Индивид (СИ )

— Ну что, Беля, рожай уже! Чем туза бить будешь? Жертвуешь козырным вальтом?

— Отвянь! — грубо отшил другой игрок. — И карты не подсматривай. Видишь, думаю я.

— Думалку не сломай.

— Иди ты!

— Хватит уже дурака валять, Беля. Или ходи, или сдавайся, — потребовал третий игрок.

— Ещё один командир нарисовался. Разберусь как-нибудь без ваших советов. Тут головой думать надо, а не одним местом. А если невтерпёж, так это вам вон к тем патлатым. Там вас примут за своих, — кивнул он в сторону молодёжи, и тут же рассмеялся.

Его слова были услышаны и восприняты неоднозначно. Полный с густой шевелюрой возмущённо попятился на них. Ева продолжала следить за обстановкой в вагоне, почувствовав что-то неладное. Её спутница никак себя не проявляла, словно робот, зависший в режиме ожидания. Девушки громко рассмеялись чьей-то шутке. Отхлебнув из бутылки немного пива, человек по имени Беля злостно обернулся на них.

— Да когда ж вы уже заткнётесь, б…дь! — громко во всеуслышание выдал он.

Гитарист снова умолк. Один из его друзей резко встал со своего места.

— Да успокойтесь вы, пацаны. Они же пьяные. Не лезь, — беспокойно защебетали девушки.

Парень с шевелюрой кивнул. Его друг сел на место.

Беля с размаха бросил карту на чемодан, служивший полотном для игры. Его оппонент следом добавил валета. От возмущения Беля чуть не ругнулся. Следящие за игрой зеваки в один голос рассмеялись.

— Всё! Больше не играю! Курить охота.

— Слабак, — отмахнулся кто-то.

— Я следующий, — поспешил вклиниться один из зевак.

Гитарист отложил инструмент в сторону. Одна из девушек положила голову ему на плечо.

— Вить, а почему ты свои песни не исполняешь?

— Ну нет, свои только за деньги. В Питере на квартирник попали, так там по рублю с каждого перепало. Вот сейчас едем в Тюмень насчёт ДК договариваться. Хотим тур организовать вплоть до Москвы. Чем чёрт не шутит, а? — мечтательно озарился парень, обнимая припавшую к нему девушку.

— Вообще-то там по пятёрке собирали, — вспомнил кучерявый неформал с серьгой в ухе, сидевший напротив.

— Ну, нам-то всё равно по рублю перепало. Коммерция. Ничего не попишешь. Хата не моя и гости чужие.

— А вы Цоя знаете? — спросила другая девушка с соседнего ряда.

Парни многозначительно переглянулись.

— Я нет, не видал, — отозвался Витя. — А вот Боря пил с ним из одного стакана.

Полный поднял руку.

— Да, было дело. На даче у друзей его видел году так в восемьдесят втором. Он тогда совсем молодой был. Никто о нём и слухом не слыхивал, а теперь вон, стадионы собирает. Звезда.

— По имени солнце! — засмеялись девчонки.

— Это точно.

Полупьяной походкой к ним подбирался пассажир с другого конца вагона. Беля шёл слегка пошатываясь, держа в одной руке папиросу, а в другой спичечный коробок. Проходя мимо молодых людей, мужчина ехидно улыбался, будто только и ждал повода зацепиться с кем-нибудь из них. Все подозрительно уставились на него, провожая нетрезвого человека молчаливыми взглядами.

— Спокойно-спокойно, шпана. Я курить, — изрыгнув неприятный смешок, промолвил он.

— Что? Кто шпана? — не выдержал один из ребят, кучерявый парнишка с редкими усиками под носом.

Беля получил то, на что рассчитывал. Он резко остановился и, оглядев посмевшего подать голос, с размаха ударил того по лицу. Громкий треск раздался на весь вагон. Парень схватился руками за глаз и моментально скукожился. Выпрямившись, мужчина грозно оглядел остальных, как в ту же секунду получил ответный удар от Бори. Подорвались и остальные, включая гитариста Витю. Девушки в ужасе отпрянули назад, в то время как парни неистово принялись избивать задиру.

Пространство наполнилось истошными матерными выкриками. Суматоха, возникшая, казалось бы, из ниоткуда, взорвала две противоположные друг другу группы людей. Рабочие спешно кинулась спасать товарища от кулаков неформальной молодёжи, но их тут же встретили грозными криками и яростными ударами. Посторонние люди бросились вразброс, стараясь во что бы то ни было покинуть беспокойный вагон, полыхнувший в массовой драке. Истеричные женские крики добавляли сумятицы.

В одночасье две шумные компании слились в одну беспорядочную кучу. Со стороны было непонятно кто кого бил, кто кого спасал, и кто кого пытался оскорбить. Под гневные выкрики послышался звон разбитого стекла, утонувший в непрерывной браваде. Кто-то специально разбил бутылку с пивом, и теперь шёл прямиком через толпу разбушевавшихся рабочих. Несколько человек расступились перед мужиком с «розочкой» в руке. Как только на пути возникла фигура гитариста Вити, продолжавшего избивать одного из них, рука самопроизвольно ринулась вперёд, пропоров парню майку. Почувствовав неладное, Витя оторвался от драки, после чего испуганно взглянул на живот, моментально покрасневший от крови. Человек снова ударил его розочкой, и опять в область живота. Исказившись в болезненной гримасе, Витя упал навзничь прямо на проходе.

Одна из свидетельниц кровавого побоища закричала изо всех сил, наполнив и без того истеричный вагон ещё более жуткой атмосферой. Две группы дерущихся отступили как по команде. Рабочие подтянули к себе избитых парней. Неформалы склонились над раненым гитаристом.

— Кто пырнул? Суки, кто пырнул?! — в бешенстве кричал Боря, выставив вперёд себя кулаки.

Он всё же не решился броситься в толпу.

Все чего-то ждали. Обе группировки находились в режиме ожидания, готовые в любой момент возобновить драку. Вагон, разделённый надвое, трясло от напряжения, царившего вокруг. Парень лежал на полу в кровавой луже, скрутившись в комок, а над ним нависли две девушки, пытаясь хоть как-то привести его в чувства.

Под всеобщие крики испуганных пассажиров появилась проводница. Женщина сначала какое-то время молча смотрела на шумный балаган, не понимая что происходит, а когда, наконец, узрела раненого парня, бросилась к висевшей на стене тревожной кнопке. Нажав на кнопку, прокричала прямо в микрофон:

— Срочно милицию на ближайшую станцию! И скорую. Человека убили.

4 глава

Ирма закрыла глаза девочки обеими руками. Ей нельзя видеть свежую человеческую кровь, иначе могло случиться непоправимое. Они по-прежнему сидели на самом последнем ряду, и стали свидетелями кровавого побоища, внезапно развернувшегося у них на глазах.

Больше никто не дрался, но и примиряться никто не спешил. Ударивший парня человек куда-то скрылся. Другие хотели кинуться на его поиски, но рабочие всей гурьбой преградили им путь. Электричка продолжала свой путь, несмотря на экстренное происшествие, взорвавшее мирную обстановку. Все посторонние уже давно покинули злосчастный вагон, однако охотница и Ева оставались в самом конце, не имея такой возможности.

— Сиди тихо. Когда приедем, уйдём, а пока не надо рыпаться, — тихо шептала девочке, прижав к себе могучими руками.

Ева молчала, закрыв глаза. Они слышала что творилось вокруг. Слышала жалостливые крики девушек, желавших помочь раненому гитаристу, ругань мужчин, угрозы и гневные выкрики. Слышала, но не боялась. Внезапно она почувствовала возникшую возможность, при которой могла незаметно уйти от охотницы. Надо было только выбрать момент, который пока ещё не настал.

— Сделайте же что-нибудь, — плакала одна из девиц, склонившись над его телом.

