Тайные кланы: Путь Навигатора

— Договорились!

— Веди, — сказал Канэко Кенте. — Это же твоя идея.

Молодой некромант молча развернулся и пошёл в обратную сторону: нужный поворот они проскочили минут пять назад. Остальные маги потянулись за ним.

Глава 9

Хаттори Дэйки нервно курил, глядя в приоткрытое окно минивэна. Рядом с ним сидел изрядно потрёпанный Ямадзаки, поперёк его лица чернела полоса сажи. Смотрел он в пол. Напротив тряслись два раненых ястреба, один из которых был явно обречён: вместо живота у него зияла дыра, одежда пропиталась кровью. От раны исходил тошнотворный запах фекалий. Хаттори Дэйки вообще не понимал, почему тот до сих пор жив — должно быть, держался на остатках Ци. Но от подобного ранения не спасут все лекари отдела по контролю.

Впрочем, смерть офицера меньше всего волновала Хаттори Дейки.

Такого провала не случалось давно. Кто мог ожидать, что в дело вмешаются люди Акайо Фурукавы?! Они привели призраков, от одного воспоминания о которых Хаттори Дэйки передёргивало, и сердце начинало останавливаться и дрожать, как трусливый заяц. Масштабная операция обернулась бойней. Ястребы потеряли около дюжины своих, несколько машин, кучу личного оружия. Результата же никакого не добились. Ну, разрушили здание, может, убили парочку ямабуси (вражеских трупов, правда, никто не видел). Ради этого проводить операцию подобного масштаба было чистой воды безумием.

Хаттори Дэйки попытался представить, что скажет куратору Его Величества, причём сделать это придётся уже сегодня. Как он объяснит тот факт, что приказал взять неизвестного мага живым? У него была всего пара часов, чтобы придумать более или менее правдоподобное объяснение. Конечно, стоило позаботиться об этом заранее, но Хаттори Дэйки был так уверен в успехе… Главное — не допустить, чтобы стало известно, кто был объектом захвата. Навигатор должен достаться ему!

Полковник откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Кому могло прийти в голову, что Канэко привлечёт Фурукаву, поделится с ним властью?! Не могло же появление магов Куросай объясняться случайностью. Хаттори Дэйки даже мрачно усмехнулся подобному предположению.

Но больше всего начальника «SD-5» занимала простая мысль, засевшая в мозгу и буравящая его не хуже дрели: удалось ли Навигатору выйти в Кава-Мидзу и проложить магам дорогу в Бездну?! Или Канэко не стал торопиться, будучи уверенным, что нападение ястребов не причинит Навигатору никакого вреда? Нет, наверняка старейшина решил подстраховаться и опередить противника — на случай, если в здание всё же прорвутся. Кроме того, затягивать не имело смысла: Канэко должен был знать, что всё больше рук тянулось к Навигатору, и ввести его в игру как можно скорее было в интересах старейшины.

Хаттори Дэйки открыл глаза, хотел затянуться, но увидел, что сигарета сгорела до фильтра. Раздражённо выбросив окурок в окно, он поднял стекло. Следовало взять себя в руки и сочинить удобоваримую версию произошедшего для куратора Его Величества. И ещё успеть вбить её в голову Ямадзаки.

* * *

Не было ни тронного зала, ни высокого кресла — ничего, что я ожидал увидеть, входя во дворец. Интерьеры в общепринятом смысле слова вообще отсутствовали. Тэкеши-Они восседал в центре какого-то странного белёсого ажурного сооружения в окружении огромного количества демонов всех мастей. Они копошились, как насекомые, карабкаясь друг на друга, срываясь, шевеля многочисленными конечностями. Картина была жуткой и достойной кисти Босха или пера Лавкрафта.

Я вдруг почувствовал себя очень маленьким даже в теле сторукого великана перед сонмищем порождений тьмы и хаоса. Поистине этот мир не имел ничего общего с человеческой реальностью! На миг стремление старейшин проникнуть сюда, пусть даже ради небывалого могущества, показалось мне чистейшим безумием.

Зачем им эта власть, столь же опасная, сколь и безграничная? Пусть бы пользовались тем, что даёт Кава-Мидзу. Её энергия, пусть даже крохи, ставят магов выше всех остальных, позволяют тайно вершить судьбы мира.

Я представил, что станет, если Озему Канэко и его ямабуси смогут черпать энергию прямо из Дзигоку. Что будет с человечеством, какая эпоха наступит для него? Каково придётся простым маленьким людям вроде тех, которые дерутся на старых складах, разбивая друг другу в кровь лица, или сидят в офисах, пытаясь заработать на хоть самую дешёвую иномарку, или служат домработницами, или… продолжать можно было до бесконечности. Я чувствовал, что люди, которые живут снаружи того аллегорического фасада, о котором говорил Канэко, люди вроде Амайи, неизмеримо ближе мне, чем тайные кланы, конгломераты, якудза и прочие влиятельные структуры со всеми их древними амбициями. Для них, наверное, не существовало «мелких» проблем — потерянной работы, бросившей тебя девушки или приближающейся старости. Но, расставшись с ними, они утратили что-то неизмеримо важное, незаметную, но существенную частицу души, и в этом не было вины нуэ, ёкаев или Тэкеши-Они. Это сделали с собой они сами. Я невольно содрогнулся, представив, что становлюсь холодным и расчетливым, как Канэко. Нет, такой судьбы мне не нужно! Не хочу уподобиться людям, распоряжающимся чужими жизнями так, словно они ничего не стоят.

— Всё нормально? — вдруг тихо спросила Аяко.

Должно быть, почувствовала моё настроение.

— Да, — ответил я. — Кажется, теперь да.

Я не лгал. В миг, когда я увидел мир, из которого хотели черпать силу и власть старейшины, я понял, что Бездна не изнанка, а зеркало того будущего, которое неизменно наступит, если кто-то на Земле получит неограниченную власть. Как здесь на костяном троне восседал Тэкеши-Они, так и в человеческом мире выше всех сядет Озему Канэко — или любой другой, завладевший бесконечной энергией Бездны. А члены его клана превратятся в подобия демонов и нуэ. И что тогда станет с философией гармонии? Станут ямабуси Ки-Тора по-прежнему придерживаться её? Я очень сомневался. Скорее всего, трансформируют в нечто нравственно удобное, а значит, уродливое. И воцарится насилие под маской благоденствия, как это случалось в человеческой истории не раз.

И ещё я понял, почему судьбы прежних Навигаторов были так похожи друг на друга. Почему они исчезали, а дорога в Бездну так и оставалась непроложенной. Да и разве мог кто-либо поступить иначе, побывав во дворце Тэкеши-Они и взглянув в его одутловатое чёрное лицо, покрытое шишкообразными наростами, с широкой лягушачьей пастью, полной мелких треугольных зубов, и маленькими, глубоко посаженными глазками, блестевшими, как стеклянные шарики? Увидев копошащихся у его толстых, покрытых складками ног рабов, все помыслы которых были лишь о том, как удовлетворить ненасытный аппетит своего хозяина? Я чувствовал их желания, улавливал эмоции, вязкие и зловонные, как болото в жаркий летний день.

Тэкеши-Они ухмыльнулся, глядя на меня. Между чёрных губ показался толстый, усеянный нарывами язык. Короткие, неуклюжие на вид пальцы прошлись по костяным подлокотникам нетерпеливой дробью, и весь трон завибрировал, вызывая возбуждение среди демонов. С пронзительным визгом они засуетились, расползаясь по дворцу облаками мрака, в которых мелькали отвратительные рожи и тела. Лягушачий рот открылся шире, и до меня донеслись звуки речи, а вместе с ними — зловоние, напоминавшее затхлый воздух склепа, гниение упавших в сырую землю фруктов и смрад разлагающегося трупа.

Что это?! Ко мне вернулось обоняние, или вонь являлась лишь образом, возникшим в моём мозгу?! Скорее второе, ведь здесь находилось не моё настоящее тело, а только аватар.

Музыка стихла, и зазвучали слова сёгуна хаоса.

