Настанет день, когда я разлюблю тебя

— Так хочется поревновать? Уверена, что у вас отбоя нет от девушек. Ревнуй не хочу.

— Вы находите? Не замечал. Но дело даже не в этом. Мне хочется ревновать именно вас.

— Мало ли, кому и чего хочется, молодой человек.

— Николай, — слегка поклонился он.

— Очень приятно, Николай. А я Виктория.

— Так и знал, что у вас должно быть прекрасное имя. Вот и познакомились.

— Может, теперь вы пропустите меня?

— Виктория, а куда вы так спешите, если у вас нет ревнивого мужа?

— Я спешу к любимому…

Взгляд Николая как-то погас, парень растерянно заморгал.

— …к любимому столику любимого кафе, — как ни в чём не бывало продолжила Вика. — Меня ждут двойная порция мороженого и осенний город.

— О Боже, я уж испугался, — выдохнул Николай. — Зачем вы так со мной? Я чуть сердечный приступ не получил. Теперь жду компенсации.

— Какой ещё компенсации?

— Очень простой и логичной. Жду разрешения сопроводить вас в кафе и угостить двойной…нет, тройной порцией мороженого. А также хочу вместе с вами любоваться городом.

— Вполне достаточно двойной порции, — улыбнулась Вика.

Николай всё больше нравился ей.

— То есть, в остальном возражений нет? Я счастлив. Что касается мороженого…посмотрим, Вика, как пойдёт. Вперёд?

— А ваши коллеги?

— Отдохнут без моего присмотра. Они уже большие мальчики.

… Николаю понадобилась несколько месяцев, чтобы окончательно растопить лёд в душе Вики и завоевать девушку. Через полгода после первой встречи Вика согласилась переехать к Коле, а в июне следующего после знакомства года они поженились.

Глава четвёртая

Наши дни.

С учётом разницы во времени, Вика прибыла в областной центр в четыре часа утра. Однако было уже достаточно светло, и отца, прогуливающегося вдоль вагона, она увидела сразу.

Приняв сумку и обняв дочь, Андрей Иванович заглянул за спину Вики.

— А где Никола? — удивлённо спросил он.

— Ты же знаешь его службу, пап, — тяжело вздохнула Вика. — На одном из отрезков газопровода произошла большая утечка, полыхнуло. Работы по ликвидации очень много, плюс опасность повторного возгорания. Так что Коля приедет только через десять дней.

— Ну хоть приедет! А то он уже четыре года обещает съездить с нами на рыбалку в Насадку. Стёпка расстроится, он очень ждёт Колю.

— А сестру старшую не ждёт? — улыбнулась Вика.

— Ждёт. Но тебя больше, наверно, ждёт его Ася, чем он сам. Скучно ей, в декретном сидит уже четвёртый год.

— Так приехала бы к нам с ребятами.

— Она бы с радостью, но младший, Данилка, у них очень слабый родился, сама знаешь. Побоялись его до Казани везти. Так что она радёшенька, ждёт тебя, из окна в окно выглядывает.

Отец убрал сумку Вики в багажник, помог дочери устроиться в машине.

— Ого, пап! Машину сменил и молчишь. Ты же давно мечтал о "Патриоте".

— Да вот, ждал вас, чтобы похвастать, — рассмеялся отец.

— Поздравляю, папка! — Вика поцеловала отца и прижалась лицом к его щеке, вдыхая знакомый с детства запах геля для бритья.

Отец был верен себе во всём, машину вот только сменил.

— Обмоем сегодня. Я и рыбы насушил к вашему приезду. Эх, Никола!

Как будто услышав восклицания тестя, позвонил Коля.

— Как ты добралась, Викуша?

Услышав родной голос, Вика опять едва не расплакалась. Слишком много разных эмоций. Её буквально захлёстывало, а ведь она ещё даже не в Столбово.

— Всё хорошо, Коля. Ты почему не спишь?

— Не могу, ждал, пока ты доберёшься.

— Папа привет передаёт. Очень ждёт тебя, чтобы отнять у меня и увезти в Насадку. А ещё папка рыбы насушил, и пива у него дцать ящиков в погребе припрятаны.

— Я сейчас захлебнусь тут, Вика, умеешь ты дразнить. Привет Андрею Ивановичу. Скажи, скоро буду. Очень соскучился по ним по всем.

— А по любимой жене не соскучился?

— С ума схожу, так соскучился, — голос Коли стал серьёзным. — Береги себя, хорошо?

— Что мне сделается, Коля? Я на отдыхе. Разве что от тоски по тебе сгину.

— Не слушай её, Никола, мы ей скучать не дадим! — крикнул в трубку Андрей Иванович.

— Коля, папка "Патриот" купил. Мечты сбываются.

— Передавай мои поздравления. Скажи, мне не терпится взглянуть и прокатиться.

В половине шестого утра Вика с отцом были у въезда в Столбово. Жадно вбирая глазами до боли знакомый пейзаж и вдыхая запах, доносившийся с полей, Вика высунулась в окно.

Они сворачивали с трассы на просёлочную дорогу, когда их обогнал чёрный внедорожник с обилием семёрок на номере.

— Это что за гости к нам?.. — начал Андрей Иванович, но вдруг осекся и замолчал, нахмурившись.

Вика, которая не придала случившемуся значения, вновь закрыла глаза, вдыхая головокружительные ароматы.

— Донник расцвёл? — мечтательно спросила она.

— Это да, — согласился отец. — Давно уже. Я уже мёд цветочный и липовый в сотах Петровичу заказал. Ты же любишь.

… Вика успела поспать два часа. К позднему завтраку пришли Степан с Асей и их сыновья, Ярик и Даня. Точнее, Даня приехал в коляске, ему было всего одиннадцать месяцев. А Ярику уже исполнилось три года, и у него начался самый "говорливый" возраст.

Тамара Степановна принесла из огорода мяту, готовясь заварить чай в огромном керамическом чайнике. В их семье даже в жару никто не мог обойтись без чая. Оторвав от пучка мяты маленький листочек, Вика размяла его в руке и вдохнула терпкий и свежий запах. Под ложечкой странно засосало.

С тех пор, как Вика оказалась в родном селе и в родительском доме, это щемящее чувство не проходило. Оно лишь становилось то сильнее, то чуть слабее.

Днём, когда Ярика и Даню уложили спать, Ася предложила Вике:

— Прогуляемся, пока мои командиры спят? Стёпа покараулит.

— Может, и я хочу с сеструхой прогуляться? — возмутился Степан. — Мама с папой присмотрят за пацанами.

— Нет уж, Стёпушка, мы будем о своём о девичьем болтать! — строго ответила Ася. — Я Вику два года не видела, имей совесть!

— Да вы с ней в сети каждый день переписываетесь, будто я не знаю!

— Стёпа! — внушительно и веско сказала Ася.

— Ладно уж, — вздохнул Степан.

— Осторожнее только там, девочки, — как-то странно сказала Тамара Степановна, и они с Андреем Ивановичем переглянулись.

— А что такое? — удивилась Ася.

— Да нет, ничего, просто…

Вика с Асей гуляли по окрестным полям почти до вечера, а по пути домой зашли в гипермаркет, который построили несколько лет назад на въезде в село.

Они уже стояли с тележкой на одной из касс, когда кто-то занял очередь прямо за ними.

— Вика? — спустя некоторое время, раздалось за спиной болтающих без умолку и смеющихся молодых женщин.

Вика и хотела обернуться, но не могла; её словно сковало. Ася удивлённо оглянулась и сначала просто смотрела, но вдруг в её глазах мелькнуло узнавание.

Именно увидев глаза Аси, Вика неожиданно даже для самой себя вернулась в реальность и взглянула на ситуацию словно со стороны.

"И что мы стоим, краснея и бледнея, как впечатлительная институтка?! Что такое сногсшибательное приключилось?"

Конечно, она знала, кого увидит, когда обернётся, но всё равно изобразила вежливое любопытство, — лучше поздно, чем никогда.

— Здравствуйте, — кивнула Вика, спокойно глядя в почти чёрные глаза.

— Здравствуйте, — моментально сориентировавшись, подыграла Вике Ася.

— Здравствуйте, здравствуйте! А я уж думал, никогда больше не увидимся, Вика. Но нет, повезло. Значит, не совсем я судьбой со счетов сброшен.

Это удивительно, но во взгляде Кирилла была радость.

Вика ничего не ответила, лишь усмехнулась.

"Сама в шоке, — подумала она. — Десять лет не приезжать в родное село, чтобы не погружаться в воспоминания. Понять, наконец, что всё давно прошло, и пора перестать бегать от прошлого. Понять, что это всего лишь часть жизни, которая давно миновала. Приехать, и первый кого встретить(видимо для закрепления пройденного материала!), — Кирилл Григорьев, которого в Столбово в принципе не должно быть. Это по-нашему! Удивишься тут…".

Казалось, Григорьева совсем не волнует тот факт, что они стоят в очереди у кассы гипермаркета. Впрочем, он всегда был таким. Всегда говорил и делал то, что ему хотелось, а не то, чего от него ожидали. А уж совпали чужие ожидания с его хотелками или нет — это Кирилла не заботило.

Как хорошо, что есть в жизни незыблемые, традиционные моменты! Такие, как осенний листопад, ёлка в Новый год, файв о клок в Англии и неубиваемый эгоизм Кирилла Григорьева.

К счастью, подошла очередь Вики и Аси, и вскоре они покинули магазин. Однако Виктория была уверена, что общение с Кириллом на сегодня не исчерпано. Иначе это был бы не Кирилл. А ещё Вика вспомнила чёрный внедорожник со столичными номерами на въезде в Столбово и реакцию папы. Ясно. Родители в курсе событий, потому мама и просила Вику и Асю быть осторожнее.

Вика и Ася шли по обочине вглубь села, когда раздался шум двигателя, и вскоре их обогнал уже знакомый внедорожник. Из машины вышел Кирилл и забрал у девушек тяжёлые пакеты.

— Садитесь в машину, — коротко бросил он. — Время позднее, да и сумки у вас тяжёлые.

Вика, легко подтолкнув локтем Асю, пошла к машине. Чёрт с ним. Поговорить всё равно придётся, это уже понятно. Поговорить и расставить все точки над "i". Кирилл всегда доводит до конца начатое, а с ней он не договорил тогда, десять лет назад. Непорядок. Потому нужно просто пережить этот разговор и перевернуть дочитанную, наконец, страницу. А если Вика начнёт шарахаться от Кирилла и демонстративно избегать его, он сделает закономерный вывод: ей не всё равно. Это совсем ни к чему. Потому Вика и Ася подошли к машине и сели на заднее сиденье.

— Давно приехала, Вика? — спросил Кирилл, выворачивая с обочины.

— Сегодня рано утром.

— И я тоже, вот совпадение!

Вика момент его приезда наблюдала, потому не стала выражать ни удивления, ни каких-либо других эмоций. В том числе, проявлять любопытство и спрашивать, какими судьбами жителя столицы занесло в глубокую провинцию. Потому Кириллу пришлось продолжать самому:

— У меня дача здесь. Каждый год приезжаю отдыхать.

Вика посмотрела на Асю и поняла: невестка в курсе. И родители волнуются, при этом скрывая всё от Вики. Они же не знали, что Вика приедет без Коли, и в этот же день, как на притчу, примчится в отпуск Кирилл.

Так. Она сумеет дать понять родным, что способна справиться с любой ситуацией, даже двусмысленной. В конце концов, она уже не двадцатилетняя наивная и влюблённая дурочка, а взрослая замужняя женщина.

Она изменилась. А вот Кирилл — почти нет. Внешне повзрослел, да. Сильные плечи, обтянутые чёрной футболкой, будто стали ещё шире. Ни грамма лишнего веса. Черты лица стали резче, а взгляд — ещё более колючий и непроницаемый, но это совсем не портит Кирилла.

Она знала, что он наблюдает за ней в зеркало, потому не смотрела в его сторону. Все перемены, произошедшие в его внешности, заметила ещё в магазине.

— Надолго приехала, Вика?

— Пока не знаю. Как пойдёт.

— Значит, увидимся ещё. Ты приехала впервые за десять лет явно не затем, чтобы уехать через два дня.