не станут попадать ножом в центр мишени, я сочту твои слова бахвальством, — предупредил Никита. — Работать с ножом я сам могу научить, но планировал заняться их подготовкой гораздо позже.
— Я дам им все знания, — бесстрастно ответил телохранитель. — Муху будут прибивать к доске за десять шагов.
Никита поморщился от визгов радостной ребятни, и сделав знак облегченно вздохнувшему Слону, что ему все равно нужно проконтролировать детей, отошел вместе со старым волхвом подальше от шумной компании. Нагайцу, конечно же, он доверял и нисколько не боялся за своих отпрысков. Тайный Двор приучил его жить с оружием в руках с ранних лет, а с клинками он управлялся как заправский казак уже в десять. Нагаец прав: магия тогда сильна, когда одаренный умеет пользоваться всеми возможностями. Блокираторы уравнивают шансы, и это следует учитывать в расчетах. Поэтому необходимый комплекс самообороны его дети получат до того момента, когда пойдут в школу.
— О чем задумался, Никитка? — почувствовал его колебания дед Фрол.
— Имел разговор с князем Балахниным, — признался молодой волхв. — Представь себе, Фрол Пантелеевич, он проводит какие-то изыскания, чтобы понять, откуда у меня Дар Перуна. И намекнул так невзначай, что докопался до истины.
— Даже так? — хмыкнул старик. — И ты веришь его словам?
— Ну… в чем-то он был убедительным. Есть подозрение, что одаренный из его окружения согрешил с одной девицей. Балахнин где-то нашел Место Силы и отправил ее туда в надежде, что будущий ребенок примет универсальный Дар.
— По аналогии с алтарем Храма? — снова ухмыльнулся дед Фрол, как будто сказанное его веселило. — Ну что ж, пусть и дальше проводит научные изыскания. Девку только жалко. Загубит своими экспериментами.
— Ты что-то знаешь о таком способе?
— А кто возил беременную жену к Источнику? — выцветшие глаза старика задорно блеснули. — Разве ты не рисковал?
— Ситуации разные. Побывать внутри Источника и впитывать энергетику Места Силы — это иные уровни воздействия на Дар.
— Ребенок той девки не получит и половины от одаренного родителя, — уверенно произнес Фрол Пантелеевич. — Полукровкам придется выпрямлять все энергетические каналы, и не факт, что удачно выйдет. В афганских княжеских семьях иногда рождались вот такие бастарды, и его вместе с матерью отселяли в далекий кишлак под пристальный надзор специально обученных людей, которые следили за развитием ребенка. Долго, до восемнадцати лет. Инициацию переживал не каждый. Особенно первую. Там сразу шел жестокий природный отсев. Магия не терпит беспечности в подобном деле. Есть правило, и оно единственно верное, проверенное веками: неодаренная женщина не может родить полноценного носителя Дара. Это выбраковка. Но если мать-простолюдинка имеет искру, то шансы вырастить одаренного ребенка повышаются многократно. Если этим займутся евгеники, — хмыкнул старик.
— А наоборот? Мужчина-неодаренный, а женщина из сильного Рода, пестующего какую-нибудь Стихию? — Никите было интересно выслушать версию старика.
— Думаешь, старшие родичи допустят такой мезальянс? — рассмеялся волхв. — Они-то как раз понимают, что таким образом кровь будет испорчена. Такая же выбраковка, только с более лучшим результатом, как ни странно.
— А как же в Афганистане?
— Таких как раз убивают, — пожал плечами дед Фрол так буднично, что у Никиты по спине прокатился холодок. — Бастард от одаренного отца — допустимо, а высевок от одаренной матери — проклятие Рода. Разницу чуешь?
— Оскорбление крови?
— Ну да. И магия здесь не при чем.
— Но ты сам сказал, что шансы для ребенка получить Дар в таком союзе гораздо выше. Иерархи утверждают обратное.
