Помоги проекту - поделись книгой:
Ворвавшаяся в подвал девушка подняла над головой фонарь, и гремлины завизжали. Паника охватила их. Носатые человечки, прикрывая глаза крошечными ручками, бросились в рассыпную.
Всего за пару минут они скрылись из виду, нырнув в чернеющие отверстия в стенах.
В подземном логове остались лишь темная фигура в углу, Грызлобич на столе и…
– Зубная Фея! – воскликнул Грызлобич. – Вы пришли! Чтобы спасти меня! Я спасен! Спасен!
Зубная Фея бросила на него быстрый раздраженный взгляд и принялась осматривать логово. Освобождать жертву она не спешила.
– Я знал! Знал, что вы придете, чтобы спасти меня! Это чудо! Меня спасла сама Зубная Фея!
– Хватит, – оборвала его девушка. – Говори, что ты задумал?
Грызлобич уставился на нее с искренним недоумением. Лежа на столе, притянутый к нему ремнями, со склизкой желтоватой жижей на лице и ногах, он выглядел нелепо.
– Вы о чем? Я ничего не задумал…
– Прекращай спектакль.
– Какой еще спектакль?! Я жертва…
– Никакая ты не жертва… Ты болван, Грызлобич.
Зубная Фея подошла к столу. Весь ее вид выказывал крайнее утомление.
– Ты мне надоел, Грызлобич, – сказала она. – Это зашло уже слишком далеко…
– Что? Я вас не понимаю. Меня похитил маньяк Морлокк, он…
Зубная Фея вскинула руку, прерывая его.
– Никакого маньяка Морлокка не существует. И никто тебя не похищал. Это был ты, Грызлобич.
– Что? Нет! Вон же он стоит! – Он ткнул головой в сторону застывшей в углу фигуры в цилиндре.
Зубная Фея подошла к ней, поднесла фонарь. Рыжий свет вырвал из мрака нечто похожее на автоматона, собранного из всевозможного хлама: пара поставленных один на другой чемоданов, проволочный каркас, одежные вешалки, блоки и бечевка; на эту громадину были напялены художественно забрызганные «кровью» (красной краской) фартук и перчатки. Голову «маньяка» заменял небольшой фонограф с надетым сверху цилиндром.
– Что?! – пораженно воскликнул Грызлобич. – Это все какая-то хитроумная игра гениального маньяка Морлокка!
– Нет, это все – просто глупая постановка – мистификация, которую претворил в жизнь одинокий и крайне навязчивый человек с подорванным душевным здоровьем.
– Ну да! Это Морлокк!
– Нет, это ты, Грызлобич.
Зубная Фея провернула восковой цилиндр в фонографе и включила запись – из рожка вырвалось:
Зубная Фея выключила фонограф.
– Это твой собственный голос, Грызлобич. Морлокк – это ты.
Похищенный едва не плакал:
– Нет, я просто несчастная жертва!
– И жертва тоже. И господин, который помог мне выбраться из капкана. Ты также и тот, кто напал на меня с… – она поморщилась, – дохлой кошкой и натравил на меня Свечников. Я долго не могла понять, что происходит. Вот уже несколько дней как я втравлена в эту нелепую игру. В один день – ты несчастный жалобный Грызлобич, служащий Почтового ведомства и жертва предубеждений из-за своей неблагозвучной говорящей фамилии, а в другой – ты надеваешь личину маньяка Морлокка. Сперва я недоумевала, но, раз за разом встречая тебя в переулке, я начала догадываться…
– Нет, это неправда…
– Хватит играть! Это уже становится жалко!
Грызлобич вдруг изменился в лице. Испуг пропал, его заменило коварство. Губы расползлись в злодейской усмешке.
– Что ж, Зубная Фея, ты раскусила меня. Я знал, что ты умна! Ты раскрыла мой план! Все это было сделано, чтобы заманить тебя сюда! Ты в ловушке! Я переиграл тебя!
Зубная Фея пожала плечами и тяжко вздохнула.
– Никакая это не ловушка. Хватит морочить мне голову, Грызлобич.
– Ловушка! Я все продумал! Мой великий замысел…
– У тебя нет никакого великого замысла.
– Мои кошмарные злодеяния…
– И особых злодеяний ты не совершил. Если, конечно, не учитывать, что ты злокозненно тратил мое время всю последнюю неделю.
– Все мои жертвы…
– И жертв у тебя нет. Ты похищаешь себя же. Или позволяешь себе же себя похитить. Ты – не маньяк, Грызлобич. Ты просто слегка помешанный хмырь, который решил привлечь мое внимание. Ты написал в газету. Сам расклеил плакаты по переулку. Как думаешь, почему твое усыпляющее средство на меня не подействовало?
– Ты заблаговременно приняла какое-то противоядие?
– Нет. Просто это не усыпляющее средство – это дымная шипучка. Думаешь, я не исследовала осколки твоей бутылочки из-под «Некашлина»?
– Это все неправда! Я – маньяк Морлокк!
Зубная Фея покачала головой.
– Признаюсь, твои игры поначалу сбили меня с толку, но потом… я проследила за тобой.
– Да, и нашла мое логово!
Зубная Фея покачала головой.
– Я проследила за тобой позавчера. Когда ты играл роль… гм… нормального Грызлобича. Куда ты отправился после того, как вышел из переулка Морлокк?
Грызлобич задумался.
– На станцию пневмопочты, а по дороге купил жаренные лапки у мистера Бенча.
– Нет, это было неделю назад. Во время нашей первой встречи. Вчера, покинув переулок, ты отправился на улицу Грейсби, 18, к доктору Роджеру Хоггарту, к тому, кого ты посещаешь раз в две недели весь последний год.