— Приветствую тебя, мой мальчик, — проговорил Тэкеши-Они, силясь изобразить улыбку, отчего его жуткое лицо исказилось гримасой. — Давно я ждал тебя!

— Давно! Давно! Давно. Давно… — эхом отозвались миллионы бестелесных глоток, обладатели которых чёрной массой копошились вокруг трона.

— Ты пришёл ко мне в спешке?

— Спешке! Спешке. Спешке… — вторили своему повелителю демоны.

— Пришлось, — ответил я.

— Спроси его, откуда он знает! — шёпотом подсказала Аяко.

— Мне это известно, — проговорил Тэкеши-Они, — потому что я сделал так, чтобы место, где тебя прятали, подверглось нападению, — казалось, владыка Бездны с трудом подбирал человеческие слова, и оттого его речь звучала архаично и странно.

— Нападению! Нападению. Нападению…

— Как? — спросил я.

Тэкеши-Они усмехнулся, и трупная вонь усилилась, став почти нестерпимой. Лучше бы у меня и здесь отсутствовало обоняние!

— Женщина, которую ты любишь, отдала ястребам вещь, которая привела их к тебе. Она хотела тебя видеть. Она… соскучилась! — сёгун Дзигоку покачал большой, приплюснутой головой.

— Он говорит об Эйко! — догадалась Аяко.

— Да, о ней, — подтвердил Тэкеши-Они. — Она здесь, Навигатор, и ждёт тебя, — с этими словами монстр повёл рукой, и рядом с ним возникла женщина.

Лицо у неё было бледным, глаза походили на глубокие тёмные впадины.

Аяко издала тихий стон.

— Гаки!

Глава 10

Я слышал о гаки, одном из самых отвратительных порождений Бездны, но никогда, естественно, не видел собственными глазами. Большинство людей вообще считало их выдумками. Но сейчас я мог лично убедиться, что перерождённные — отнюдь не миф.

Эйко Симидзу, вернее, существо, некогда бывшее девушкой Исикавы Кенджи, резко дёрнулось, уставившись на мою спутницу. Пухлые чувственные губы растянулись в лягушачьей ухмылке, при виде которой меня передёрнуло. Словно прекрасное лицо вдруг превратилось в морду чудовища! Впрочем, так оно и было.

— Я ждала тебя! — гулко проговорила гаки, переводя взгляд на меня. — Тебя не было так долго! — голос монстра звучал чарующе, в нём слышалось множество обертонов, в которых смешались страсть, нежность, обожание и многое другое.

Должно быть, такими голосами пели древние сирены, заманивая мореплавателей на свой жуткий остров. Я читал об этом в «Одиссее». В детстве просто обожал приключения хитрого грека.

— Осторожно, Кенджи-сан! — проговорила Аяко, с ненавистью глядя на гаки, но обращаясь ко мне. — Эта тварь уже не Эйко! Она только выглядит похоже.

— Не волнуйся, — ответил я. — Мои уши словно залиты воском.

Услышав это, Тэкеши-Они нахмурился: толстые складки чёрной кожи сошлись над крошечными блестящими глазками. Затем на лице владыки Дзигоку появилось скептическое выражение. Странно было видеть, что это существо способно передавать палитру чувств.

— Разве ты не любишь её? — спросил он.

Я покачал головой. Не знаю, как отреагировал бы на гаки настоящий Исикава Кенджи. Возможно, размяк бы. Но я-то к Эйко Симидзу всегда был равнодушен. Этого сёгун Дзигоку ни знать, ни учесть не мог. Так что сюрприз, мерзкая лягушка!

— Ты помог ястребам найти меня, чтобы вынудить Канэко отправить Навигатора сюда, к тебе. Ты думал, что, раз я не набрался опыта, то стану лёгкой добычей, — я перевёл взгляд на Эйко. Вернее, на гаки. — И её ты похитил, чтобы заставить меня проложить для тебя путь в наш мир. Так?

Приплюснутая голова качнулась. В крошечных глазах вспыхнул багровый огонёк.

— Ты прав, Навигатор, — проговорил Тэкеши-Они негромко. — Я хотел, чтобы ты пришёл ко мне. Но ты зря считаешь, будто я хочу тебя обмануть. Видишь ли, твой мир похож на театр: города, улицы, дома, потоки машин, самолёты — всё это только декорации, картонные фигурки, выставленные на сцене, чтобы замаскировать настоящую жизнь, которая протекает за кулисами вашего мира. А сводится она к тому, что маги всех мастей ищут Навигатора — того, кто проведёт их сюда, ко мне, чтобы завладеть абсолютной силой и властью. Пока никому это не удалось, хотя многие пытались. И дело не в том, что я не хочу делиться. Я не жадный, — Тэкеши-Они довольно хмыкнул. — Но согласись, глупо отдавать что-то просто так, безвозмездно.

Чуть помедлив, я кивнул: хотелось, чтобы чудовище высказалось до конца.

— Именно поэтому я предлагаю сотрудничество на взаимовыгодных условиях, — проговорил Тэкеши-Они, перейдя на деловой язык. — Проще говоря, договор, — он развёл толстыми руками. — Ты — мне, я — тебе! И все довольны. По-моему, это справедливо, тем более что, насколько я знаю, именно так поступают в вашем мире. Но все Навигаторы, что приходили до тебя, отказывались от моего предложения, — в голосе Тэкеши-Они появились нотки сожаления. — Они хотели забрать всё и ничего не оставить взамен. Кажется, вы это зовёте грабежом, — монстр усмехнулся. — Видишь, я с тобой абсолютно откровенен. Мне нечего скрывать. Моя политика — это, как вы, люди, говорите, прозрачность! — в руке сёгуна Бездны возник лист бумаги. — В договоре нет подвоха, можешь даже взять его с собой и показать специалистам. Например, юристам или своему старейшине. Он должен в этом разбираться, — Тэкеши-Они выбросил руку вперёд, и листок плавно полетел в мою сторону.

Поймав его, я взглянул на ровные колонки иероглифов. В нижнем правом углу стояла размашистая подпись, поверх которой краснела причудливая печать, составленная из четырёх иероглифов — раккан.

Я потёр договор пальцами, чтобы убедиться, что первое впечатление оказалось верным.

— Это кожа?

— Разумеется, — отозвался тот.

— Чья?

Тэкеши-Они усмехнулся.

— Человеческая. А чернила — кровь. Тебя это смущает?

Я покачал головой. Повидал и не такое. Например, в одном милом местечке, куда нас отправили по большому секрету, людей протаскивали через бочки, утыканные изнутри лезвиями ножей. А затем оставляли на съедение слепням. Так что пока владыка ёкаев меня не впечатлил.

— Никто ведь не подписывал такой контракт прежде, верно? — спросил я.

— Никогда, — подтвердил Тэкеши-Они.

— Уже одно это должно меня насторожить.

— Наверное. Но мне не хочется тебя обманывать. Ни один из Навигаторов не заключал со мной договор, хотя все они рано или поздно приходили сюда.

— Почему они отказывались? Не верю, что из жадности. Ответь, раз ты такой честный.

Тэкеши-Они неожиданно расхохотался, запрокинув лягушачью голову. Его толстый кадык яростно ходил вверх-вниз под морщинистой кожей. Выглядело это отвратительно — словно в его горле жило другое существо.

— Да потому что все они были трусами! — крикнул ёкай утробным голосом. Откуда-то вдруг появились гигантские клубки змей, и воздух наполнился яростным шипением. — Они боялись! Боялись того, что ваш жалкий мир превратится в подобие моего! — Тэкеши-Они раскинул руки, словно желая охватить окружавший его бесконечный космос. — И их это пугало! Они не были готовы к той власти, о которой мечтали. Никчёмные слабаки! — из тонкогубого рта летела слюна, глаза сёгуна Бездны вовсю полыхали багровым пламенем.

Я почувствовал, как Аяко прижалась ко мне в ужасе, но сам страха не испытывал. Конечно, всё происходившее полностью опрокидывало моё представление о мире, сложившееся за прежнюю жизнь. Но я жил в иной реальности, и следовало принять то, что вселенная устроена куда сложнее, чем я привык думать. Энергии, магия, параллельные реальности, демоны и так далее — всё это существовало! И было отныне частью моей жизни.

Единственное, я представлял Тэкеши-Они более… Как бы это сказать? Архаичным, что ли… Этаким киношным демоном, внушающим трепет и всё такое. Но существо, говорившее со мной, вело себя вполне… современно.

Впрочем, это не имело значения. Главное — Тэкеши-Они подтвердил мои догадки. Он не скрывал, к чему стремится. Вопрос был лишь в том, согласен ли Навигатор пожертвовать своим миром ради того, чтобы обрести власть в новой реальности, которой станет Земля после того, как повелитель демонов получит к ней доступ. Потому что при иных условиях владыка Дзигоку не станет открывать магам путь к сокровищам Бездны. Об этом пункте Канэко умолчал. Возможно, по незнанию. Но я в этом сомневался.

До сих пор я считал, что моя задача — найти дорогу в мир демонов, но не задумывался о том, как заставить Тэкеши-Они позволить ямабуси свободно пользоваться энергией Бездны. Озему Канэко убедил меня, что я могу это сделать. Но даже не заикнулся, какой ценой. Страшно представить, что однажды кто-то из Навигаторов может согласиться на условия Тэкеши-Они.

Пришло время принять решение.

Глава 11

Я разжал пальцы, и договор начал медленно падать. Монстр на костяном троне проследил за ним взглядом, а затем уставился на меня.

— Хорошо подумал?!

— Ага.

— Могу дать время на размышление. Многие на твоём месте обдумывали моё предложение, а не принимали скоропалительное решение.

— И всё равно отказывались.

— Ты проделал такой долгий путь. Неужели он окажется напрасным?

— Нет, но польза от него будет не та, о которой ты говоришь.

Тэкеши-Они тяжело вздохнул. Как ни странно, он не казался обескураженным отказом. Ни разочарования, ни злости. Либо хорошо скрывал свои чувства, либо имел козыри в рукаве.

— Тогда мне придётся оставить тебя здесь навсегда, — проговорил ёкай, и толстые пальцы выбили на подлокотниках чёткую дробь.

Хм, что-то интересное…

— Каким образом? — поинтересовался я, на всякий случай усилив защиту вокруг Аяко.

Сёгун Бездны перевёл взгляд маленьких горящих глаз на девушку.

— У тебя есть семья, Лоцман? — спросил он.

Я почувствовал, как девушка задрожала.

— Конечно, да, — удовлетворённо хмыкнул Тэкеши-Они. — Непозволительная роскошь для Лоцмана! Мама и папа, а ещё маленькая сестрёнка, так? — он кивнул, видя, как дёрнулась Аяко. — На что ты готова ради них? Сможешь пожертвовать собой? Вы, люди, любите красивые жесты, героизм и прочую бессмысленную чепуху.

— Что тебе от неё нужно?! — резко спросил я. — Зачем ты к ней лезешь? У тебя нет власти над её родными!

На самом деле, я понятия не имел, каковы реальные возможности этой твари. Все мои суждения основывались на легендах и словах ямабуси. Которые, как нетрудно догадаться, опирались на те же легенды.

Взглянув на меня, Тэкеши-Они беззвучно рассмеялся. Его толстый круглый живот подрагивал, а тонкие губы извивались подобно змеям. Черты лица исказились, утратили чёткость и начали меняться. Теперь на троне восседало бесформенное нечто, расползшееся озеро мрака. Вдруг Тэкеши-Они принял прежний облик, только теперь его кожу покрывали костяные наросты, на плечах, коленях и локтях больше походившие на шипы.

— У меня нет, — согласился он. — Зато есть у моего посланника, — протянув руку, он коснулся волос гаки.

Женщина-призрак плотоядно улыбнулась, продемонстрировав два ряда тонких, как у мурены, зубов.

Аяко невольно вскрикнула. В её голосе ясно прозвучало отчаяние.