Парень несколько минут как потерял сознание. Никто не знал, что следует делать в такой ситуации, поэтому все ждали прибытия состава на станцию. А там уже их непременно ждала милиция и карета скорой помощи. Проблем никто не хотел, поэтому некоторые пятились назад, намереваясь раствориться в толпе как только прибудут на место.

— За что парня порешили? Ему всего двадцать. Он ничего не совершил, — негодовал Боря, с ненавистью взирая на толпу рабочих, застывших в нескольких метрах от него.

— Он сам кинулся куда не надо, — отозвался кто-то.

— Мы вообще никого не трогали. Ехали себе и ехали. Зачем цепляться?

— Никто не цеплялся. Это вы своими песенками тут всех достали.

— Заткнись уже! Слышь, ты?!

— Сам заткнись, жиробас! — выкрикнул Беля, и сам себе рассмеялся.

Смеяться ему было больно. Ныл треснувший зуб, да и нос продолжал кровоточить. Заткнув его платком, мужчина сидел поодаль в компании таких же как сам. Кроме Бели никто больше не смеялся, а ранее выпитый алкоголь уже давно испарился как только произошёл инцидент.

— Смотрите, подъезжаем! — воскликнул кто-то.

В окне начали мелькать сначала одноэтажные жилые постройки с ветхими заборами и шиферными крышами, а затем контраст сменился на многоквартирные комплексы, расположенные вдоль железной дороги. Промышленные объекты также виднелись вдали. Из этого следовало, что состав приближался к Таганрогу. Некоторые из самых шумных притихли, понимая опасность въезда в город. Менты, проблемы, возможные аресты и, вероятно, длительные разбирательства. Никто не хотел для себя подобной участи.

— Когда приедем, держись рядом со мной, — вновь поучительно прошептала Ирма.

Девочка смотрела на неё округлыми глазами, строя в голове собственный план побега.

— Смотри-смотри, — зашептали люди.

Несколько человек хотели переместиться в другой вагон, но проводница вовремя заблокировала двери, подперев их со стороны тамбура. Это вызвало новую волну негодования со стороны рабочих, но женщина оставалась неприступной. Это отнюдь не первая, и наверняка не последняя стычка на её смене, а посему действовала она строго по инструкции без каких-либо колебаний.

Электричка замедлила ход. В окне появились десятки железнодорожных путей, расположенных параллельно. Далее пошли стрелки, светофоры, рабочие в оранжевых жилетах, а также протяжные сооружения привокзальной инфраструктуры. Когда в окне мелькнуло здание с табличкой «Почта», стало понятно, что они уже совсем рядом. Тем временем скорость продолжала снижаться. Беспокойные пассажиры вновь оживились, предчувствуя беду.

— Меня дома убьют, если узнают где я был, — взмолился кучерявый с подбитой физиономией.

— Меня тоже мамка прихлопнет, — пожаловалась одна из девушек с причёской каре.

— Не ной, — отозвалась её подруга. — Нам всем теперь несдобровать. Особенно ему.

Она кивнула на гитариста, лежавшего на грязном полу без признаков жизни. Рядом валялись раскуроченные остатки его гитары, но до этого никому не было дела. Все думали только о своей шкуре, за исключением тех, кто действительно беспокоился о своём друге. По громкоговорителю объявили название остановки.

— Конечная, — испуганно дёрнулся Боря, неотрывно следя за движущимся перроном.

Вскоре в окнах появились толпы милиционеров. Люди беспокойно зашевелились.

— Сейчас начнётся! — крикнул кто-то.

— Что начнётся? — впервые с начала поездки подала голос Ева.

Ирма лишь многозначительно шикнула.

Состав дёрнулся и остановился. Зашипели пневматические механизмы, открывавшие двери. С одной стороны вагона к ним двинулись несколько человек в форме и дубинками в руках. Со стороны проводницы тоже появились милиционеры. Как только женщина разблокировала дверь и распахнула двери, многочисленная толпа рабочих всем скопом двинулась в тамбур, сшибая всех на своём пути. Несколько милиционеров оказались вытеснены и прижаты к стене. Проводница неистово завопила.

А вот со стороны тамбура для курящих всё было куда проще. Первый показавшийся милиционер сходу сбил стоявшего у него на пути громилу. В ход пошли резиновые дубинки, причём били молодых ребят всех и без разбора. Доставалось даже девушкам, которые вообще не были причастны к драке. Всем хотелось покинуть проклятый вагон и не попасться легавым. Вспыхнула новая драка, причём теперь уже между пассажирами и штурмующими их правоохранителями.

Кто-то умудрился откинуть Ирму к окну. Она ударилась головой о спинку скамьи, что на время вывело её из равновесия. Несколько дерущихся упали туда где сидели охотница и Ева. Девочка испуганно закричала, но никто не обращал на неё внимания. Охотница не могла выбраться под тяжестью навалившихся на неё тел. На стены брызнули свежие струи крови. Окровавленные дубинки били без остановки.

Снова послышался звук битого стекла. Кто-то из молодых людей ногами выбил стекло в окне, расположенном посередине вагона, после чего ринулся через образовавшийся проход на улицу. Те кто был поближе последовал его примеру. Раня руки о битое стекло люди сползали вниз по проёму, а когда оказывались на перроне тут же убегали.

— Стоять, бл…ь! Руки за голову! Мордой в пол! — орали милиционеры.

Наконец Ирме удалось скинуть с себя потерявшего сознание мужчину. Она резко встала и оглядела пространство вокруг. Очередной бедолага отступил в её сторону, защищаясь от натиска людей в форме, но на этот раз она с лёгкостью отшвырнула его в противоположную сторону. Парень отлетел на несколько метров и с силой ударился головой об ещё одно окно, вылетев наружу. Увидевший это милиционер на секунду замер, не поверив собственным глазам, как вдруг хрупкая женщина схватила за воротник и его. Милиционер не успел ничего почувствовать, как улетел вдоль коридора, повалив собой нескольких человек.

Евы нигде не было. Ирма в бешенстве стала идти вперёд, заглядывая в карманы между рядов. Переступила через тело гитариста Вити. Остановилась. Буквально все замерли, с испугом разглядывая чудо-женщину с неимоверной силой. Остановились и милиционеры, и пассажиры, безумными глазами впившись в неё. Пройдя ещё несколько шагов она также с лёгкостью отшвырнула очередного подвернувшегося человека, который отлетел в сторону и, ударившись о скамью, сломал шею.

— Окружай её! — завопил самый главный, стоявший позади охотницы.

Ирма не обратила на него никакого внимания, продолжив поиск Евы. Ступив вперёд, она увидела как на неё кинулись сразу несколько человек с дубинками, но из-за узкого прохода натыкались на неё по одному. Первого она встретила ударом в живот, отчего тот упал на пол плашмя. Второго отшвырнула в бок, и он вылетел через разбитое окно, куда только что ломились пассажиры. Третьему удалось нанести удар по голове, но не ощутив препятствия, Ирма схватила его за лицо и мгновенно смяла одной рукой, переломав кости носа и челюстей. Кто-то ударил её сзади несколько раз, но эффекта не последовало, будто били не женщину, а безжизненный манекен. Повернувшись, она пошла на них, разбивая глухую оборону.

Когда почти все милиционеры лежали на полу с переломанными костями, охотница остановилась напротив главного. Тот стоял в дверях тамбура для курящих, не смея сделать ни шагу назад. Стоял словно превратившись в камень. До смерти напуган. Мысленно простился с жизнью. Ирма подошла к нему вплотную.

— Где девочка? — ровным холодным тоном спросила она.

Ноги подкосились, но он продолжал стоять, хоть это и было нелегко. Губы испуганно зашевелились, но вымолвить ничего не мог. Тогда охотница подставила ухо, однако милиционер не выдержал и рухнул на пол.

Повернувшись обратно, она быстрым шагом прошлась по вагону. Те пассажиры, которые не успели сбежать, прятались между рядов. Кто-то вжался в сиденья, боясь произнести хоть слово. Все они молча следили за передвижениями вампирши, перепуганные и взволнованные. Не найдя среди них Еву, Ирма вышла из вагона. Заглянула вниз на рельсы, затем на скудные ряды людей, толпящихся где-то вдали. Не найдя знакомый силуэт, быстрым шагом направилась в сторону здания вокзала.

— Что это было? — вопили люди внутри вагона.

Постепенно несколько искажённых в страхе лиц стали появляться в окнах, наблюдая за исчезновением охотницы. Послышались стоны искалеченных милиционеров, которым посчастливилось остаться в живых после схватки с ней. Испуганный командир ещё долгое время не мог прийти в себя, боясь возвращения смертоносной женщины. Он лежал в лужах крови, закатив к верху глаза, а мимо него стали проходить пассажиры, которым не терпелось убраться отсюда как можно дальше.

Когда они все ушли, двери неожиданно распахнулись, а на пороге появился маленький силуэт девочки Евы. Оказывается, она успела спрятаться между вагонами, не посмев выбежать на улицу. Знала, что Ирма кинется её искать, и поэтому схитрила. Теперь же она медленно ступала мимо покалеченных людей в форме, зная какой может быть исход после встречи с охотницей.

Остановившись возле тела Вити, девочка неожиданно присела, склонившись над ним. Командир не мог разглядеть что именно она делала. В помутнённом сознании видел лишь как она как будто что-то ему шептала, или целовала его безжизненные губы, или же… Нет, этого точно не может быть! Кажется, она кусала его за шею.

5 глава

Полковник милиции ворвался в кабинет для допросов, в котором сидели несколько подчинённых. Сигаретный дым поднимался вверх, зависая под тусклым потолком. Лампа, жёлтым светом освещавшая крохотную комнату, начинала нервно мерцать, но никто не обращал на это никакого внимания. Все уставились на вошедшего, лицо которого было мрачнее тучи.

— Ах вот вы где, голубки. Спрятались от людских глаз подальше. Рассказывайте, что у вас там произошло.

Первым отозвался младший лейтенант, у которого до сих пор тряслись руки, по крайней мере, сигарета в его пальцах нервно подрагивала:

— Вызвали нас по тревоге, товарищ полковник. Там в электричке драка началась. Неформальная молодёжь против рабочих. Закусились чего-то. Ну, мы отправились их встречать. Вооружились дубинками. Ничего лишнего. Обычное дело.

— Ну, — нахмурив брови, поторопил начальник.

— Ну, я и говорю: распределились по пять человек. Одни с одного конца вагона зашли, другие с другого. Мы же остались на улице стеречь, принимать, так сказать, пассажиров. Там сразу драка началась. Наши дубинки в ход пустили, стали теснить буйных. Потом, глядь, а там какая-то баба подорвалась и давай всех раскидывать. Молодая совсем, в плаще с капюшоном. Мы сразу глазам не поверили, а когда поверили было уже поздно.

— Ага. Как итог, двое с летальным и семеро в больнице, — не выдержал полковник, угрюмо оглядев остальных. — Только не рассказывайте мне, что это всё одна единственная баба натворила. Кто там был ещё?

Милиционеры в недоумении переглянулись.

— Никого, товарищ полковник, — робко произнёс другой лейтенант. — Мы сами не понимаем как такое произошло. Она правда действовала в одиночку. Одним махом двоих сшибала.

— Брехня! Хватит в уши ссать. Чтобы одна баба десяток здоровенных мужиков положила. Да в жизни такому не поверю. Стой! А где десятый потерялся?

Младший лейтенант растерянно пожал плечами.

— Там, это, похоже, ему тоже досталось.

— В смысле? Говори яснее! — потребовал полковник.