– Это вранье! Ты лгунья! Я всем расскажу, что Зубная Фея – лгунья!
– Боюсь, мисс Зубная Фея говорит правду, мистер Грызлобич, – раздался голос от дверей, и в подвал вошел престарелый джентльмен с пышными седыми усами.
– Доктор? – ошарашенно проговорил Грызлобич. – Что вы здесь делаете?
– Я пришел по просьбе мисс Зубной Феи, – сказал доктор Хоггарт. – Мне печально это констатировать, но наше лечение зашло в тупик, мистер Грызлобич.
– Что это значит?! – испуганно воскликнул Грызлобич.
– Ваша мономания вышла на новый уровень, – сочувственно сказал доктор Хоггарт. – Ваша чрезмерная увлеченность Зубной Феей и идея создать для нее достойного противника перестала быть просто странной фантазией. И поговорив с мисс Феей, мы пришли к выводу, что если не принять меры, вы навредите кому-то или самому себе.
Это докторово «принять меры» прозвучало довольно жутко.
– Нет! – воскликнул Грызлобич. – Я совершенно безвредный и неопасный.
– Мы не можем вас отпустить. Иначе вы продолжите потворствовать своему помешательству.
– Вы ничего не сделаете! Я маньяк Морлокк!
– И маньяк Морлокк отправляется в «Эрринхаус». Мистер Рэйкью, мистер Соломонс!
В подвал вошли два угрожающего вида здоровяка в белой униформе больничных санитаров и в таких же белых цилиндрах. Один из них держал в руках стеклянный шприц, наполненный серой жидкостью, другой – подготовленную смирительную рубашку.
Мистер Грызлобич заметался в своих путах и заорал:
– Нет! Я не хочу! Не подходите ко мне!
– Это для вашего же блага, как вы не понимаете?
Санитары действовали быстро и умело. Игла шприца вошла в шею мистера Грызлобича, и всего за несколько мгновений он был освобожден от ремней и облачен в рубашку. Дюжина пряжек застегнулась с такой скоростью, что даже Зубная Фея была впечатлена.
Мистер Грызлобич еще сопротивлялся и вопил, пытался грызнуть своих пленителей, но те обладали большим опытом работы с «грызунами». С каждой секундой он становился все более вялым, на узкий ворот смирительной рубашки потекла слюна.
– В больничный фургон, – велел доктор Хоггарт, и санитары потащили обвисшего Грызлобича к выходу.
– Я не помешанный… я не хочу… – бормотал он. – Только не «Эрринхаус»…
Доктор и Зубная Фея остались одни.
– Я хочу вам напомнить, доктор, – сказала она, – что вы должны вылечить мистера Грызлобича. Я не допущу, чтобы вы и… кхм… ваши коллеги проводили над ним опыты.
Доктор Хоггарт закивал.
– Конечно-конечно, как вы только могли подумать…
– Ой, оставьте, – раздраженно перебила Зубная Фея. – Я прекрасно знаю, что творится в «Эрринхаус». Я буду лично навещать мистера Грызлобича и проверять его самочувствие. Он действительно безвредный и неопасный.
– Вам не стоит переживать, мисс Фея. У него будет очень хороший уход, я буду проводить исключительно мягкое лечение.
– Посмотрим, – хмуро сказала Зубная Фея.
Доктор Хоггарт огляделся по сторонам и спросил:
– Что ж, а где второй?
Зубная Фея недоуменно поглядела на него.
– Вы о чем?
– Другой. Тот, кто помогал мистеру Грызлобичу в его мистификации.
– Что? Здесь был только Грызлобич. Он сам себя похитил и говорил с фонографической записью. Уж не хотите ли вы сказать, что Морлокк – это не его выдумка?
– Я не знаю, насчет Морлокка. Но здесь точно был кто-то еще. – Доктор подошел к столу и взял один из ремней.
– Мистер Грызлобич не мог сам себя так закрепить.
– Что? Ну может, он как-то извернулся и…
– Нет, это невозможно. Поверьте моему опыту по, как бы помягче выразиться, удерживанию людей против их воли. Он был закреплен таким образом, что у меня не остается сомнений: ему помогли.
– Быть может, кто-то из гремлинов…
– Помилуйте, габенские гремлины – неразумные существа! Мистер Грызлобич просто не смог бы их выдрессировать так, чтобы они справились с пряжками.
Зубная Фея промолчала.
Доктор кашлянул.
– Что ж. Я отправляюсь в лечебницу. Если вы найдете еще кого-то, напишите мне: у нас всегда найдется свободная палата. Хорошего вечера, мэм.
Доктор направился к двери.
Зубная Фея нахмурилась. Она еще раз оглядела логово. Здесь никого не было. Лишь поддельный Морлокк молчаливо стоял в углу.
– Нет уж, все это какая-то чепуха, – пробормотала девушка. – Грызлобич довольно изобретательный – он как-то умудрился закрепить себя. И сделал это сам. Я и так потратила на его глупости слишком много времени…
Успокоив себя подобным образом, Зубная Фея направилась к выходу. На пороге она обернулась. Все было по-прежнему.
Она пожала плечами и покинула логово Морлокка.
Когда ее шаги стихли, в подвале раздался скрип, и в стене рядом с поддельной фигурой маньяка отворилась небольшая дверка, замаскированная под кирпичную кладку.
В темном проходе проглядывали очертания невысокой фигуры.
– Бедный глупый Грызлобич, – раздался хриплый голос Темного Попутчика. – Но ты сделал то, что от тебя требовалось. План сработал. И теперь этой Зубной Фее меня не остановить. Никому нас не остановить.
Конец.
Поделиться книгой: