Последний кудесник Руси (СИ)

— А кто же сейчас живёт здесь?

— Хочешь, познакомлю! Ур-ур, лети за мной вон туда…

Теперь уже снижение происходило более плавно, да и Алексей начал привыкать к полёту, даже наслаждался им. Вот он принялся лавировать между верхушек самых высоких деревьев — дубов, вязов, осин, берёз и прочих.

Летящий чуть спереди Полуденик притормозил и тихо шепнул:

— Ничего не вижу. Совершенно пустынный, безжизненный лес, никого нет…

— Безжизненный? Хм!.. Ур-ур, посмотри на пень вон у той ели. Гляди внимательнее и он проявится.

— Проявится? — не понял Алексей.

Нашёл глазами высокую ель и больший мшистый пень около неё. Всмотрелся внимательнее в них. К пню подбежал серый заяц, ткнулся в него головой и тут же пень зашевелился, поднялся и стало видно среди ветвей, веток, листьев и теней на них серо-зелёное лицо, на них живые глаза, словно горящие изумруды, и после вдруг ему стал виден сухой, жилистый мужчина в странного цвета кафтане, который идеально сливался с окружающей растительностью. Такому великолепному камуфляжу могли позавидовать солдаты всех армий двадцать первого века. Левая пола кафтана была запахнута за правую. Алексей с удивлением заметил, что землистые лапти на ногах неизвестного перепутаны — правый был натянут на левую стопу, а левый — соответственно на правую. Мужчина потянулся рукой к зайцу, ласково погладил его, При этом обнаружилось, что он корноухий — правого уха у него не имелось. Не было и попыток скрыть это — похожие на мох волосы на голове были зачёсаны налево.

Заяц потёрся своим боком о ноги незнакомца, привлекая к себе внимание, и направился в лес, на каждом скачке оглядываясь на мужчину в кафтане, словно приглашая его за собой. Тот посмотрел ему вслед, встряхнулся, сгорбился, опуская тяжеловесные руки к земле… и вот уже на месте человека оказался матёрый медведь. Он вперевалку тяжеловесно последовал за зайцем.

— Кто это? — шепотом спросил Алексей.

Полуденик ему ответил:

— Разве сам не догадался? Следовало бы знать. Это — леший. Ещё люди зовут его лешаком, лесовиком, лесовом, лесуном, лесником. Он — хозяин леса. В зверя может без труда перекинуться, а ещё в птицу, дерево, пенёк или во что иное.

— Слышал о леших, но никогда не видел. Разве что в кино.

— В кино? Это кто?

— Не «кто», а что. Ну, вроде театра. Потом как-нибудь расскажу про кино. — Алексею не хотелось объяснять, что такое «кино», экранизированные русские сказки, слишком много времени бы на это ушло. Да и не был уверен, что сможет толково объяснить. А легкомысленный ветерок и не ждал разъяснений, принялся тараторить дальше:

— Ты сказал — безжизненный лес? Оглядись! Вон под той ольхой берегиня сидит… Уже поднялась, смотрит в сторону… Кто же там?.. Прячется! Встречаться не хочет… С кем же, с кем?.. Ух ты, понятно! И я бы от такой держался подальше!..

Алексей едва успел заметить светлый наряд берегини, которая тут же сгинула, сгинула с его глаз. Кого-то испугалась и спряталась. В следующее мгновение он вздрогнул и невольно отпрянул в сторону. Поднявшись выше верхушек разлапистых сосен, увидев, как ему сначала показалось, женщину на спине огромного пятнистого зверя, напоминающего льва или тигра. Потом он понял, что на самом деле никакой женщины не было, явившийся монстр имел женскую голову и тулово зверя. Алексей моргнул и увидел уже морду леопарда или пантеры. Не понял: действительно он видел женскую голову или она ему только привиделась?..

— Испужался? — прошелестел оказался рядом Полуденик. — Нам она ничего не сделает, она о другом думает, ищет пропитание для себя и своих детишек, которых оставила в своём логове.

— А это кто?

— Арысь-поле. Оборотень. Ей на пути лучше никому не попадаться. То-то берегиня спряталась, и правильно сделала. Такая порой и на медведя нападает.

— Арысь-поле, — повторил Алексей. — Действительно похожа на рысь, токмо пятнистая вся, как леопард.

— Нагляделся? Ур-ур, полетели дальше!

— Летим!

Полёт очень понравился Алексею: он сам выбирал направление, то облетал препятствия, временами поднимался вверх, обозревая лес с высоты.

Среди трясущих листвой осин заметил высокого одноглазого человека с щетиной на землистом злом лице. Он стоял, опираясь на клюку.

Полуденик увлёк Алексея за собой, остерегая:

— Это Верлиока. К нему лучше не приближаться. И не гляди на него. Даже случайно не встречайся с ним взглядом.

— Это ещё почему?

— Глаз у Верлиоки злой. Сглазит, быть беде.

— Какой он здоровяк, — удивился Алексей, — наверное, из него двух таких, как я, выкроить можно.

— И ещё останется, — хмыкнул ветерок.

— Ба, да у него одна нога босая! На левой высокий ботинок, почти до самых колен, зашнурован, а на другой ничего нет. Грязные пальцы видны.

Полуденик рассмеялся:

— Я видел, аки недотёпа потерял его, гоняясь за надоедавшими ему зайцами, а потом не нашёл, хотя искал преусердно. Я тебе покажу, там занятная история приключилась. У-ур, айда за мной! Здесь недалеко…

Ветерок свернул направо и понесся над лесом, а затем снизил скорость и тихо, словно остерегаясь чего-то, осторожно проник в просвет между деревьями в полутьму, устроенной густо разросшейся кроной. Не сразу глаза Алексея привыкли к ней, и он принялся озираться по сторонам.

Внутренне ахнул, увидев большой зашнурованный ботинок, стоящий между стволами деревьев. Он был огромным, в человеческий рост. Стоял прямо на земле, а сверху его увенчивала мансарда с балкончиком, покрытая двухскатной черепичной крышей. Сбоку имелась уходившая вверх труба, слегка дымившаяся. Под ним находилось окошечко, а ниже — дверь, к которой вели ступеньки.

«Вот это да, ботинок стал чьим-то домиком…»

Алексея удивили чистые, почти белые шнурки на нём. На том ботинке, который остался на ноге Верлиоки они были грязными, мало отличаясь цветом от тёмного ботинка. Это он запомнил, а здесь, похоже, шнурки почистили, вернули им первоначальный вид.

— Это тот второй ботинок Верлиоки, о котором я говорил, — прошелестел рядом Полуденик.

— А что ботинок такой большой, он же выше Верлиоки, и намного?

— Это нынешние хозяева постарались, приспособили под себя, применив магию.

— А кто они?

— Там живёт шишиган со своей шишигой. Давеча они сюда забрели. До того проживали у старого ведуна, но оный помер. Его домишко обветшало, разрушилось и после урагана превратилось в развалины. Шишиган с шишигой остались бездомными. Бродили по лесу, искали приют. На какое-то время поселились в старой медвежьей берлоге, но пришёл топтыгин и выгнал их. Спустя некоторое время они набрели на потерянный ботинок. Шишиган воспользовался тем колдовским умением, которое он перенял у ведуна, проживая в его лачуге за печкой, чародейством увеличил размеры сапога, а затем устроил из него домик. Аки видишь, получилось неплохо.

— Да, выглядит чистым, опрятным. Наверное, и внутри уютно.

— Сквозь окна разглядеть что-либо трудно. В домике всегда темно. Не любит шишиган с шишигой свет.

— Вот бы посмотреть на них!

— Долго ждать придётся, днём они редко даже нос высовывают наружу. Их часто видит только мой братишка Полуночник. Домоседы! Ур-р! Полетели отзде, хочу наверх, на волю, к свету… Впрочем, урр-р, стоит подождать немного. Назревает ожесточённая баталия!

— Чего подождать? Какая баталия?

— К домику, направляется пущевик. Вечор он уже сюда являлся, была просто потеха. Посмотрим, чем кончится его визит сегодня. Уверен, сейчас начнётся изрядная потеха!

Из-за ствола огромной сосны показалось странное существо, по виду напоминающее сухой чурбак с ручками-веточками высотой менее полуметра. Такие же были у него и ножки, но двигался он на удивление проворно. Сквозь густую зелёную шевелюру из листьев недобрыми огоньками сверкали его маленькие глазки.

— Пущевик — дух чащоб и буреломов, — пояснил ветерок, не дожидаясь вопроса спутника. — Живёт в непролазной чаще один, аки бобыль. Способен прикинуться корягой, пнём, колючим кустом, веткой или ещё чем-то. Может дать подножку обидчику, порвать одежду, выколоть глаза или сильно поцарапать. Вопит и базланит так, что у иных людей мороз по коже пробегает.

— Он столь злой?

— Да, характер у него неблагодатливый. Но явное благо от него то, что он глушит и останавливает пожары. Бережёт свои владения от них.

— Верно говорят, что нет худа без добра и добра без худа, — прокомментировал Алексей. — Нет розы без шипов.

Полуденик воскликнул:

— Ха-ха! Пущевика заметили, дверь домика открывается. Вот сейчас мы узрим хозяев.

— Пущевик идёт к ним в гости?

— Какое там! Скандалить припёрся. Теперича начнётся у них страшная руга, шум, гам и всяческий тарарам! Смотри, в его руках немалая коряга, весьма похожа на дубинку. Он её обязательно употребит в ход.

— И почему, с какой стати?

— Полуночник мне рассказал, что егда в здешние места забрели шишиган с шишигой, то пущевик пытался их прогнать. Они несколько раз подрались тогда. Схватывались не раз и изрядно! Этих схваток «бойцов» я не видел, лишь надысь довелось наблюдать самую последнюю. Вот это было зрелище!

— И кто кого победил?

— У них примерное равенство, победитель дондеже не определился. Может быть, вот сейчас кто-то из них явно возьмёт верх. Посмотрим!..

Из домика показался низенький одутловатый человечек с неряшливо зачёсанными вверх волосами. Ростом он был заметно ниже уже подошедшего к дому Пущевика и передвигался чуть менее резво. Шишиган воинственно держал в деснице кочергу. Ею он геройски отразил удар корягой гостя и сразу же бросился бежать…

Дверь в домик тотчас же захлопнула шишига. Алексей успел заметить, что она похожа на сгорбленную старушку с длинными всклокоченными волосами.

Пущевик бросился вдогонку за беглецом, двигался он куда быстрее убегающего противника. Алексей подумал, что Шишиган допустил тактическую ошибку, но скоро понял, что это он сам ошибся в своём предположении.

Тот принялся описывать круги вокруг ботинка — своего домика. Когда бегуны в очередной раз пробегали мимо крыльца, дверка распахнулась и мгновенно выскочившая наружу Шишига нанесла удар сковородкой прямо по макушке Пущевика. Бац! Раздался глухой звук, словно ударили по полену, на которое был похож Пущевик.

Он озлился, выкрикнул несколько ругательств и бросился к успевшей захлопнуться двери, принялся рьяно дергать за ручку…

И тут получил удар кочергой от Шишигана. Взревел и бросился за обидчиком, махая своей дубинкой…

Так они описали пять-шесть кругов вокруг домика. Пущевик, пробегая мимо двери, каждый раз бросал на неё яростные взгляды и готовил корягу к отпору, но Шишига из дома не показывалась. Только и сие оказывалось на руку Шишигану тем, что преследователь при этом несколько снижал скорость, что позволяло держаться на безопасном расстоянии…

На очередном витке Пущевик уделил двери меньшее внимание, и просчитался: она раскрылась, когда он уже почти пробежал мимо и выбежавшая на ступеньку Шишига дотянулась до его хребта своей сковородкой.

Пущевик глухо рыкнул, повернулся в сторону домика, но тут же к нему подскочил Шишиган: первым ударом кочергой он заставил противника оболротиться к себе, а затем грозно замахнулся для удара сверху, но неожиданно нанёс его коварным образом сбоку — по левой тоненькой ножке-веточке своего ворога. Пущевик свалился на землю. Подняться ему мешали Шишиган и подбежавшая Шишига, каждый раз сбивая наземь своим оружием. Извергая из себя фонтаны ругательств, Пущевик принялся перекатываться или просто скользить спиной по направлению к ближайшим кустам колючего терновника, при этом ухитряясь своей корягой парировать большинство вражеских ударов.

«Орудует он дубинкой весьма даже отменно, — отметил про себя Алексей. — Просто молодец!»

Дальше кустов преследовать его семейная пара не стала, только всячески его запугивала, улюлюкала, грозила всяческими бедами и шумела, испуская торжествующие крики.

Улучив момент, Пущевик выскочил из кустов по другую сторону, вмиг оказался на ногах и довольно быстро поспешил прочь, немного подволакивая левую ножку. Видимо, ей от кочерги изрядно досталось.

Тем временем Шишиган со своей супругой, издавая победные возгласы, вернулись в домик, дверь за ними закрылась. Щёлкнула щеколда, проскрежетал засов и воцарилась тишина..

— Как я понимаю, финита ля комедия, — заключил Алексей. — Другими словами, конец комедии.

— Теперь они до ночи наружу не выйдут. Пусть празднуют свою победу, а нам пора отправляться дальше. Тут гиблое место, никакого простора, слишком душно и темно, хочется на волю, к свету… — с этими словами Полуденик заскользил между стволами вверх в просвет кроны.

Алексей последовал за ним.

Оказавшись над деревьями, он устремил взор к облакам, и дёрнулся было к ним, но ветерок его придержал:

— Пошто так высоко забираться? Здесь куда приятнее летать. Нет, не в ту сторону ты летишь, туда шёл Верлиока, а с ним лучше не встречаться.

— Из-за его дурного глаза?

— Не токмо из-за него, Верлиока губит всех, с кем встречается.

— Неужели всех-всех?

— Ну, с кем встретится. Кто в его зенки поглядит — оный, считай, умер.

— Опасное существо.

— Да, весьма опасное. Благо ащё, что Верлиока один на всю округу и прячется в самых труднодоступных местах леса, встреч с другими не ищет. Живёт долго, а ащё умрёт, то воскреснут все, кого он со свету сжил.

— Действительно так? Вот хорошо!

— А вот Верлиоке может быть не очень ладно! — воскликнул ветерок. — Я вижу, что он направляется к весьма опасному даже для него месту.

— Почему ты так думаешь?

— Ур-ур, а посмотри, куда он идёт. В сторону вон той прогалины. Давай поднимемся вверх, и ты её увидишь.

Действительно с высоты Алексей разглядел странную поляну, совершенно пустую, с пожухлой редкой травой, словно бы вытоптанной. Рванулся было к ней, но ветерок придержал его:

— Лучше к ней не приближаться.

— А почему?

— Все знают, что там глубоко под землёй живёт двенадцатиглазый дух огня Жыж. От него такой жар исходит, что на поляне ничего не растёт. Свои глаза Жыж держит постоянно закрытыми, убо даже от взгляда одного трескаются и рассыпаются камни. Лучше его не тревожить. Верлиока же бредёт в его сторону. Не знает о Жыже?.. Впрочем, нет, уже свернул в сторону. Так что с Жыжем он не встретится на своё счастье.

— Камни рассыпаются от взгляда одного глаза? А ежели Жыж всеми двенадцатью посмотрит?

— Такого никогда не бывало. Во всяком случае, я о таком не слышал, потому ничего сказать не могу, — признался Полуденик.

— Наверное, это истинный страх и настоящий ужас.

— Не иначе. Токмо не нам. Мы можем унестись отзде подальше, а Жыж пусть себе сидит с закрытыми зенками под землёй. Нам-то что от его жара?!

Алексей помчался за быстрым ветерком, посмотрел на открывшую ему панораму и не удержал возгласа:

— Ух ты!..