Мой единственный мужчина

Я выронила ботинок и споткнулась на ровном месте.

– Да ладно, не смущайся, Гвен.

Во время тренировки мы все перешли на «ты» и сократили имена. Это вышло само собой, легко и естественно.

– Каждый из нас видел, как вы с Рафаэлем друг на друга смотрите. Да ваш интерес только слепой не заметит. Алекс считает, из вас получится восхитительная пара. А она, как ты знаешь, интуит, и, вообще, ни разу еще не ошиблась!

– У нас, вообще-то, с ректором Ариатской Звездной Академии договор, – заметила я.

– Ты сама-то в это веришь?

Хм…

– А Рафаэль?

Я растерянно потеребила спутанную прядь.

– Рафаэль мне очень нравится, – созналась я, чувствуя, как щеки запылали, но так хотелось поговорить с кем-то об одолевших меня чувствах, что я все же рискнула пойти на откровенность. – Только тяжело увидеть в нем не ректора, а мужчину.

– Очень даже понимаю. У меня с Маркусом случилась та же история. Главное, быть искренней и честной, Гвен.

– А он, правда, на меня смотрит?

– Еще как! – улыбнулась Ника. – Знаешь, такой обольстит, а ты и не заметишь. Ведь соблазн сдаться так велик…

Мы переглянулись и рассмеялись.

– А вообще, если будет нужна какая-то помощь или совет, не стесняйся обращаться.

– Спасибо. Взаимно, – нашлась я.

На этом разговор закончился, мы подхватили сумки и вышли из раздевалки, обнаружив возле двери Маркуса.

– Рафаэль сейчас будет.

Тут он хмыкнул и посмотрел на меня.

– Теперь понимаю, как он уговорил тебя на тот договор. Если действовал так же, как сейчас… Там было без шансов.

– Ты о чем? – поинтересовалась Ника, успев задать этот вопрос раньше меня.

– За десять минут Рафаэль убедил Диара и Шархата время от времени устраивать тренировки со студентами на военной кафедре. Проницателен настолько, что фору даст даже менталистам.

Я улыбнулась. В способностях Рафаэля вести переговоры я ни капли не сомневалась.

* * *

Пока мы летели до дома, я с головой ушла в учебу, повторяя пройденный материал. Завтра предстоял последний зачет по невербальным знакам. Рафаэль не мешал, вел флаер и ответил на пару звонков своего помощника Ланса, которому потребовались какие-то уточнения.

– Ужинать? – спросил он, когда мы добрались до квартиры.

– Попозже. Я бы поплавала в бассейне, если ты не против.

Мышцы ныли сильнее, чем обычно. Все-таки энергии я сегодня израсходовала прилично, и никакая регенерация не поможет снять усталость лучше, чем вода.

– Конечно, не против, – удивился он.

Тут у Рафаэля сработал лиар, и я решила оставить его в гостиной одного. Нашла среди своих вещей купальник и через несколько минут уже стояла у бассейна.

Помещение было небольшое, уютное. Отделанное синим и белым камнем, с мягким приглушенным светом, рассыпающимися бликами по воде. Справа находились двери, за которыми предсказуемо расположились раздевалка, душевая и туалет.

Быстро переодевшись и захватив белый пушистый халат, пошла к воде. Нырнула в ее объятия, поплыла, ощущая, как тело начинает практически тут же расслабляться, и спазмы пропадают. Какое-то время я плавала, ни о чем не думая и наслаждаясь, пока дверь не распахнулась и не появился Рафаэль. Одетый в темно-синий халат, босой. Волосы немного растрепаны. Глаза темные, с абсолютно нечитаемыми эмоциями.

Я смотрела, как он скидывает халат, оставаясь в купальных плавках, потягивается, разминая мышцы, не в силах отвести взгляд. И, разумеется, пропустила то злополучное мгновение, когда он прыгнул прямо с края бассейна в воду, поднимая кучу брызг. Я тут же потеряла равновесие и выбралась на поверхность, глотая воздух, ошарашенная и абсолютно дезориентированная.

– Ты как? Помощь нужна? – поинтересовался Рафаэль, оказываясь рядом.

С его мокрых волос стекала вода, бежала по сильным плечам и груди. От этого зрелища меня бросило в жар и захотелось вновь уйти под воду.

– Все хорошо, – сглотнула я.

– Хочешь на перегонки или просто поплаваем?

– А ты готов поддаться? – не выдержала я, понимая, что заведомо проиграю.

– А очень нужно?

Я захихикала, уже не ощущая той неловкости, что недавно возникла между нами. И да, все же согласилась поплавать с ним наперегонки, постоянно проигрывая и веселясь еще больше. Рафаэль, побеждая, то и дело ловил меня в воде, обдавая брызгами и шутливо целуя в щеку.

В какой момент эта игра переросла в нечто большее и сменила настрой, я не поняла. Просто вдруг очутилась в его руках, прижимаясь к мужчине. Вскинула голову. Его глаза сейчас казались синевато-серыми, яркими и манящими. Рафаэль медленно наклонился, явно собираясь поцеловать и давая последнюю возможность отступить. Только куда мне от этого мужчины бежать? Сердце уже билось заполошной птицей, а пальцы касались его плеч. Внутри все дрожало от предвкушения его поцелуя.

Первое прикосновение вышло легким, едва ощутимым. Я замерла и выдохнула в губы Рафаэля, на миг прикрывая глаза. Главное, не забыть, как дышать, когда мир теряет очертания, сосредотачиваясь на одном-единственном мужчине. Поцелуй углубился и уже обрушился на меня океаном. Сильным, неустрашимым, затягивающим на глубину.

Еще шаг – и я окончательно утону. Но почему-то именно его-то мне больше всего на свете и хочется сделать. И позволить по-прежнему властным губам будить во мне чувственное и запредельно-сладкое.

И нет ответа, почему именно он, почему именно этот мужчина сумел разом утянуть меня в бездну и показать, как она прекрасна. Буквально свел с ума одним прикосновением к губам. Звезды ясные, разве так бывает? Не поцелуй, а целое откровение.

Рафаэль остановился, и я выдохнула ему в губы, так и цепляясь за его плечи, не в силах устоять на ногах. Пульс ускорился до невозможного, внутри раздирало от желания, для меня абсолютно нового и непонятного, а мысли исчезли. Да какой там! Мир исчез, урезая пространство до моего мужчины.

Рафаэль ласково пробежался пальцами по моему лицу, обвел контуры губ. Взгляд у него потемнел еще больше.

– Какая ты чувственная, Гвен, – хрипло заметил он, и от звука его голоса обожгло так, что уже не поможет даже ледяной душ.

Его пальцы продолжали нежно касаться моего лица.

– Это плохо?

Согласна, более глупого вопроса в такой ситуации и не придумаешь.

– Нет, – вполне серьезно ответил он, не сводя с меня сверкающих глаз.

– У меня нет опыта в отношениях с мужчиной, – выдохнула я.

Наверное, стоило еще раньше сознаться, чтобы нам обоим было легче, но как подобное сказать едва знакомому тогда мужчине, ректору академии, где учишься?

– Я знаю.

Что? Впрочем, пора уже привыкнуть к его проницательности.

– Появится, – ни капли не сомневаясь, добавил он. – У тебя же теперь есть я.

Я не успела осознать сказанное, как Рафаэль наклонился и снова поцеловал меня, не давая и шанса отступить. Обжег уже не прикосновением, а ненормальной нежностью, с которой он умел прикасаться и ласкать. Запустил пальцы в мои волосы, перебирая пряди, заставляя дышать лишь им и вновь терять себя.

А когда отпустил, тут же прижал к себе, поглаживая плечи, скользя пальцами по позвоночнику. Уверенные, неспешные движения, вызывающие бездну ощущений – от мурашек и гулко колотящегося сердца до дикого огня, разгорающегося внизу живота.

Через какое-то время я пришла в себя, смутилась и, заявив, что хочу есть, поплыла к бортику. Рафаэль ничего не ответил, но вскоре нагнал, подхватил полотенце и, не спрашивая моего мнения, принялся меня вытирать. И, к счастью, больше не попытался ни поцеловать, ни заговорить на эту тему ни сейчас, ни за ужином. Лишь спокойно ухаживал за мной, то подливая свой любимый облепиховый чай, то пододвигая поближе тарелку с порезанными кусочками фруктов.

Вкусная еда после напряженного дня сделала свое дело, и к концу ужина я начала зевать. Рафаэль сказал, что сам уберет грязную посуду, и я направилась в спальню.

– Гвен, – окликнул он, когда я почти вышла из гостиной.

Обернулась, поймав его пронзительный взгляд.

– Хороших снов.

И вроде бы простые слова, но сказанные с хрипотцой в голосе… Вот как после этого спокойно заснуть?

Глава четырнадцатая

– Гвен, у тебя все в порядке? – поинтересовался Рафаэль, тихонько постучав в дверь. – Нужна какая-то моя помощь?

Я вдохнула поглубже, на секунду закрывая глаза. До первого дипломатического вечера оставалось около часа, летать нам недалеко, но я все равно волновалась и медлила. И вроде бы все продумано – и линия поведения, и наряд, а внутри не смолкает тревога.

– Можешь войти, я почти готова, – откликнулась, поправляя юбку на темно-синем платье, севшем идеально по фигуре.

Этот наряд можно было бы назвать строгим. И длина до колена, и отсутствие вышивки говорили сами за себя, если бы не открытая спина. В сочетании с серебряными туфлями на высокой шпильке и собранными наверх волосами, смотрелось потрясающе.

Дверь распахнулась, вошел Рафаэль, одетый в цвет моего платья костюм и белую рубашку. Я замерла, рассматривая мужчину, не в силах отвести от него глаз. Он тоже смотрел на меня, сидящую у зеркала, и к щекам от этого откровенного мужского взгляда подбирался жар.

Рафаэль сглотнул и подошел ближе. Только сейчас я заметила у него в руках две коробочки с известной ювелирной маркой.

– Позволишь? – поинтересовался, и я кивнула.

Рафаэль зашел за мою спину, и на шею скользнуло колье с бриллиантами, а после он наклонился, чтобы вдеть еще и серьги. Его дыхание коснулось шеи, и я закрыла глаза, удерживаясь на краю. Неожиданный поцелуй обжег кожу, а пальцы пробежались по спине, и я охнула от вспыхнувших ощущений и повернулась к нему.

Поцелуй, которого я и ждала, предвкушая, и почему-то до дрожи опасалась, получился чувственным и сладким. Я даже не сразу почувствовала, как на палец скользнуло тонкое колечко с россыпью голубых, в цвет глаз моего мужчины, камней.

Пока я рассматривала обручальное кольцо, чувствуя странный трепет от того, что на меня его вот так легко и уверенно надели, Рафаэль нашел в моей косметичке помаду и потянулся к моим губам.

– Надо подправить, – абсолютно невозмутимо заявил он.

Я не стала спорить, пока он помогал мне закончить макияж, хотя это было страннее некуда.

– Впрочем, и без помады цвет губ очень хорош.

Нет, я с этими его заявлениями, сказанными самым серьезным тоном, когда не знаешь, шутит он или нет, точно с ума сойду!

Рафаэль выпрямился и протянул руку, помогая мне подняться.

– Восхитительно выглядишь, Гвен. Тебя точно не стоит отпускать от меня сегодня ни на шаг.

Невозможен!

Впрочем, все эти мысли вылетели из головы, потому что, когда мы забрались во флаер, Рафаэль притянул меня к себе. Я попыталась отодвинуться подальше.

– Ты про наш договор помнишь, Гвен?

– Допустим, – нашлась я, осознавая, что из флаера-то мне все равно не сбежать. – А что?

– Согласно пункту семь точка тридцать два, перед дипломатическим приемом, количество объятий увеличивается в два, а если того требуют обстоятельства для подтверждения легенды, в три раза.

Я вытаращилась на него. Нет, он что, выучил договор наизусть?

– Мне интересно, а вот все эти дни тогда что было? – пискнула я, ощущая, как рука мужчины все же пробралась ко мне на спину и по телу пошел жар.

– Давал возможность ко мне привыкнуть.

Эм…

– Что?

– Ну, надо было показать тебе, что я не кусаюсь.

Подходящих слов для ответа уже не нашлось, мысли спутались.

Рафаэль тем временем окончательно притянул меня к себе, заскользил пальцами по спине.

– Макияж, прическа и платье должны остаться целы, – пискнула я, когда он наклонился, чтобы поцеловать.

Тихий, бархатистый смех, пробудивший во мне все, что до этого спало, стал ответом.

– Договорились, – вкрадчиво отозвался он, касаясь не моего лица, а скользя губами по шее.

Звездная бездна, вот на что я согласилась с этим коварным мужчиной?

Когда мы почти подлетели, я поняла, что слово Рафаэль держать умел, еще как! Как и обещал, за все время полета не было ни одного поцелуя в губы, он ни разу не запустил пальцы в мои волосы и не позволил помяться моему платью, но его прикосновения к моей спине и плечам, скольжение губ по шее и запястью были такими, будто я побывала в огне.

Нет, надо точно перечитать тот злополучный пункт и выяснить, в каких мерах мы договорились измерять объятия.