Мой единственный мужчина

Это да! Еще и Рафаэль наверняка использует эту возможность, чтобы уплотнить расписание у студентов, включив занятия с капитаном Риком, грозой космических пиратов. Пока что Рик оказывался в Ариатской Звездной Академии между частыми рейсами, если успевал, иногда, когда позволяла связь, проводил занятия на расстоянии, но такое случалось редко. Все-таки они с Тай летали чаще всего в дальние галактики.

– …не сбежит, не волнуйся. Наши мужья подстрахуют, если что, – вновь услышала я лишь отрывок последнего предложения.

– Ты считаешь нас странными, да? – неожиданно спросила Алекс.

– Почему? – удивилась я.

– Мы имеем бездну заморочек.

– Да я сама такая. Даже прикоснуться ни к кому не могу без последствий, – пожала я плечами, устраиваясь за столом. – И, несмотря на то, что о моем даре мало кто знает, присутствие Рафаэля в моей жизни играет свою роль. О моем-то мужчине слышали все.

– О! Отношения с ректором сдвинулись с мертвой точки? – живо поинтересовалась Касс, посыпая овощной суп-пюре семечками и зеленью.

– Да.

– Что помогло? – уже Алекс.

– Дай угадаю, – не выдержала жена Шархата, лучший алхимик «Звездного ветра». – Он сделал решительный шаг, когда ты чуть не умерла!

– Как не умерла? – охнула Алекс, забывая про обед.

Я быстро рассказала ей, как обстояло дело. Ника и Касс были в курсе произошедшего. Ника присутствовала с Маркусом на приеме, а Касс помогала меня лечить, используя свои способности.

– Вообще-то, не сделал, – вздохнула я, пододвигая себе запеченную рыбу, которую безумно любила. – Начал винить себя в произошедшем, попытался отстранится. Так что, пришлось взять инициативу в свои руки и прямо сказать о своих чувствах.

– И правильно! – одобрила такой подход Алекс, а Ника и Касс кивнули.

– А он что? – не выдержала Ника, с любопытством смотря в мою сторону. – Рафаэль ведь из тех, кто не привык показывать свои эмоции, и, хотя он решителен и его выдержке можно позавидовать, перешагнул через это ради тебя?

– Заявил, что разорвал договор, но выбора мне теперь не оставит, мы будем парой, – выдохнула я, решив, что хоть с кем-то хочу поделиться своими переживаниями.

Так сложно держать все в себе! Раньше мы были очень близки с Тай, и нас связывали не только родственные узы и проблемы, связанные с даром. Мы были еще и подругами, делились всеми сомнениями и переживаниями. А теперь, когда сестра летает с Риком и редко выходит на связь, мне так не хватает теплого общения!

– Что не так? – мягко спросила Алекс, и девушки уставились на меня.

– «Люблю» Рафаэль так и не сказал, – решилась я. – Я, конечно, понимаю, что оно у него выражается в заботе и защите, и в коротких фразах, но… так хочется услышать именно это слово и именно от него. Или я тороплю события и выдумываю то, чего нет?

Все мои сомнения прорвались наружу.

– Не выдумываешь, – уверенно заявила Алекс. – Ты и сама это знаешь. Что касается «люблю»… Именно с этим словом у наших мужчин изначально всегда сложности.

– Это еще мягко сказано, – подтвердила Касс. – Им проще ради тебя разнести планету, чем стать полностью открытым.

А ведь Рафаэль точно такой, тут и думать нечего.

– И «люблю», по опыту тебе скажем, они произносят, когда понимают, что ты никуда от них не денешься и не намерена сбежать.

– Сбежать? От мужчины всей моей жизни? – поразилась я и, видимо, выражение моего лица стало таким непередаваемым, что девушки рассмеялись. – Да мне бы такое и в голову не пришло, если чувства взаимны.

– Вот, самое сложно донести до своего мужчины эту мысль, – поделилась Касс. – А после… ждать его решительных действий. Ну, или снова действовать самой.

Я сделала глоток воды, осмысливая сказанное.

– Не могут они в начале отношений иначе, Гвен, – тихо сказала Алекс. – От них столько раз отворачивались, или еще хуже оставались рядом, желая получить выгоду, считали чудовищами или просто боялись, что они опасаются раскрываться перед кем-то, обнажать свои чувства. Но со временем привыкают к твоей заботе, теплу, любви…

– И сдаются! – уверенно заявила Ника. – Твой ректор вот уже явно понял, что такое страх потери.

– Он говорил об этом…

– Говорил! – покачала головой Касс. – А о том, что он мчался несколько кварталов с тобой на руках и не отходил от тебя ни на шаг, упомянул?

Хм…

– Или о том, что когда передавал тебе свою энергию, испытывал невероятную боль?

– Что? – поразилась я.

– Вот-вот! Впрочем, я бы больше удивилась, если бы Рафаэль об этом рассказал. Не сомневайся в его чувствах, Гвен, – улыбнулась Касс. – Уж я-то видела, каким был ректор, когда ты чуть не умерла. Одни его пронзительные глаза чего стоили!

– И это ты еще не знаешь, что вчера он наведался в тюрьму к пустыннику, который совершил на тебя покушение, – заявила Ника, и мы все уставились на нее, так как впервые об этом слышали. – И поговорил с тем гадом… по-мужски.

Я нервно сглотнула.

– Тот пустынник остался жив? – спросила шепотом.

– Остался. Правда, теперь малость заикается и просит бронированную камеру, опасаясь, что его превратят в пыль, – добавила Ника.

– Рафаэль мне ничего не сказал! Да даже не намекнул! – выдохнула я. – Впрочем, чего я ожидаю от мужчины, который всегда молча решает любые проблемы, считая это нормальным.

– Нам это всем знакомо, – хмыкнула Алекс.

– А все равно я его люблю, – улыбнулась, чувствуя, как меня переполняет тепло.

Девушки понимающе хмыкнули.

– Тогда наберись терпения и не сдавайся, – посоветовала Ника.

– И никуда твой ректор от тебя не денется, – подмигнула Алекс.

Все же, как мне не хватало подруг-то, оказывается! Только сейчас, когда неожиданно их приобрела, я это поняла.

Дальше разговор плавно перетек на самые разные темы. Вкусная еда и простая болтовня сняли напряжение последних дней, и в отдел по организации экскурсий и праздников я направилась спокойная и уверенная в себе. По пути даже решилась и написала сообщение Рафаэлю, что скучаю и думаю о нем почти все это время. Это в первый раз, оказывается, признаться своему мужчине открыто в чувствах сложно, но делать это уже после мне даже нравится.

Получив в ответ краткое «я тоже», поняла, что у меня словно вырастают крылья. Понятное же дело, что жутко занят, но время ответить нашел.

С работой, разбираясь в расовых традициях и помогая сформировать программу экскурсии и празднование дня рождения в Ариатском заповеднике, я справилась за два часа. И, узнав, что никаких заданий для меня нет, отправилась на тренировку. Ко мне неожиданно присоединились Касс и Алекс, а вот Ника теперь заниматься не могла.

Разминка, индивидуальная работа с даром – щиты уже получались быстро и спокойно, а вот с энергией живых существ предстояло еще долго и упорно работать, преодолевая страх и сомнения, а следом – несколько загруженных на троих реальностей, где мы, пробираясь через джунгли, а после пустыню, разбирались со всякими монстрами.

К концу тренировки за Касс заглянул Шархат, а следом появился и Диар. Я написала Рафаэлю, что возвращаюсь домой. Он ответил почти сразу, коротко сообщив, что будет совсем поздно.

Глава двадцать четвертая

Оказавшись в квартире, я заглянула в холодильник, решая, чем буду ужинать, и мыслями опять вернулась к своему мужчине. Интересно, как там Рафаэль? Безумно хочется его увидеть. Но он наверняка до сих пор сильно занят.

Пока готовила еду, как-то само собой пришла мысль отвести Рафаэлю ужин. Конечно, сейчас существует уйма сервисов по доставке, но ничто не заменит вкусно приготовленной домашней еды. Запеченная рыба с овощами и салат сегодня получились отменными и, поколебавшись, я все же решилась.

Пока Гастон добирался до меня, я поела и сложила в контейнеры готовую еду.

Снаружи уже начало темнеть, когда флаер приземлился на одну из площадок возле административного корпуса Ариатской Звездной Академии. Кабинет Рафаэля располагался на самом верху здания, и пришлось несколько раз сканировать лиар, прежде чем я оказалась в приемной. Секретарь листал голограммы, с кем-то разговаривая по видеосвязи. Увидел меня, замер.

– Добрый вечер, нара Гвендолин.

– Добрый.

Надо же, даже мое имя знает. Хотя, о чем я? О моих отношениях с ректором Рафаэлем с некоторых пор не знает разве что ленивый.

– Проходите, мой шеф у себя.

– Вы не будете докладывать о моем приходе? – удивилась я.

– Нар Рафаэль велел пропускать вас к нему в любое время суток без предупреждения, – кивнул он и снова вернулся к прерванному по лиару разговору.

В какой-то момент, когда до двери оставалась пара шагов, затея с ужином для Рафаэля мне показалась безумно глупой и странной, и захотелось вернуться в квартиру, но отступать не было смысла.

Вдохнула, старательно пытаясь унять бешено колотящееся сердце, приложила ладонь к сенсорной панели и прошла внутрь. Рафаэль, одетый в черную водолазку, с немного растрепанными волосами, сидел за работой. За его спиной, в панорамное окно, выходящее на академию и парк, виднелись кружащие флаеры.

– Гвен! – увидев меня, мужчина сразу забыл про свои дела.

Глаза вспыхнули бирюзой, в голосе проскользнула тревога.

– Что-то случилось?

Он мгновенно переместился, оказался рядом.

– Я тебе поесть привезла, – нашлась я, чувствуя, как начинают гореть мои щеки.

– Спасибо. Признаться, я еще не ужинал, – мягко заметил он. – Это весьма кстати.

Я тихонько выдохнула, не сводя с него глаз. Безумно хотелось сделать шаг и уткнуться ему в плечо, вдыхая знакомый запах морского бриза, ощутить небывалое чувство защищенности, а после… продолжить то, что мы не закончили сутки назад.

От последней мысли невольно облизнула губы, и бирюза в зрачках Рафаэля стала значительно ярче. Он наклонился и ласково поцеловал, поглаживая кончиками пальцев мою щеку, и я не нашла в себе сил оторваться.

В какой-то момент, когда ноги стали подкашиваться, раздалось покашливание, и в кабинете появился еще один мужчина. Немного лукавые карие глаза, черты лица, сильно смахивающие на те, что имелись у Рафаэля, волосы в полном беспорядке. Одет в костюм стража порядка с двумя закрепленными за поясом бластерами.

– Я стучал, – невозмутимо сообщил он.

Покосился на Рафаэля, хмыкнул.

– Дважды, между прочим.

Я немного отстранилась, но одна рука Рафаэля по-прежнему лежала на моей талии.

– Я так полагаю, вы – Гвендолин Линц? – уточнил незнакомец.

– Да.

– Ну, будем знакомы, я Роберт, брат Рафаэля. А чем это вкусным пахнет? Признаться, я жутко голодный. Весь день носился по городу, даже пообедать толком не успел, так… перекусил.

Рафаэль едва заметно фыркнул.

– Ты-то ко мне какими судьбами? Или у нас еще что-то случилось? – поинтересовался мужчина, забирая у меня сумку с едой.

– Мама просила к тебе заглянуть, говорит, ты сам не свой был из-за случившегося с Гвендолин. Но, как я вижу… у нее устаревшие сведения.

Тут Роберт мне подмигнул и покосился на Рафаэля, невозмутимо выставляющего контейнеры с едой на столик, расположенный в одной из зон, предназначенной для отдыха.

Ответить я не успела, раздался стук, и вскоре в кабинет вошел секретарь.

– Нар Рафаэль, через сорок минут рабочие должны закончить корректировку корпуса с учетом ваших последних замечаний.

– Сколько из сорока успели устранить? – поинтересовался он.

– Тридцать два, – отрапортовал секретарь.

– Тогда ужинаем, а после отправимся на проверку.

– Хорошо. Я тогда подойду через полчаса.

Рафаэль кивнул, и Ланс исчез за дверью.

– Всего-то сорок замечаний! Нет, прогресс на лицо, Раф, по сравнению с прошлым разом, когда рухнуло в разы меньше. Тогда, помнится, инженеры и строители взвыли, увидев сто семь разных пометок.

– Пусть работают лучше и относятся ответственнее, – невозмутимо ответил Рафаэль. – Гвен, ты сама-то ужинала? – поинтересовался, открывая последний контейнер.

– Да. Только чай буду.

Можно было, конечно, уйти прямо сейчас, но хотелось хоть немного времени провести с Рафаэлем.

– Как вкусно! – протянул Роберт, посмаковав кусочек рыбы. – Из какого ресторана?

– Да я сама готовила, – ответила, разливая ягодный чай по кружкам.

Рафаэль вдруг замер, в глазах мелькнуло что-то непонятно-огненное, от чего все мысли вылетели, и дышать вдруг стало трудно.

– Так, Раф, если вдруг ты передумаешь на ней…

– Роберт!