Помоги проекту - поделись книгой:
Вскоре они добрались до опушки леса — того самого, в котором праздновали выпускной его одноклассники. Тут было тихо, даже птицы не пели и ветер не раскачивал верхушки елей… Антихрист поёжился, но Лилит смело пошла вдаль, ловко лавируя среди плотно стоящих деревьев.
— Эй, как там тебя… Арсений? — позвала она вдруг.
— Максим, — поправил её Антихрист.
— Точно. Так вот, Максим, — вздохнула Лилит. — Я, конечно, это давно это предполагала, но теперь полностью удостоверилась. Совести у тебя нет.
А вот это уже было обидно. Да как она!.. Да ведь он!.. У него-то точно есть совесть! И если она не давала о себе знать, так это потому, что он не делал ничего плохого! Уж если ей так хочется, то можно забрать совесть у людей, и тогда-то она поймет, кто здесь бессовестный! Кстати, а план-то хороший… Если забирать у людей совесть, то они сами начнут друг друга уничтожать, а там и приход к власти тёмных сил не за горами… Да, это как раз то, что нужно!
— Ты хоть помнишь, как их призывать? — сказала вдруг Лилит. — В смысле, они сейчас где-то здесь, но не искать же их по всему лесу?
— Я знаю! — гордо заявил Антихрист, хотя на самом деле не знал.
Вскоре они дошли до небольшой полянки. Максим вышел на середину, положил на землю пентаграмму, поставил свечу, зажёг… Лилит смотрела на это скептически, сложив руки на груди и подняв бровь. Что ж, придётся импровизировать.
— О Всадники Апокалипсиса! — Антихрист вытянул руки вверх и взглянул на небеса. — Придите на мой зов и повинуйтесь мне!
Лес молчал, молчало и всё вокруг, и ничто не желало нарушать этой тишины. Видимо, что-то было неправильно сказано, но что? Антихрист не мог этого понять, хоть убей. Наверняка есть правильное заклинание, только откуда ему его знать? Наверняка оно очень длинное и невыговариваемое. Ну неужели этим ребятам сложно просто явиться, ведь он просил убедительно и вежливо! Или не очень?
— О всадники, пожалуйста, придите на мой зов и, если вас не затруднит, повинуйтесь мне! — повторил он.
Ничего не произошло.
— Да как они могут, — буркнул Антихрист, опустив руки.
— Действительно, — фыркнула Лилит.
— Я папе пожалуюсь, — сказал он.
— И как я на
Антихрист и Лилит синхронно повернули голову в сторону деревьев. Внезапно раздавшийся женский голос испугал их обоих. Вдалеке маячило что-то красное, похожее на огонь, однако гарью не пахло. Через несколько секунд на полянку вышла женщина с ярко-рыжими волосами, одетая в косуху с шипами, чёрные джинсы и огромные берцы. В руках она сжимала маленький детский самокат красного цвета, грозно потряхивая им.
— Вы это серьёзно, да? — спросила она, обращаясь, по-видимому, к Антихристу и Лилит.
— Успокойся, Война! — послышался издалека чей-то спокойный, чуть дребезжащий голос. — Не мы решаем этот вопрос…
На поляне следом за женщиной показался мужчина, невероятно тощий, с серой тонкой кожей и лысой головой, издалека похожей на голый череп. Глаза у него были впалыми, губы — невероятно тонкими, а пальцы — чересчур длинными.
— Ну я им! — продолжала буйствовать та, кого назвали Войной.
Антихрист нервно сглотнул.
— Это они? — тихо спросила у него Лилит. — А почему их только двое?
— Не знаю…
— Чего вы там мямлите? — Война грозно наступала на них, нахмурившись. В любой другой момент её можно было бы назвать красивой, но сейчас Всадница явно оправдывала своё имя. — Вы вообще кто такие?
— Э-э-э, — молвил Антихрист.
— Оставь детей в покое, Война, — послышался ещё один голос. Фразу прервал истошный кашель.
Вскоре из-за деревьев появилась ещё одна женщина, невысокая, черноволосая, с тёмными кругами под глазами, потрескавшимися губами и странными шрамами на руках, напоминающими то ли язвы, то ли глубокие порезы. На ней было белое пальто, напоминающее медицинский халат, и чёрное платье.
— Ты что, Чума, не видишь, какие это дети? — хмыкнул мужчина. — Видно же, что демоны… Зачем вы нас вызвали, ребята? Мы тут ждём аудиенции.
— Я это… — промямлил Антихрист. — Мне надо… Мне папа сказал…
— А, так это ты, — презрительно фыркнула Война. — Да, не этого я ожидала от сына Дьявола…
— Тебе повезло, что ты додумался сказать «пожалуйста», — добавила Чума и чихнула. — Иначе мы, может, и не вышли бы.
— Подождите, можно разъяснить один момент? — сказала вдруг Лилит, стараясь быть смелее. В конце концов, что ей, официальной помощнице самого Антихриста, сделают какие-то Всадники? — Вы — Война, вы — Чума… — Она взглянула на мужчину. — Вы, как я понимаю, Голод. А самый главный-то где? Где Смерть? Как мы без него?
— Он работает, — вздохнул Голод. — Он всегда работает… Не смог прийти.
— А, понимаю, — пискнула Лилит.
— И всё-таки, какого чёрта ты нам предоставил это?! — вскричала Война и бросила свой самокат на землю. Антихрист отшатнулся от него, будто самокат был ядовитым.
— Я не виноват… Может, мой папа предоставит вам что-то более удобное?
— Уж пожалуйста!
На самом деле Антихрист не знал, как связаться с Люцифером. Не позвонить же ему, в конце концов? Оставалось только надеяться, что папа в это время не преминул воспользоваться своим экраном и посмотреть, чем занят сын. И ему повезло, потому что Люцифер с самого вчерашнего вечера, после встречи с ведьмой, не переставая следил за сыном, то посмеиваясь, то негодуя…
— Я слушаю тебя, сын, — усмехнулся он, и его голос раздался в глубинах сознания Антихриста.
— Ай! — вскрикнул тот испуганно. Да уж, это вам не телефон… — Папа?
— Вы посмотрите, какие люди! — донесся насмешливый голос Люцифера.
— Пап, тут всадники Апокалипсиса…
— Ты уже и до них добрался?
— Да. Я их вызвал. Сам! — Антихрист не скрывал гордости в голосе.
— А ты подумал, как они будут объезжать мир на самокатах? Да их засмеют даже черти! Ты полный идиот!
Пожалуй, это было слишком громко, потому что Максим сжал голову и поёжился. Война торжествующе захихикала.
— Пап, я не хотел… Я не знал, что им достанутся самокаты. Правда! — Антихрист был готов разреветься.
— Думать надо было головой, а не тем, чем ты обычно думаешь! Какое заклинание ты использовал, чтобы их вызвать?
— Э-э-э… Никакое. Я как бы сам его придумал. На ходу.
— И почему я не удивлен? — вздохнул Люцифер.
— Так, ладно, хватит. — Война схватила Антихриста за грудки и чуть приподняла над землёй. — Скажи своему папочке, что мы просим себе подобающий транспорт. В ином случае мы отказываемся выполнять свою работу! И делайте что хотите. Без нас-то вам мир не захватить…
— Пап, ну ты слышал, — пролепетал Антихрист, когда его поставили на место.
— Я думаю, самолёты им подойдут, — отозвался Люцифер.
— С-самолёты… — пискнул полузадушенный Антихрист.
— Самолёты? — фыркнула Чума. — Конечно, они не особо быстрые… Но раз ничего лучше нет, то давайте.
Лилит облегчённо вздохнула, и Максим последовал её примеру. День выдался таким тяжёлым: ведьмы, влюблённые одноклассницы, появление старой подруги, Всадники… Пришлось так много действовать и думать, что голова просто взрывалась! Последний раз он так чувствовал себя на экзаменах, и то чисто из-за естественного волнения.
А довольные всадники буквально через десять минут получили свои самолеты, оставив самокаты Антихристу на память.[2]
Глава пятая, в которой Антихрист встречает самую главную женщину
Увидев, что всё улажено, Люцифер решил наконец отдохнуть. Отключив связь с землёй, он откинулся на спинку трона и прикрыл глаза. Но только внешне он казался спокойным: внутри у него всё кипело. Кипело так сильно, что он готов был разнести весь тронный зал (да что там, весь ад!) на мелкие части. Подумать только, как вообще можно было отправить такого идиота на выполнение столь важной миссии? Но другого выхода у Люцифера не было, ибо не было другого сына.
Может, хотя бы теперь, заручившись помощью Всадников, он будет меньше лажать… Эта мысль немного успокоила Люцифера, и он уже было начал дремать, как вдруг послышался глухой стук каблуков, скрип двери, и через мгновение в зале появилась та женщина, которая была матерью Антихриста.
Та самая, которая курила так, что дышать нечем, да.
По древнему пророчеству, которому Люцифер так усиленно старался следовать, матерью Антихриста могла стать самая падшая женщина, которую только можно представить. Впрочем, по виду этой женщины нельзя было сказать, что она когда-то могла себя продавать: короткие тёмные волосы, джинсы, светлая блузка… В общем, вид довольно-таки скромный. Наверное, всё дело в том, что «древнейшей профессией» она не занималась: Люцифер даровал ей бессмертие, позволил жить в аду и называть себя демоницей, хотя таковой она не являлась, конечно.
Когда-то Дьявол испытывал к ней определённые чувства (влечение, по крайней мере, точно), но с тех пор прошли сотни, если не тысячи лет. Во-первых, эта женщина ему жутко надоела — она была невероятно навязчивой, вспыльчивой и даже истеричной. Во-вторых, она имела привычку выкуривать столько сигарет, что даже демоны и черти, привыкшие к дыму и копоти, задыхались и жаловались.
Женщина процокала к трону и буквально повисла на шее у Люцифера.
— Привет, котик, — пискнула она и чмокнула его в щёку.
— Отстань, Иезавель, блудница вавилонская! — прохрипел он, пытаясь выбраться из удушающих объятий «жены».
— Ну и долго ты будешь меня так называть? — нахмурилась женщина. Разумеется, оба «эпитета» были употреблены в переносном смысле, и у матери Антихриста даже было человеческое имя, но… — Сколько можно повторять: я Абаддон, ангел смерти, рыцарь ада и демон бездны!
— Да, рыцарь бездны, демон ада… Слезь с меня, пожалуйста! — сдался Люцифер, пытаясь ослабить железную хватку.
Абаддон (буду называть её так чисто из уважения к ней как к женщине, договорились?) рассмеялась и наконец разжала объятия. Люцифер облегчённо выдохнул, стараясь не кашлять.
— Как там наш сыночек, наш падший ангелочек? — заворковала она. — Он такой умница, я так им горжусь!
— У него был тяжёлый день… — вздохнул Люцифер.
— Ой, устал мой бедный мальчик! Я так по нему скучаю, так о нём беспокоюсь… Кто о нём заботится, кто выслушивает его?
— Ну, у него были приёмные родители… — пожал плечами Люцифер. — И Лилит его нашла наконец. Может, колыбельную она ему не споёт, но о проблемах поговорит запросто.
— Не нравится мне эта белобрысая девчонка! — фыркнула Абаддон. — Аштарот говорит, что когда вы уже вовсю проводили восстание в раю, она только из ангельских пелёнок выползла… Ума не приложу, как ей удалось пасть вместе с моим котиком-зайчиком-солнышком?
И она снова набросилась на Люцифера с поцелуями.
— Лилит можно доверять, — попытался выговорить он.
— Но наш мальчик, как мне кажется, ещё слишком мал для такой миссии, — возразила Абаддон. — Надо было подождать ещё пару веков.
— Райские ищейки ждать не станут, — буркнул Люцифер. — Да и ему пора бы уже повзрослеть! Он уже тысячу лет живет, а до сих пор не может расстаться с игрушками и глупыми мечтами! Мой наследник не должен быть таким… таким… — запнулся Люцифер, внезапно почувствовав, как длинные красные ногти впились в его предплечье.
— Да как ты смеешь так говорить о моем ребенке! — зашипела женщина. — О нашем ребенке! Я воспитывала его как могла, ты даже не подходил к нему, не интересовался его достижениями! А он такой ранимый мальчик, он очень переживал! И ты, неблагодарный, такое говоришь! Да я тебя…
И Абаддон отвесила Люциферу довольно-таки ощутимую пощечину.
— Я же мать! Я лучше знаю, что нужно моему сыну! Он — творческая личность, он такой одаренный, а ты даже ни разу не похвалил его! Ты постоянно его ругал и критиковал! Как так можно?
— Значит, сюсюкаться, избаловывать и превращать в инфантильного эгоиста — это воспитание, — вспылил Люцифер, чувствуя, с каким смачным звуком лопается его терпение, — а здраво критиковать и учить жить — нет?
Абаддон не нашлась с ответом, лишь зарычала. Люцифер хмыкнул — и навлёк на себя ещё больше праведного гнева.
— Ах вот ты как? — прошипела она. — Хочешь лишить меня всех прав и в клетке запереть? Не выйдет: я ухожу к сыночку!
— Скатертью дорога! — воскликнул Люцифер усталым голосом. — Передай ему от меня пламенный привет и волшебный пендель, чтобы не тянул с Апокалипсисом, который, возможно, избавит меня от вас…
— Ты не можешь так говорить о нашем сыне и обо мне! Ты — бесчувственный чурбан, неблагодарная сволочь, самовлюбленный, эгоистичный, не думающий ни о ком, кроме себя, деспотичный…
— Уходи уже! — Голос Люцифера, казалось, можно было услышать на земле.
— И уйду!
Бросив напоследок грозный взгляд, Абаддон развернулась на каблуках и бросилась прочь. Люцифер закатил глаза и вздохнул. Он надеялся, что дорогу на землю она забыть не успела. В эту минуту он был готов пожалеть и о своей должности, и о воспитанности… Все-таки ангельское прошлое давало о себе знать.
— Никого ко мне не впускайте, — буркнул он охране и наконец-то погрузился в объятия сна.
А Абаддон тем временем поднималась на землю по той самой лестнице, на которой восемнадцать лет назад стоял и напевал что-то себе под нос её сын. Не скупясь на грубые выражения, она сама с собой обсуждала скверный характер Люцифера. И вдруг заметила, что забыла в аду свои любимые сигареты, но возвращаться принципиально не стала, несмотря на то, что после такого скандала ей было необходимо покурить.
— Ужас какой, бедненький мой мальчик, такой маленький, такой беззащитный, а уже Апокалипсис! — покачала головой Абаддон. — А это все отец твой, на ребенка ему плевать! Дурак твой папаша, я лучшие годы жизни на него потратила, а он… А ты! Ты ж мой маленький зайчик!
Если честно, не могу сказать, что именно помогло ей обнаружить местоположение Антихриста. То ли какие-то способности «рыцаря ада» и «демона бездны», то ли попросту материнский инстинкт… Но лестница вывела её именно к тому лесу и к той поляне, где Антихрист и Лилит пытались вызвать Всадников. Ладно, давайте назовём это роялем в кустах, несмотря на все каламбуры, и забудем.
Увидев своего сына, стоящего рядом с Лилит и смотрящего в небо, Абаддон знатно умилилась.
— Такой лапочка в этой человеческой тушке, а уж когда без неё — так вообще не налюбуешься! Весь в мамочку, моя прелесть! — Она продолжила разговаривать сама с собой, несмотря на то, что её сын был довольно-таки близко. Нет, конечно, можно было подойти, поздороваться и высказать ему всё, что она думала о нём, о его отце… Но надо же было закончить эпичный монолог? — А отец твой — идиот, и если бы не ты, я бы давно его бросила! Да что там: я бы и не начинала с ним ничего. Я же так тебя люблю, мое солнышко, я ради тебя потерплю этого эгоистичного придурка!
Антихрист вздрогнул и обернулся.
— Что такое? — спросила Лилит, коснувшись его руки, отчего Абаддон передёрнуло.
— Послышалось что-то, — пожал плечами он.
— У-у-у, — молвила Абаддон, выражая своё отношение к Лилит. — Так вот… Да, я считаю, что ребенку нужен отец, пусть и такой… Но мы научим его ценить твои успехи, золотце, он будет радоваться каждому твоему шагу…
Поделиться книгой: