Помоги проекту - поделись книгой:
Да не, тут же всего на два глотка. А потом возьму чего попроще. Воды, например. Дабы избежать эксцессов.
— Слушай… Кстати, а как тебя зовут? — поинтересовалась девушка.
— Игорь.
— Ха, какое совпадение. А меня Агата, — протянула она руку. — Слушай, Игорь. Вы же там все общаетесь меж собой, может, хоть слухи есть, когда это всё закончится?
— Слухов нет, только предположения, но есть твёрдая уверенность, что всё происходящее временно, — ответил я, отхлебнув коктейль Морозовой. Сжульничала Настёна, эта версия напитка была куда слабее и менее насыщенная. Но тоже неплохо. — Так что не раскисай. У тебя кто-то остался на Орбитале?
— Младший брат. Мне буквально перед отправкой сюда исполнилось восемнадцать, а то бы и меня сейчас здесь не было. Даже страшно представить, что сейчас он ощущает. Мы-то с отцом здесь, — в голосе девушки засквозила печаль, но она встряхнула головой и вновь улыбнулась.
— Уверен, что ма… Госпожа Исаева позаботится о нём, как и обо всех остальных. Ну а патриарх разберётся с проблемами здесь, даже не сомневайся.
— Надеюсь, твой тёзка так же уверен в себе, как ты в нём, — рассмеялась Агата и повернулась в сторону вновь зазвонивших колокольчиков.
— О, привет, ты сего…
— Нашла! Господин патриарх! При всём моём уважении, но я всегда должна быть в курсе вашего местонахождения, — раздался позади меня возмущённо-смущённый голосок. Согласен, удивительная смесь, зато сразу понятно, кто это.
— Твоя неосведомлённость — это твой просчёт, а не твоего патриарха, — прикончив напиток вторым глотком, со стуком поставил стакан на стойку и подмигнул замершей Агате. — Зачем я тебе, Гита? Только быстро!
— Быстро не выйдет, Игорь Владиславович! — слева от меня опустилась стопка документов, а справа появился планшет, на котором мигало множество иконок.
— И кто меня на этот раз сдал? — удручённо произнёс я, глядя на всё это «богатство».
— Не понимаю, о чём вы, Игорь Владиславович, — прекрасно всё поняла Чакравати.
— Ладно, демоны с тобой! Агата, отомри, — я щёлкнул пальцами, и девушка зашевелилась. По крайней мере дышать точно начала. — Мы с этой назойливой особой переберёмся вон за тот столик, а ты нам меню принеси, чую вечер долгим будет. Хорошо?
— Д-д-да… господин патриарх, конечно. Сейчас же…
— Агата, выдыхай, — тормознул я девушку. — Всё нормально. И принеси к заказу твой эксклюзивный напиток. А завтра, обещаю, тебе доставят кое-что получше.
Девушка, кивнув, куда-то умчалась. То ли за меню, то ли сообщить хозяину бара, кто почтил их своим присутствием.
— Ну а ты, — повернулся я к Гите, — давай за мной, и не дай боги выяснится, что ты просто так мне вечер испортила…
Глава 4
Спустя пару минут после исчезновения Агаты из подсобных помещений выскочил невысокий круглый мужчина с длинной бородой, представившийся Дамиром Борисовичем.
Собственно он являлся владельцем трактира и, с его слов, был чрезвычайно польщён, что принадлежащее ему заведение соблаговолил посетить сам патриарх.
Развив бурную деятельность, он тут же отговорил меня от общего зала и провёл в небольшую комнату, обставленную простенько, но со вкусом.
Широкий деревянный стол, по бокам которого вместо стульев располагались деревянные же скамейки, будто откопанные на каком-то древнем складе. Выглядели они крепко, но жутко неудобно. Но хозяин, видимо, это и сам понимал, так что первым делом достал из шкафа небольшие пуфики и положил их на скамейки.
Я тем временем рассматривал фотографии, висящие на стенах, сделанных как будто из бруса. Правда стоило мне подойти и потрогать их, как я ощутил прохладный металл.
— После пожара ещё не успели восстановить облицовку, — извиняющимся тоном произнёс владелец трактира, при этом укоризненно глядя на замершую возле входа Гиту. — Но заказ уже сделан, и, как всё успокоится, вам обязательно стоит посетить нас ещё раз. Тут будет куда уютнее.
— Непременно, — я кивнул и указал на одну из фотографий, запечатлевшую большую группу людей в тёплой одежде. Позади них стоял трёхэтажный дом, занесённый зелёным снегом почти по самый второй этаж. — Это же на Вьюге? Вы оттуда?
— Все так, Игорь Владиславович, вот он я, — трактирщик подошёл и ткнул пальцем в карапуза, выглядевшего большим лишь из-за объёмной одежды. — Мне тогда года четыре было, родители же были из переселенцев. Наверное, это от них мне передалась неусидчивость. Как только появилась возможность, сразу улетел вселенную посмотреть.
— Но сейчас решили остепениться? — закончив рассматривать другие, не менее интересные фотографии, я уселся за стол и знаком показал Гите тоже присаживаться.
— Возраст, как никак, — усмехнулся в густую чёрную бороду не такой уж и старый мужчина. — Да и дочка в мать пошла. Предпочитает чувствовать под ногами твёрдую землю, а не стальные переборки космического корабля. Кстати о ней. Агата!
После крика трактирщика в щель между косяком и дверью протянулась рука с меню. Сама девушка заходить не рисковала.
— Могу порекомендовать салаты… — начал было трактирщик, но, увидев, как Чакравати раскладывает на столе папки, на мгновение задумался, а потом продолжил. — Хотя, судя по всему, вы тут надолго, так что рекомендую взять что-нибудь посытнее.
Глядя на секретаря и то, как тщательно она разбирает бумажки, был вынужден согласиться с мужчиной. Так что, оставив выбор на совести хозяина заведения, дождался, пока он покинет комнату и потянулся к ближайшей папке, отмеченной красным цветом.
— Интересный проект, — спустя некоторое время, ушедшее на ознакомление с документом, я откинулся на спинку лавки. — В следующий раз помечай такие, как «важно, но должно отлежаться до окончания проверки».
Я вернул папку с предложениями одного из глав мелких общин Гите, освобождая место на столе перед собой и давая трактирщику поставить тарелку с крупными кусками мяса, приправленного рассыпчатым гарниром. То ли гречка, то ли подгоревший рис. М-м-м, как пахнет! В животе непроизвольно заурчало.
Я попытался сосредоточиться, не давая еде отвлечь от прочитанного. Нет, предложенная идея была неплохой — усилить контроль за системами города, повысив их эффективность. Только вот данный товарищ чуть ли не в открытую требовал участия своих людей в этом проекте.
Похвальная инициатива для лидера общины, но мне подобные индивиды подобно кости в горле. Род должен быть монолитным, а не состоять из кучки диаспор, тянущих одеяло на себя.
Ничего, сейчас всё немного подуспокоится, и я начну вдалбливать эту мысль в буйные головы более действенным способом.
— В общем, дашь отписку инициативному товарищу, что его предложение рассматривается. А завтра утром перекинешь эту папку Леонову. Раз наш будущий начальник полиции застрял в столице, пускай Фёдор Иванович поработает и проверит, что да как с этим человеком, — сказал я Гите.
Девушка, в этот раз сменившая свою необычную одежду на обычный комбинезон поселенцев светло-голубого цвета, кивнула и сделала пометку в ежедневнике.
— Что там следующее, отчёт службы северных ворот? К-хм, даже так… Какого чёрта выпустили группу за пределы города без вооружённого сопровождения? — пробежавшись глазами по отчёту, с облегчением обнаружил, что пострадавших среди фермеров-суицидников не оказалось.
Но факт оставался фактом. Даже видя странное чужое небо над головой, люди оставались людьми и вели себя безалаберно.
Построить зоопарк, что ли, да притащить туда тварей пострашнее? Пускай полюбуются, кто снаружи бродит. Может, хоть так получится достучаться, прежде чем придётся участвовать в торжественном открытии первого кладбища в городе.
— В рапорте указано, что плантация располагалась в радиусе поражения систем обороны города, поэтому начальник охраны и дал разрешение, — Гита только взяла в руки вилку, но тут же отложила её в сторону, чтобы свериться с записями.
— Начальника этого снять с объекта и отправить в «Заповедник», может, проникнется. И знаешь, завтра обрадуй Леонова ещё и тем, что командовать при зачистке канализации он будет не только штурмовиками, — я вытащил из стопки список нёсших дежурство в то время и обвёл ручкой каждого второго. — Чередовать их через день, пока вся канализация блестеть не будет.
— Сурово, — как секретарь, девушка, наверняка, уже успела ознакомиться, с чем нам пришлось столкнуться сегодня, так что прекрасно представляла, насколько влипли проштрафившиеся.
В дверь постучались, и после полученного разрешения на пороге появилась Агата.
— Игорь Владиславович, хотела принести извинение за неподобающее поведение и уточнить, может, ещё чего-нибудь желаете? — спросила девушка.
Судя по голосу, особого пиетета к моей патриаршей персоне она не испытывала, первоначальный ступор был вызван, скорее всего, опасением по поводу моей возможной реакции.
А извиняться её по-любому направил отец, тот, наверняка, был куда осведомлённей, как могут себя повести «гордые» аристократы.
— Извинения приняты, так что можешь успокоить Дамира Борисовича, — ответил я.
— Спасибо, непременно, прямо щас же и передам, — сделав лёгкий поклон, девушка выскочила за дверь, даже не уточнив, нужно мне что-то ещё или нет.
— Игорь Владиславович, а вас не смущает, что ваши поданные так себя ведут по отношению к вам? — пригубив настойку Морозовой, осмелилась спросить Гита, глядя на пустое место, где только что стояла Агата.
— Ты про то, что они разговаривают не как с сюзереном, а как с каким-нибудь начальником? — уточнил я, гоняя вилкой по тарелке скользкий маринованный гриб. Интересно, это из запасов или уже местный?
— Просто там, где я родилась, в отношениях «господин-поданный» всё было несколько сложнее, — покачав бокалом в руке, ответила девушка. — На Чавале вообще всё было сложно.
— Мягкий климат, отсутствие глубоких водоёмов, сильная кастовая система — это про него? — личное дело Чакравати читал, но всегда считал и продолжаю считать, что в разговоре можно узнать куда больше.
— Именно. Аграрная планетка, на которой, помимо многокилометровых плантаций и болот, толком ничего и нет, — рукав тонкого комбинезона у девушки задрался, и я заметил вязь узоров, складывающихся в замысловатый рисунок. Гита заметила, как я внимательно разглядываю её руку. — Это небольшое напоминание о родине и родителях. Они у меня были из брахманов, касты учёных и жрецов. У них очень хорошо получалось совмещать духовное и физическое.
— Но, насколько я знаю, брахманы высшая каста. Неужели у меня в секретарях оказалась беглая принцесса? — пошутил я, отставляя тарелку в сторону и наливая себе настойки.
Основные документы были просмотрены, теперь можно и немного расслабиться да прощупать, насколько можно будет доверять новому человеку в своём окружении.
— Эх, если бы… Тогда бы всё, наверняка, сложилось бы по-другому, — грустно произнесла Гита. — Родители действительно занимали высокую должность в одном из научных центров планеты. Но сама наука была далека от приоритетов раджи, так что фактически мы были в самом низу по статусу, религия, вот что действительно волновало его.
— Судя по узору, на вашей планете на религию существенное влияние оказали краты, — дотронувшись до руки девушки, я провёл пальцем по сложному рисунку, выполненному в виде множества треугольников, разбитых на ещё более мелкие. — Это же схематичное обозначение горы Мера, если правильно помню. Именно её поиски были краеугольным камнем веры теократов. По крайней мере, в начале их пути.
— Верно, это одно из толкований, — кивнула Чакравати, не сильно смущаясь, что я дотронулся до неё без разрешения. — Родители говорили, что Мера располагается в центре вселенной, где сходятся все потоки эфира. И тот, кто сможет её найти, обретёт просветление. Я в это не особо верю, но трудно избавиться от привычек, которые тебе вдалбливаются с самого детства.
— Не веришь в магию и богов?
— П-ф, магия, боги… Учитель в школе постоянно любил порассуждать о всемогущих сущностях, что помогли человечеству выбраться из дремучего леса, — фыркнула вновь девушка и, закатав рукав до самого плеча, ткнула пальцем в изображение многорукого человека с головой животного. — Вот это вообще изображение нашего прародителя. Мол, он был самым первым Просвещённым, снизошедшим на Землю. И какое-то время я в это действительно верила. Пока не залезла в библиотеку родителей и не нашла историю древней Земли.
— И обнаружила ещё кучу мифов о таких же самых «первых»? — предположил я, разливая по стаканам «огненную жидкость».
— Именно, — ткнула пальцем вверх Гита, а глаза у неё подозрительно заблестели. То ли оттого, что нашла собеседника, который готов её выслушать, то ли от настойки. — И с того времени я с усмешкой отношусь ко всему, что пытаются обернуть в обёртку мистики. Боги? Обычные одарённые, достигшие определённого могущества. Чудеса? Всего лишь дары, которыми ушлые одарённые пытались придать себе статус божественности.
— Сдаётся мне, что не все аристократы с тобой согласятся, — покачал я головой. — Многие считают, что сила была дарована свыше, пускай варианты этого «свыше» разнятся от планеты к планете.
— Обычная практика власть имущих, пытающихся придать себе веса, даже за счёт того, что уж точно не их заслуга. Удачная мутация, не более того, — твёрдо произнесла девушка, назидательно подняв палец вверх.
Правда, в последний момент Гита икнула, чем смазала общее впечатление от сказанного.
— И всё же ты продолжаешь украшать себя росписью, несмотря на то, что не веришь в её значение, — откинувшись на высокую спинку скамейки, я окинул взглядом Чакравати.
На бледном лице девушки проступил ярко-красный румянец, а небольшая грудь, почти незаметная даже в облегающем комбинезоне ходила вверх-вниз, будто Гита пробежала стометровку.
— Это память. Какой-бы она не была неприятной, я должна хранить мудрость родителей. Это от матери, — девушка провела пальцами левой руки по узорам на правой. — А это от отца, — сделав замысловатый жест, Чакравати коснулась указательным пальцем виска.
— Мудрость и знания? Кого-то мне это напоминает, — задумчиво произнёс я, вспоминая своих отца и мать.
Отец всегда был целеустремлённым человеком, считающим что нет ничего ценнее знаний. Мне порой казалось, что даже Империя, верность которой наш род хранил ни одно поколение, для него была не более чем инструментом.
И ему было плевать, что этот «инструмент» может поранить, а то и лишить головы. Есть цель, а каким способом её достичь, это уже дело десятое.
Мать же, напротив, больше полагалась на житейскую мудрость. Нет, её ни в коем случае нельзя было назвать глупой. Просто если разум отца можно было сравнить с хирургическим скальпелем, вспарывающим любую преграду, то мама всегда решала проблемы аккуратно, взвешивая риски и находя самые безопасные пути. Путь мягкой силы, так сказать, основанный на опыте предков.
Наверное, только благодаря тому, что отец встретил её ещё в юношестве, он успел дать потомство, а не сложил буйную головушку на какой-нибудь богами забытой планете.
— Мои родители были слишком умны для столь захудалой планетки, это их и сгубило. Они нашли доказательства того, что правящая династия раджи не была первой, и вообще их основатель чуть ли не гальюны на ковчеге драил. Родители вскрыли какой-то древний склад, обнаружили записи и имели глупость их продемонстрировать главе научного центра, — пока я размышлял, девушка вылила остатки «коктейля» в стакан и, даже не поморщившись, залпом опустошила его. — Глава был не умным, но понимание того, чья рука его кормит у него присутствовало. Так что вопрос о том, что делать даже не стоял.
— В личном деле упоминалось, что твои родители погибли во время экспедиции, а сестра пропала без вести, — я задумчиво посмотрел на пустой стакан.
Малявка умудрилась приговорить больше половины бутылки и при этом даже сидела ровно. Думаю, для её размеров это тянуло на маленький подвиг.
— Угу, всё именно так и было. Ведь для людей, всю свою жизнь проживших среди болот, вполне обыденно разбивать лагерь возле лежбища макур. Это такие амфибии, что гнездятся на мелководье, — пояснила девушка. — Выглядят, как помесь здоровой рыбы с собакой, имеют кучу зубов в огромной пасти и вредный нрав. С ними стараются не связываться, так как даже маленькая стая может насчитывать до полусотни особей. Но мои родители, конечно же, были не в курсе этого. Откуда им, коренным жителям, догадываться насколько опасны эти твари.
— Вот ты сейчас про макуров или про раджу с прихлебателями? — решил уточнить я.
— Про вторых, естественно. Зверье-то тут при чём? — с недоумением спросила окончательно опьяневшая девушка. Нет, речь у неё была чёткой, словно она сейчас не за столом сидела, а выступала на каком-нибудь совещании.
Вот только блестящие глаза, ломанные движения руками, неожиданно пропавшая робость. Именно сейчас с неё слетел вид юной девушки, и я увидел перед собой повидавшую жизнь женщину.
— И тем не менее ты решила пойти на службу к аристократу, — продолжил я расспрашивать девушку.
— Я и не собиралась. После убийства родителей и пропажи сестры, мне в открытую сказали, что на Чавале мне больше не рады, предложив на выбор либо пополнить гарем одного урода, обещавшего защиту, либо покинуть планету, — дёрнула плечами Гита. — Естественно, после того, как я отказалась от первого варианта, все мои достижения, все мои успехи, которые могли бы мне облегчить жизнь на новом месте были уничтожены. Вот так я оказалась обычной переселенкой без подтверждённой специальности да ещё выглядящей лет на девятнадцать. Что тоже плюсом не назовёшь.
— Ну, будем честны. Больше шестнадцати тебе мало кто даст, — позволил я себе улыбнуться, хотя весёлого было мало.
Случившееся с девушкой было ужасным, но не чем-то сверхъестественным. Планетарные царьки, вскормленные под крылом Империи, были способны и не на такое. И чем дальше от метрополии, тем хуже обстояли дела.
— Да я знаю… — вздохнула Чакравати, — Порой я сожалею, что Император запретил генетические модификации, которые проводили теократы. Рост бы себе добавила да ещё пару мест увеличила.
Девушка с грустью посмотрела вниз и провела рукой по груди.
— Судя по всему, ты более-менее смирилась со смертью близких? — вернулся я к главной теме нашего разговора.
— Времени прошло уже много. Родителей мне не вернуть при всём желании. Первое время я планировала отомстить виновным в их смерти. Даже информацию собирала. Но в какой-то момент я осознала, что не потяну. А если умру я, то погибнет и память о моей семье, — Гита задумчиво повертела пустой бокал в руке и посмотрела на меня.
Увидев, как я кивнул, она нажала на кнопку вызова, и спустя пару мгновений в комнате появилась Агата со слегка запотевшей бутылкой в руках.
Поставив её на стол, она молча собрала пустые тарелки и бесшумно исчезла за дверью, вновь оставляя меня наедине с Чакравати.
— Ты упорно избегаешь в разговоре свою сестру, — я разлил янтарную жидкость по стаканам и пододвинул один из них девушке. — Лишь пару раз о ней упомянула. Да и в деле твоём о ней один абзац.
— Вы же не отстанете? Это такая проверка? — Гита, глядя мне в глаза, выпила содержимое и требовательно протянула мне стакан.
— Я мог бы вести с тобой долгие беседы, подмечая неточности в ответах. Мог бы вколоть тебе какую-нибудь дрянь и несколько часов слушать все твои тайны, даже сокровенные. Мог бы привести мозголома, который вывернул бы наружу все твои потаённые страхи и желания, чтобы потом я играл на них, привязывая тебя к себе, — слегка пригубив напиток, с удивлением обнаружил, что это обычный коньяк, правда, странного жёлтого цвета.
Поделиться книгой: