Помоги проекту - поделись книгой:
Глава II. «Жизнь этого парня»
Из числа фильмов с участием Леонардо ДиКаприо я особо отмечаю для себя фильмы «Жизнь этого парня» и «Что гложет Гилберта Грэйпа».
Анализ актерского мастерства Леонардо ДиКаприо в фильме «Жизнь этого парня» («This Boy's Life») 1993 года, одного из первых фильмов с его участием, дает ключ к пониманию актерского мастерства в других фильмах. Например, это мимика, взгляд, движения, которые в разговорном языке называют словом «фирменные». Для удобства обозначения понятия я назвала индивидуальные средства актерской выразительности «собственными», то есть присущими только Леонардо ДиКаприо. Индивидуальная мимика актера сохранилась во всех фильмах, а степень выражения эмоций и чувств со временем менялась.
Перед чтением рекомендую Вам ознакомиться с Таблицей категорий анализа актерского мастерства в Приложениях «Архив Шерлока Холмса» и Терминологическим словарем актерского мастерства в конце книги. Вы предупреждены, значит, вооружены. И я перехожу на разработанный мной язык категорий анализа актерского мастерства.
Я проанализировала перикулум (здесь и далее см. Терминологический словарь актерского мастерства) актера в фильме «Жизнь этого парня».
Начнем с категории «эссенция образа героя» и актера. На момент съемок кинематографической картины актеру 19 лет, он исполняет роль подростка, а также в будущем – юношу младше своего возраста. Это существенно. Представьте себе, что Вы сформировались как взрослый человек, а Вам необходимо вернуться назад, снова ходить раскованной подростковой походкой, бегать, импульсивно реагировать на замечания окружающих, смеяться и плакать, драться, кричать, другими словами, быть живым, не скованным узами социальной действительности, эмоциональным, познающим и входящим во вкус этой жизни ребенком.
Ставший «модным» среди ученых термин рефлексия, является философской категорией, и его применение, по моему мнению, должно иметь меру. Тем не менее, термин применим к процессу познания и отражения действительности главным героем. Сначала герой Леонардо ДиКаприо подражает матери, затем – отчиму. И только потом он становится устойчивой к атакам реальной действительности личностью. Но до этого кульминационного момента главный герой подражает. В рамках психологии разработан прием расположения к себе собеседника, необходимо перенять все: манеры, позу, мимику, жесты. В биологии это называется мимикрия. Подражание свойственно и подростку. Актер об этом знает, либо по собственному опыту, либо интуитивно. Тем не менее, в продолжение кинематографической картины происходит взросление главного героя. В конце фильма главный герой становится ответственным, самостоятельным, решительным, сильным молодым человеком. В фильме высокая степень рефлексии героя, которая выражается как в общем – в развитии и переживании, взрослении, так и в частном – в эмоциях, чувствах, поступках.
Эволюция образа главного героя происходит в течение фильма, точнее, Леонардо ДиКаприо заставляет образ героя эволюционировать. Живой и заглядывающий в глаза матери подросток становится юношей с серьезным взглядом с прямым вызовом, берущим на себя ответственность за принятые решения. Ради счастья матери, главный герой с ясными глазами, твердым взглядом и улыбкой человека, верящего в лучшее, согласился на тяжелую для подростка работу (сцена диалога Двайта и главного героя, когда первый озвучивает условия и спрашивает, согласен ли «этот парень» на всю перечисленную работу). И все это воплотил Леонардо. Вы спросите, как? Каким образом? Точнее, с помощью каких средств выразительности и приемов. Для этого я проанализировала исполнение Леонардо ДиКаприо роли героя фильма в соответствии со всеми другими категориями анализа актерского мастерства.
Эмоции и чувства. Во многих фильмах Леонардо ДиКаприо выражает на экране свои эмоции и чувства aperte (см. Терминологический словарь). Вспомните кинематографические произведения «Титаник», «Ромео + Джульетта». На экране Леонардо ДиКаприо, подвижный, чувствующий, с жизненной энергией, транслируемой через образ главного героя, – Воплощение образа Жизни. Тем не менее, Жизни, «ходящей вокруг» Смерти. «Скорпионы всегда балансируют на грани жизни и смерти», – говорит педагог и психолог, моя мама. И действительно, практически в каждой кинокартине Леонардо ДиКаприо постоянно в крови, в некоторых фильмах, например, в фильмах «Что гложет Гилберта Грэйпа», «Дневник баскетболиста» израненного, измученного актера носят на руках. Жизнь на экране тяжелая. Что уж говорить о реальной Жизни.
В момент переживаний главный герой, подросток, хочет заплакать, но сдерживает себя, дыхание глубокое, учащенное, наблюдается покраснение кожных покровов, актер часто перебирает пальцами – у детей, подростков хорошо развита моторика, но часто неконтролируема в отличие от взрослых людей.
Эмоции и чувства быстро отражаются на главном герое, стремительно развиваются и бурно выражаются. Когда приходит осознание того, что его оппонент обманул его либо совершил несправедливый поступок, глаза актера сужаются, брови сдвигаются, внешние края бровей приподнимаются кверху, между бровей пролегает вертикальная мимическая морщина, вена на лбу вздувается, подбородок заостряется, голова приподнимается, взгляд становится прямым, немигающим. Актер прищуривает один глаз больше другого и смотрит как бы сбоку, начинает подходить ближе к оппоненту, слегка повернув лицо в сторону – смешанное чувство обманутого, подозревающего, обвиняющего человека. Чистое чувство укора без злобы, вызов, готовность к схватке.
Невербальные средства актерской выразительности. Движения подростка, импульсивно порывистые или намеренно медленные, наклон головы вниз, надутые губы, прямой взгляд исподлобья, руки часто держит за спиной. Когда молчит, совершает движения руками. Повышенная подростковая активность. В движении – быстрота, спортивность. «Собственный» прием – упругий бросок хищника с грацией пантеры при атаке на противника, соперника, обидчика, внезапность нападения и «эффект неожиданности», совершение отвлекающего маневра, как в фильме «Дневник баскетболиста», где в сцене драки баскетболистов двух команд возле кафе герой Леонардо ДиКаприо внезапно бросает мяч в лицо одному из персонажей фильма. Движения резкие. Взгляд подвижный. В других фильмах Леонардо ДиКаприо держит паузу, выдерживает взгляд. Играя подростка, актер не задерживает взгляд на взрослых людях, не смотрит им в глаза долго. Ребенок чувствует себя менее защищенным перед взрослым человеком. Но со сверстниками – он на равных. Подростковая психология лидерства.
Речь размеренная, иногда быстрая и эмоциональная, иногда медленная, меняется при смене настроения у подростка.
Мимика. Здесь изобилие «собственных» приемов, мимических миниатюр (см. Терминологический словарь). Например, приподнятые брови, улыбка с опущенными уголками рта, пожимание плечами, легкий наклон головы – «элементарно, Уотсон!», «удивляюсь вашей несообразительности» – говорит образ Леонардо ДиКаприо.
Собственным приемом Леонардо ДиКаприо также является своеобразный «бросок взгляда» из-под бровей с легкой, умной и тонкой улыбкой. Например, когда герой Леонардо ДиКаприо смущен или виноват, актер опускает глаза, и тут же исподтишка дерзко поглядывает на собеседника, как бы говоря «я не могу быть виноватым».
«Собственный», фирменный прием Леонардо ДиКаприо – «кивок вверх» – означает: 1) «ты как? в порядке?» – когда спрашивает взглядом у другого человека, все ли нормально, 2) «что тебе нужно?» – когда бросает вызов сопернику, противнику.
Леонардо ДиКаприо использует два похожих приема – комбинация мимики, взгляда, движений и речи – это «завладение вниманием собеседника» и «убеждение собеседника». Когда Леонардо ДиКаприо в исполняемой им роли героя фильма старается завладеть вниманием собеседника, актер смотрит, не моргая, прямо в глаза, в разговоре взгляд Леонардо ДиКаприо устремлен снизу вверх, газа широко раскрыты, не моргают, голова слегка откинута назад, подбородок приподнят, часто кивает головой. Во время убеждения собеседника – прием «думай, как я» – Леонардо ДиКаприо близко придвигается к тому, кому он хочет внушить свою идею, берет собеседника двумя руками за плечи, смотрит, не моргая, прямо в глаза, но в отличие от приема «завладение вниманием», смотрит сверху вниз как главный в отношениях, кивает головой в подтверждение своих слов, переводит взгляд с одного глаза собеседника на другой.
Еще один прием, мимическая миниатюра, когда Леонардо ДиКаприо критикует кого-либо в роли: глаза сужаются, он слегка прищуривает один глаз больше другого, смотрит на противника сбоку, губы складываются в презрительную улыбку «отвращение» маски театра Но.
Мой любимый, «собственный» прием Леонардо ДиКаприо – мимическая миниатюра «улыбка скептика» – сарказм, уголки рта опускаются в улыбке, как если бы человек пожимал плечами, означает, что он знает, что прав, а вы можете думать, что правы вы – герой Леонардо не станет вас разубеждать в этом.
Взаимодействие актера в образе героя с другими актерами-героями и предметами. Герой Леонардо ДиКаприо контактен с другими персонажами картины, во взаимодействии с предметами в зависимости от ситуации, обращается просто или с изящной небрежностью.
Кульминация развития образа главного героя чаще всего наступает в конце кинокартины. Кульминация развития образа «этого парня» также наступает в конце фильма после схватки с отчимом. Главный герой становится свободным, взрослым, ответственным, сильным. Тем не менее, в других фильмах кульминация может наступить в течение кинокартины, например, в «Бандах Нью-Йорка» кульминация наступает, когда главный герой вспоминает свои корни, отца, восстанавливает храм, готовится к финальной схватке.
В фильме «Жизнь этого парня» актер показал нам свое актерское мастерство, которое уже сформировалось, оно было до момента съемок, и его анализ заполнил первые строки в исследовании Искусства Леонардо ДиКаприо.
А сейчас – пол-одиннадцатого вечера.
– Пол-одиннадцатого, Холмс, а Вы все играете на скрипке!
– Полдвенадцатого, Уотсон, полдвенадцатого.
– Нет, право, Холмс, мои часы исправны, я сам завожу их каждый день. Сейчас пол-одиннадцатого вечера!
– Дорогой Уотсон, – Холмс вздохнул, опустил скрипку и смычок, – я знаю, сейчас пол-одиннадцатого. А полдвенадцатого я закончу играть! – и серые глаза Холмса сверкнули металлическим блеском.
Уотсон молча замер от неожиданности, ошарашенный внезапной вспышкой гнева детектива-консультанта.
– Вы сбили мне настрой! Вы, как военный, дотошны до крайности! Артисту неэтично напоминать о времени. Искусство времени не знает, не признает! И вообще, Искусство живет вне Времени! – Холмс энергично кивнул головой и взмахнул смычком.
Струны дрогнули музыкальной вибрацией, ноты рассыпались черными картинками по кабинету, оттесняя Уотсона к двери. Уотсон, почувствовав наступление нотной армии, покачал головой и пошел спать.
Я тоже – впереди много интересной работы.
Глава III. Что гложет Гилберта Грэйпа
Фильм «Что гложет Гилберта Грэйпа» («What's Eating Gilbert Grape») в ролях с Джонни Деппом и Леонардо ДиКаприо вышел на экраны в 1993 году.
Для воплощения образа героя в исполняемой Леонардо ДиКаприо роли юному мастеру своего Искусства необходимо было исследовать поведение лиц с психическими отклонениями. Эта подготовка актера к исполнению роли и есть animadverto (см. Терминологический словарь). Актер исполняет роль 17-18-летнего юноши с психическим заболеванием. Леонардо ДиКаприо тогда исполнилось 19 лет. Разница в возрасте несущественна. Значение имеет исполнение роли психически нездорового человека, по своей сути остающегося ребенком. Для этого актеру необходимы средства актерской выразительности, отличающиеся от других невербальных и вербальных средств, имеющих традиционные формы выражения: особая мимика, движения и жесты, свой взгляд и речь. Для завершения образа актер «добавляет» мимические морщины, «ямочки» возле уголков рта, грязь под ногтями и эффект грязных волос.
Эмоции и чувства главного героя также отличаются от свойственных здоровому человеку эмоций и чувств. В отличие от аутизма, психическая болезнь главного героя не лишает его возможности коммуникации и проявления чувств и эмоций. У главного героя Леонардо ДиКаприо есть множество эмоциональных состояний. Леонардо ДиКаприо в исполняемой им роли главного героя испытывает чувство любви к матери, чувства любви к старшему брату Гилберту как к отцу, его воспитавшему и заботящемуся о нем, чувство дружеской любви к подруге Гилберта. Чувство радости, симпатии к другому человеку герой Леонардо выражает мимикой, жестами, например, импульсивно обнимает человека, помогает главной героине достать велосипед из багажника автомобиля, приглашает ее танцевать на Дне Рождении.
Радость выражается актером бурно, истерично – порывистый, неудержимый смех. Когда герой чувствует себя виноватым или когда его ругают – актер крутит прядь волос на голове пальцами. От испытываемых эмоций зажмуривает глаза.
Движения. Актер-герой постоянно находится в движении, очень быстрый, обычно передвигается бегом. Похода пружинистая, при ходьбе жестикулирует, подпрыгивает, постоянно трогает предметы. У героя нарушена моторика, лица с психическими отклонениями часто не умеют владеть руками. Эту особенность актер выражает в виде расторможенности, неспособности сосредоточиться на чем-либо в течение длительного времени, сгибает руки в локтях, неестественно растопыривает или выгибает пальцы, совершает движения ребенка пятилетнего возраста, часто трогает нос руками. Постоянно улыбается отсутствующей улыбкой, в которой обычно нижняя губа закрывает нижний ряд зубов, а верхний ряд зубов обнажен. Герой-актер также повторяет движения за героем-братом.
Взгляд рассредоточен, перемещается с предмета на предмет. Когда к герою обращаются, он не сразу смотрит в глаза. И, если смотрит в глаза, то только на мгновение.
Речь. Герой-актер громко говорит, кричит, повторяет фразы голосом малолетнего ребенка, в голосе слышны капризные ноты. Длительный истеричный смех возможно прервать только в случае, если меняется отношение к герою окружающих его родных (сцена за обеденным столом, когда заходит разговор о смерти отца).
Взаимодействие с актерами-героями. Герой актера контактен с главными героями кинокартины – он по-своему общается с родственниками и немногочисленными знакомыми.
Актер-герой постоянно взаимодействует с предметами. Вследствие психического заболевания и нарушения моторики героя фильма руки актера «не на месте», перемещаются с предмета на предмет, ощупывают эти предметы, например, в сцене в магазине с банкой, в которую герой поймал насекомое.
Степень рефлексии высокая, главный герой реагирует на все происходящее, по-своему переживает это, выражает свое отношение к поступкам родственников. Желание главного героя взобраться на вышку, дерево – выражение потребности во внимании.
Эволюция образа героя происходит поступательно. Кульминация развития образа героя наступает в конфликте со старшим братом. Образ героя эволюционирует в момент примирения с Гилбертом на Дне Рождении героя. После этого воображаемая линия графика эволюции падает после взлета к ее пику, герой живет прежней жизнью и ждет ежегодной встречи с трейлерами на дороге, проходящей через его город.
Конец октября 2017 года. Скачок температуры из минуса в плюс превратил первый снег в ледяной дождь. Уотсон поежился от мысли о постоянно меняющейся аномальной погоде современного мира.
Вернувшись домой, Уотсон прошел согреться к радиатору и заодно посмотреть, где и в каком состоянии находился Холмс.
Взгляд Уотсона упал на диван, на котором неподвижно лежало тело Холмса. «Живой» – подсказал внутренний голос Уотсону.
– Опять Вы за свое, Холмс! – взволнованно и с горечью в голосе воскликнул доктор, схватив лежавший на ковре возле дивана шприц. Уотсон на секунду отвлекся от Шерлока Холмса, чтобы обвести взглядом рабочий кабинет друга. На письменном столе лежала книга. На обложке было написано «Михаил Булгаков «Морфий». На экране телевизора бегущей строкой высвечивалось название фильма.
– А, это Вы, Уотсон? – Холмс приоткрыл тяжелые веки, скрывавшие серые глаза.
– Перестаньте, слышите, прекратите убивать себя! Я говорю это Вам как доктор и повторяю Вам это как друг!
– Дорогой Уотсон, – Холмс печально улыбнулся, – в мире не найти другого друга, как Вы, – голос Холмса излучал искренность и столь сокровенные, обычно скрываемые, переживаемые чувства любви, добра. – Я исследую дело о человеке, чья жизнь отравлена «ядом». Ядом, который Вы, дорогой друг, называете «смертью».
– О чем Вы, Холмс? – Уотсон с волнением посмотрел на детектива-консультанта, находящегося под действием кокаина.
– О наркотиках, Уотсон, о наркотиках. Я погрузился до уровня состояния нашего подозреваемого, подающего надежды юного баскетболиста, воплотился, если хотите. Его чувства, мысли, действия, тем не менее, сопротивляются влиянию наркотиков. Я посмотрел его дневник. Загляните в папку на жестком диске. Не все потеряно, доктор!
– Но разве обязательно делать то же, что и подозреваемый, чтобы чувствовать, думать, действовать, как он? Это не метод, Холмс!
– Вы правы, – коротко сказал Холмс, – Все дело в нашем, человеческом устройстве головного мозга. Ха-ха! Уотсон! Представьте себе дикий факт! Есть люди, которые не испытывают чувств! Все их мысли занимает работа. Цель их жизни – приобретение и наращивание богатства. Это не трудно представить тем, кто обладает человеческими качествами. В итоге, жизнь бесчувственных людей пуста и не имеет смысла для окружающего их мира. Но человек рождается, чтобы сделать этот мир лучше!
– Уотсон, – после паузы Холмс устремил взгляд в глаза друга, – есть люди, которым не нужно видеть что-либо, переживать лично чувство, бывать в другом месте, чтобы все описанное представить, передать. Я думаю, я чувствую, что наш подозреваемый является именно таким человеком, знающим без обучения, видящим с закрытыми глазами. Все это может быть. Но чувства, Уотсон, его чувства реальны. Сердце улавливает малейшие колебания наших эмоций, чувств, мыслей, поступков. Этот человек одарен чувственно.
– Как это может быть? – Уотсон с головой выдал себя, как человека практического склада, склонного к консервативному мышлению. – Я хотел сказать, – поправился он, – я хотел сказать, с помощью какого средства, метода, приема, с помощью чего такой, как Вы говорите, чувствующий человек, который может не знать о вещи как таковой, все же может воплотить эту вещь в реальности?
– Фантазия, Уотсон! Воображение! – Холмс резко поднялся и сел на диване, торжественно, победоносно смотря на доктора и сквозь него.
Взгляд Холмса обрел трансцендентность. Шерлок Холмс встал, лаконичным и четким движением поднял шприц и выкинул его в корзину. Его действия были спокойными и точными. Холмс подошел к окну…
… Я подошла к окну, и, глядя с высоты девятого этажа и обращаясь в бесконечное пространство и вечное время Вселенной из маленькой точки в этом Мире, шепотом сказала:
– Воображение поразит сознание.
И мы переходим к анализу исполнения роли Леонардо ДиКаприо в фильме «Дневник баскетболиста».
Глава IV. Дневник баскетболиста
«Дневник баскетболиста» («The Basketball Diaries»). 1995 год. Этот фильм произвел на меня впечатление, и я застрочила в блокноте – богатый материал для анализа актерского мастерства. Как и при анализе фильмов «Поймай меня, если сможешь», «Пляж», «Авиатор», здесь получилось больше всего записей об искусстве актерской выразительности.
Эссенция образа героя. Актеру 21 год. Леонардо ДиКаприо исполняет роль юноши младше своего возраста, школьника, увлеченно, профессионально играющего в баскетбол, «гепарда», подающего надежды на будущее спортсмена-юниора, ставшего наркоманом и поборовшего наркоманию в конце кинематографической картины. Влияние на юношу оказывают: возраст, окружение, обстановка, эмоции, чувства, желания, мысли. Он пишет в дневник.
Главному герою свойственно бурное выражение эмоций, что связано с темпераментом и характером молодого человека. Но свои чувства герой открывает нам только на страницах дневника. Главный герой не поддается воздействию других людей, Леонардо «сам в себе», как «вещь в себе» Иммануила Канта, стабилен, уравновешен в преданности своим идеалам. И все же главный герой находится в конфликте с окружающими, но не потому что желает враждовать, а для защиты от попыток проникновения в его внутренний мир.
Какие средства актерской выразительности использует Леонардо ДиКаприо для достижения воплощения этого образа? На первый план выдвигается речь, движения и мимика. В фильме «Дневник баскетболиста» невербальные и вербальные средства актерской выразительности играют равную роль в воплощении актером образа главного героя.
Невербальные средства актерской выразительности. Движения актера уверенные. Походка свободная, руки держит в карманах, что часто можно наблюдать в первых кинокартинах – здесь вспоминается прием Станиславского. Актер меняет походку тогда, когда главный герой становится на путь преступлений, его плечи приподняты, движения порывисты, часто озирается. В сценах борьбы чувствуется почерк актера, «эффект неожиданности» при нападении на противника, врага. Он с вызовом смотрит прямо людям в глаза, подбородок слегка приподнят. Во время проявления агрессии появляется «звериный оскал», подбородок выпячивается, ходят желваки, вздуваются вены на шее.
Подвижная мимика, гримасы свободны и не ограничены контролем и соответствием образу «держать лицо».
В фильме «Дневник баскетболиста» актер использует множество мимических миниатюр. Когда главный герой понимает, что человек, задавший ему вопрос, хочет услышать от него заведомо известный ответ, актер, чтобы уверить собеседника в том, что он согласен с интервьюером, кивает, уголки рта опускаются в «улыбке скептика», что означает «я не согласен, но не скажу вам об этом, а вы думайте, что хотите, не стану вас разубеждать». Это можно описать фразой любимого мной с детства главного героя одного японского мультфильма – «может быть, да, но скорее всего, нет!» И что тут скажешь, кроме того, что это великолепно. «Улыбка скептика», опущенные уголки рта, легкое, пренебрежительное пожатие плечами является естественной психической реакцией, заключающейся в выражении сомнения по поводу сообщенной адресантом адресату информации. И только у Леонардо ДиКаприо «улыбка скептика» приобрела двойное значение: для адресанта мимическая миниатюра означает естественную эмоцию, для актера, адресата, к которому обращена информация, эмоция скрывает его настоящую мысль и чувства. «Улыбка скептика» – собственный мимический прием актера.
Вот еще одна «собственная» мимическая миниатюра Леонардо ДиКаприо, о которой я писала в главе «Жизнь этого парня», «бросок взгляда», но используемая в другом приеме. В случае, когда главный герой провинился, актер выражает это, опуская голову, взгляд его перемещается в сторону, затем Леонардо ДиКаприо быстро бросает взгляд на собеседника, означающий: «я заметил ваш укор, моя совесть ответила на него, но я не желаю чувствовать себя виноватым». Затем актер-герой смотрит как прежде, берет себя в руки и оставляет вину в прошлом.
Когда главный герой, точнее, Леонардо ДиКаприо, плачет, на лице актера между бровей пролегают мимические морщины, внутренние края бровей приподнимаются кверху, и тогда линия бровей образует воображаемый треугольник, «брови домиком», достижение эффекта которых в реальности является сложным для многих людей.
Когда что-либо вызывает интерес у главного героя, уголки рта актера приподнимаются, линия губ превращается в тонкую волнообразно изогнутую симметричную линию, в «кошачью улыбку». «Кошачья улыбка» свойственна только юноше-Леонардо. Повзрослев, актер спрятал «детскую» улыбку в первых фильмах из списка его фильмографии. Все закономерно и соответствует эволюции актера и взрослению человека.
В начале фильма взгляд актера постоянно перемещается, он смотрит на мир с интересом, «изучает», «любит» окружающих людей, предметы, явления, события. Живой взгляд, даже несмотря на тяжелую обстановку вокруг – это сила жизни и характер актера-героя.
В минуты отчаяния, одиночества главного героя, Леонардо ДиКаприо обращает к небу (сейчас начнутся комплименты) потрясающий, завораживающий взгляд, который Вы, уважаемый зритель и читатель, можете увидеть во многих фильмах, например, в фильмах «Человек в железной маске», «Великий Гэтсби». Этот взгляд обращается к небу с внутренним вопросом к Вселенной: «Почему? Я безгранично верю тебе, но почему?…»
У актера высокая степень рефлексии во всех фильмах, исключая фильмы, роли в которых требуют эмоциональной ограниченности. Главный герой реагирует на события и явления, действия других людей как настоящий, чувствующий человек.
Речь как вербальное средство актерской выразительности в фильме в основном представлена ненормативной лексикой. В минуты возмущения и недовольства голос актера звучит с надрывом, но без истерических ноток.
Во взаимодействии с другими актерами-героями как с героями фильма актер внимателен, общителен. В разговоре обращается взглядом к каждому собеседнику, ища понимания, столь необходимого молодому человеку в этом возрасте. Во взаимодействии с предметами проявляется изящная небрежность: когда актер берет предметы, кончики пальцев смыкаются, кисть руки утончается.
Все средства актерской выразительности сливаются воедино в переломный момент, в сцене ломки главного героя. Он беспорядочно двигает руками и ногами, подгибает колени, лихорадочно дрожит, выражаясь физиологическим языком судебной экспертизы, происходит обильное выделение слюны, актер весь в слезах, поту. Такое происходит, когда человек испытывает боль, но терпит ее, так как ничего не может с ней поделать. Актер без истерики рыдает. Истерика наступает в конце, когда главный герой осознает, что его попытки вызвать жалость у знакомого не увенчались успехом. Только спустя время главный герой побеждает наркоманию. Так завершается эволюция образа главного героя. Я же, проснувшись утром после просмотра фильма, почувствовала боль во всем теле, видимо, все мышцы напряглись в сцене ломки, тем не менее, визуально я сидела спокойно – пример акримонии актера и акритера зрителя (см. Терминологический словарь).
В конце фильма, когда актер выступает перед зрителями против наркомании, наступает кульминация в раскрытии образа героя в исполняемой Леонардо ДиКаприо роли. В конце фильма актер «выпрямляет» осанку главного героя, у него свежее, гладкое, уже без мимических морщин героя-наркомана, лицо, светлый, чистый, уверенный взгляд, приподнятый подбородок. При обращении к зрителю актер приподнимает брови, линия рта распрямляется, кожа на лбу становится гладкой, подбородок приподнимается, голова слегка наклоняется в сторону, как и в фильме «Титаник». Воплощение убедительности в общении с другими актерами, зрителями. Мэтр сказал бы «верю».
Сон Шерлока Холмса прервала мелодия «Separate ways» Journey – многолетний звонок его мобильного телефона. Холмс мгновенно поднялся на ноги, пробежал по постели, спрыгнул на ковер и побежал на кухню, схватив трубку телефона.
– Здравствуйте, Уотсон! – Холмс вспомнил, что сегодня обещал другу приехать к нему на обед. Из-за исследования он совсем выбился из сил. Теперь морально и физически истощенный Шерлок Холмс, слушая Уотсона, прикрыл веки и от смущения тер пальцами переносицу, как человек, к которому пришло осознание, что он забыл нечто особенно важное и только сейчас вспоминает.
– Да, Уотсон, да. Уже собираюсь.
Холмс быстро привел себя в порядок. Проходя мимо шкафа цвета какао с молоком, он остановился. Ему пришла идея, как загладить вину перед другом. Холмс выдвинул нижний ящик шкафа и извлек из него коробку с диском. На обложке были изображены девушка и юноша, металлический корпус корабля. «Титаник» – было написано на коробке.
«Все по-честному: Уотсону – романтика, мне – катастрофа», – подумал двадцатисемилетний Шерлок Холмс и, улыбнувшись мальчишеской улыбкой, взял диск с собой и пошел на автобусную остановку. Фильм предвещал киноманам удивительный вечер.
Поделиться книгой: