Не все НПС попадают-3

— Конечно, — рябина вышагнула из своей островной гущи, и сразу стало видно, что она гораздо более стройная и гибкая, чем её оставленный на границе Изенграда супруг. — Прошу следовать со мной, Тури, — она протянула ему свою крупную изящную руку, — можешь сесть, так дело пойдёт куда быстрее.

Петька с уважением посмотрел на древесную даму — вот уж кого не придётся учить хорошим манерам!

Похоже, что цепь островов изначально задумывалась как один большой подковообразный или вовсе кольцевидный остров, представляющий собой жерло давно угасшего вулкана. Рябина согнула вторую ладонь рупором и издала громкий трубный звук, в котором был голос дерева в бурю — гнущегося, но не ломающегося, и пошагала вперёд, к следующему острову, забирая слегка по дуге. Из прочих кущ тоже начали выбираться древо-дамы. Были они разнообразны, даже на взгляд издалека, и это внушало надежду, что для каждого энта найдётся подходящая пара. Петька думал, что они идут к какой-то из этих древесных женщин — старшей, по аналогии с Древобродом, но оказалось, что рядом с соседним островом имелась обширная отмель, на которой жёны энтов могли собраться с относительным комфортом.

Подобно энтам, они также переговаривались друг с другом, шелестя листьями и деревянно скрипя. Из группы энтовых жён… — да пусть просто энток! — выдвинулась одна и внимательно на него уставилась.

— Приветствую тебя, Фимбретиль, — слегка поклонился Петька. — Я слышал, что твой муж жив и иду навестить его…

Да, он крутил в голове так и эдак — по-всякому получается, что во временно́м потоке энток он встретил их прежде, чем их мужей. Это противоречило произошедшим событиям, но когда энты и энтки всё же воссоединятся, для древо-дам пройдёт почти пара месяцев, а для их потерянных супругов — едва ли неделя, так что надо было строить фразы соответственно, на случай, если они решат переговорить друг с другом и сверить версии.

— Однако, сразу хочу сказать, что положение их не столь радужно, как в прежние времена. Лес Фунгорн сильно потеснён степями и подданными Изенграда, которые сводят его для расчистки полей. Да и некоторые энты, отчаявшись вас найти, начали тихо древеснеть и всё реже отзываются на зов Древоброда. Некому стало пасти деревья… — энтки тревожно зашумели. — Вместе с тем, у меня к вам дело, которое, я надеюсь, поможет вам также поселиться поблизости от своих мужей и видеться хоть каждый день.

Он дождался, пока энтки закончат отчаянно скрипеть и продолжил:

— Итак, я пришёл предложить вам жизнь на земле, которая обширна и крайне нуждается в вашей помощи. Это огромные пространства, выжженные войной — и я хочу, чтобы поля и сады на них снова зацвели. Мне нужна помощь, чтобы научить новых жителей тех мест правильно обрабатывать почву, ибо они много лет провели в плену, и многое утратили из прежних своих умений. Ваша выгода в том, что помимо обширных владений я отдаю значительную часть своих земель под насаждение дремучего леса — и делать это будут ваши мужья. Они ждут лишь вашего решения, чтобы согласиться.

Нельзя сказать, чтобы древо-леди помчались в обетованную страну на встречу со своими муженьками сразу. Торопливость вообще, как видно, не была присуща этому племени. Они стонали, скрипели, трещали на свой древесный лад и активно работали листьями. В конце концов, они постановили, что кто-то из их рода будет дежурить на этом кольце островов до тех пор, пока хотя бы клочок земли виднеется из-под воды.

— Мы могли бы сменяться раз лет в десять, — проскрипела высокая Ель, переводя Петьке их коллективное решение, — это совсем небольшой срок для энта. Остальные готовы отправиться с тобой, господин Тури, как только ты представишь судно или хотя бы парус, с помощью которого мы могли бы плыть, сцепившись друг с другом.

Петька представил себе этот живой плот и впечатлился. Сколько инфарктов и помутнений рассудка можно обеспечить пиратам местных вод, если немного постараться!

— Дамы, не думаю, что это понадобится. Всё, что мне нужно — два высоких дерева, растущих друг от друга на таком расстоянии, чтобы каждая из вас могла между ними пройти. Желательно, чтобы эти деревья соприкасались в вышине ветвями, а с ветвей свисали длинные лианы, подобно пологу. Вы могли бы такое устроить?

Энтки переглянулись, пошелестели — болтливы они оказались куда более, чем энты-мужчины — и дружно направились вдоль кольца, через три островка от этого. Деревья на нём и впрямь оказались подходящими, а лиан эти дамочки накидали весьма оперативно.

Петька подошёл к конструкции. В принципе, даже куда лучше, чем та рамка со скатертью. Он решил последовать Ягусиной перестраховке, и торжественно, хоть и тихо произнёс:

— Нарекаю тебя дверью!

Взялся за лиановый полог. Перед глазами немедленно выпало разветвлённое переходное меню. Отлич-чно!

02. ПСИХОПАТЫ И ПАРАНОИКИ

НОВОПРИОБРЕТЕНИЕ

Петька вывел жён энтов к той орочьей деревне, где они с куратором зачистили неудачливый эльфийский рейд.

При виде древо-женщин население деревушки сбилось в кучу, но не побежало — работает, значит, внушение Дрозда! Узнав Петьку, орки начали кланяться и радостно улыбаться, скаля выпирающие из-под нижних челюстей клыки. Петька нашёл глазами старосту и махнул ему, приглашая подойти к себе.

— Тури, сын Они, ты хочешь, чтобы мы работали с орками? — негромко прошелестела высокая ель.

— А что, разве есть какие-то проблемы?

— Не больно-то этот род был способен к обработке земли в прежние времена.

— Ну, значит, они наконец-то доросли, — аргументировал Петька. Как тёмному властелину, ему позарез нужно было, чтобы две эти расы сошлись между собой безо всяких «фи». — Осмотритесь. Всё, что посажено и возделано вокруг — плоды их усилий. Они нуждаются в помощи и наставлении, но они стараются!

Древесные дамы закачали кронами и зашелестели ветвями.

— Проблем нет, — ответила рябина, — мы будем с ними работать.

Староста тем временем подошёл ближе.

— Как видишь, эти госпожи — живые деревья, — представил энто-дам Петька.

— Мне доводилось встречать движущиеся деревья на западной границе, — с поклоном ответил орк. — Но те были больше похожи на зверей, дикие, фигурами как люди и сплошь заросшие листом, — Петька понял, что речь идёт о листвяках, с которыми ему тоже довелось познакомиться, и слегка передёрнулся. А орк продолжил: — Но твои древесные дамы выглядят разумными и неагрессивными.

Тут Петька несколько напрягся — всё же древнейшие наделённые способностью мыслить земные существа (по версии вселенной колец) могли и обидеться на такой пассаж, но энтки только весело зашелестели ветвями. Они смотрели на здоровенного орка как группа воспитательниц на забавного смышлёного карапуза, ведущего речи не по годам умно.

— Какой рассудительный орк, — Фимбретиль потянулась вперёд, и Петька с досадой успел предположить, что она хочет погладить орка по головке, но энтка лишь подала ему руку, которую тот осторожно и церемонно пожал: — Мы поможем вам облагородить ваши насаждения.

— Было бы неплохо, — добавил Петька, — если бы лес вокруг тоже обогатился растениями, пригодными для собирательства — орешником, малиной — ну, вы понимаете?

— Конечно, господин Тури, — кивнула Фимбретиль. — Это непременно будет сделано.

— Но прошу вас пока не отходить далее чем на километр от деревни. Таким образом вы будете находиться под постоянной защитой. Далее пока небезопасно. Когда я приведу ваших мужей, вы сможете занять столько земли, сколько захотите.

— Ничего страшного, — древо-дамы закачали кронами, — пока мы займёмся ближайшими целями.

На этом Петька оставил своё ценнейшее приобретение, заглянул обратно на опустевшие острова (убедился, что Марины с Яной там уже нет) и направился в избушку, где обе они и обнаружились. Девчонки смотрели на него хитровато, а на столе блестели две хрустальные рюмочки, и ощутимо пахло вишнёвой наливкой. И Петька решил, что набегался и наскакался за эти выходные так, что в пору эти «выходные» в кавычки брать — и плюнул на первоначальный план добраться до директрисы или хотя бы до куратора как можно скорее. И остался в избушке. С девчонками было хорошо и душевно.

И губы у них были со вкусом вишни…

БЮРОКРАТИЯ

22 июня, понедельник, день двадцать восьмой из восьмидесяти четырёх.

Ежеутренняя договорённость встречаться в буфете начала обретать незыблемость традиции. Да, даже если Ягуся щедро кормила его своими разносолами. Потому что место встречи изменить нельзя.

Итак, с утра за завтраком Петька всё же сообщил Дрозду, что ему нужно повидать директрису. Во избежание, тысызыть. По взгляду куратора понял, что ему удалось развить у начальства некоторую паранойю в отношении своих инициатив.

— Ну, что ж, не будем откладывать неизбежное в долгий ящик, — Дрозд посмотрел на свой десерт и вздохнул. — А, впрочем, до смерти убить нас ей всё равно не удастся. Пошли! — он жестом фокусника сунул тарелку в хран и поднялся: — Раньше сядем — раньше выйдем. Давай портал в приёмную.

С этими порталами Петька уже наловчился подгадывать так, чтобы в знакомые точки локаций входить культурно, как бы через дверь, а не вываливаться посреди, например, комнаты на радость людям.

Евгения Васильевна, предупреждённая Дроздом, уже ждала их в кабинете, и во взгляде её читалось нисколько не меньшая подозрительность.

— Ну, рассказывай, орёл, — потребовала она после того, как все чинно перездоровались.

— Дело, в общем-то, простое. Мы тут с девочками прогуливались в свободное время и обнаружили одну занятную локацию… — Петька изложил историю древесных женщин в общих чертах — как её нашла в сети Ягуся, без далекоидущих выводов. — Локация практически затонула, древоженщин этих никто к себе брать не хочет — я их и пригласил. В тёмных землях квадратные километры повыжжены, пусть что-нибудь культивируют, всё-таки движуха, не тупой респаун. И я вас хотел попросить поговорить там с кем нужно, чтоб их никакой особо ретивый менеджер обратно не выдворил.

Директриса и куратор переглянулись.

— Я почему-то думала, что ты… с армии начнёшь, что ли? — с сомнением высказалась Женя Васильевна.

— Армия тоже будет, несомненно, — успокоил её Петька. — Как только появится на что её содержать.

Директриса откинулась в своём кресле и сложила на груди руки, иронично сощурившись:

— Ты прямо хочешь всё как в жизни?

— А разве не благодаря этому локация становится живой? — парировал Петька.

— И на этой позитивной ноте мы откланяемся! — поднялся Дрозд. — Я-то думал — опять случилось страшное, а это — пфе, мелочи жизни. Евгения Васильевна, что ты прямо… Стукани в контору, чтоб учли перемещение, да и все дела. Морской отдел нам только благодарен будет. А нас труба зовёт, уж извините, — он скосил глаза, намекая Петьке на выход и прошипел: — Давай-давай, выгружай нас в лифт, а то завязнем тут на полдня с деталями.

Евгения Васильевна только головой слегка покачала, губы поджав. Цирк, а не стажёрство, что тут скажешь.

А мальчишка-то как будто подрос. То ли с настройками пытается играть, то ли пудинга этого своего поел… Да и ладно, так для тёмного властелина даже лучше.

ПОД КРЫЛОМ ЛЕТУЧЕЙ МЫШИ

В лифтовой кабинке Дрозд слегка забуксовал. Нет, сам-то он быстренько сменил форму на назгульскую. Посмотрел на Петьку в чёрном плаще…

— Есть у меня, дорогой друг, подозрение, что наши острозубые товарищи не удержатся и попытаются попробовать тебя, так сказать, на зубок, простите за тавтологию. А опыта по борьбе с кровопийцами у тебя прискорбно мало.

Два чёрных капюшона уставились в боковое зеркало кабины.

— Может, тебе гнома взять? — после минутного размышления предложил Дрозд. Всё же у него личный уровень побольше.

Петькин капюшон задумчиво склонился вбок:

— Иван Андреич, а я вам лучше вариант предложу…

В лесу было сумрачно и неуютно. Мало того, что над этим местом почти всё время висели низкие серые тучи. Днём. Приближался вечер. А значит — гарантированно разъя́снит, чтобы луна и звёзды как можно более выигрышно оттеняли кожистые острокрылые тени.

По просёлочной лесной дороге шагал назгул, и любой сторонний наблюдатель — скажем, как вон тот охотник на вампиров, притаившийся в огромном дупле гигантской секвойи, — подумал бы, что древний призрак разговаривает сам с собой. Мало ли какие тяготы приходится переносить призракам. Тут не только под нос бубнить начнёшь… Тем более, что металлически лязгающая фигура в потрёпанном чёрном плаще была принята им за дух рыцаря, неудачно проехавшего через баронство кровососов. Как, интересно, они его прокусили сквозь все эти доспехи? Или, может быть… Охотник представил себе несколько неаппетитных вариантов и передёрнулся. В кронах деревьев мелькнула неясная тень. Ещё одна. Про призрака он немедленно забыл. Кажется, началось…

Охотник на вампиров напрасно подумал, что случайный призрак разговаривает сам с собой. Просто с его точки обзора второго путешественника было разглядеть никак невозможно. Маленькая фигурка сидела на плече назгула, скрытая от наблюдателя назгульским капюшоном. Она также была облачена в потрёпанный чёрный плащ, только подпоясанный. На поясе висел довольно большой для фигурки меч, а из-под надвинутого капюшона выглядывал крохотный выбеленный череп горностая. Весь облик персонажа в целом заставил бы наблюдателя, наверное, предположить, что Смерть грызунов направился на сверхурочную работу в вампирском баронстве и для разнообразия прихватил меч вместо косы.*

*Все знают, что Смерть

помимо косы имеет и меч.

Как правило, меч приберегается

для особых случаев —

например, таких как

смерть королевской персоны.

Однако, нигде не утверждалось,

что у грызунов

не может быть короля…

— Вампирское баронство, — негромко рассказывал Дрозд, — одно из самых устойчивых на территории тёмных земель. Тёмный романтический флёр всегда привлекал и будет привлекать людей определённого склада. Женщины хотят бледную кожу, алые губы вечно стройную фигуру и шикарные чёрные платья в развратно-готическом стиле. А мужики — нечеловеческую силу, умение летать и право чувствовать себя доминантным убиватором.

— Психологический портрет, конечно, интересный.

— Ага. Закачаешься. По количеству пафоса на единицу площади сопоставимо разве что с эльфами. Но эльфы, они… Такие возвышенные снежинки, понимаешь? Звёздноликие. А эти… У каждого свой психологический подвыверт. Команда доминирующих извращенцев.

Петька фыркнул.

— И даже не смейся, весёлого мало. На самом деле убить вампира — так, чтобы полностью и окончательно — практически невозможно. Так или иначе он соберётся из клочков тумана, из мизерных обугленных ошмётков, из молекул, если хочешь. Другое дело, что при ответственном подходе к делу ему придётся делать это долго. Или сравнительно быстро, но значительно откатиться в уровнях. Там у них ещё и внутри своей структуры борьба идёт не на жизнь, а насмерть, каждый против каждого. Только этим и спасаемся, иначе бы давно нам на головы сели.

— Так у вампиров, получается, одно семейство? — уточнил Петька.

— Нет, семейств изначально было несколько. Старых, классических, можно сказать — таких как Малкавиане, Бруджа и прочие. Однако, некой светлой голове пришла гениальная мысль, что вампирская зона не такая уж и большая, и баронство должно быть одно на всех. И править им будет… — Дрозд развернул латную перчатку ладонью вверх, предлагая предположить ответ.

— Ну не знаю… Дракула?

— Точно!

— Серьёзно⁈

— Да. Дракулой оформили моба-мегабосса, баронству назначили общий герб, девиз и замок, довлеющий над округой. И территория у них изначально была меньше раз в пять. Однако, поскольку процессы идут в ту сторону, куда их тянет платежеспособный пользователь, довольно быстро в вампирской среде наметилось разделение едва ли не на десяток кланов. И политические игрища развернулись — средневековая Италия отдыхает, не говоря уж о прочих. Заговоры, союзы, измены и подкупы. Незаметно баронство начало… как бы это сказать… разбухать. Никаких войн, нет. Такая тихая, ползучая экспансия. И замок уже не один, а целых шесть, плюс десяток клановых усадеб, на которых прям жирным шрифтом написано: «хочу быть замком!»

— Но разделения как такового не произошло?

— Официально — нет. Пока все они — одно баронство. Хотя герб и девиз не завёл себе разве что мёртвый, как бы парадоксально в рамках данной локации это ни звучало. Так что, я думаю, недалёк тот день, когда эта амёба таки разделится.

— А как вообще руководство смотрит на разрастание вампирского баронства?

— Нормально. Жизнь там кипит, если можно так про нежить сказать. Туда же стягиваются самые отбитые адреналиноманы, для которых даже зомбятня уже скучна. Видишь ли, зомби, даже такие перспективные как наш общий знакомец Лёха, ограничены сеттингом. Они более прямолинейны, не способны к коммуникации с противником, и по легенде у них превалируют инстинкты. Кроме того, все до единого зомби работают под моб-прикрытием. То, что в верхних локациях за зомбарей бегают живые люди, скрывается тщательнейшим образом. А в вампирятне — всё наоборот! Тут мобы — разве что крестьяне или горожане, на которых вампы охотятся. Все прочие роли — все! — разобраны подчистую. Не только вампиров! Дворецких, Игорей*, деревенских старост, лесничих и кто тут у них ещё есть.

*Игорь — специальный вампирский слуга.

Служит вампирам, потому как

все прочие хозяева

отказываются терпеть

его непонятные лабораторные опыты

и экстремальные хирургические эксперименты.

Игори всё проверяют на себе —