Восхождение Примарха - 4

— И ещё гарантируете безопасность императора, — добавил я.

— Нет, — сказал тот, что слева. — Это уже слишком.

— Чересчур, — согласилась с ним женщина по центру. — Император не стоит нашей защиты.

— Ладно, — вздохнул я, понимая, что даже спокойствие за принцессу и Валю уже дорогого стоит и я не буду метаться туда-сюда, думая, как они там в Крыму. — Защитите тогда принцесс.

— Считайте, что уже сделано, — ответила мне женщина. — А так как Белла нам тоже не чужой человек, наша протекция распространится и на неё.

— А почему вы её к себе не взяли? — спохватился я.

— Слишком разбавленная кровь, — буркнул тот, что сидел слева от меня. — Она в эфирной магии такой же слабосилок, как ты — в воздушной. Не было смысла её задействовать. Да она и так себя неплохо чувствует.

Но по какой-то скрытой обиде в голосе этого человека я понял, что дело не только в этом. А разбираться сейчас во всех хитросплетениях их внутренней кухни не хотелось. Нужно было выяснить более глобальные вопросы.

Тем временем сзади послышался механический звук. Я оглянулся через плечо и увидел, как одна из секций стола отъезжает назад. В свете ламп стол оказался приятного кремового цвета с чётким делением на пять секторов. Пять семей, пять секторов.

— Сейчас тебе нанесут специальный опознавательный знак, — проговорила мне женщина. — Это будет меткой и для наших, и для радикальных эфирников.

Мужчина в венецианской маске встал, взял со стола приспособление, похожее на небольшой шприц с дополнительной камерой и направился ко мне.

— У меня есть несколько вопросов, — сказал я, наблюдая за ним. — Могу я их задать?

— Конечно, — женщина развела руками, показывая, что это не проблема.

— Как вы на меня вышли? — спросил я.

Мужчина, сидевший слева, явственно хрюкнул от смеха. Женщина, судя по всему, улыбалась.

— Ничего проще и представить было нельзя. Ты обнаруживал умение владеть эфиром настолько часто, что мы переживали лишь о том, что опоздаем, и радикалы дотянутся до тебя раньше. Так оно, кстати, и вышло, но ты каким-то чудом отбился, — женщина ничего не придумывала, я слышал это по её голосу. — Впервые тебя засекли на вечеринке в честь поступления в академию. Там ты ставил линзы и зеркала направо и налево. Про Царицыно я вообще промолчу. Продолжать?

— Наверное, не стоит, — сказал я. — Тем более, наверняка, вы следили за мной с самого рождения, — предположил я и увидел, что женщина, сидящая передо мной, кивнула.

— Конечно, — ответила она. — У тебя был гипотетический потенциал, поэтому мы присматривали за тобой, но не слишком внимательно, так как он не должен был оказаться столь высоким.

Я оглянулся и снизу-вверх посмотрел на мужчину, подошедшего ко мне со странным прибором. Тот освободил мне руки, подождал пока я разотру запястья, а затем взял мою правую ладонь. Повернув руку запястьем вверх, он принялся наносить что-то невидимое на мою кожу.

— Это эфирная татуировка. Когда вернёшься, сможешь рассмотреть.

Я решил не терять время попусту. Мне нужно было узнать ещё уйму информации, а по быстрым и чётким движениям мужчины я понимал, что времени у меня не так много. Судя по внутренним часам, прошло минут сорок с момента моего входа в комнату с депозитарной ячейкой.

— Телепорт — это ваша технология? — уж не знаю, почему из всех вопросов, что крутились у меня в голове, я решил задать именно этот, но мне хотелось знать.

И ещё я чувствовал, что это как-то связано с теми эфирными потоками, что я видел в своё время над Москвой.

— Это весьма усечённая версия, — женщина подняла ладонь, словно отсекала любые подозрения в свой адрес. — Конечно, среди нас есть их шпионы, как и наши разведчики в их среде, но полностью технологию они выкрасть не смогли, вот и довольствуются кривой версией, которая работает кое-как.

— Магию из людей тоже они забирают? — у меня появилось чувство эйфории. Так бывает, когда головоломка из тысячи разных частей вдруг собирается в одну единую и стройную структуру.

— Да, — фыркнул мужчина слева от меня. — Потому что они так и не научились пользоваться ресурсами правильно. Вот и вынуждены заниматься самым натуральным вампиризмом с помощью магических паразитов.

— А можно это как-то прекратить? — поинтересовался я.

Перед моим внутренним взором соединились две картины: пепельное московское небо, расчерченное магическими струями, и бледное лицо Катерины, у которой остановилось сердце.

— Мы соблюдаем нейтралитет, — сказала женщина, покачав головой в маске. — Если сейчас начать войну, то совершенно неизвестно, кто из нас одержит победу. Поэтому никакой конфронтации. Единственное, что мы можем сделать, это снять паразита с того, на кого ты укажешь.

— Спасибо, — правое запястье у меня ужасно чесалось, и я посмотрел на него, когда мужчина в маске закончил свои манипуляции, но ничего не увидел. — Я сам уже снял.

— Ого! — сказала женщина, уважительно кивнув. — Действительно, силён. А сейчас тебе пора. Связь будем держать по специальному каналу.

Мне вручили несколько конвертов, а сверху положили коробку, точную копию той, что лежала в депозитарной ячейке.

— Это твой билет назад, — сказал мужчина, передавший мне всё это. — Когда окажешься на месте, запроси ещё времени для изучения бумаг. Среди них ты найдёшь много интересного.

— Благодарю, — ответил я, понимая, что на данный момент меня заботит совсем не содержание всех этих конвертов.

«Архос, где Штопор? — поинтересовался я. Меня действительно не радовала мысль, что я сейчас перенесусь, а юный фамильяр, большую часть своей жизни проведший в канализации, останется здесь. — Ему нужно срочно бежать обратно ко мне».

«Всё в порядке, — откликнулся на это мой ментальный наставник. — Он уже под твоим стулом, взбирается вверх. Не переживай».

«Ты скучал по мне? — услышал я знакомый голос Штопора и ощутил жжение в левом предплечье. — Я всех для тебя победю!»

«Хорошо, хорошо, — сказал я. — Только не сейчас».

— И через сколько я в себя приду? — спросил я у женщины, едва начав открывать коробку.

— На этот раз ты не потеряешь сознание, — сказала она. — В тот раз мы включили внутрь специальное заклятие, чтобы обеспечить и нашу, и твою безопасность.

— Понял, — сказал я. — До встречи, господа Мурузи, Суццо и Ипсиланти. Надеюсь, в следующий раз вы не будете скрывать свои лица, как красны девицы.

После чего открыл коробку и тут же переместился в камеру с депозитарной ячейкой. Я надеялся, что их лица вытянулись от удивления. Жаль, этого не было видно под масками.

Глава 2

Первым делом я взял прибор с динамиком и микрофоном.

— До принудительного открытия комнаты осталось четырнадцать минут, — прогнусавил тот механическим голосом.

Что ж, я почти вовремя.

Нажав кнопку, как мне показывали на инструктаже, я сказал:

— Прошу продлить использование личного кабинета на полчаса, — затем подумал и добавил. — Дед, со мной всё в порядке.

Так я в любом случае снижу градус накала.

Теперь предстояло изучить документы, которые мне были выданы в довесок. И почти сразу я наткнулся на конверт, подписанный аккуратным почерком.

«Моему любимому сыну Никите по достижению восемнадцатилетия».

Я даже застыл, чувствуя, как колотится моё сердце.

Так это правда? Это было не просто чтобы заманить меня?

И тут же я подумал, но уже отстранённо, что тело до сих пор очень трепетно отзывается на любые мысли о матери.

Я вскрыл конверт и вытащил несколько скреплённых между собой листов.

"Сынок, — значилось на верхнем, — если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет рядом с тобой. Но знай, что я всегда любила тебя и буду любить вечно, если только эта самая вечность существует.

Прежде всего я хочу попросить у тебя прощения, ведь я очень сильно виновата перед тобой. Когда ты родился, почти сразу стало понятно, что у тебя есть потенциал мага эфира. И я очень переживала, что ты где-то случайно воспользуешься этой своей особенностью. Сам же понимаешь, дети очень непосредственны, они не понимают, что за некоторые вещи они могут поплатиться жизнью только потому, что не такие, как остальные.

Тогда я стала искать способ, как уберечь тебя от этого. К сожалению, я не придумала ничего лучше, чем обратиться за помощью к восстановленному клану эфирников. Они обещали мне помочь с твоей инициацией.

Конечно, надо было дождаться твоих восемнадцати, чтобы никаких накладок не произошло. Но я не смогла. Именно по этой причине я не пошла и к маме. Белла сказала бы мне тоже самое, дождись его восемнадцати лет и тогда инициируй.

Но я так боялась за тебя. Просто ужасно. Мне казалось, что тебя обязательно вычислят по случайным выбросам эфира и убьют. Я просыпалась ночами от того, что мне снилось, как к нам в дом врываются маги и убивают тебя.

Понимаю, это был мой психоз, и ты тут ни при чём, но ты должен понимать, что мною двигало.

И вот в клане эфирников Маттео Суццо предложил мне попробовать экспериментальную технологию инициации. Белла меня убила бы, если бы узнала, это точно. Я и сама сейчас сделала бы тоже самое, но тогда… тогда мне казалось, что это единственный выход.

Суть заключалась в том, что тебя инициировали в полуторагодовалом возрасте, но до поры до времени эфирную магию закрывали внутри тебя. То есть, ты не смог бы ею воспользоваться случайно, и тем самым выдать себя.

Но что-то пошло не так. Вероятно, Маттео не рассчитал силу твоих эфирных каналов, то ли ещё что-то случилось, но в результате… Мне тяжело об этом говорить, но я думаю, что сейчас ты уже сжился с мыслью, что практически не можешь использовать магию. Любую.

И это полностью моя вина. В ходе инициации что-то произошло и покорёжило твой источник, пробив в нескольких местах. Хорошо ещё, что удалось избежать эфирного заражения. Если бы ты знал, как я волнуюсь за тебя. Даже не знаю, как ты будешь жить…'

Я решил отложить это письмо. Основной посыл мне был ясен. Следом я достал заключение о смерти мамы, из которого выходило, что умерла-то она, рожая Карину, вот только организм её был ослаблен «хроническим стрессом», как было указано в бумаге.

Я прикрыл глаза. Она настолько переживала от того, что послужила причиной моего магического уродства, что просто не смогла жить с этой мыслью. Сама себя извела.

А вот следом шли ещё более интересные документы.

«Патент на бесперебойное обеспечение работоспособности ветрогенерирующей установки». И дополнение: «Зарегистрирован на Никиту Александровича Державина».

Я вскрыл конверт. Сверху лежала записка, написанная всё тем же аккуратным почерком.

«Сынок, в качестве извинений за свою оплошность хочу тебе подарить патент на изобретение, сделанное в клане эфирников. Оно не очень востребованное в самом клане, но тебе, живущему в роду воздушников, скорее всего, пригодится. Получив эти документы после своего совершеннолетия, ты сможешь в полной мере распорядиться данным подарком».

Внутри находилась техническая документация и множество юридически заверенных бумаг. Со всем этим нужно было разбираться не здесь.

«Архос, скажи, что я должен чувствовать, понимая, что из-за меня умер человек? — спросил я. — Просто я сам не могу определиться».

«Во-первых, не из-за тебя, — ответил мой наставник. — А, во-вторых, это был её выбор, не твой. К тому же она попыталась полностью загладить вину перед сыном, а это многого стоит».

Я понял, что этот вопрос остался в моём мозгу открытым. И ещё, что я давным-давно не встречался со столь сильными эмоциями.

Собрав все бумаги в одну стопку, я распорядился открыть мне дверь.

— Ну что там? — спросил ожидавший меня в небольшом зале дед и тут же спохватился: — Нет, если совсем личное, то…

— Ничего, всё нормально, — ответил я. — Это действительно от мамы. Наследство.

* * *

Вернувшись домой, я сразу обложился папками и конвертами, полученными мной в депозитарной ячейке. Больше всего информации относилось к патенту, зарегистрированному на моё имя.

Беглый анализ дал понять, что внедрение этой технологии в наше предприятие с ветряками позволит в дальнейшем избежать случайных и даже намеренных отключений. Ветер просто не прекратится, как бы кто этого не хотел.

Для того, чтобы освободить место для бумаг, я подвинул книги, лежавшие на моём столе. Верхней оказалась книга, написанная прадедом моего однокурсника. Я читал её вчера на ночь, и у меня закралась мысль, что Фёдор может знать про фамильяров куда больше, чем написано в книге. Полагаю, что он просто не афишировал свои способности.

А ещё мой взгляд упал на запястье правой руки. Я совсем забыл рассмотреть, что там за эфирную татуировку сделал мне мужчина из рода Ипсиланти.

Вот только фокус был в том, что увидеть её можно было только через эфирную линзу. И тут я понял, что совсем забыл обсудить, можно ли теперь мне пользоваться эфиром или нет. Но, с другой стороны, они же сказали, что берут меня под защиту.

Пожав плечами, я посмотрел на сделанный мне знак через эфир. На первый взгляд, ничего необычного: пирамида, вписанная в круг с усечённым отражением внизу. И, если сама пирамида была очерчена лишь контурно, то вот отражение было сплошь тёмным.

Я ещё раз перебрал бумаги и наткнулся на конверт инструкцией по эксплуатации этой самой эфирной татуировки. Как оказалось, это была не только метка, по которой меня могли узнать свои. Татуировка также работала, как канал связи. Проделав указанные в инструкции манипуляции, я мог вызвать голографический экран, на котором вбивался текст сообщения.

Удобно, чёрт побери. И защищено от любых перехватов информации любыми неэфирниками на сто процентов. Вот только моя основная проблема в том, что угрожают мне как раз-таки эфирники.

Я написал на экране какую-то глупость, затем стёр, не отправив, и погасил экран. С этим разобрались. Теперь стоило обратить внимание на фамильяра.

«Архос, Штопор, — позвал я. — Давайте держать совет».

«Я всегда! Я готов!» — услышал я бравые возгласы юного фамильяра, за которым угадывалось весёлое ворчание Архоса.

«Я тут, — сказал мой ментальный учитель, когда Штопор затих. — Молодым везде у нас дорога».

«Я хотел бы понять, почему во время моего разговора с эфирниками со Штопором общался ты, Архос? Почему я не слышал его сам?»

Лишь сформулировав вопрос, я понял, что смутило меня в банке. Если простые пауки, которых я послал на разведку, могли мне передавать изображение, то Штопора я не видел и не слышал с тех самых пор, как он выскочил из моей руки. Зато он прекрасно общался с Архосом.

«Я просто говорил, что вижу, и показывал, а Архос меня слышал, — сбивчиво ответил Штопор. — Я что-то не так сделал?»

«Всё нормально, — ответил я. — Рабочие моменты».

«У вас ещё не налажена связь, — задумчиво проговорил Архос, судя по всему, анализируя в этот момент какие-то данные. — Я так понимаю, что это можно сделать довольно простым образом, только вот не знаю, как именно. Что до обычных пауков, там вы находитесь на единой нити паутины, поэтому ты можешь видеть то же, что и они. С нашим юным другом ситуация немного другая. Он — сам магическое существо, поэтому вам необходимо соткать взаимосвязь».

«А как это сделать вы оба не знаете? — уточнил я. — Правильно я понимаю?»

«Я не знаю, — грустным голосом произнёс Штопор. — Я хочу всё сделать, как надо, очень сильно хочу! Я буду делать, как скажешь!»

«Это понятно, — проговорил я и вздохнул. — Не переживай, разберёмся».

«Думаю, что вполне сможет помочь твой друг, — задумчиво проговорил Архос. — Если уж его прадед написал целую книгу по фамильярам, то, полагаю, эти знания продолжают жить и накапливаться в их семье».