Цифровая Колонизация (СИ)

— Ого, — реально удивился я. — По штуке баксов за один образец органики? Так тут можно за полгода на виллу в Монте-Карло настрелять.

— На хревиллу, — заржал сосед. — У них пока есть только программа инвестиций в проект. Типа, можешь свои кровные, там на Земле, сюда вкинуть. Ништяков для чучелки накупить, и все такое. А вот законного способа вывести отсюда деньги пока не существует. Говорят, может быть позже. Мол, мы и так все тут на зарплате. И все нами добытое, априори принадлежит Компании.

— Так это коммерческий проект? — спросил, а потом подумал, что как иначе-то? Какое из мировых государств решит ввалить такую бездну денег в нечто, возможно когда-нибудь, способное принести пользу всему Человечеству? Да никакое. Страны Земли в основном на свои проблемы ориентированы. Всякими завиральными схемами и без них есть кому озадачиваться. Тот же Великий Старик — Илон Маск, например. Чем не кандидат? Этот тип и инвесторов привлечь может, и жемчужину в куче навоза отыщет. Да что Маск⁈ Там, на Земле, таких масков — не одна тысяча. А судя по объему инвестиций, требующихся на запуск такого масштабного проекта, как цифровая колонизация планеты за тридевять световых лет, может и десяток тысяч.

— А ты как думал? — подтвердил мои мысли Лафер. — Конечно коммерческий. Органика, полимеры, драгметаллы, редкоземельные металлы. У них там уже и табличка готова с ценами приемки. Иди, копай, железный дровосек…

— И ведь никто никого не заставляет…

— Ага, — веселился наставник. — Нафига? Потеряешь первую чучу, начнешь копить на третью, платную. Пятьдесят штук койнов. А если не во что будет переродиться при очередной «смерти», там на Земле уволят. А у многих семьи. Дети. Кредиты. Им нафиг не надо никого заставлять. Сам себя заставишь, и пойдешь копать. Еще и благодарить этих… замечательных людей станешь. В день зачисления жалования им многое готов простить.

— Да уж. Дела.

— Как везде, — дернул плечами Лафер. — Скажи еще, что дома не так? Если сам на себя не работаешь, то точно так же. Козлячье начальство, кредиты и спиногрызы. Хочется пойти и директору его жирную харю разбить, а ты улыбаешься и идешь пахать…

— Ты так жизненно описываешь, — хихикнул я. — Прям прочувствованно.

— Дык. Правда жизни во всей ее неприглядной сути. Здесь еще хорошо. Я когда студентом был, плотно на онлайн играх сидел. В сильных кланах состоял. Мне даже зарплату там платили. Считай, в юность вернулся. Вроде как играю с полным погружением, и получаю вознаграждение. И никаких тебе отчетов к утру понедельника, графиков производства работ и прочей требухи. В конце концов, не нравится копать ресурсы, всегда можно рискнуть и взять задание на исследование.

— А это еще что такое?

Между тем стрельба стихла. Остатки орды спешили вернуться под защиту леса, а «оседлавшие» металлические аватары люди, готовились к вылазке за стену. За драгоценными органами инопланетных животных.

— Ладно, Лис. Объясню потом. Просто запомни вопрос. Потом задашь. Торопиться нужно. Мы с тобой, когда волну отбивали, куда именно попадать, особенно не выбирали. Так?

— Ну да.

— И в брюхо тварям частенько лупасили. Так?

— Да я особо и не разглядывал.

— Короче, старина. Просто поверь. Там внизу сейчас такая каша, что нужные запчасти тварей придется еще поискать. А время идет. Сечешь? Шестьдесят минут, и карета превратится в тыкву. В общем, я побежал резать, а ты хватай бокс, и спеши на помощь.

— Ага. Чип и Дейл, блин. Спешат на помощь.

— Вот-вот. Не тормози. Раз уж вызвался помогать, помогай.

— Окей, босс. Как скажешь, босс.

— Хорошо получилось. Жизненно, — смеялся Лафер, уже сбегая по пандусу вниз. — Чувствуется богатый опыт…

«Синхронизация 3,3 %», — откликнулась система, стоило мне только освободить руки от оружия, и взяться за скобы для переноски пластикового куба — бокса, в котором умещалось сотня контейнеров под драгоценное сырье.