— Иерархи многого не знают, — резко остановился Фрол Пантелеевич и заложил руки за спину, разглядывая возящихся с детьми телохранителей. — Они впитывают знания западной цивилизации и пытаются натянуть ее на наши уникальные наработки. От того и ошибки. Я прошел от Пянджа до Пешавара, столкнулся со многими секретами местных магов. Скажу так: к чистоте крови местные князьки относятся с невероятным трепетом. Но нигде я не встретил одаренного с искусственно поднятым уровнем Дара. Природа всегда подводит к общему знаменателю, если нет предпосылок к усилению. У тебя они были с самого рождения, и так распорядилась природа. Если хочешь — Перун. Недаром он тебя отмечает при каждом посещении Храма, прямо спектакль устраивает! Когда твоя жена родит, сам убедишься в правдивости моих слов. Дети никогда до тебя не дотянутся. Они будут уникальными в чем-то, но Сила Пяти Стихий подвластна только тебе. Может, в мире и существуют еще подобные уникумы, но я о таковых не слышал.
— Балахнин сказал, природа дуалистична, двуедина. Значит, есть.
— Сам-то веришь?
— В двуединую природу вещей? Верю, потому что она существует. Но в появление второго Универсала — нет.
— То-то и оно. Болтун твой князь, вот что я скажу. А тебе посоветую играть на его интересе. Пусть тратит ценные ресурсы и время. Хорошо бы втянуть в эту бессмысленную игру и Шереметевых, и Волынских. Хотя бы посмеялись…
— Хм, забавная идея, — по губам Никиты скользнула усмешка. — Кинуть им косточку и посмотреть, как они начнут вырывать ее друг у друга. Только вот зачем? Я не нахожусь с ними в состоянии войны.
— То же самое. Отвлечь от себя, пока строишь клан, — притопнул ногой дед Фрол, словно неразумного уговаривал. — Селекция Дара в одном взятом Роде — это годы тяжелой и кропотливой работы. Порой ведущей в никуда. Пока твои оппоненты будут бегать, высунув язык в поисках Источника, ты вырастишь детей, укрепишь клан, нарастишь мускулы, грубо говоря. Ты знаешь, — он взял за руку Никиту, — сильный воин не ждет, когда на него нападут и уничтожат, а сам ищет врага. Твое «Гнездо» — не то место, где можно крепко встать на ноги. Это всего лишь уютное родовое поместье. А настоящая жизнь там, в большом городе. Твои девчата скучают, я это чувствую. Иди навстречу опасностям, не жди их.
— Фрол Пантелеевич, мне уже несколько человек такое советуют, — тщательно скрывая раздражение, ответил Никита. — Я не дурак, все вижу и понимаю. Возможно, в следующем году что-то изменится…
— Не буду на тебя давить, — тут же кивнул старик. — Построить новый удобный дом занимает много времени. А я останусь здесь доживать свой век. Заодно присмотрю за «Гнездом», сколько мне отмерено.
Никита не хотел признаваться, что тянет с переездом в Петербург только по одной причине: у него просто не будет времени на свои проекты. Его начнут сжирать обязательное общение со столичной знатью, с семьями высокородных, визиты к императору, к знатным семьям, приемы, балы, Ассамблеи. Для молодых женщин это несомненный плюс. Никита был более чем уверен, что Тамара, Даша и Юля укрепят его репутацию среди салонных завсегдатаев. Они-то как раз будут чувствовать себя как рыбки в воде. Боязнь большого города уже стала для него неким ограничителем, не дающим развернуться в полную силу своего растущего (чего греха таить) влияния.
И вдруг на него резко свалилось понимание одного-единственного факта: ведь он, по сути, так и не вкусил всех прелестей своей молодости, как бирюк, забившись в нору. Война, интриги, преследование врагов — вот что он видит в последнее время. Кого-то спасает, убивает, пытается помочь престолу, осознавая себя белкой, бегающей по колесу. Тот же Велимир Шереметев, молодые Воронцовы, Юсуповы, Волынские куда счастливее его, надо честно признаться.
Поделиться книгой: