Помоги проекту - поделись книгой:
Арсений Замостьянов
Три жизни Алексея Рыкова
© Замостьянов А. А., 2022
© АНО «Редакция „Литературной газеты“», 2022
© Фонд поддержки социальных исследований, 2022
© Российский государственный архив социально-политической истории, иллюстрации, 2022
Редактор —
Корректор —
Макет, компьютерная верстка —
«Слушайте голос Рыкова»
К читателям этой книги
Человек и феномен
Феномен Советского Союза — проекта, который начинался как революционный эксперимент, а с годами укоренился в почве российской и мировой истории, — всегда будет остро интересовать и исследователей, и всех, кто неравнодушен к истории, к политике, к общественной жизни. Тем удивительнее, что судьба Алексея Ивановича Рыкова до сих пор остается на обочине общественного внимания. Мы почти не вспоминаем о нем… А значит, пришла пора рассказать о человеке, у которого вряд ли в наше время найдется много политических адвокатов и преданных сторонников. А жаль. Есть сторонники (как и непримиримые противники) у политика, который превратил Рыкова во «врага народа» и смертника, — у Иосифа Сталина. Немало у нас и радикальных адептов рыночной экономики, для которых Октябрь 1917 года и все его комиссары без исключений — это как черная дыра в истории, и говорить о них принято уничижительными штампами — мол, в те годы до власти дорвался сонм упырей, разбираться в личных особенностях которых — напрасное дело.
Признаться, большевики и сами относились к истории взвинченно и часто судили о прошлом с позиций политической целесообразности, отсекая целые эпохи и направления общественной мысли. Но это было в пору борьбы за власть, в жестокие времена, когда костер Гражданской войны еще тлел и обжигал. Люди того времени имели право на радикальный максимализм, хотя он и обкрадывал их. Но у нас, живущих в третьем десятилетии XXI века, для этого нет уважительных причин. Сегодня требуется не баррикадное мышление, а рачительное внимание к нашей драматичной, но такой богатой истории. Иначе звенья, на которых и в наше время держится каркас российской государственности, просто распадутся. Это касается и экономики, и культуры, и системы управления, и реформаторских процессов, которые неизбежны, потому что жизнь не терпит статики, как не терпит и бесконечных радикальных изменений.
Алексей Рыков
Рыков был одним из главных действующих лиц революции 1917 года — от февраля до октября. Член Российской социал-демократической рабочей партии с 1898 года, большевик со дней основания этой фракции в РСДРП. Сутуловатый, среднего роста, с бородкой. Он с детства и до последних дней заикался, но умел вещать уверенно, по-профессорски. Внук землепашца, потомок крепостных, он совсем не походил на рабоче-крестьянского выдвиженца, да и не был таковым. Во многом его облик и мировоззрение связаны с традициями русского вольнодумства XIX века — и потому в книге о нем мы посвятим немало страниц этим движениям общественной мысли, которые захватили Алексея Рыкова еще в подростковые годы.
Больше семидесяти лет наша страна, как принято было считать, развивалась по противоречивым «заветам Ильича» — и одним из «моторов» этого движения стал Алексей Рыков. Фигура таинственная, ускользающая. Он был главой советского правительства, заместителем, а потом и преемником Владимира Ленина. Его фамилия — Рыков — короткая, как выстрел, не сходила с первых полос мировой прессы. О нем слагали стихи и анекдоты — а проверку фольклором проходят далеко не все крупные политические деятели. Это показатель того, что в «народных массах» к Алексею Ивановичу относились крайне серьезно, как к одному из преемников царя, никак не меньше. И в то же время через 85 лет после гибели Алексей Рыков почти неизвестен. Ему не сооружают памятников, несмотря на нынешнюю моду ставить скульптурные монументы выдающимся людям на каждой площади, в каждом городе. Он канул в незаслуженное забвение — как будто и не было такого председателя Совнаркома, руководителя правительства. А значит, неминуемо невыученными остаются уроки Алексея Рыкова — политика, прошедшего путь от нелегала до вершителя судеб и низвергнутого в годы Большого террора. Таков феномен Рыкова — уникальная череда взлетов и падений.
Три жизни
С чего начать наше повествование? Быть может, с народной поговорки, которая давно стала банальной. Жизнь прожить — не поле перейти. Алексею Рыкову за 57 лет удалось перейти три поля, прожить три жизни.
Сначала — сирота, подпольщик, недоучившийся студент, работавший только и исключительно профессиональным революционером. Редкие (по сравнению со многими соратниками) поездки за рубеж, частые — по России. Паспорта на чужие фамилии, письма, подписанные псевдонимами, явочные квартиры, чужие углы… Свой дом у него появился только после революции. На Рыкове держались партийные организации нескольких важнейших губерний. Конечно, «товарища Власова» (это одна из партийных кличек Рыкова) не раз сажали в тюрьмы и ссылали в «места, не столь отдаленные». Случались в его жизни и побеги, и короткие нелегальные выезды в Европу — в основном на съезды партии. Особую известность среди единомышленников он получил во время событий 1905 года, которые гордо (и не без резона) называли революцией. Но все это была жизнь отверженного. Жизнь человека, противопоставившего себя государству и преданного подпольной системе, которая с этим государством по мере сил боролась.
Как далек он был в те годы от власти, от круглосуточной ответственности за экономику страны. Его первая жизнь завершилась в феврале 1917 года. Вскоре после этого «старый большевик» тридцати шести лет оказался одним из богов на властном олимпе. Пришлось из подпольщика превращаться в государственного деятеля. Сначала — в оппозиционного, а потом — в правительственного. Он стал представителем исполнительной власти — при портфеле и полномочиях. Просторные кабинеты, секретари, персональный автомобиль и даже спецпоезд… Метаморфоза разительная, которая в первые месяцы и даже годы после Октября вызывала среди большевиков иронические улыбки.
Рыков выступает на Всесоюзном заседании радиокомитета. 1934 год
Ему могли бы вверить идеологию или военное ведомство, но, путем проб и ошибок, Рыков очень скоро нашел себя в системе управления, в системе исполнительной власти. Его вотчиной стали хозяйственные вопросы, экономика. И после смерти Владимира Ленина, в январе 1924 года, он стал преемником вождя, возглавил Совет народных комиссаров. Конечно, столь ответственная работа предполагала и участие в политической борьбе, к которой его приучили еще в подпольные годы.
Вторая жизнь Алексея Рыкова завершилась 19 декабря 1930 года, когда он, недавний союзник Иосифа Сталина, разошелся с партийным лидером по принципиальным вопросам (прежде всего — по крестьянскому) и угодил в опалу. Рыкова вывели из Политбюро ЦК и перевели на сравнительно скромный пост наркома почт и телеграфов СССР. Осенью 1936 года, когда его сняли и с этой должности, Алексей Иванович уже понимал, что обречен, что его ожидают тюрьма, трагифарс суда и суровый приговор, который будет немедленно приведен в исполнение. Единственной формой окончательной отставки в СССР на таком уровне в 1930-е годы был арест и чаще всего — смертная казнь. Тут Рыкову впору было вспомнить Есенина, которого он в свое время корил за «упадничество»:
Такой была его третья жизнь — трагической, тревожной.
Да, поколение первых советских руководителей, старых большевиков уходило почти целиком — когда опалу сменил Большой террор. Он уходил, не потеряв веру в свой социализм «с крестьянским уклоном», без болезненных шараханий в стиле военного коммунизма, которым Рыков отдал долг в первые годы советской власти. Это была почти эпическая «гибель богов», когда выдающиеся политики, прошедшие через царские тюрьмы и ссылки, отдав несколько лет отчаянному сопротивлению, складывали оружие, признавались в самых фантастических преступлениях — и погибали. Самое наивное и опрометчивое — относиться к этой трагедии с современными мерками. Так мы нипочем не пробьемся к исторической правде, к ее размытым от времени контурам. Будем задавать вопросы и искать правду.
Без русского ХХ века, а в особенности без первых десятилетий советской власти, невозможно представить себе современный мир. От Китая до Вашингтона. И дело не только в чистой политике (хотя и в ней тоже!), но и в подходах к экономике, в расцвете нового искусства, авангарда, в особом отношении к теоретической науке и к системе массового просвещения. Несколько лет именно он олицетворял страну. Владимир Маяковский, некоторое время считавший Рыкова одним из самых близких к авангардному искусству советских лидеров, летом 1927 году опубликовал в «Рабочей газете» стихотворение «Голос Красной площади» — своеобразный отклик на убийство в Варшаве советского полпреда Петра Войкова. Любопытно, что первым символом страны, которая грозно отвечает убийцам, в глазах поэта-летописца был именно председатель Совнаркома:
Сказано хлестко. Но главное, что в этом есть историческая правда: летом 1927 года Рыков действительно был символом страны, ее голосом. Тут дело даже не в том, что читателей и почитателей у Маяковского было немало. Поэт, создавший, по его собственному образному признанию, «сто пятьдесят томов моих партийных книжек», слагал своеобразную стихотворную хронику своей эпохи и четко фиксировал метаморфозы общественного мнения, выделяя главных властителей дум и самых влиятельных рулевых страны.
Думаю, в книге о Рыкове должен ощущаться дух эпохи — и предгрозовой, и революционной. Он был одним из тех, кто попытался подчинить эту стихию, придать ей смысл и устойчивость.
Трудно говорить об истории без стереотипов, которые, как многослойная пыль, осели на ликах былого. И все-таки постараемся судить о них так, как будто мы первыми читаем книгу прошлого. С нуля. А вдруг получится?
Основные даты жизни и деятельности Алексея Ивановича Рыкова
1881, 13 (25) февраля — в слободе Кукарке Вятской губернии родился Алексей Иванович Рыков. Вскоре семья переехала в Саратов. Такова официальная версия рождения будущего председателя Совнаркома СССР.
1892 — Рыков — круглый сирота на попечении сестры — поступает в Саратовскую 1-ю классическую гимназию.
1898 — этот год считается точкой отсчета пребывания гимназиста Алексея Рыкова в рядах РСДРП.
1900 — окончив Саратовскую 2-ю классическую гимназию, поступил на юридический факультет Казанского университета. Вошел в состав казанской социал-демократической группы. В марте 1901 года — впервые арестован за нелегальную деятельность и исключен из института.
1902 — был одним из организаторов первомайской демонстрации рабочих и социалистов в Саратове, которая была разогнана полицией и закончилась расправами над участниками шествия.
1903 — в Женеве Рыков познакомился с В. И. Ульяновым (Лениным).
1905, март — стал делегатом III съезда РСДРП в Лондоне. Впервые избран членом ЦК РСДРП.
1905–1906 — вместе с М. Ф. Владимирским возглавлял Московское бюро ЦК партии.
1909 — в очередной раз арестован и сослан в Пинегу Архангельской области, откуда бежал в зимнее время.
1911 — познакомился со своей будущей женой Ниной Семеновной Маршак в Париже, на улице Мари-Роз, в квартире В. И. Ульянова (Ленина).
1913 — сослан в Нарымский край (ныне — в Томской области). Пробыл там, не считая побегов, до Февральской революции 1917 года.
1916, 22 августа — у Нины Семеновны и Алексея Ивановича Рыковых родилась дочь Наталья (1916–2004), единственная наследница Алексея Ивановича.
1917, июль — на I Всероссийском съезде Советов избран кандидатом в члены Всероссийского центрального исполнительного комитета (ВЦИК).
1917, август — избран членом ЦК РСДРП(б).
1917, 7 ноября (25 октября) — во время захвата большевиками власти в Петрограде работал в штабе партии — в Смольном.
1917, 8 ноября — Алексей Рыков вошел в первый Совет народных комиссаров в качестве народного комиссара по внутренним делам. Эту должность занимал недолго, до 17 ноября.
1917, 10 ноября — Рыков подписывает декрет «О рабочей милиции». В наше время 10 ноября традиционно отмечается День сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации.
1918, 3 апреля — избран председателем ВСНХ РСФСР.
1919, 26 февраля — Рыков выступил на заседании ВЦИК с докладом «О положении промышленности», в котором высказался за экономическую диктатуру советского государства в условиях разрухи.
1919, 8 июля — вошел в состав Реввоенсовета республики.
1919–1920 — назначен чрезвычайным уполномоченным Совета труда и обороны по снабжению Красной армии и флота (чусоснабарм).
1921, май — назначен заместителем председателя Совнаркома РСФСР В. И. Ленина.
1922, 3 апреля — избран членом Политбюро ЦК РКП(б).
1923, 6 июля — назначен председателем ВСНХ СССР, заместителем председателя Совнаркома СССР. В условиях тяжелой болезни предсовнаркома В. И. Ленина это означало фактическое руководство экономикой страны.
1924, 1 февраля — вскоре после смерти В. И. Ленина назначен председателем Совнаркома СССР и председателем Совнаркома РСФСР.
1925, 18–31 декабря — предсовнаркома Рыков открывал и закрывал XIV съезд ВКП(б) — первый после смерти В. И. Ленина.
1926, январь — назначен председателем Совета труда и обороны СССР.
1927, 12 марта — на торжественном открытии Свердловской ГЭС ей было присвоено имя А. И. Рыкова.
1928 — в честь председателя Совнаркома Рыкова назван город Енакиево Донецкой области — Рыково. Такое название города сохранялось до 1937 года.
1928, 23 февраля — в связи с 10-летием Красной армии Рыков получает свою единственную в жизни государственную награду — орден Красного Знамени.
1929, 9 февраля — вместе с Н. И. Бухариным и М. П. Томским направил заявление Объединенному заседанию Политбюро ЦК ВКП(б) и Президиума ЦКК, в котором они выступили против форсированной индустриализации и коллективизации. На апрельском Пленуме ЦК и ЦКК 1929 года была принята резолюция, осуждающая правый уклон, лидерами которого были объявлены Рыков, Бухарин и Томский.
1929, 18 мая — Рыков сложил обязанности председателя Совета народных комиссаров РСФСР, сохранив аналогичную должность на союзном уровне.
1930, 19 декабря — освобожден от обязанностей председателя Совета народных комиссаров СССР и выведен из состава Политбюро ЦК ВКП(б).
1931, 30 января — назначен наркомом почт и телеграфов (17 января 1932 года ведомство переименовано в Наркомат связи).
1936, 26 сентября — Рыков снят с поста наркома почт и телеграфов СССР. После этого никаких государственных должностей не занимал.
1937, февраль — на февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП(б) Алексей Рыков был исключен из ЦК и из рядов партии.
1937, 27 февраля — Алексей Рыков арестован. Содержался в Лубянской тюрьме. На допросах признал свою вину.
1938, 2–13 марта — подсудимый на процессе антисоветского «право-троцкистского блока» (Третий московский процесс). Приговорен к смертной казни.
1938, 15 марта — Алексей Рыков расстрелян на Коммунарском полигоне под Москвой.
1988, 4 февраля — издано постановление Верховного суда СССР о реабилитации Алексея Ивановича Рыкова (и других осужденных по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР от 13 марта 1938 года). В том же году он был посмертно восстановлен в рядах КПСС.
Глава 1. Диккенсовский герой
Благие порывы души,
высоких стремлений начатки.
…И ты угасаешь в глуши –
добро, если в Пензе иль в Вятке.
А чаще — подобный замах,
мечтания об идеале
кончаются на Соловках,
за Верхнеудинском, на Каре.
Ты был бы, наверно, смешон,
когда б не платил эту цену.
Но снова ты прешь на рожон
и лоб расшибаешь об стену.
1. Россия его детства
Он родился в год гибели (в революционной традиции говорили: казни) императора Александра II, за две недели до этого трагического события, во взбаламученной пореформенной России, охваченной идеями новых преобразований и борьбы с ними. В России, которая зачитывалась Толстым и Тургеневым. 1881 год — рубежное время. После Великих реформ 1860-х фасад империи, как и большая часть подданных императора, оставался патриархальным. Привычные представления о царе-батюшке и Руси Православной они впитали с материнским молоком и не сомневались в их подлинности и незыблемости. Но это определение абсолютно не подходило к молодой поросли тогдашней интеллигенции. В их среде к концу XIX века окончательно вызрело неприятие самодержавной власти. Так формировалась предреволюционная атмосфера. Они не были сплошь радикалами, но создавали питательную среду для малочисленных, но энергичных нелегальных групп, считавших своей задачей свержение «существующего строя», поворот от монархии к республике и даже от буржуазного рынка к социалистическим экспериментам.
А страна становилась все моложе! Заметим, забегая вперед на 15–20 лет, что к началу Первой мировой (в то время ее называли Великой войной) более половины подданных Российской империи не достигли тогдашнего призывного возраста — то есть были моложе 21 года. При высокой рождаемости страна молодела — а это означало, что склонность к политическому радикализму возрастала, — и Алексей Рыков, постоянно живший в России, чувствовал это лучше многих других большевистских лидеров. Демография сыграла в истории русской революции не последнюю и, как правило, замалчиваемую роль. Впрочем, и абсолютизировать ее нельзя: ведь такой расклад характерен для всех традиционных обществ с высокой рождаемостью. Россия, в отличие, скажем, от восточных стран со схожей демографической картиной, обладала самобытной европейской культурой — и наша образованная «верхушка» схватывала, брала на вооружение и развивала все революционные направления европейской мысли. То есть страна отличалась молодостью и обладала интеллигенцией, искушенной в области либеральных и социалистических течений. Как в химии — два элемента в соединении образовали предреволюционную ситуацию. Судьба Рыкова — яркое подтверждение этого процесса. Выходец из крестьянского большинства, получивший образование европейского уровня (главным образом самостоятельно), он вращался в молодой среде и не уступал европейским радикалам в знании марксистской революционной теории.
2. Грустная сказка
О детстве 1870–1880-х годов мы знаем немало. Возможно, гораздо больше, чем о других временах. Ведь это эпоха расцвета русской прозы, в том числе — повествований о детстве. Русские писатели того времени подробно и художественно рассказали и о счастливых, и о несчастливых семьях. Немало рассказали и о поволжской провинции, и о бедности. Все это проявилось и в судьбе нашего героя. Представьте себе обыкновенную небогатую городскую квартиру того времени: их фрагментов, к счастью, немало сохранилось в музеях да и на полотнах художников-реалистов. Но все это, конечно, касается Алексея Рыкова не напрямую. Другое дело — воспоминания товарищей, которые расспрашивали председателя Совнаркома о его детстве и написали несколько кратких биографических очерков, посвященных ему и вышедших в период, когда Рыков был влиятелен и популярен.
Официальное место рождения Рыкова — Саратов. Но Вячеслав Молотов — один из немногих долгожителей среди большевиков ленинского призыва — вспоминал на склоне лет: «И Рыков, и Киров из Вятской губернии… Мы с Рыковым из одной деревни, два Предсовнаркома и оба заики… Теперь это уже город Советск, слобода внутри города оказалась»[1].
Поделиться книгой: