Нам нельзя

— Снова шутишь?

— Не-а. Зачем твоему мужу знать? Или ты рассчитываешь на совместный завтрак? Я только за, но начать лучше с ужина. На голодный желудок ты быстро выдохнешься, а я предпочитаю долгие ночные спарринги.

Она так забавно и искренне смущается, что я едва сдерживаю смех. Сколько ей? Тридцать четыре, если память не изменяет. Никогда бы не дал больше двадцати пяти. Возможно, дело в отсутствии броского макияжа и видимого вмешательства косметологов, которым в последнее время злоупотребляет моя мать. Ни надутых губ, ни искусственных скул и наращённых ресниц. Естественность давно вышла из моды, но Мальцевой отсутствие возрастного тюнинга на удивление к лицу.

И да — она совершенно не изменилась. Разве что в черных глазах появилось потухшее выражение, свойственное женщинам с непростым жизненным опытом. Саша и раньше казалась мне немного замороженной, но я фантазировал, что это напускное, и на самом деле она та еще горячая штучка. Пришло время проверить, насколько я был близок к истине.

— Успокойся, мальчик, спарринги в песочнице меня не интересуют, — неожиданно уверенным тоном заявляет Александра, раззадоривая мой охотничий азарт до запредельных высот.

— А ты попробуй, Саш. Вдруг понравится? — отзываюсь с самодовольной усмешкой и, протянув руки, заключаю ее ледяные пальцы в ладони. Она резко отшатывается, высвобождая свои тонкие кисти из моего захвата.

— Пожалуй, я поеду на такси.

— Не злись, Снегурочка, это всего лишь безобидный дружеский троллинг, — говорю примирительным тоном.

— Давай обойдёмся без глупых детских прозвищ. У меня есть имя, — строгим тоном отчитывает меня Саша. Я посылаю ей обезоруживающую улыбку, отмечая про себя, что белый пуховик с меховой опушкой и правда придает Мальцевой схожесть с главной зимней красавицей. — И кстати, троллинг дружеским не бывает.

— Еще как бывает, — расслабленно смеюсь, откинув голову назад. — Познакомишься с моими друзьями, убедишься, что со мной тебе еще сказочно повезло.

— Не собираюсь я знакомиться с твоими друзьями.

— Как скажешь, так и будет. Сегодня я готов исполнять любые твои прихоти. Пользуйся, Александра, — отвешиваю шутливый поклон.

Саша с подозрением косится в мою сторону, но продолжает сидеть на месте. Значит план на совместный ужин и, возможно, завтрак имеет все шансы на успех.

— Поехали, пока я не передумала, — качнув головой, она с трудом скрывает улыбку.

Воздержавшись от опрометчивых комментариев, я неторопливо выруливаю с парковки, позволяя вредной Снегурочке побыть наедине со своими мыслями. Что-то подсказывает мне, что Саша, вопреки доводам разума, не соскочит и не сбежит. Очевидно, что ей льстит мое внимание, и она совершенно не против провести вечер в компании нахального парня, которого опрометчиво считает недостаточно взрослым, чтобы представлять опасность.

— Ты не против, если я сам выберу место? — включаю джентльмена, чтобы закрепить ее заблуждения на мой счет.

— Я еще не согласилась, — а вот это уже очень похоже на откровенный флирт.

— Ты не сказала адрес, куда тебя везти, — резонно замечаю я.

Она не успевает ответить, потому что в этот момент ей звонят. Саша бросает на меня быстрый взгляд и отвечает на вызов. По знакомым высоким интонациям, доносящимся из динамика, со стопроцентной точностью определяю личность ее собеседницы.

— Привет, Лик… Да, я прилетела. Все в порядке… Нет, ничего не случилось, — сбивчиво объясняется Мальцева с моей матерью. — Я немного задержусь… Не надо за мной приезжать… Всё, Анжел, до встречи. Девчонкам привет. Скоро увидимся.

— Значит, встречаешь Новый год с подругами, — дождавшись, когда она закончит разговор, заключаю я.

— Да. Давно не виделись. Решили собраться, — о чем-то задумавшись, рассеяно отзывается Саша.

— А муж не против?

— Муж в командировке, — сухо констатирует она.

— Командировка в Новый год?

— В Китае Новый год отмечают в другое время. Партнеры ждать не будут окончания праздничной недели.

— Твой муж сотрудничает с Китаем? У него крупный бизнес?

— Тебя это не касается, Максим.

— Я всего лишь поддерживаю беседу, — вежливо улыбаюсь на ее резкое замечание.

— Давай поговорим о чем-нибудь другом, — предлагает она. — Ты так и не ответил, откуда у тебя машина. Живешь здесь?

— Нет, как и ты приехал отмечать праздник с друзьями. Вчера, — поясняю, заметив ее вопросительный взгляд. — Но пришлось вылететь обратно, чтобы уладить кое-какие срочные дела, а автомобиль арендованный.

— Что за дела? — любопытствует Саша. — Экзамен завалил?

— Я так похож на двоечника?

— Нет, ты похож на мажора, — прямо заявляет она.

А это неприятно, хотя многие так считают при первом знакомстве. Я, конечно, понимаю, что бедные студенты-трудоголики выглядят иначе, но сам никогда не оцениваю человека по внешнему виду.

— Не угадала. Я работаю и учусь.

— Похвально. Платно учишься? — повернув голову, она беззастенчиво блуждает по мне изучающим взглядом.

— А это имеет значение?

— Ты носишь пуховик известного бренда, встречаешь Новый год в Красной Поляне, арендуешь иномарку премиум-класса. Не каждый бюджетник может себе позволить подобную роскошь.

— А ты не носишь кольцо, но утверждаешь, что замужем, — парирую я.

— По-моему, я ясно дала понять, что не хочу обсуждать свою личную жизнь, — холодно отрезает Саша.

— Ладно, забыли, — киваю я, закрывая опасную тему, но кое-что для себя уяснив. С мужем у моей Снегурочки явно не самые лучшие времена, иначе она бы не уехала сейчас со мной в неизвестном направлении.

— Здесь невероятно красиво. Я прилетала сюда отдыхать прошлым летом, и впечатления были совершенно другими, — после недолгого молчания задумчиво произносит Саша.

— Я больше люблю Сочи зимой. Пляжный отдых не для меня.

— А мне нравится море, — она пожимает плечами. — Я люблю плавать и не умею кататься ни на коньках, ни на этой штуке, что ты загрузил в багажник.

— По конькам я тоже не спец, но со сноубордом могу помочь. За пару часов научу, — с энтузиазмом предлагаю я.

— Прости, но я — пас, — Саша отрицательно качает головой. Ее взгляд прикован к сменяющимся зимним пейзажам за окном.

Медленно кружащийся снег, посыпающий крыши гостиниц и украшающий ветви деревьев, яркая иллюминация, светодиодные вывески, новогодние каркасные фигуры, нарядные елки, разноцветные гирлянды и толпы гуляющих туристов — все это создает особую атмосферу праздника, наполняет предчувствием волшебства, напоминая о детских наивных мечтах и желаниях, которые когда-то очень давно загадывали в новогоднюю ночь. Я бы все отдал, чтобы заглянуть сейчас в Сашины мысли. Можно спросить, но она все равно не скажет правду. Осторожная, закрытая наглухо. Даже со случайным попутчиком, которого, по ее мнению, никогда больше не увидит.

— Значит, предпочитаешь СПА, шопинг и подогреваемые бассейны? — включив музыку на минимальную громкость, продолжаю ненавязчивый допрос.

— Да, Максим, и не вижу в этом ничего зазорного. Я давно выросла из экстремальных увлечений.

— Я бы не назвал сноубординг экстримом, — возражаю я. — Здесь есть очень легкие склоны, которые осилит даже ребенок, но ты права — каждому своё. Мы, кстати, приехали, — сообщаю, паркуясь на стоянке перед уютным кафе, украшенным по периметру красиво-мерцающей светодиодной бахромой.

Машин совсем мало, место уединённое. Я специально его выбрал, чтобы нам не помешали общие знакомые. Вокруг заснеженные ели с мерцающими стволами. Самая высокая украшена по полной программе. Шары, гирлянды, мишура. Справа от входа в заведение гостей зазывает надувной радостный Дед Мороз, слева из запряжённых оленями саней приветливо машет руками улыбчивый снеговик, а под резным козырьком над дверью игриво подмигивает рождественский венок с искусственными свечами. Романтично и очень по-новогоднему.

— Ты завез меня в лес? — шутливо замечает Саша, оглядываясь по сторонам.

— Ага. Я опасный человек, Александра.

Она беспечно смеётся, а я искренне балдею от ее звонкого смеха. Такой она мне нравится еще больше.

— Красиво, — вздыхает она. — Идеально.

— Класс, я рад, что тебе понравилось, — широко улыбаюсь я, протягивая руку. — Идем?

Вопрос зависает в воздухе, как и моя ладонь. Наши взгляды пересекаются в напитанной волшебством тишине. Ее губы, тронутые розовым блеском, мягко улыбаются, но в темных, как ночное небо, глазах таится нерешительность и скрытая грусть.

Что же так сильно тревожит тебя, Сашенька, в этот предпраздничный вечер?

— Не думай сегодня ни о чем, — шагнув к ней, говорю я.

Пушистый снег скрипит под ногами, со стороны кафе доносятся знакомые новогодние мелодии. Она колеблется, глядя через мое плечо на светящуюся вывеску кафе.

— Это сложно. Человек не способен ни о чем не думать.

— Ты поняла, что я имел в виду, — неотрывно смотрю в чистое красивое лицо, испытывая острое желание сделать то, за что наверняка схлопочу по морде.

— Прешь, как танк. Да, Макс? — усмехнувшись, она решительно вкладывает пальцы в раскрытую ладонь. Они теплые, не такие как в машине.

— Юношеский максимализм, Саш, — в тон ей отвечаю я. — Могу напомнить, как это работает.

— Напрасно потратишь время. У меня его не было.

— Ты просто забыла, — поглаживая большим пальцем по центру узкой ладошки, я неторопливо веду ее ко входу в кафе.

Раздевшись в гардеробе, мы проходим в главный зал. В глазах рябит от обилия праздничных огней. Несмотря на высокий сезон, свободных столиков полно. Администратор провожает нас к самому уединенному, отгороженному от немногочисленных гостей ширмами, украшенными еловыми ветками, огоньками и игрушками.

Положив на стол меню и показав кнопку вызова официанта, администратор быстро удаляется, оставляя нас наедине.

Столик расположен у панорамного окна. С потолка до самого пола свисает светодиодная штора. Сморится эффектно, при этом совершенно не мешает рассматривать зимний лес, обступающий здание кафе с трех сторон. Мы садимся на один диван, спиной к залу, чтобы наблюдать за кружащимися снежинками за окном и отражением друг друга в мерцающем стекле.

Открыв меню, Саша удивлено округляет глаза, отдав должное ценовой политике заведения. Честно, я не обратил бы внимание на столбик со стоимостью, если бы не ее красноречивая реакция.

Олег настолько жмот? Да, черт, я даже вспомнил его имя. Надо будет пробить, каким именно бизнесом он занимается, и, вообще, навести справки, потому что Саша совершенно не похожа на среднестатистическую жену олигарха.

Не в том плане, что она выглядит недостаточно обеспеченной. С этим как раз полный порядок. Она ухожена, дорого и со вкусом одета. Но в ней есть редкое качество, отличающее от остальных красивых приложений к богатому мужу — чувство меры. А это значит, что помимо привлекательной внешности у нее есть еще и мозги. Правда, сейчас они интересуют меня в последнюю очередь.

Полистав меню, Саша останавливает свой выбор на салате с морепродуктами и треске под соусом. Я заказываю свиные отбивные, бутылку белого вина и черный кофе. Напитки, как обычно, подают первыми.

— Вино для тебя, — предупреждаю вопрос своей спутницы. — Я ограничусь кофе.

— Хочешь меня споить?

— Рассчитываю на это, — ухмыляюсь я, закинув руку на спинку дивана, словно невзначай задевая ее хрупкие плечи кончиками пальцев. Саша не отстраняется и никак не реагирует на этот жест, что само по себе уже прогресс. — Надеюсь, что под градусом ты станешь более сговорчивой.

— Зря потратишь время и деньги, — она окидывает меня снисходительным взглядом.

— А я думал, что по праву старшинства счет оплачиваешь ты, — подначиваю я, но она не ведется, понимая, что блефую.

— Молодой и наглый мальчишка, — в полуночных глазах снова мелькают задорные смешинки. — Кто-то вообще ведется на твои подкаты?

— Обычно — да, — самоуверенно заявляю я. — Женским вниманием не обижен.

— Это заметно, но я предпочитаю мужчин постарше, — качнув головой, Саша подносит бокал к своим соблазнительным губам и смакует вино маленькими глотками. А я снова чувствую себя пятнадцатилетним пацаном в пубертатном периоде, пускающим слюни на красивую недоступную женщину. Хотя разница все-таки есть. Теперь я могу не только фантазировать, но и взять то, что хочу. Она, конечно, поупирается, но, в конечном счете, никуда не денется. Молодые и наглые умеют добиваться поставленных целей, потому что в отличие от «уставших» мужчин постарше, мы более энергичные, азартные и предприимчивые. Отказы нас не пугают, а еще сильнее разжигают желание.

— Что не так с моим возрастом? — лениво интересуюсь я, потягивая воду из бокала.

— Сколько тебе? — напустив на себя строгий вид, уточняет Саша.

— Двадцать два, — без заминки отвечаю я. Она сводит брови, задержав изучающий взгляд на моем лице. — Думала — больше?

— Если честно — да, — признается Александра. — Я старше тебя на двенадцать лет.

— И что? Это проблема?

— Нет, Максим. Это пропасть, — на полном серьезе вывозит она какую-то лютую глупость.

— Я не чувствую между нами никакой пропасти, — придвинувшись ближе, невесомо провожу тыльной стороной ладони по ее волосам. — Ты красивая, сексуальная. Меня к тебе тянет. Все остальное — надуманные стереотипы.

— Говоришь складно, Максим, — замечает с толикой иронии и собирается продолжить мысль, но мой телефон, как назло, взрывается бодрым рингтоном. — Друзья, наверное, потеряли. Ответь, — Саша переводит взгляд на вибрирующий на столе айфон.

Блядь. Надо было поставить на беззвучный режим. Нехотя отстранившись, я встаю из-за стола и отхожу к окну.

— Где тебя носит? — вопит в трубку Ник, перекрикивая грохочущую музыку и женский смех. — Мы заебались ждать. Телки уже подкатили и даже накатили. Готовенькие, пьяненькие, на все согласные. Рус сауну резервирует. Гони быстрее, а?

— Начинайте без меня.

— Ты прикалываешься? Что за облом, Макс?

— Я занят, Ник. Как освобожусь, подъеду, — раздраженно отзываюсь я, глядя в отражении стекла на свой соблазнительный новогодний подарок, запакованный в узкие синие джинсы и голубой свитер с высоким горлом.

Консервативный выбор одежды не скрывает достоинств точеной фигурки. Талия, задница, грудь, длинные стройные ножки — все на месте. На хрена мне какая-то незнакомая телка и одноразовый секс в сауне, если рядом охрененная ершистая кошечка, от которой напрочь сносит крышу?

— Подцепил кого-то? Так тащи сюда. Где три, там и четыре. Справимся. Не в первой, — ржет Никитос.

На заднем фоне различаю довольный голос Руса. Оба в хламину, и в таком состоянии они вполне могут продержаться до утра. Потом пару часов продрыхнут, закачаются кофе и рванут самый крутой склон обкатывать, а вечером — продолжение увеселительной программы. Выносливость — наше всё. Мы и работаем так же, как отрываемся.

К тому моменту, как мне удается отвязаться от Ника, Саша допивает второй бокал вина. Горячее и салат уже на столе. Кофе стынет. Снегурочка моя скучает.

— Извини, — сажусь рядом, убирая телефон в карман. — Ты почему не ешь?