Согрей моё сердце

Церебра удовлетворена, и в голосе даже сквозит одобрение. Или это мне чудится? Но я не задерживаюсь, встаю и с прямой спиной выхожу из кабинета. Дворецкий уже ждёт меня в небольшой приёмной и сразу же указывает направление.

Похоже, год у меня будет очень насыщенным и тяжёлым. Как бы за это время не прибить венценосную бабулечку и всех ледышек вокруг. Всё-таки не настолько я отмороженная по сравнению с этими синекожими ахернарцами.

Мы поднимаемся на третий этаж и идём по роскошному коридору. Но я не замечаю красоты. Устала от поездки и очень спать хочется. Поллукс останавливается у белоснежных двустворчатых резных дверей и, торжественно распахнув их, отходит в сторону. Благодарно кивнув, захожу.

Что сказать? Красиво. Нежно-голубые стены, потолок с лепниной, деревянный пол с подогревом. Широкие окна, скрытые за тяжёлыми гардинами. Двухъярусная люстра с висящими капельками хрусталя. Кремового цвета мебель с небольшим розоватым отливом. Высокая кровать с балдахином и вычурными кисточками. Навесные панели–тумбочки с двух сторон. Небольшая софа с креслами и круглым столиком у окна. Туалетный столик с дамскими безделушками и цветами в вазе. И две двери: в купальню и гардеробную. Ванная комната оборудована по последнему слову техники. Душевая кабина из цельного голубого гранита, вытянутая ванна, даже ионный очиститель имеется. А гардеробная пустая. В центре комнаты мои четыре чемодана сиротливо валяются. Решив разобрать вещи завтра, выхожу обратно в спальню.

– Ужин через час, – подаёт голос Поллукс. Он так и стоит у порога.

– Я не голодна. Лучше лягу пораньше спать, – отвечаю, осматривая ковёр под ногами.

– Принято, – дворецкий указывает на небольшой планшет, лежащий на туалетном столике, – если что-нибудь понадобится, зовите.

– Спасибо, Поллукс, – натягиваю улыбку.

– Доброй ночи, Ваше Высочество, – ахернарец чопорно кивает и прикрывает дверь.

Оставшись одна, массирую виски и ухожу в ванную. Стою под прохладным душем, смывая этот день. Вымывшись до скрипа, заворачиваю телеса полотенцем и плетусь в гардеробную. Долго копаюсь в чемоданах в поисках любимой пижамы: короткие шорты и майка на лямках. Ничего особенного, но мне вечно жарко.

Наконец, переодевшись, взбираюсь на кровать и включаю коммуникатор. Звоню Софи. И пусть у них глубокая ночь, мне очень хочется увидеть её.

– Привет, – хрипло шепчет сестрёнка.

– Привет, – искренне улыбаюсь, рассматривая сонную моську любимой девочки.

– Я уже скучаю, Веда, – зевая, трёт глаза Софи.

– Я тоже. И по маме, – признаюсь.

– Как тебе Ахернар?

– Да так, – пожимаю плечами, не зная, что именно говорить, ведь особо не рассмотрела его.

– Небось, уже мечтаешь вернуться к психически неуравновешенным нам? – хихикает Софи.

– Конечно. Кто-то же должен вас уравновесить. Папа один не справится, – смеюсь, заражаясь весельем сестры.

Мы с двойняшкой болтаем до самого моего позднего вечера. У неё уже наступило утро. Семейство Леоновых проснулось. Шумные голоса родственников слышатся из коммуникатора, вызывая улыбку и тянущее давление в груди. Не думала, что буду скучать по ним.

***

Глава 3

Утро наступило слишком рано. Я была к нему не готова, но меня не спросили. В комнату ворвался худой и статный мужчина и потребовал немедленно вставать. Кое-как продрав глаза, высовываю нос из-под одеяла, хмуро смотрю на нарушителя спокойствия.

– Вы кто?! – получается довольно резко, но пусть радуется, что ещё живой.

– Я Алькор. Третий советник Её Величества! – с пафосом вещает он, осматривая меня без всяких эмоций. – А вы, Ваше Высочество, – моя головная боль. Королева ждёт Вас к завтраку. У нас пятнадцать минут.

Закатываю глаза, падаю на подушки и, как учила бабушка Сараби, занимаюсь аутотренингом: дышу. Мужчина продолжает стоять в центре комнаты и, похоже, бдит, чтобы я вновь не заснула.

Игнорируя советника, со стоном поднимаюсь и, совершенно не смущаясь незнакомца, отдёрнув майку, удаляюсь в купальню. Настраиваю душ и слышу:

– У вас осталось семь минут.

Даже не успела искупаться, а куда-то делись мои минуты! Ненавижу опаздывать, поэтому выключаю смеситель и, наспех почистив зубы, бегу переодеваться. В гардеробной немного зависаю, теряя драгоценное время. Все мои вещи разложены на полках, развешаны по цветовой гамме, а чемоданы убраны в дальний угол комнаты. Интересно, кто рылся в моих вещах? Решив подумать об этом позже, хватаю первый попавшийся ярко-жёлтый сарафан и голубые балетки. Плевать, что не сочетаются. Мне б тут бабушкин квест пройти. Пятой точкой чувствую – это её проверка.

Вылетаю обратно в комнату, сдуваю прядь волос. Мой нянь смотрит на часы, удовлетворённо хмыкает и жестом просит следовать за ним. Вдох–выдох, Ведана. Станешь королевой – пристрелишь его первым.

Схватив с тумбочки крабик для волос, догоняю Алькора. Пока мы спускаемся, успеваю сделать тугую косу и, скрутив её, заколоть крабиком.

В светлой и просторной столовой за накрытым длинным столом бабушка сидит совершенно одна. За её спиной стоят лакеи с каменным выражением лица и ждут приказов. Алькор останавливается у порога и склоняет голову.

– Доброе утро, бабушка, – решаю быть доброжелательной и милой.

– Ваше Величество! И никак иначе, – чеканит со сталью королева.

– Да, Ваше Величество. Доброе утро, – соглашаюсь и с этим.

Она плавно кивает и взглядом показывает на кресло подле неё. Алькор тут же подходит ближе и помогает занять место. Даже подушку поправляет, чтобы мне было удобнее. Точно, нянька.

Завтрак проходит кошмарно. Стоит мне потянуться за каким-нибудь блюдом, бабуля бьёт по рукам длинной приплюснутой указкой. Если я сутулюсь – бьёт по спине. И всё это делается с полным равнодушием и невозмутимостью.

В отличие от меня, женщина спокойно трапезничает. Стоит ей лишь повернуть голову к желанному блюду, как слуга за спиной подходит ближе и перекладывает закуску в её тарелку. Стоит бокалу опустеть, как он мигом наполняется. Поняв, что от меня хотят, я тоже начала отдавать молчаливые приказы. Но не тут-то было. Теперь меня бьют по рукам за то, что я не умею пользоваться столовыми приборами. Не ту вилку использовала, не той ложкой чай помешиваю. К слову, ложек передо мной три, и все они маленькие, чайные. А вилок шесть и два ножа. Я хоть и являюсь «принцессой», но воспитывалась в нормальной семье, где была только одна вилка и две ложки: чайная и суповая.

Бабуля измывается надо мной с садистским спокойствием, и к концу трапезы я не просто злая и голодная. Я в бешенстве.

– Алькор, у вас, кажется, урок внешней политики? – выгибает бровь этот монстр в платье, вставая из-за стола.

– Да, Ваше Величество, – отвечает советник и встаёт следом. Он сидел всё это время рядом со мной и никак не мешал королеве измываться надо мной. Тоже встаю, чтобы не нарушить очередные правила этой маразматички.

– Займитесь этикетом и дворцовым протоколом, – сухо приказывает Церебра и, проплывая мимо нас, передаёт указку Алькору.

Мы провожаем королеву, и как только она исчезает из столовой, со вздохом сажусь обратно. Можно теперь поесть нормально. Но нет. Никто мне поесть не даёт. Слуги уже умудрились забрать все столовые приборы и тарелки. Хватаю булочку, и Алькор просит идти за ним.

Третий советник привёл меня в очередную светлую комнату. Вручил планшет со стилусом и, заняв соседней кресло, начал лекцию. Его монотонный безэмоциональный голос убаюкивал лучше любых снотворных. Я откровенно клевала носом и угукала невпопад. Каждый раз, как я практически падала лицом на стол, Алькор бил указкой в миллиметре от моего носа. Отчего я вздрагивала, резко вскидывалась и злобно таращилась на няньку. А этот непробиваемый мужчина продолжал лекцию как ни в чём не бывало.

Прошло больше часа, Алькор затыкаться не собирался. Нужно отдать должное советнику: если мне что-то было непонятно, он терпеливо объяснял, разжёвывал, детальнее углублялся. И ни разу не повысил голос.

Живот требовательно заурчал и прервал советника. Мужчина укоризненно выгибает бровь. Будто я специально его отвлекаю. Дверь без стука распахивается, и в комнату заходит незнакомец. Слава звёздам, не синекожий. По выглядывающим рожкам из густой шевелюры – таллиец. Мужчина смотрит на часы и качает головой.

– Вы увлеклись, советник. У принцессы перерыв, – замечает он и, подойдя ближе, кладёт на стол яблоко. – Добрый день, Ваше Высочество, я Одхан, ваш учитель по истории Федерации.

– Здравствуйте, – буркнув, разгибаю спину. Всё тело затекло из-за Алькора.

– Отдыхайте, Ваше Высочество, после обеда продолжим, – Третий советник чинно склоняет голову и оставляет нас наедине.

– Прогуляемся? – предлагает Одхан, насмешливо наблюдая, как я вгрызаюсь в сочное яблоко.

– Лучше поедим, – бормочу с набитым ртом.

– Я распоряжусь, чтобы нам принесли чаю в беседке. Вам нужен свежий воздух, – откровенно веселится хитрый таллиец.

– Вы тоже какой-то там советник? – доев яблоко, поднимаюсь, и мы выходим из комнаты.

– Слава космосу, нет. Я здесь по просьбе вашего отца. Даниэля.

Прежде чем выйти на свежий воздух, Одхан останавливает лакея и просит накрыть столик в беседке. Слуга уносится выполнять приказ, а мужчина тянет к распахнутым настежь дверям.

Весь сад покрыт небольшим снежком и красиво светится под редкими лучами солнца. На мои плечи опускается меховая накидка. Это дворецкий заботится о принцессе.

Мы гуляем по расчищенной аллее. Я улыбаюсь своим мыслям и глубоко дышу, насыщаясь умиротворением. Щёки покалывает мороз, глаза немного слезятся, но мне очень хорошо сейчас.

– Хотите, начнём урок пораньше? – предлагает таллиец.

– Нет. Историю Федерации я знаю на отлично. Мы можем поговорить на отвлечённые темы?

– Легко, – соглашается улыбчивый мужчина.

Мы располагаемся в беседке среди вьющихся растений. Слуги накрывают небольшой столик разными закусками и горячим чаем. Пока я ем, Одхан развлекает меня рассказами о себе, о планете Тало. Много шутит над ахернарцами. Он умеет вести светские беседы, в отличие от меня. Я по своей природе закрытый рурк. Да и доверять ему не тороплюсь. Поэтому о себе не откровенничаю.

Время в его обществе пролетает быстро. И вот уже он провожает меня во дворец. Целует замёрзшую руку и желает приятного аппетита. Собрав все силы, расправляю плечи и захожу в столовую. Бабушка снова сидит совершенно одна за длинным столом. Склонив голову, приседаю в лёгком реверансе.

– Доброго здравия, Ваше Величество.

– Проходи, Ведана, – в голосе бабушки сквозит удовлетворение.

Всё-таки два часа этикета с Алькором не прошли бесследно. Кое-что запомнила своим сонным мозгом. Да и утренний урок Церебры не прошёл даром. Обед проходит лучше, чем завтрак. Хоть и синекожая мадам находит новые изъяны, их намного меньше, чем утром. Самое главное – указкой меня больше не бьют. Прогресс.

После обеда снова начались занятия с третьим советником. А ближе к вечеру к нам явился альфардец по имени Вир Сантини. Он учил меня местным танцам.

Освободилась я лишь вечером. С удовольствием заперлась в комнате, долго отмокала в душистой ванне. Читала на планшете книгу, которую посоветовал Алькор. Про дворцовые правила и протоколы. Пропустив снова ужин, заснула на этот раз очень рано.

Третий советник Её Величества врывается ко мне на рассвете. И удивлённо таращится на заправленную постель. Ха! Так тебе и надо, синекожая ледышка! Я уже проснулась и, неспешно умывшись, оделась! Шах и мат, как говорит мой папа Стей!

– Доброе утро, Ваше Высочество, – склоняет голову Алькор, пряча свои ярко-голубые глаза.

– Здравствуй, Кор, – киваю я, сократив его имя. – Пойдём, не будем заставлять ждать бабушку.

– Конечно, – соглашается мужчина и следует за мной.

После не очень приятного завтрака, в котором Церебра опять нашла кучу нюансов и напомнила о бале, начинаются мои занятия. На этот раз я выспалась, и Алькор лишь разочек стукнул указкой по столу. Просто отвлеклась на пролетающую за окном птичку.

На этот раз ахернарец рассказывает о внешней политике. О которой, благодаря папе Стейбеку я тоже многое знаю. В детстве папа часто возил на разного рода встречи за закрытыми дверьми и саммиты Федерации. Правда, когда мама узнавала, куда в очередной раз уволок меня папа Стей, получали по шапке оба. Но Алькора не перебиваю, пусть бубнит, а я пока почитаю про дворцовые правила на планшете. Кто дёрнул меня пообещать выучить их?

– На сегодня всё, Ваше Высочество, – внезапно прерывается нянька.

Непонимающе вскидываю голову и смотрю на Алькора. Как это всё? День на дворе в самом разгаре!

– Перед балом лучше отдохнуть, выспаться. И возьму на себя смелость напомнить вам о платье. Её Величество вчера говорила.

– Да-да, помню. Национальное ахернарское платье. Я закажу, – отмахиваюсь и, закатив глаза, поднимаюсь. – Спасибо, Кор.

– Это моя работа, Ваше Высочество, – кивает мужчина и пропускает меня.

***

Глава 4

Остаток дня пролетел очень быстро. И самое главное – в одиночестве. Прогулялась немного по заснеженному саду, нашла укромный уголок и посидела вдали от глаз. Почитала планшет. После обеда немного вздремнула. Пообщалась с Софи и мамой.

Родительница всё выспрашивала: не обижает ли меня бабушка. Заверила, что всё хорошо. Ни к чему расстраивать маму. Ей сейчас и так не просто. Старшая сестра замуж выходит через месяц. Да и за братишкой глаз да глаз нужен, он у нас тот ещё проблемный подросток. Даёт жару всему семейству. Вот что значит единственный сын. Поэтому я со спокойной душой привираю матери, расписывая о красотах Ахернара и гостеприимстве бабушки.

На самом деле грех жаловаться. Со мной действительно обращаются как с принцессой. Просьбы выполняются моментально. Апартаменты королевские предоставили. Горничные прибирают мой бардак. Есть возможность выйти в инфосеть и связаться с семьёй. Бабушка подключила меня к зашифрованному каналу. По нему я могу управлять всей дворцовой техникой, роботами и дронами. А завтра после занятий она пообещала показать сокровищницу Карлис и моё наследие. Есть нюансы, конечно, но делаем скидку на расу и неспособность чувствовать.

В общем, отдохнув и восстановив душевное равновесие, я вспоминаю о приказе бабушки. Хватаю планшет и долго выбираю нужное платье. Я редко ношу женские вещи. В моём гардеробе очень мало платьев и юбок. Только брюки, шорты, рубашки, объёмные кофты, толстовки и всевозможные майки. И обувь без каблуков, спортивные или на плоской подошве. Поэтому и выбор платья слегка растягивается по времени.

За час до бала мне, наконец, доставляют платье. Правда, оно не национальное. И я нарушаю приказ королевы, выбрав такой фасон. Но выходить на обозрение честного народа в вульгарно-открытом и почти ничего не скрывающем наряде не собираюсь! И мой вариант платья – это нота протеста!

Ко мне заглядывает одна из горничных и предлагает помочь подготовиться. Киваю и показываю на чехол. Девушка выуживает обновку и разворачивается.

– Вы уверены, Ваше Высочество? – невозмутимо уточняет она.

Хмыкнув, киваю, и мы одеваемся. Платье полностью закрытое под самое горло, рукава три четверти с драпировкой. Приталенный лиф красиво очерчивает высокую полную грудь, а к низу плавное расширение и многослойная юбка в пол с небольшим шлейфом. Самое главное – цвет. Белый с голубым отливом атлас ярко переливается на свету. Вот он чисто ахернарский. Материал тяжеловат и не привычен, но мне очень нравится. Надеюсь, бабушка не сильно разгневается и указкой лупить не будет.

Закончив с образом принцессы, отсылаю горничную. И пытаюсь разносить жёсткие туфли на высоких шпильках. Алькор заходит без стука и замирает на пороге.

– Вы прекрасно выглядите, Ваше Высочество, – сухо комментирует мой образ ахернарец.

– Спасибо, Кор, – вспоминаю сестёр и стараюсь потупить невинно глаза. Похоже, не получается.

– Вы же помните приказ Её Величества? – выгибает красивую бровь мужчина.

– Помню! – вскидываю повыше подбородок, упрямо смотря прямо в голубые глаза советника. – Это моё национальное ахернарское платье, Алькор!

Мужчина поджимает губы, несколько секунд мы боремся взглядами. Он первым отступает, склоняет голову и, предложив локоть, выводит из комнаты.

– Её Высочество Ведана Карлис! – гремит голос церемониймейстера, – Третий советник Её Величества Алькор Рендис!

– Я Леонова! – шепчу, возмущённая в лучших чувствах, окидывая равнодушным взглядом собравшихся поданных.

Алькор прижимает мою руку, молчаливо прося замолкнуть, и продолжает вести по коридору к постаменту с троном. На голубом троне царственно восседает бабушка. Вот она в национальном платье. Маленькие чашечки еле прикрывают её грудь. А шея усыпана драгоценными ожерельями. Струящийся материал почти ничего не скрывает, но на королеву никто и не смеет смотреть. Разве что украдкой. На голове тяжёлая корона с драгоценными сапфирами и бриллиантами. На коленях лежит скипетр, и чудится, что меня будут бить именно этой булавой, усыпанной каменьями.

Наши взгляды встречаются. Женщина впервые проявляет хоть какие-то эмоции. Её брови гневно хмурятся, глаза светлеют, замораживая яростью. А губы поджимаются в тоненькую ниточку. Остановившись у постамента, я выпускаю локоть сопровождающего и, подхватив подол, сажусь в глубоком реверансе. Прижимаю подбородок к груди и жду.