«За уничтожение опасных животных, на ваш счет зачислены 322 coins», — согласилась с системой туземная администрация.

Это просто праздник какой-то. Столько плюшек, и все мне одному. Эти бы монеты еще бы в банкомат как-то запихнуть, вообще песня была бы. Полчаса не особо напряженной стрельбы, и три штуки баксов в кармане. Работа моей мечты, блин.

Десятью минутами спустя, я уже так не думал. Это когда добрался, наконец, до подножия стены, где уже вовсю орудовал Лафер. Порадовался, что мой робот — чудо земных технологий — не в состоянии передать все богатство ароматов. Достаточно было одного вида, чтоб меня настоящего, лежащего в капсуле, начало подташнивать. Грязь, кровь, кишки. Везде. На чучеле Лафера в особенности. Изначально белоснежный андроид был заляпан ошметками тварей от ступней до затылка. И пусть кровь инопланетных монстров не была красной, ощущение чего-то мерзкого оставалось.

Делая скидку на красящий все вокруг в оттенки голубого свет местного солнца, животворящая жидкость местных организмов была зеленой. Мой приятель выглядел так, словно вытащил своего робота из глубин какого-то особенно пакостного, гнилого болота.

— Не стой столбом, — как ни в чем не бывало прикрикнул на меня бывалый колонист. — Подавай контейнеры. Да не так, блин. Крышку открывай. Смотри, у меня органы в каждой руке…

Я, стараясь не разглядывать пейзаж, принялся вытаскивать один за другим кубики контейнеров, не забывая складывать в бокс уже наполненные. Инженеру, который выдумал бокс, нужно крепко пожать руку. Крохотные светящиеся индикаторы четко давали понять, который из сотни уже полон, а где хранятся ждущие еще загрузки кубы.

Постепенно приловчился. Нажать, дождаться когда контейнер выдвинется из паза, потянуть на себя, открыто крышку, засунуть на место… К концу даже поймал себя на мысли, что перестал задумываться о том, как заставить непокорные манипуляторы хватать именно то что нужно, а не что попало. И ни одной крышки не потерял в процессе. Я был горд собой. И система была этому рада: «Синхронизация 3,4 %».

— Что это вообще за хрень, эта ваша синхронизация? — лихо открывая два кубика сразу, и подавая Лаферу, спросил я. — То, что это степень совместимости оператора и носителя, мне говорили. Но почему она так важна?

— Сам-то как думаешь? — пряча в ножнах на предплечье измазанный зеленью нож, хмыкнул Лафер. — Все. Время. Еще пара минут, и все пропадет. Сколько там вышло?

— Шестьдесят семь, — бодро отрапортовал я. Счетчик наполненности я первым нашел: сверху бокса, на чуть скошенной панели управления. — Все в норме.

— Хренасе, — дернул манипулятор к затылку соотечественник. — Я больше тридцатки еще ни разу не делал. Реально вдвоем эффективней. Пошли в мойку, а потом сдавать. Покажу тебе там, что и как.

— Мойка?

— Ну, некоторые ее называют душевой кабиной. Но мне больше нравится — мойка. Типа…

— Типа я понял, — засмеялся я. — Типа мы на авто тут по иной планете ездим.

— Вот-вот, — обрадовался моей догадливости Лафер. — Типа, да. И в здание администрации вход только через помывку, запомни. Тебе, кстати, монеты за отстрел скинули? Имей в виду: они стоимость боеприпасов автоматом вычитают.

— Ага, скинули. Триста с хвостиком.

— Ну, по моему — нормально. Для начала. Сейчас еще органику сдадим, разбогатеем.

И засмеялся, разглядывая мою неуклюжесть. Там, где он двигался, пусть и не идеально, далеко не как обычный человек, окажись он здесь, на экзопланете. Но и не как я, словно хромая утка спотыкающийся и задевающий все попадающиеся на пути углы.

— Вот тебе и польза от синхронизации, — ткнул в меня манипулятором Лафер. — Глянь, как двигаются те, у кого синхра выше десятки. Ловко. Почти, как люди. Болтают, что когда синхра у кого-нибудь раскачается до сотни, это супер человек получится. Быстрый, сильный, ловкий. И почти неуязвимый. Дофига делов нужно, чтоб эту машину сломать. Чучам нашим еще бы броню хоть какую-нибудь, цены бы им не было!

— И все? — разочаровался я. — Дело только в этом? В качестве управления этим роботом?

— Ничего себе «все», — обиделся партнер. — Ты хотя бы до десятки догони, потом говорить будешь. У админов здесь куча планов по колонизации. Они первым делом на орбиту десяток спутников здесь подвешали, потом только высадку основного модуля организовали. Это я к чему? Это к тому, что планету день и ночь умные машины сканируют всевозможными способами. Тут уже столько всего нашли, столетиями добывать можно. Одних редкоземельных металлов на триллионы баксов. А плюсом еще в органике что-то такое, из-за чего весь сыр-бор. Золотая жила нервно курит в сторонке, старина. И кто-то ведь должен это все из недр вытаскивать. Что-то, понятное дело, автоматами выкопают. То что на поверхности. А потом, мой друг, понадобимся мы с тобой. Сильные, ловкие, быстрые и почти невосприимчивые ко всякой ядовитой хрени.

— Все-все, я понял, — сдался я. — Синхронизация — это важно. А что тут еще есть? Ну, к чему все стремятся? Помнишь, как в играх. Там если ни к чему не двигаться, быстро надоедает. Тут, ясень пень, не игра. Но как-то же жить нужно… Иначе тошнить начнет от рутины.

— Золотые слова, Лис, — кивнул Лафер. — Типа прямо в корень зришь. Дайка я тебя в друзья добавлю. Есть здесь такая фича. Недавно приделали. С теми операторами, кто в списке, в пределах Центра, всегда связаться можно. Хозяева взяли курс на социализацию робо-населения, ха-ха-ха…

Перед глазами мигнуло и пропало сообщение о том, что оператор Лафер добавил оператора Лис в список первоочередного доступа. Я, наверное, сделал бы тоже самое, если бы знал как. В конце концов, сделал в уме отметку, что с этим обязательно нужно разобраться. С соседом по стене мне несказанно повезло. В корпоративной среде, обычно, всеобщая помощь и взаимовыручка только декларируются. На самом деле, большие организации, в которых карьерная лестница не перекрыта родственными связями, главный принцип: человек человеку волк. Конкурент. В крайнем случае — ступенька, наступив на которую, можно сделать один шаг вверх.

Мойка не впечатлила. Просто помещение со сквозным проходом, где каждого сначала облили какой-то пеной, а потом обмыли чистой водой. На выходе плотный поток сухого воздуха сдул лишние капли. Вот и весь аттракцион. Реально себя автомобилем почувствовал.

— Почти пришли. Видишь, народ толпится. Все приперли честно навоеванное добро. Аншлаг, блин. Придется постоять. Не парься. Тут все автоматизировано. Много времени это не займет. Качество материала еще в боксе определяется, а больше тут и опасаться нечего.

— Народ скандалит, — кивнув в том направлении, в которое были повернуты большая часть лицевых пластин роботов. — Кричат, что админы их кидают. Мол, органику теперь принимают не по сотке, а по девяносто восемь.

— Ты на аглицком что ли шпаришь? — сделал логичный вывод приятель. — Прямо так, разговор понимаешь?

— Ну, да, — признался я. — Пришлось выучить. По работе нужно было.

— Нихрена ты ценный кадр, — хмыкнул Лафер. — Во мне подфартило тебя встретить. Ты, братишка, как хочешь, а я к тебе теперь прилип, хрен оторвешь. И голова светлая, и на языке вероятного противника шпаришь. Ты меня чего в список не добавляешь? Зазнался?

Глава 3

Синхронизация 3,4%

Скандал разрастался. Передние, первыми обнаружившие снижение расценок на ресурсы, орали на робота приемщика. Понятия не имею, управлял этим устройством живой оператор, или устройство, совершенно не похожее на человека, было под началом какого-нибудь продвинутого искусственного интеллекта. Только штуковина эта — гусеничные шасси и четыре ловких манипулятора — общаться со скандалистами отказывалось. Что еще больше распаляло митингующих.

Задние, раздражаясь от того, что приходилось ждать, начинали покрикивать на первых. Одинаковые андроиды, и те и эти — двое из яйца, одинаковы с лица — шумели, доказывая свою правоту. Выглядело это донельзя забавно. Гротескно. Словно в каком-нибудь супермаркете манекены ожили, и ну бузить. Не хватало только сурового товароведа, который вернул бы распоясавшихся кукол по положенным им местам.

Это ложь, что в Европе не бывает очередей. Своими глазами видел. В Германии, кажется. Чинная, культурная очередь, в которой люди старательно старались не смотреть друг на друга. Не то чтоб еще и разговаривать. Каждый сам по себе. Индивидуализм во всей его красе.

— Чего блажат-то? — озаботился Лафер. — Переводи что ли.

— Те требуют представителя администрации. Хотят, чтоб тот объяснил им причину снижения цен. Эти, готовы сдавать и по новым ценам, но первые их не пропускают к приемке, — отчитался я. — Спорим не подеруться?

— Не-а, — засмеялся партнер по добыче органов. — Не буду спорить. Покричат и перестанут. Единственное что, могут друг друга в черный список добавить.

— Ого. Уже и такое есть? Осталось полшага до кланов?

— Типа того, старина, — совершенно серьезно заявил Лафер. — Уже и петицию админам выкатили с просьбой создать механизм управления. Напирают на то, что без кланов, социализация, о которой ратует Компания, никогда не будет полноценной. Средство законного объединения операторов, в целях коллективного решения насущных вопросов. Во! Грамотно написано. Я аж позавидовал.

— Они на русском написали что ли?

— На четырех языках, прикинь. На аглицком, французском, испанском и русском.

— Что, испанцев много?

— Латиносы, — дернул плечом партнер. — Не знаю, сколько из них типа испанцы, но лопочат амигос про свои корасоны только в путь. Я так понял, инициаторы петиции как раз из амигос.

— Куда катится мир, — хмыкнул я. — Неужто пендосы тут не первей всех?

— А их не особенно много. Что-то они там напутали со своей образовательной программой. Действительно образованных людей зарплатой оператора не напугать, а остальные не выдают вменяемую синхронизацию. Все-таки, сложная техника, и все такое.

— Все чудесатее и чудесатее… Ладно. Бог с ними, с пендосами. Рассказывай, как в список друзей тебя добавить. Буду разбираться, пока эти с теми там рамсят.

Действительно, ничего сложного. Как в очках дополненной реальности, где панель меню вызывается определенным движением глаз. Ну и здесь, как оказалось, есть нечто подобное. Скашиваешь глаза влево-вниз, и активируешь нужную закладку. Самым трудным было правильно написать имя моего нежданного приятеля.

Кроме блокнота и списка контактов, в меню еще можно было просмотреть логи сообщений, полученных в течении последних двадцати четырех часов, и перечень дополнительно установленного программного обеспечения и оборудования. Ну и прогресс синхронизации, естественно.

— А что это за дополнительные программы и оборудование?

— Это то, старина, что можно купить за монеты. Про программы — не знаю, врать не буду. Не разбирался. А оборудование — там список апгрейдов, закачаешься. Никакого бабла не хватит, чтоб и половину прикупить.

— Несколько примеров можно?

— О-о-о. Дополнительные щитки, средства индивидуализации, оружие, краска, встраиваемое оборудование — ножи, фонари и прочее, на что фантазии хватит…

— Средства индивидуализации, — поднял я ладонь, общее направление апгрейда осознав. — Это типа лица что ли?

— Ага, прикинь, — засмеялся Лафер. — Они, родимые. А еще — сиськи.

— Какие, нахрен, сиськи?

— Женские, старина. Ты заметил здесь кого-нибудь в женском андроиде? А ведь операторов — женщин здесь полно. Они бучу подняли. Типа, дискриминация по половому признаку, и все такое. Прикинь? У них же права человека, ЛГБТ и свобода. Феминистки еще. Кажется.

— Я понял, — кивнул я. — Компания отболталась, что роботы для всех стандартные. И что, если кому-то дороги их половые признаки, то любой каприз за ваши деньги. Я прав?

— В яблочко. Ну и вот. В залах модернизации доже манекены поставили оборудованные этими самыми признаками. Мужской и женский.

— Мужской-то зачем?

— А гомосеки? Эти тоже права качать умеют. Мол, если женщины хотят обозначить свой пол, то и они тоже не прочь. Прикинь? Бежит по лесу робот, а у него между ног болтается…

— Без подробностей, — фыркнул я. — У меня богатая фантазия. Одно только не понятно. Компания же транслирует иногда на Земле ролики из жизни колонии. Я, правда, ни разу сам не видел, но что их широко обсуждают — слышал. И как они это теперь показывать будут? «А теперь попросим убрать от экранов телевизоров лиц, не достигших восемнадцати лет. Новости с Далекой Колонии»…

— Ха-ха-ха, — ржал, как конь Лафер. Видно у него тоже была богатая фантазия. — Ой не могу…

— Чему так искренне потешается ваш друг? — вежливо, по-английски, поинтересовался стоящий сзади андроид с манипулятором, прижимающим к пластиковой груди полтора десятка кубов. — Это как-то связано с происходящим?

— Оу, нет, — так же вежливо ответил я. — Мы обсуждаем вопросы апгрейдов носителя, касающихся гендерных признаков. Возник вопрос… гм… демонстрации этих признаков и снимаемых Компанией новостных репортажей для телевидения.

— Не вижу проблем, — пожал плечами вежливый англичанин. Уж их-то речь я могу от любой другой англоязычной легко отличить. — Важен сам факт наличия признаков. Открыто демонстрировать их — преступно. Обладателям таких апгрейдов придется предпринять усилия, чтоб их прикрыть от чужих глаз.

— Действительно, — хмыкнул я. — Как просто. Если позволите, я стану обращаться к вам за разъяснениями сложных вопросов. Я сегодня первый день на планете. Многого не понимаю.

— Если не буду занят чем-то действительно важным. Обращайтесь, — и назвал ник. А я его старательно записал в свой список.

— Че хотел? — любезно поинтересовался Лафер. — Небось, чтоб мы вели себя потише?

— Не-а, — хихикнул я. — Он считает, что люди, купившие за большие деньги искусственные сиськи-письки, обязаны будут приобрести и нечто, эти покупки скрывающее.

— Да ну нафиг? — не поверил соотечественник. — Типа, прятать? Купить за сто штук пластиковый хер, а потом напялить трусы? Так что ли?

— Да, брат. Именно так он и сказал.

— Звездец, прости Господи! Как они это контролировать-то собираются?

— Точнее и не скажешь, брат. Точнее и не скажешь! Звездец голимый. Потому что одно, тянет за собой другое. Раз появилась причина нарушать некие правила, значит, появятся люди, которые станут следить за их соблюдением. Полиция появится в колонии вслед за трусами…

— Откуда ей взяться-то?

— О, не переживай. Людей, мнящих себя шерифами, всегда полно. Найдутся желающие. Ладно. Тему сисек мы, как могли, раскрыли. Давай дальше про ассортимент местного магазина. Есть там что-то действительно нужное?

— А кто его знает? — задумался Лафер. — Никто ведь не знает, что будет завтра. Месяц назад мы все тут по полянам бегали, и цветочки по заданиям ученых собирали. А сегодня, видишь, после боя стоим в очереди на сдачу трофеев. А еще через неделю может все успокоится, и пойдем камешки таскать. Вот купишь сейчас какую-нибудь пушку навороченную, а завтра окажется, что просто мертвый груз с собой таскаешь, и нужно было брать рюкзак повышенной вместимости.

— Их тоже можно купить? Я имею в виду пушки и рюкзаки.

— Ну, да, конечно. Так-то у чучи на спине, если ты не заметил, есть небольшой ранец. Он съемный, если что. Там ядерная батарея, и немного свободного места на всякий случай. Сам посуди, в лапах много не унесешь. А головастики за каждый прежде не встречавшийся стебелек премию в двести монет платили. Ну и по паре койнов за уже известный. Так народ за неделю им целый стог этого сена натаскал. Так в ранцы траву утрамбовывали, что она потом вылезать не хотела. Прикинь?