Миродеи

— Тан, осади, — шепнул ему Зуртогга, — давай-ка дальше я сам. Мое имя Чи … гм …Чхиун. А это — мой брат, миродей Иендо. Нас наняли существа, на земли которых вы высадились. Они просят вас освободить поля, но при этом вовсе не желают прогонять вас с этой планеты. Всего лишь окажите любезность и переместитесь куда-нибудь в другое место. Вот все, ради чего мы сюда прилетели.

Офицер на какое-то время задумался, поскребывая чешуйчатую голову когтями. Затем сообщил, что на такую тему им следует говорить не с ним, а с высочайшим офицером Гроддноггом. Но в данный момент он находится внутри запертого корабля, на совещании. Придется подождать. С этими словами офицер (который так и не представился) немедленно склонился к каким-то записям, будто Танзер и Зуртогга исчезли, растворились в воздухе. И словно бы это было в высшей степени нормально. Что ж. Порядком напуганные миродеи уже начали привыкать к обстановке и ждать высочайшего офицера. Это было очень долго и томительно скучно.

— Зурт, может кинем партию в «дурень-я?», — почти неслышным шепотом обратился Танзер к другу, придвинувшись к нему поближе. — Давай, соглашайся, кто его знает, сколько тут еще сидеть придется?

— Да мы, вроде как, миродеи — правильные со всех сторон личности, — косясь на пыхтящего над бумагами офицера тоже прошептал в ответ Зуртогга, но потом махнул рукой. — У тебя же те, ногтевые карты, да? Тогда давай.

Танзер осторожно, делая вид, что ему внезапно понадобилось почесать подмышку, достал крохотные карты, весьма удобные в местах, запрещенных для азартных игр. Тончайший пластик благодаря статике хорошо приклеивался к ногтям.

— Бери! — Беззвучно проговорил он одними губами, и они принялись разыгрывать партию. Проигравший должен был дотянуться языком до своего носа, подбородка, щеки или даже лба — смотря куда издевательски тыкал пальцем победитель. И надо же было такому случиться, что именно в тот момент, когда Танзер усиленно пытался дотянуться языком до своего правого уха, напряженно скривив лицо, офицер вздумал поглядеть чем занимаются его поднадзорные.

— О! Карты! — Шумно выдохнул он прямо над головой у Танзера, отчего тот подпрыгнул и клацнул зубами, прикусив язык.

— Во что играете? — Он тут же деловито пододвинул к столу еще один неуклюжий ящик и потянулся к картам, уважительно добавив, — маленькие, удобно. Возьмете третьим?

Словом, когда старший офицер Гроддногг вернулся с совещания, его глазам явилось преудивительное зрелище: его дежурный офицер, забравшись на стол, изо всех сил пытался засунуть голову себе между коленей, а рядом сидели двое неизвестных в бело-голубых плащах и потешались что есть силы.

— Эттто шшшто такое? — Опомнившись злобно зашипел Гроддногг, в этот момент дежурный с грохотом рухнул на пол, перевернув стол и опрокинув одного из сидящих, а тот потянул за собой второго. Все трое валялись на полу, барахтаясь, шумно восклицая, мешая друг другу встать и периодически закатываясь в приступах дикого хохота. Гроддногг на мгновение закрыл глаза, затем подскочил к невыносимому для него беспорядку, выдернул оттуда дежурного и что было дури запустил им в раззявленную пасть раскрытого выхода.

— А ну встать, хря! — Заорал он во всю мощь своих хорошо развитых легких. — Представиться! Кто такие, хря? Кто позволил, хря? Да я вас, хря! Да вы мне, хря!

— Эй, спокойно-спокойно, — ответил ему Танзер самым невозмутимым тоном на какой он только был способен. Уже поднявшись, он отряхивал и расправлял свой бело-голубой плащ.

— Помогите! — Умоляюще возопил Зуртогга, длинные ноги которого застряли в одном из ящиков, на которых они сидели.

— Я сейчас. — Предупредительно обратился Танзер к обомлевшему от негодования и ярости офицеру и, повернувшись к другу, ногой доломал ящик, при этом нечаянно наступив пару раз на Зуртоггу.

— Мог бы и полегче! — Проворчал тот, тоже приняв вертикальное положение и поспешно приводя в порядок свой внешний вид. — Все ноги мне оттоптал … брат … разэдакий.

— Мы — миродеи, — с легким поклоном обратился Танзер к Гроддноггу, нисколько не смущаясь произошедшего. — Пришли с миром и просьбой от ваших … ээ … короче, ребят из вон того города! — Он махнул рукой.

Старший офицер Гроддногг проследил за его жестом, затем, покачиваясь от гнева, сделал два шага негнущимися ногами. Танзер с Зуртоггой моментально растеряли остатки веселья, перетрусили и попятились назад, спотыкаясь об обломки ящиков.

— Вы — пылееды, порождения зада, дети мырксовых хвостов! — Зарычал он негромко, но внушительно. — Какого попиндоса вы тут устроили? Это вы-то миродеи? Да вы, скорее, шумодеи и бардакоиды!

— Э! Э! — Тихонько вскричал Танзер со страхом в голосе, двумя руками цепляясь за приятеля и пытаясь вытолкнуть его вперед. — Да нам всего-то и нужно сказать вам два слова!

— Говорите! — Энергично кивнул своей плоской головой старший офицер. — А потом я вам обоим самолично головы отпилю.

Друзья переглянулись.

— Вы угрожаете актом агрессии самым уважаемым дипломатам в обитаемой вселенной. — Дрожащим голосом вступил в беседу Зуртогга.

— Да! Это жутко агрессивный акт непрогрессивности! — Энергично закивал Танзер. Он вдохнул поглубже, налился вдохновением по самые уши и его понесло:

— Разве отпиливание голов миротворящим нам можно назвать мудрым шагом?! — Риторически вопрошал Танзер, возвысив голос и потрясая воздетыми кверху руками. — Отпиливание голов — это очень, очень плохо! Это бедесловно опрометчивый шаг, и вы навлекаете на себя страшнейшую угробу. Да, да, в частности ваши войска могут быть подвержены процедуре декакификации, а таким образом…, — Танзер потерял мысль и выразительно сделал руками замысловатое движение. Гроддногг следил за ним как завороженный. Он, подобно своим соотечественникам, не блистал высотами интеллекта и многословие Танзера, осложненное его привычкой путать слова, произвело на него сильное впечатление. Коротко кивнув, Гроддногг поднял и аккуратно поставил стол на место, затем подтянул к себе единственный уцелевший ящик и сел.

— Слушаю. — Коротко и веско сообщил он. Танзер поглядел на Зуртоггу. Тот мрачно глянул на приятеля и ободряюще кивнул ему, но не сказал ни слова. Танзер вдохновенно молол чушь, творческий порыв можно сказать приподнял его над реальностью, так что даже Зуртогга с трудом понимал о чем он говорит:

— Отпиливание голов — есть постыднейшая процедура, просра … посра … поздравляющая ее творящих. Сие суть низменное устроение души и мрак вечной злобы, недостойные существ подобно нам разбирающихся в тонких мановениях социальных контрактов. Разве вы агрессоры? Разве вы тут воюете? Вы напали на местных! О! И теперь вы угрожаете миродеям — что есть последняя степень падения ваших правов! И левов! И … и … о чем это я сейчас?

Но только офицер открыл рот, чтобы вступить в беседу, как Танзера понесло опять:

— И вот мы мухественно стоим перед вами — буквально обнаженные от оружия, беззащитные и могучественные, потому что общество облекло нас правом умирять и усмирять. Мы такое можем! Но всего-то лишь просим вас отодвинуть ваши паршивые корабли с полей, которые вы заняли. Просто поднимите их и переставьте чуть подальше. Если же это девство должно сопровождаться отпиливанием чьих-то голов — хорошо! Я не против!

На этом месте Зуртогга тревожно глянул на Танзера и крепко дернул того за рукав, возвращая друга из душевного полета в пространство благородных мыслей. Танзер слегка кивнул, давая понять, что у него все под контролем.

— Если вам так уж это необходимо — отпилить чью-нибудь голову, — повторил он с нажимом, — то отпилите ее кому-нибудь из своих! И тогда ваша хорда не попадет под Высший Суд Одиннадцати!

Старший офицер сглотнул. Красноречие Танзера буквально раздавило его, сломило волю и ввело в растерянность. Он крепко вцепился своими крупными когтистыми пальцами в край стола, оцепенев от усилий понять все только что услышанное.

— Алё, на линкоре? — Вежливо позвал его Танзер. — Так вы передвинете свои корабли?

— А?! — Встрепенулся Гроддногг и вздохнул с облегчением. — Так нас не выгоняют с этой планеты? Всего-то нужно переставить корабли?

— Да я об этом уже мытых полчаса толкую! — Пафосно провозгласил Танзер и скромно добавил, — и всего-то от вас требуется пятьдесят ЗЭ за то, что наши переговоры завершились успешно и никто не пострадал.

Офицер моргнул. Затем медленно оторвал руки от стола и так же медленно принялся обшаривать себя. Проверив с десяток карманов, он, не отводя остекленевшего взгляда от Танзера, высыпал на стол кучку пластиковых банкнот.

— Ну вот, другое дело! — Весело воскликнул Танзер, сгреб деньги не пересчитывая их, и принялся раскланиваться. — Приятно иметь с вами дело, офицер! Кстати, мы должны там будем сказать … в общем, когда вы переставите ваши корабли?

— Грхм! — Откашлялся Гроддногг и неопределенно пообещал, — вскоре после вашего убытия.

— Что же! — Воскликнул Танзер, бочком уже пробираясь к выходу, одной рукой он тянул за собой Зуртоггу, ухватив того за карман. — Тогда мы немедленно покидаем вас. Всего понятного, офицер! До встречи!

Оказавшись за пределами палатки, они налетели на своего сотоварища по игре в карты — дежурного младшего офицера. Тот, ухмыляясь, мялся у входа, не зная может ли он войти.

— Прощай, дружище! — Кивнул ему Танзер. — Кстати, ты так и не выплатил свой проигрыш. Но сегодня я добр. Давай сколько сможешь.

— Та … эээ … брат, как там тебя?! — Воскликнул огорошенный Зуртогга, наблюдая как Танзер ловко обрабатывает ошеломленного дежурного, который покорно вытрясал из своих карманов какую-то мелочь. — Да что ты творишь-то, брат, что ты творишь!

— Спокойно! Я творю справедливость и радость. Хотя бы для нас двоих. — Громко шепнул ему Танзер, удаляясь от стоянки с невиданной для него скоростью. — Зато мы теперь с деньгами. Раз уж мы работали с двумя сторонами — так пусть две стороны нам и заплатят.

— А дежурного-то за что! — Продолжал возмущенно восклицать Зуртогга, едва поспевая за своим коротконогим другом.

— За все хорошее, что будет в нашей жизни. — Хладнокровно ответил ему Танзер, стремительно выруливая в сторону летного зала.

Старший офицер Гроддногг долго наблюдал за стремительно удаляющимися бело-голубыми плащами, затем круто развернулся и скомандовал дежурному:

— Объявить общий сбор. Проваливаем с этой планеты. Один из этих странных миродеев пообещал, что мы встретимся. Ну уж нет! Еще одна такая встреча и я совершенно лишусь мозгов.

Уже сидя в линкоре, Зуртогга обратился к Танзеру, расслабленно посасывающему очередной коктейль:

— Ты какого тубуна там наплел? Ты хоть сам-то понял, чего наговорил? Какая такая мухественность? Что еще за … хря, да я даже и не вспомню всех твоих словечек!

— Спокойно! Ты ведь заметил, что я все держал под контролем. — Ненапряженным голосом ответил ему Танзер и призывно махнул пустым стаканчиком сотруднику бортсервиса в экране, намекая на повторение.

— Ага, ага, особенно мне понравился тот момент, когда нам чуть не отпилили головы, — саркастически отозвался Зуртогга и тоже заказал себе коктейль. Линкор слегка вздрогнул, негромко заработали двигатели — еще немного и они покинут планету.

— Но не отпилили же? — Возразил Танзер и одним духом всосал в себя то ли четвертый, то ли пятый алкогольный коктейль, который сразил его окончательно. — Я немного подремлю, Зурт. Разбудишь меня как будем садиться?

Зуртогга ничего не ответил своему приятелю и тот почти сразу же захрапел, даже не разложив сиденье. Как только линкор вырвался за пределы сжимающего и трясущего воздушного пространства, кто-то очень осторожно приоткрыл дверку кабинки.

— Простите, — нежно прошептал в приотворенную дверь кто-то невидимый, — мы не знакомы, но я вижу, что вы миродеи. Не соблаговолите ли вы оказать мне некую помощь?

Зуртогга мигом смекнул, что, судя по вычурным фразам, к нему обращается явно какое-то очень образованное существо, возможно даже аристократ. Поэтому он встал и открыл дверь, приветствуя приятного незнакомца наилюбезнейшим образом. В кабинку вошел очень изящный молодой человек, всем своим видом выдающий роскошь, изнеженность и близость к человеческому роду, хоть и с некоторыми специфическими особенностями во внешности. Он закрыл дверь и непринужденно облокотился о стену локтем, таким тонким, что, казалось, он вот-вот проделает им дыру. Мягко и открыто улыбнувшись, он представился:

— Принц планеты Дея Рока, Танзимута́рро, второй сын Великого. А вас зовут…?

Зуртогга немедленно напряг свой уставший мозг с такой силой, что в ушах его зажужжало, будто внутри его черепа болтался старый двигатель.

— Я миродей Чхиун, — миролюбиво кивнул он, наконец вспомнив свое имя и неуважительно пихнул в бок смачно похрапывающего Танзера. — А этот — миродей Иендо. Мы возвращаемся с задания. Чем могу быть полезен?

Принц слегка согнул свои странно длинные и тонкие ноги, уперевшись ладонями в колени, и горячо зашептал:

— А я как раз отправился по своему делу. И вот я лечу и думаю — эй, Танзимутарро, а чего ты собираешься добиться? Этим делом должен заниматься дипломат. Но я-то слишком далек от этого, я — записной светский кит, не меньше! А тут — переговоры. Это скучно, понимаете? А еще, я уверен, что вы-то как раз и занимаетесь именно такими делами. Ну вроде того, что навалилось на меня, как насильник с топором. Словом, я вам неплохо заплачу, если вы кое-что сделаете для меня. Думаю, вас, миродеев, обучали премудростям превратностей и всякой там дипломатии — перематии. Понимаете?

— Ннет, — ошеломленно потряс головой ничего не понявший Зуртогга. Принц терпеливо вздохнул и принялся объяснять:

— Видите ли, уважаемый Чухчун, я тут прикупил себе небольшое дельце. Скажем так — маленькое, но очень прибыльное помещеньице. Но вот некоторый гад почему-то уверен, что дело это принадлежит ему. В смысле — помещеньице, в котором запрятано это дельце. И всячески мне угрожает. А я принц и не имею права вмешиваться во всякого рода скандалы. Мне бы по-тихому все это решить, понимаете?

— Дда, — медленно кивнул головой Зуртогга, по-прежнему понимая очень мало. Он уже жалел, что Танзер заснул — тот бы махом разобрался чего от них хочет этот глянцевый прыщ, он же принц. Танзер всегда умел договариваться с кем угодно о чем угодно.

— Вот и хорошенюшко, — ласково пропел принц и заглянул в глаза Зуртогге. — Словом, как насчет получить от меня тысячу ЗЭ, если мой противный противник откажется от претензий на это пресловутое зданьице?

Глаза Зуртогги вспыхнули как у голодного кота. Он немедленно закивал головой со скоростью камнедробилки, готовый сунуться в адовы пропасти ради такой суммы. Принц широко улыбнулся, одобряя его энтузиазм, затем с любопытством взглянул на блаженно дрыхнущего Танзера.

— Сможете уговорить вашего напарника изменить маршрут? Дело в том, что данное дело ну просто вообще никак не терпит отлагательств. И промедлений тоже. Сейчас мы все, дружненько, держим путь к моему личному-драгоценному ангару, чтобы там пересесть на мой лайнер. И…

Он нарисовал в воздухе замысловатую кривую кончиком пальца.

— И мы, все вместе, летим на … эээ … к моему врагу-пирогу. И к моему зданьицу. А там вы уговариваете этого возмутительного говнюка Гонробея, чтобы он перестал считать мое зданьице своим.

— Простите, но мы должны будем как-то объяснить ему законность ваших притязаний, — возразил Зуртогга, у которого во всех этих объяснениях концы с концами не сходились. И вообще, все они были подозрительно путаны и многословны. — Вы ведь готовы предоставить нам документ о покупке, да? И прочие документы, связанные с владением?

— Дорогулечка мой! — Вкрадчиво заговорил принц, приблизив свой гуттаперчевый рот прямо к уху Зуртогги. Тот содрогался от брезгливости, но терпел. — А как же иначе! У меня всегда все в порядке. Вот сядем на мой лайнер, и я пе-ре-непременно покажу вам все. Вы только успокойте этого бешеного надоедалу — Гонробея. Вы ведь справитесь, да? Вы же миродеи! К тому же, я имею все основания опасаться за свою целостность — мы с ним успели здорово раскочегариться в спорах. А вас он не тронет. Вы же миродеи. Тысяча ЗЭ и еще по сотне сверху каждому в личный карманец, если вы все-таки возьметесь за мое дело. Ну как?

Он наконец выпрямился легким стремительным движением и выжидательно уставился на Зуртоггу. Тот сомневался, колебался, но с ужасом представлял, что с ним сделает Танзер, когда узнает, что он профукал такие деньги.

— Ну хорошо, — вынужденно произнес Зуртогга и быстро добавил, — но по полсумме вперед, сразу!

— О, каков делец-молодец! — Обрадованно воскликнул принц и по-детски несколько раз хлопнул в ладони. — Пока я выдам лишь третью часть. Это будет … будет это … от тысячи третья часть … одна трехтысячная? Или наоборот — три однотысячных?

Он возвел глаза к потолку, принялся шевелить губами и напряженно перебирать пальцами. С математикой, как видно, у аристократа было не очень.

— Ладно! — Выдохнул он и изящно взмахнул рукой. — Ладно, я все-таки накину еще по сотке сразу — я не жадный и делить удобно. Это будет … кажется, две сотни?

— Четыре, — поправил его Зуртогга, напряженно следивший за свежеиспеченным клиентом. — Тысяча двести разделить на три — это четыреста золотых эквивалентов. По две сотни на брата, а не всего. И прямо сейчас.

— Идет! — Принц не раздумывая сунул руку куда-то под многооборчатый пиджак нелепого карамельно-розового оттенка и выгреб оттуда горсть пластиковых купюр. Смачно плюнул себе на пальцы и принялся перебирать их, пересчитывая деньги и при этом посвистывая сквозь зубы. «Хорошо, что Танзер этого не видит», — мелькнуло в голове у Зуртогги, — «а то бы еще, чего доброго, решил ограбить этого принца. Он деньги любит. Впрочем, я тоже деньги люблю». Зуртогга оглянулся на сладко похрапывающего друга и, борясь с брезгливостью, принял обслюнявленные купюры.

— Что же, — максимально учтиво сказал он, обтирая деньги о штаны и тщательно пряча их в том кармане, что был спрятан внутри двух других карманов специально для таких случаев. — Теперь мы готовы следовать за вами. Ведите нас, командор! А напарника я беру на себя.

Он снова оглянулся на Танзера. Принц легко кивнул и предупредил:

— Сразу после посадки мы идем к моему личному ангару. Я подожду вас в зале ожидания. Не отставайте. Помните, что у меня для вас есть еще сколько-то там денег. Я малость запутался и мне нужно будет посчитать сколько именно.

На этой оптимистичной ноте он раскланялся и покинул кабинку. Зуртогга положил руку на карман с карманами и тоже задремал. Проснулся он от сладострастных завываний Танзера, который проснулся, разнообразно потягивался и вообще наслаждался жизнью.

— А, Зурт, распахнул наконец свои заспанные гляделы? — Приветствовал он друга. Зуртогга что-то буркнул, прислушиваясь к завыванию двигателей и ощущая возросшее давление гравитации.

— Мы садимся? — Спросил он, ощупывая свой карман, в котором что-то приятно топорщилось. Сунув туда руку, Зуртогга тут же вспомнил принца и новое дело. — Кстати, должен тебе сказать, что пока ты нагло дрых я нашел нам новое дело. И весьма выгодное!

— А как же наша оплата с этого мелкого трясуна? — Деловито спросил Танзер, распинывая во все стороны стаканчики из-под употребленного им алкоголя. Зуртогга махнул рукой.

— Забудь о нем. Впрочем, мы можем получить с него деньги по возвращении. Прямо сейчас мы пересаживаемся в лайнер принца и летим разруливать его личные дела.

— О как! — Одобрительно воскликнул Танзер и расхохотался. — Ты что, ходил с протянутой рукой среди пассажиров, Зурт? И умолял их подкинуть тебе немного работки?

— Вот еще, — обиделся Зуртогга, — он сам к нам зашел. А поскольку ты спал, решение пришлось принимать мне. Поверь, оно было нелегким. Дело мутное и малопонятное. Но нам обещано за него тысяча двести ЗЭ. Кстати, третья часть нам уже выдана в задаток.

— Нам? — С подозрением спросил Танзер, прислушиваясь к негромким инструкциям из динамика. — И где же мои деньги, Зуртогга?

Тот нехотя вытащил деньги и отсчитал Танзеру положенную часть. Медленно, тщательно пересчитав купюры, тот коротко кивнул и снова прислушался: на нижней палубе, где располагался общий зал для пассажиров попроще, раздался шум движения.

— Пора на выход! — Мотнул головой в сторону двери Танзер. Зуртогга ухватил его за плечо.

— Держись поближе ко мне, в зале прилета нам нужно будет разыскать принца, а ты его не видел.

Смешавшись с толпой разнородных существ, наполняющих пространство криками, визгами, всхлипами, жужжанием, свистом и гулом, друзья принялись ловко проталкиваться вперед, стараясь обогнать идущих. Танзер при этом умудрялся на ходу прощупывать карманы и скрытые в одежде сумки. Возможно даже, по пути к новому делу он успел несколько обогатиться, в отличие от олуха Зуртогги, который неистово крутил головой, пытаясь найти их нанимателя.

— Эй! Буравчик! — Толкнул его локтем Танзер. — Не этот?

Он кивнул головой на верхнюю галерею, где вышагивал высокий молодой человек, одетый как самый ослепительный щеголь во вселенной. Периодически он останавливался и вращался вокруг своей оси, вызывая восхищенные женские вопли нестерпимым блеском одежд. Зуртогга с облегчением кивнул.

— Тогда поднажмем! — Воскликнул Танзер и с утроенной энергией принялся пробиваться к выходу, куда плавно спускалась галерея. Столкнувшись нос к носу с принцем, Танзер немедленно принялся восторгаться его одеждами и расточать лестные комплименты. Принц привычно кивал в ответ и строил глазки всем женщинам подряд, независимо от их видовой принадлежности.

— О другоряхи мои! — С завывающими интонациями обратился он к Танзеру с Зуртоггой. — Готовы ли вы отправиться вместе со мной в неизбывное, незабываемое, невыносимое путешествие! Вам еще только предстоит узнать как лихо я умею смешивать коктейльчики-чики!

— Он обращается со словами еще похлеще, чем ты, — успел шепнуть Зуртогга Танзеру, когда они свернули в один из полутемных коридоров, едва поспевая за принцем.

— Кстати, а как зовут нашего клиента? — Вполголоса спросил его Танзер и принц, услышав это, обернулся.

— Рад, рад снова представиться вам — принц Танзимутарро, второй сын Великого, властителя планеты Дея Рока и звезды Дензе.

Танзер радостно вскинул брови, но промолчал. Он понадеялся, что сможет уболтать принца на повышение гонорара. В конце концов, разве такие молодые принцы-засранцы считают деньги, когда сорят ими направо-налево?

Коридор незаметно закончился, уткнувшись в беспросветно темное пространство ангара. Танзер судорожно вцепился в руку Зуртогги.